Форум » Таймлайны - База Данных » "БЕЛАЯ ДВР": Гражданская война в Испании » Ответить

"БЕЛАЯ ДВР": Гражданская война в Испании

Нико Лаич: Всем привет! В свое время когда мною писалась "И снова гражданская война" я и не предполагал, насколько я близок к Реалу в своем описании противостояния в Испании "красных" и "белых". Вот что сообщают источники, описывающие участие "белых" в той войне: "Героическая борьба испанских патриотов против социалистов и коммунистов привлекла симпатии русских белых офицеров, многие из них пытались принять в ней участие. Однако, Франция, управляемая Леоном Блюмом, была всецело на стороне красного испанского правительства, граница была закрыта. Средств у русских эмигрантов не было ни каких, и они пробирались по горным дорогам с риском быть арестованными французскими пограничниками. Около 80 белых офицеров удалось пробраться в Испанию, в том числе и генералу Фоку, служившему в Терсио Зумалонореги, и погибшему смертью храбрых на Арагонском фронте. Генерал Фок, причисленный к штабу Терсио, сам вызвался пойти в роту добровольцем. В течении двух дней рота мужественно сопротивлялась окружившим ее красным, больше половины ее погибло. Генерал Фок, капитан Полухин и испанский фельдфебель Пастор перенесли раненых в часовню и укрывшись, открыли огонь по красным. Отрезанные от всех, они держались в часовне 12 дней (!), пока она и все в ней не были сметены артиллерией красных. Так погиб начальник артиллерии 1 пехотной дивизии Русской Армии генерал-майор Фок Анатолий Владимирович." "Известно, что очень многие русские эмигранты хотели отправиться на помощь испанским мятежникам. Есть сведения, что Гвардейский казачий дивизион в Югославии вел переговоры с Франко о переброске в Испанию. Но переговоры ничем не закончились: казаки требовали обеспечить в случае гибели или инвалидности семьи пострадавших, испанцы на это не согласились. В своих воспоминаниях капитан Савин пишет, что в этот период переброска русских добровольцев в армию Франко была одной из главных целей РОВС. Возглавлявший его генерал Миллер видел в этом единственный способ уберечь от уничтожения кадры Союза, подвергавшиеся гонениям. Связь руководства РОВС с армией Франко была установлена капитаном Савиным через испанское посольство в Париже, благодаря помощи подполковника Благовещенского, который работал в страховой компании и имел деловые связи со многими странами Европы. Им были взяты на себя обязательства по финансированию первых групп. По плану генерала Миллера будущие воины должны были перекидываться в Испанию мелкими группами. По накоплению отряда в 150-200 человек в Испанию должен был выехать его командир - генерал Скоблин со знаменем Кор-ниловского полка. Заместителем Скоблина был назначен генерал Пешня, которого вместе с подчиненными ему марковцами планировалось отправить до испанской границы автобусами под видом туристов. При возможном конфликте на границе они должны были обезоружить пограничников и пробираться в Испанию любым способом. Этот план одобрил представитель Франко в Париже Филипе Родес. Но разработанный план дал сбои с самого начала. Генерал Скоблин отказался возглавить акцию, сославшись на болезнь жены. Ответственным за переброску добровольцев в Испанию был назначен генерал Шатилов. Однако и он вскоре был заменен на генерала Пешню. Отстранение Шатилова было связано, по словам Савина, «с растратой им денег, выделенных на поездку в Испанию, и уличением во лжи в финансовом отчете за командировку». Оскорбленный Шатилов стал тормозить отправку добровольцев, не останавливаясь даже перед информированием французских властей. В начале марта 1937 года первая группа из 7 человек выехала из Парижа к испанской границе. 16 марта выехала вторая группа, но была арестована французской полицией, что получило широкую огласку, которая в значительной степени привела к «замораживанию» акции. После же похищения генерала Миллера, скорой смерти генерала Пешни и предательства Скоблина на плане окончательно был поставлен крест. Но идея борьбы с большевизмом, хотя бы с «испанским», не была забыта. В сложившейся ситуации русским белым офицерам приходилось действовать на свой страх и риск, пробираясь в Испанию по горным дорогам, не только подвергаясь опасности быть арестованными французскими пограничниками, но и убитыми без суда и следствия республиканцами уже на испанской земле. Первыми русскими добровольцами стали генералы А.В. Фок, Н.В. Шинкаренко, капитан Н.Я. Кривошея и штабс-капитан Я.Т. Полухин, нелегально перешедшие границу Марокко, чтобы попасть к мятежникам. Их встретили настороженно - все русские олицетворялись в глазах испанцев с СССР. Но вскоре мнение о них изменилось. Стало ясно, что в ряды национальной армии встали непримиримые противники «красных». Всего известно о 72 русских добровольцах, воевавших в армии Франко. Большинство было из Франции, но некоторые приехали из довольно экзотических мест, например - с Мадагаскара. В апреле 1937 года было получено распоряжение из штаба Франко о формировании отдельной русской добровольческой части с русским уставом и русским командованием, однако ввиду малочисленности добровольцев был создан лишь русский отряд. Весь 1938 и начало 1939 года русские добровольцы в составе своего батальона вели активные оборонительные и разведывательные действия на участке фронта на реке Тахо. В сентябре 1938 года белые добровольцы заняли господствующую высоту Эль-Контандеро в районе Махон Бланко и оборудовали там образцовый опорный пункт. В феврале 1939 года батальон с русским отрядом был передислоцирован в Эль-Торо, где русские занимали боевые позиции до окончания боевых действий. Из 72 добровольцев было убито 34, а из оставшихся живыми 9 получили ранения. Среди убитых числится генерал-майор А.В.Фок. Во время боя в районе Кинто де Эбро его рота была окружена и почти полностью уничтожена, а сам Фок застрелился, чтобы не попасть в плен. В этом же бою погиб капитан Я.Т. Полухин. Раненный в шею, он был перенесен в местную церковь для перевязки и оказался погребен под ее развалинами после артобстрела. Известны подробности гибели морского летчика старшего лейтенанта В.М. Марченко. 14 сентября 1937 года он вылетел на ночное бомбометание. После выполнения задания самолет Марченко был атакован несколькими истребителями. В воздушном бою его самолет был подбит, а экипаж выбросился с парашютами. Приземлившись, Марченко направился к своим позициям, но наткнулся на красных и был убит в перестрелке. Его тело по требованию советских летчиков, принимавших участие в воздушном бою, было захоронено на городском кладбище. Позже местные жители откопали гроб и зарыли его вне кладбища. После занятия района белыми останки летчика были перевезены в Севилью и вновь захоронены с воинскими почестями." В АИ-мире "Белой ДВР" естественно эта помощь была бы более существенной. В Реале, согласно сохранившимся данным, в Испании сражались 772 советских летчика, 351 танкист, 100 артиллеристов, 77 моряков, 166 связистов, 141 инженер и техник, 204 переводчика. Думаю, что со стороны испанских "белых" воевало бы неменьшее количество военных специалистов из Российской Республики (пусть даже и в отставке и не в таком соотношении по родам войск). А может быть даже это противостояние вылилось в более активное участие Советского Союза и Российской Республики в гражданской войне в Испании.

Ответов - 11

Нико Лаич: Но не все, кстати, белоэмигранты воевали на стороне франкистов: "По эмигрантским источникам, около 40 офицеров (по советским - от нескольких сот до тысячи русских эмигрантов) сражались и на стороне Республики. Они воевали в канадском батальоне имени Маккензи-Палино, балканском батальоне имени Димитрова, батальоне имени Домбровского, франко-бельгийской бригаде. Шесть украинцев сражались в «Чапаев-батальоне». В декабре 1936 года в операции за Теруэльский выступ пехотная часть 13-й интербригады понесла огромные потери. В ее составе сражалась рота бывших белогвардейцев, которая была почти полностью уничтожена. Во многих республиканских частях русские эмигранты занимали командные должности. Командиром роты в батальоне имени Домбровского был поручик И.И. Остапченко, командовал артиллерией Арагонского фронта полковник белой армии В.К. Глиноецкий, комендантом штаба 14-й интербригады был петлюровский офицер капитан Кореневский. Капитаном республиканской армии был и сын Б.В. Савинкова - Лев Савинков. Интересно, что в его судьбе и продвижении по службе принимал активное участие майор госбезопасности Г.С. Сыроежкин, бывший в Испании старшим советником XIV партизанского корпуса. В 1920-е годы Сыроежкин был одной из центральных фигур в операции «Синдикат-2», нацеленной на уничтожение подпольной белоэмигрантской организации «Союз защиты Родины и свободы» и арест ее лидера Б.В. Савинкова. Участник событий А.И. Родимцев в своих воспоминаниях отмечает, что в учебном центре по формированию интербригад обучалось множество русских, украинцев и белорусов. Особенно много, по словам Родимцева, было выходцев из Западной Украины. Их численность достигала тысячи человек. Многие из них владели испанским языком и работали переводчиками. Из украинцев-добровольцев была сформирована даже отдельная рота имени Тараса Шевченко. Переброску в Испанию русских добровольцев из Франции, Чехословакии, Болгарии и Югославии совместно с испанцами организовывали советские разведорганы. Первичным отбором кандидатов занимались «Союзы за возвращение на родину», являвшиеся официально зарегистрированными общественными организациями. Активной участницей движения за возвращение на родину была В.А. Гучкова-Трэйл - дочь А.И. Гучкова, бывшего военного и морского министра Временного правительства. В 1932 году она стала сотрудничать с ГПУ и в 1936 году входила в спецорганизацию по вербовке добровольцев в Испанию. О встрече с белоэмигрантами в республиканской армии пишет в своих воспоминаниях А.А. Ветров, впоследствии генерал-лейтенант. «После недавних боев на нашем участке фронта установилась тишина. Вдруг послышалось далекое пение. Слаженная группа голосов выводила мелодию русской песни «Во кузнице молодые кузнецы». Услышать пение на передовой - не совсем обычное явление. Но еще более удивительно было то, что пели в горах Испании старинную русскую песню. Я пошел на голоса. В убежище около печурки сидели пожилые воины. «Салуд, камарадас!» - поздоровался я. «Салют!» - ответил кто-то. «Хорошо поете», - сказал я, присаживаясь. «Кем будете? Что делаете здесь?» - спросил меня боец во французской каске. Я не мог рассказать об участии в войне советских добровольцев и придумал историю о «мексиканском» гражданстве. «Мексиканские танкисты на советских танках?» - удивился солдат, но от дальнейших вопросов воздержался. Во время беседы я узнал, что нахожусь в подразделении интербригады, составленном из русских эмигрантов, большинство которых в свое время служили рядовыми либо младшими офицерами русской армии. На вопрос, что заставило их, далеко не молодых и многое испытавших людей, взяться за оружие, я услышал: «Мы, члены парижского «Союза возвращения на родину», присоединились к антифашистской борьбе, потому что ненавидим фашизм, а также потому, что желаем в борьбе с общим врагом заслужить право называться советскими гражданами и возвратиться на землю наших предков».

литовец: ДВР не будет вмешиватся в Испанию - это очень далеко, офицеры нужны в самой ДВР

Bastion: литовец пишет: ДВР не будет вмешиватся в Испанию Добровольцев, желабщих повоевать, не остановишь, но регуляпной помощи безусловно не будет...

Max: Нико, поищите А. ТВЕРИТИНОВА. Париж — Негорелое (выходила в 70-м отдельной книгой, и в 67 в журнале Звезда). Там о белых во франции и там есть пара мест об Испании).

Нико Лаич: Max пишет: Нико, поищите А. ТВЕРИТИНОВА. Париж — Негорелое Спасибо, коллега. Поищу.

Нико Лаич: Кстати, в сентябре 1936 года на страницах «Царского Вестника» развернулась полемика вокруг открытого письма Керсновского (того самого автора "Истории Русской Армии"- Н.Л.) «Никаких испанцев». «Когда наконец мы поумнеем и перестанем распинаться за чужих? Почему проливаем потоки слез и чернил во имя какой-то совершенно ненужной, чуждой и безразличной нам Испании? И если бы только слезы и чернила! Нашлись русские офицеры, пошедшие проливать свою кровь на поля Ламанчи, выручая потомков Дон Кихота, - ту русскую кровь, проливать которую за чужие интересы они не имеют права, ибо скоро она может понадобиться Матери России. Без негодования нельзя прочесть ребяческое письмо русского офицера, напечатанное «Царским Вестником». Он, видите ли, «счастлив, что исполняет свой долг», как будто борьба за испанское благополучие составляет долг русского офицера! Нам важно истребить русских большевиков, а на испанских нам должно быть в высшей степени наплевать. Пусть нам не морочат голову надоевшей пошлятиной, что борьба с «мировым злом» - наше «общее дело». Почему это вдруг сделалось «общим делом» сейчас, в 1936 году, а не было им в 1917-1921? Что делали тогда эти посылающие нам сейчас свой привет испанские офицеры? Где они были тогда? Под Тихорецкой? Армавиром? Царицыным? Харьковом? Под Киевом и Орлом? Под Каховкой? Много ли их стояло в строю наших офицерских рот? Изнасилованные испанские женщины, расстрелянные испанские священники... Подумаешь, нашли, чем разжалобить! А наших русских женщин кто-нибудь жалел? А тысячи замученных русских священнослужителей нашли разве отклик в чьих-либо сердцах -французских, немецких, испанских? Это, небось, не было тогда «общим делом». Что за негодование: разрушен Алькасар! А когда Иверскую сносили, кто из них возмущался? А когда разрушали Десятинную церковь, воздвигнутую еще Владимиром Красным Солнышком, кто из испанцев тогда возвысил негодующий голос? Укажите мне испанца, протестовавшего против уничтожения храма Христа Спасителя! Не знаете? А я зато укажу вам русского офицера, туберкулезного, без права на труд, с отобранным паспортом, которым не так давно испанцы и французы перебрасывались, словно мячиком, через Пиренеи! Этот наш искалеченный и гонимый русский штабс-капитан заслуживает в тысячу раз более нашего внимания и сострадания, чем все испанские патеры, взятые вместе. Когда наконец мы поймем, что иностранные националисты - будь то испанские белогвардейцы, французские «огненные кресты», немецкие наци и итальянские фашисты - такие же враги нас, русских эмигрантов, и нашей Родины, как и преследуемые ими коммунисты? Не спасать их надо, а повторить мудрые слова Тараса Бульбы: «Чтоб они подохли все, собаки!» Тот же «Царский Вестник» опубликовал ответ генерала Скородумова на статью Керсновского. «Испанцы, немцы, японцы, французы все равно нас за это никогда не отблагодарят, но русский офицер с этим считаться не может, он должен быть рыцарем всегда и всюду и, будучи убежденным антибольшевиком, должен уничтожать большевиков в любой испанской, французской, немецкой и других территориях, ибо если французы, испанцы, японцы поступают отрицательно, то это далеко не значит, что и русские офицеры должны поступать так же. Принимая участие в войне, русские не должны рвать зубами Мадрид и Париж, ибо на черта они нам нужны, мы должны только помогать, но не освобождать. Но принимать участие в войне, и обязательно в русских единицах с возможно меньшими потерями, сберегая силы для последнего решительного боя под Москвой, русские обязаны. Честь и слава русским офицерам, воюющим против большевиков, хотя бы в Испании. Пускай сперва подохнут все большевики, а потом мы поговорим и все припомним иностранцам». Тот же Скородумов в одной из пропагандистских листовок пишет: «Не все ли равно, по какому месту бить большевиков: по морде, по затылку или по пятке, бить ли в России, в Испании или в Японии! Главное, бить и не дать опомниться! Где высунется красная морда, там и трах по морде».

Нико Лаич: Bastion пишет: Добровольцев, желающих повоевать, не остановишь, но регулярной помощи безусловно не будет... Не могу не согласиться, но однозначно если даже официально РР и будет помогать "белым" испанцам, то размер её помощи не сможет сравниться с вкладом в ГВ в Испанию Германии, Италии и уж тем более СССР.

Нико Лаич: Во-первых: однозначно, при армии сануристов будут присутствовать военные агенты-наблюдатели Русской Армии. Во-вторых: часть офицеров, взяв бессрочный отпуск, отправится набраться боевого опыта в Испанию (что широко практиковалось в конце 19 - начале 20 века). В-третьих: бывшие участники вооруженной борьбы с Советами, находящиеся на гражданской службе, захотят еще раз скрестить клинки со своими врагами.

литовец: Наблюдатели будут. Офицеры в отпуске, а разве в ДВР много "лишних" офицеров, которыv правительство позволить ехать к черту на кулички? Гражданские лица- воевал человек в белой армии, ГВ кончилась в 1920. К 1936 он обустроил свою жизнь, женился, у него есть дети. Теперь он бросит семью и поедит в Испанию, чтгоб землю в Гранаде идальгам вернуть?

Нико Лаич: литовец пишет: Офицеры в отпуске, а разве в ДВР много "лишних" офицеров, которыv правительство позволить ехать к черту на кулички? Согласен, много народа не отпустят. Но допустим по 3-5 офицеров с каждого полка вполне может поехать. литовец пишет: ГВ кончилась в 1920. К 1936 он обустроил свою жизнь, женился, у него есть дети. Теперь он бросит семью и поедит в Испанию, чтгоб землю в Гранаде идальгам вернуть? Я и не говорю, что поедут все или большинство. Естественно, только какая-то часть. Я просто назвал категории добровольцев.

литовец: 3-5 с полка- слишком много, может с бригады или дивизии



полная версия страницы