Форум » Таймлайны - База Данных » Австро-Венгрия в XVI веке (сборник) » Ответить

Австро-Венгрия в XVI веке (сборник)

georg: или МаксимилианI, король Римский и Венгерский Извиняюсь за долгое отсутствие, работа сейчас отнимает все время. Но небольшая альтернатива родилась. В 1492 году скончался славный венгерский король Матьяш Хунъянди, оставив Венгрию на вершине могущества. Казна была полна (за годы его правления доходы казны выросли с 250 до 500 тыс. форинтов), военные силы внушительны. Кроме военных отрядов короля и баронов (бандерий) и мобилизованного дворянства Матьяш содержал наемную армию - «черное войско» наемников, состоявшее из тяжеловооруженной кавалерии и пехоты, а также из отрядов, имевших боевые повозки гуситского типа и артиллерию - 20 тыс. кавалеристов, 8 тыс. пехотинцев и 9 тыс. боевых повозок. Кроме того, еще 8 тыс. солдат были постоянно расквартированы в замках и укреплениях великолепно организованной южной линии венгерской обороны. Королевская власть была сильна, буйные венгерские бароны после 2 жестко подавленных Матьяшем мятежей притихли. В претендентах на опустевший трон недостатка не было. Венгерского престола добивался Максимилиан Габсбург. Его право на это предусматривалось договором от 1463 г., подписанным Матьяшем и Фридрихом III. С другой стороны на корону претендовал король Чехии Владислав Ягеллон, чья мать была внучкой Жигмонда и сестрой Ласло V. Владислава поддерживал его отец – король Польский и вел. князь Литовский КазимирIV. Претензии Максимилиана были самыми обоснованными, и именно с ним можно было связывать надежды на помощь против турок (активизации которых ожидали сразу после смерти Матьяша), но господствующие сословия прежде всего хотели получить такого короля, контроль за которым находился бы в их руках. Этому требованию идеально соответствовал Владислав, прозванный в Чехии «король добже», за то что соглашался с любым предложением своих вельмож. Он был коронован как Уласло II, но при условии подписания предвыборных обещаний, в частности об отмене всех нерегулярных налогов, займов и других «вредных нововведений» Матьяша. Максимилиан, имевший сильную партию среди венгерской знати, начал военную кампанию, освободил Вену и другие австрийские земли, в свое время отнятые Матьяшем у его отца ФридрихаIII, но тут у него кончились деньги, ни имперский рейхстаг, ни Швабский союз не оказали ему финансовой помощи для ведения войны вне территории СРИ, и Максимилиану пришлось отказаться от претезий на венгерскую корону. Правление Владислава стало периодом стремительного упадка королевской власти. Вся власть в королевстве перешла к дворянскому сейму, который отказался вотировать налоги, и регулярная армия Матьяша была распущена. Развал достиг таких масштабов, что в 1521 Белград был осажден и взят турками, и венгры не сумели собрать войско для отпора. При Мохаче венгерская армия насчитывала не более 25000 бойцов, и проигрыш этой битвы стал концом королевства. Итак, альтернатива: Максимилиану в решающий момент удалось пополнить казну – рейхстаг вотировал-таки имперский налог, либо, например, Владислав оказался должником Вельзеров, и Фуггеры, обеспокоенные возможностью того, что став королем Венгрии Владислав передаст их концессии на разработку серебряных рудников Словакии конкурентам, выдали кредит Максимилиану. Короче у Максимилиана оказалось достаточно денег не только на продолжение кампании, но и на то, чтобы вовремя перекупить наемное войско Матьяша. Магнаты поддерживающие Владислава разгромлены, и Максимилиан вступает на венгерский трон.

Ответов - 1832, стр: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 All

georg: Последствия: Во первых Максимилиан, будучи талантливым и энергичным правителем (кстати в Австрии он провел реформы аналогичные реформам Матьяша, и создал наемную армию, положив начало боевой тактике ландскнехтов XVI века), сохранит все достижения Матьяша, не допустит упадка королевской власти и ослабления военных сил. Объединенная Австро-Венгрия XVI века при поддержке Германии (Максимилиан император СРИ, и в реале имперские рейхстаги всегда выделяли деньги и солдат на борьбу с турками) останавливает турок на рубеже Белграда. Во-вторых: в реале после смерти Фердинанда Католика корону Испании первоначально должен был унаследовать не старший внук Максимилиана Карл (КарлV реала), а младший, Фердинанд (в реале основатель австрийской линии Габсбургов). Фердинанд и воспитывался в Испании при дворе своего деда Фердинанда Католика, но затем все почему-то переиграли, и сделали наследником Карла, который выслал Фердинанда в Австрию. Здесь же невозможность удерживать Испанию и Венгрию под одним скипетром слишком очевидна, и Фердинанд становится королем Испании. Испания не завязана на «имперские интересы», в которые затянул ее КарлV, не обременена функциями католического жандарма Европы, не имеет Нидерландов и двухвековой конфронтации с Францией. Владея Сицилией, Сардинией и Неаполем, она исходит из своих национальных интересов, которые в первую очередь заключаются в борьбе с турками и береберами в Средиземноморье. А КарлV, после смерти отца уже управляющий его бургундскими владениями – Нидерландами и Франш-Конте, после смерти дедушки Максимилиана наследует вместо испанского венгерский трон, и от него же родовые земли Габсбургов - Австрию, Штирию, Каринтию, Крайну, Тироль, Брисгау, верхний Эльзас и завоеванный Максимилианом Вюртемберг. А так же как и вреале избирается императором СРИ. Его столица кочует между Веной и Брюсселем. Не имея империи незаходящего солнца, Карл вынужден будет удеять больше внимания собственно германским национальным интересам, хотя исходя из его принципов и воспитания, к реформации отнесется скорее всего как в реале. Но вот при его наследниках возможна полная победа реформации не только в Германии, но и в Австро-Венгрии. Не говоря уже о перспективах усиления императорской власти в СРИ при таком усилении Габсбургов. Завязанный на турок и Германские проблемы, и не имея Испании, Карл вряд ли сильно полезет здесь в Италию, и ФранцискI имеет все шансы сохранить за собой Милан. В-третьих: в реале Владислав имея короны Чехии и Венгрии, не стал после смерти брата – Яна Альберта – претендовать на Польскую корону. А здесь, будучи только королем Чехии, будет. И скорее всего поляки выберут его, по тем же причинам, по каким и венгры в реале. Александр Казимирович в результате не объединяет под одной короной Польшу и ВКЛ, и умирая как и в реале предает трон ВКЛ младшему брату СигизмундуI. Т.о. Литва остается отдельным от Польши государством, где правят СигизмундыI и II (Сигизмунд-Август), а Польша и Чехия объединены личной унией под властью Владислава, а затем его сына Людовика, в реале погибшего при Мохаче. Литва не перенимает польские институты и государственный строй, и после смерти Сигизмунда Августа и пресечения литовской ветви Ягеллонов все шансы за то, что литвины, дабы покончить с вечной опасностью с востока, против которой не имеют опоры в Польше, пригласят на трон московского государя, впрочем скорее не Ивана Васильевича, а его сына царевича Ивана Ивановича. Дальнейшие последствия посчитать не успеваю. Ваши мнения, коллеги.

дас: Голландия вполне может проиграть в войне за независимость, если такая и будет. Англия тоже будет слабее.

Нико Лаич: Привет, Георг! Скопировал - прочитаю неторопясь... с наслаждением.

Нико Лаич: georg пишет: quote:Дальнейшие последствия посчитать не успеваю. Ваши мнения, коллеги. Привет! Альтернатива мне очень понравилась. К сожалению, я не силен в рассматриваемом историческом периоде, но мне кажется, что в данном АИ-мире: 1. Борьба с пиратством в Средиземном море будет присходить успешнее. Операции испанцев на африканском побережье будут более массированными и обеспеченными и т.п. 2. Политика Карла в бургундских владениях будет более гибкой и результативной. 3. Точек для сотрудничества Австро-Венгрии с Литво-Московией будет больше: борьба с Турцией и Чехо-Польшей.

Читатель: georg пишет: quote:невозможность удерживать Испанию и Венгрию под одним скипетром Венгерская Хорватия граничит через Адриатику с испанскими владениями в Италии. Общие интересы тоже есть - борьба против турок, например.

georg: Если не придется работать в ближайшие праздники, попытаюсь расписать поподробнее. Основная загадка для меня на данный момент - это поведение КарлаV в Германии после избрания императором. Так много на него сразу сваливается - и Лютер, и рыцарское восстание Франца фон Зикингена в Рейнланде под лозунгом "долой князей, Германия да управляется рыцарским сословием во главе с императором", и активизация турок на границах Венгрии. Для Карла не имеющего Испании естественно стремится в первую очередь к укреплению императорской власти, и логично было бы пойти на союз с рыцарской оппозицией князьям, но тут на носу Реформация, а секуляризация церковных имений укрепляет власть князей и наносит удар власти императора. Города тоже не против большего единства страны, но городская программа совершенно отлична от рыцарской (позднейшие Хейльброннские статьи). Клубок противоречий. К тому же Карл молод и неопытен. Так что пока в раздумьях.

georg: Читатель пишет: quote:Венгерская Хорватия граничит через Адриатику с испанскими владениями в Италии. Общие интересы тоже есть - борьба против турок, например. Испанцы приняли Карла в качестве наследника с условием жить в Испании. Там он и провел большую часть царствования, и даже временные его отлучки в Германию вызывали проблеммы вроде восстания Комуньерос. Здесь испанцам сразу ясно что король будет почти постоянно находится за пределами страны, и они просто не примут Карла, да и Фердинанд Католик не захочет его наследником. В реале и так Сарагоса восстала при воцарении Карла в пользу его младшего брата, воспитанного в Испании. Так что дедушки - Фердинанд Католик и Максимилиан (которому тоже ясно, что длительные отлучки короля Венгрии в Испанию опасны, ибо венгерскую знать нужно постоянно держать на коротком поводке), стопроцентно решат развести внуков по разным тронам. А для союза против турок достаточно и династической солидарности обоих ветвей Габсбургов, каковая в реале была достаточно тесной.

georg: Попытаемся набросать небольшой таймлайн. Вступив на венгерский трон, Максимилиан продолжает политику Матьяша. Тем не менее в ряде случаев королю приходится идти на уступки дворянству, и процесс закрепощения крестьян идет почти аналогично реалу. Чрезвычайно многочисленное дворянство не имеет противовеса в горожанах – в стране всего 30 настоящих самоуправляемых городов с суммарным населением 90000 человек. Стремясь укрепить свое положение Масимилиан всемерно поощряет развитие городов, привлекая колонистов из Германии. Часть дворянства привлечена на службу короне за жалование, но напряженность в отношениях знати и короны постоянно прорывается на сеймах. Только турецкая угроза сдерживает конфликт. Впрочем, от участия в провалившемся папском крестовом походе 1501 года Максимилиан уклоняется. Соответственно ставшей последствием провала этого похода мощной крестьянской войны в Венгрии в 1502 в отличии от реала не происходит. По отношению к туркам продолжается политика Матьяша – упор на оборону, укрепление границы, и уклонение от крупных конфликтов. Да и сам миролюбивый БаязедII не стремится к войне. Борьба, связанная с наследованием венгерского престола, сначала разожгла аппетиты турок, которые предприняли несколько, правда неудачных, попыток захватить стратегически важные укрепления, но в 1495 г. был заключен мирный договор, продлевавшийся в течение нескольких лет. В Германии политика Максимилиана аналогична реалу. (положение в Германии: click here) Опираясь на Швабский союз, Максимилиан захватывает Вюртемберг, но терпит неудачу в Швейцарии. Отношения с Францией естественно напряженные, ибо сын Максимилиана Филипп, унаследовавший от матери – единственной дочери Карла Смелого Марии Нидерланды и Бургундское пфальцграфство (Франш-Контэ), претендует на Бургундское герцогство, присоединенное Людовиком XI к короне Франции.

georg: В 1501 году умирает король Польши Ян Альберт. В реале его место занял его брат Александр, вел. князь Литовский. Но здесь свою кандидатуру выставляет Владислав, и как старший брат имеет преимущество. Благодаря поддержке магнатов, которым весьма нравится его стиль правления в Чехии, Владислав избирается польским королем как ВладиславIV. В обмен за коронацию и польский трон он издает Мельницкий привилей (1501), согласно которому знать оказывается в более выгодном по сравнению со шляхтой положении: власть переходит в руки сената, а королю практически отводится роль его председателя. Отношения между ним и Максимилианом отнюдь не дружественные. Война за венгерский трон окончилась тем что Владислав отказался от своих претензий, вернув Чехии в свое время завоеванную Матьяшем Моравию. Но с вступлением Владислава на польский трон возникает новая зона конфликта – Пруссия. Связи Тевтонтского ордена с Германией усилились, когда великим магистром у 1498 р. был избран Фридрих Саксен-Мейссенский. Как князь империи он отказался приносить ленную присягу Польше. Ян Альберт, занятый войной с турками на границе Молдавии, не смог ничего сделать. Теперь Максимилиан открыто поддерживал мятежного магистра при полном сочувствии всей Германии. Начало конфликта впрочем было отложено. Максимилиан был занят делами в Италии (конфликт с Венецией и Францией, захватившей Милан), Владислав – в Польше, где шла упорная борьба шляхты против магнатов, закончившаяся в 1505 году изданием Радомской конституции, ограничившей власть сената полномочиями шляхетской «посольской избы». В 1506 умирает великий князь Литовский Александр Казимирович, и ему наследует младший брат Сигизмунд. Еще 1499 г. перед лицом угрозы со стороны Московского княжества Александром была восстановлена Городельская уния; в 1501 г. она была вновь подтверждена. Оказавшись в чрезвычайно трудном положении – война с Москвой, мятеж Глинского, вторжения татар, доходивших до Гродно и Бреста, он заключает со старшим братом Владиславом договор, по которому ВКЛ оказывается в вассальной зависимости от Польши, в обмен на что Польша обязуется оказывать ВКЛ военную помощь. В Галичине и Волыни Польша и ВКЛ обязуются содержать объединенный корпус войск для защиты от татар. Завоевание Смоленска Василием III и последующее поражение московских войск от армии ВКЛ под Оршей происходят как в реале. Меж тем избранный магистром Тевтонского ордена в 1511 году, после смерти Фридриха Мейсенского Альберт Гогенцоллерн не только отказывается признавать Польский сюзеренитет, но и нападает в 1514 на принадлежащие Польше прусские земли, захватив Вармию. Владислав начинает наконец действовать решительно, и собрав армию, двигает ее в Пруссию.

georg: Поначалу польские войска достигают успехов. У Максимилиана связаны руки. В 1512 г. более воинственный султан Селим I Грозный пришел к власти, низложив своего отца Баязида II, и боевые действия на южном фронте возобновились. Туркам удалось было захватить важную крепость Сребреник в Боснии, но Максимилиану удается, подтянув войска из Германии, нанести туркам поражение на Квабрском поле, и отбросить их на исходные рубежи. Начав войну с Ираном, Селим не смог развить значительного наступления на западе. Но в 1515 году Максимилиан, заключивший мир с турками, разворачивает армию на север. Выставив немецкие части как заслон против чехов, которые впрочем и не торопятся начинать наступательные действия несмотря на призывы своего короля, Максимилиан ведет венгерскую армию к Карпатам, к границам Польши, и переходит их. Венгерские отряды появляются в окрестностях Кракова. Польская армия срочно отзывается из Пруссии, где магистр Альберт снова переходит в наступление. Поляки оттесняют Максимилиана обратно за Карпаты, чему способствует активизация чехов. Но меж тем имперский рейхстаг наконец объявляет войну Владиславу от имени империи, и войска герцогов Саксонского и Баварского концентрируются на границах Чехии. Максимилиан направляет также посла в Москву, с которой подписывается наступательный союз против Ягеллонов. После ряда неудачных пограничных боев в 1517 Владислав вынужден заключить мир, признав независимость Тевтонского ордена, который вновь провозглашен субъектом СРИ. Венгрии также возвращено отвоеванное Максимилианом Спишское княжество в Словакии, в свое время заложенное Ягайле Сигизмундом Люксембургским и так и не выкупленное. В рамках того же договора ВКЛ заключает длительное перемирие с Москвой, на время отказавшись от требований возврата Смоленска. Оборонительный союз Москвы и Австро-Венгрии против Ягеллонов остается в силе. Благодарный императору, Василий в отличии от реала исполняет просьбу Максимилиана – освободить и прислать в Германию его старого друга и соратника, в молодости 10 лет прослужившего Максимилиану – князя Михаила Глинского, ныне сидящего в заточении в Москве. С послом империи Сигизмундом Герберштейном Глинский прибывает в Вену. Максимилиан, как и собирался в реале, отсылает его в Нидерланды на службу к своему внуку и наследнику Карлу (с Глинским мы еще встретимся). Занятый войной на востоке, Максимилиан вынужден был пойти на уступки на западе, и в 1516 году заключить договор с Францией, по которому не только признать захват Франциском I в 1515 герцогства Миланского, но и выдать ему как император СРИ формальную инвенституру на владение этим имперским леном, а так же отказаться от претензий на Бургундию.

Andreev: Пишите!!! Здорово.

Демонолог: Очень хорошая тема, и именно потому её не будут комментировать :)

georg: В марте 1516 года в Сарагосе скончался Фердинанд Католик, регент Кастилии, король Арагона, Неаполя и Сицилии. В этом же месяце кортесы обоих королевств провозгласили королем юного Фердинанда, младшего внука Максимилиана, который уже несколько лет воспитывался в Испании, при дворе своего деда по матери, Фердинанда Католика, в качестве его официального наследника. Правда кастильские кортесы при этом заявили, что продолжают считать королевой Кастилии Хуану Безумную, а Фердинанда признают лишь регентом при недееспособной матери. Но через год Фердинанд был коронован в Толедо как король Кастилии. Ближайшим советником Фердинанда становится его воспитатель, кардинал Хименес де Сиснерос. 12 января 1519 года, умер император Максимилиан I, в последние годы с возрастающей тревогой наблюдавший за стремительным усилением Турции, ресурсы которой после побед Селима в Иране, Сирии и Египте удвоились. Трое могущественных монархов явились соискателями императорской короны: эрцгерцог Карл, король Венгерский, Франциск I, король Французский (как герцог Миланский являющийся князем империи), и юный Людовик Ягеллон, король Чешский и Польский, сын недавно умершего Владислава. Последний вскоре отказался от своих притязаний, ибо за корону начался настоящий торг с подкупом курфюрстов, а сеймы Чехии и Польши не выделили своему королю достаточно денег. Когда Людовик понял это, он, будучи как король Чешский имперским курфюрстом, снял свою кандидатуру в пользу Франциска и голосовал за него. Короли Французские, конечно, не могли смотреть хладнокровно возрастающее могущество потомков Бургундских герцогов, некогда бывших вассалами французской короны. Мужская линия Бургундского дома вымерла, но бургундская мощь перешла к Габсбургам. Вопрос об избрании одного из двоих кандидатов долго обсуждался в Германии на все лады и был решен в пользу Карла V, государство которого могло служить для Европы надежным щитом против грозного нашествия турок, уже всех приводившего в неописуемый ужас. Следует заметить,что немалую и весьма существенную поддержку этим доводам оказали и те весьма обильные денежные средства, которые аугсбургский банкирский дом Фугеров предоставил в распоряжение Габсбургов, но все же избирательная кампания совершенно опустошила казну Карла и вогнала его в долги.

georg: После некоторых колебаний, на съезде курфюрстов (в июне 1519 г.) во Франкфурте-на-Майне, вопрос был решен окончательно. 28 июня 1519 года, по старинному обычаю, под звон набатного колокола, семеро курфюрстов, одетые в свои красные мантии, собрались в маленькой часовне Варфоломеевской церкви; когда они из часовни вышли, ими единогласно был провозглашен эрцгерцог Карл, король Венгерский, императором римским, под именем Карла V (1519-1556 гг.). Вслед за тем новый император, которому только что минуло 20 лет, был коронован в Аахене. ФранцискI решил воспользоваться ситуацией, чтобы вернуть Франции господство в Италии, утраченное ЛюдовикомXII. Еще в 1519 году, воспользовавшись смертью Максимилиана и выборами, предъявил младшему брату Карла, Фердинанду, требования признать ленную зависимость от Франции Неаполитанского королевства и уплачивать с него дань, а также вернуть законному королю Наварры Генриху д`Альбре Верхнюю Наварру со столицей Памплоной, которая в 1512 году была захвачена Фердинандом Католиком. В начале 1520 года Генрих д`Альбре во главе французской армии перешел Пиринеи, и овладел Памплоной, где имел немало сторонников. В это же время французский наместник Милана маршал Лотрек вторгается в Неаполитанское королевство, но терпит при Гаэте поражение от испанского вице-короля Неаполя Пескары. Фердинанд собрав войска в Испании идет на Памплону, но Генрих отчаянно обороняется в своей вновь обретенной столице, и Фердинанд через 3 месяца снимает осаду. Отойдя к Туделе от подтягивает новые части и улучшает артиллерийский парк. Меж тем Карл начал было собирать армию в Нидерландах, чтобы помочь брату, и вступил в переговоры с Генрихом VIII о союзе. Но грозные вести приходят с востока. Престарелый Селим отказался продлить истекший мирный договор, и турки вновь захватили боснийский Сребреник, предприняв набег в Хорватию до Загреба. Михаил Глинский, ставший к этому времени любимцем и ближайшим советником юного императора, срочно послан в Австрию с приказом собрать войска. Но денег в казне Карла нет. Первый рейхстаг, назначенный Карлом, происходил в начале 1521 года в Вормсе. Сейм вначале занялся внутренними германскими делами; на обсуждение сейма поступил вопрос о герцогстве Вюртембергском, которое сторонники императора пытались из коронного владения обратить во владение австрийское. Вопрос был решен согласно желанию сейма и "самое его императорского величества правление в Вюртемберге" (так наименовано оно было на сейме) было предоставлено курфюрстам совместно с восстановленным вновь "коронным судом". В ответ на это, сейм, в угоду императору, согласился предоставить в его распоряжение войско, состоящее из 4000 рыцарей и 20 000 пехотинцев, для защиты Венгрии от турок. На тот же сейм призван был Лютер, и там состоялось его знаменитое выступление «На том стою и не могу иначе». Весьма легко может быть, что и государственные чины, и сам император охотно согласились бы на некоторую реформу (по отношению к церковным злоупотреблениям даже и весьма радикальную) в Церкви, и что Лютер, - будь в нем хоть немного политического такта и догматических способностей, - вероятно, добился бы высокого положения и важной роли в этой реформе, если бы показал некоторую уступчивость, осторожность и уклончивость в выражениях. Но в том-то и дело, что Лютер был далек от всяких политических соображений и расчетов, в которых ему могла быть предназначена роль. К тому же император был и не вполне свободен в решении этого вопроса: между ним и папой уже был в это время заключен договор, по которому он обязывался противодействовать в Германии распространению ересей, а папа - не оказывать поддержки французам в Италии. Посреди сейма пришли грозные вести с востока, заставившие забыть о распрях. Новый султан Сулейман с 100-тысячной армией подошел к Белграду.

Леший: georg пишет: дабы покончить с вечной опасностью с востока, против которой не имеют опоры в Польше, пригласят на трон московского государя, впрочем скорее не Ивана Васильевича, а его сына царевича Ивана Ивановича. Согласно Валишевскому и Флоря в Польше и литве хотели "на царство" именно Ивана Грозного. Кандидатуру Федора выдвинула лишь небольшая группа литовских магнатов опасавшихся, что Иоанн IV объединив под своей властью Русь, Литву и Польшу легко упразднит привелегии магнатов (мелкая шляхта, в т.ч. и польская, была горой за Ивана). И в 1574 г., согласно Валишевскому, Ивана фактически уже избрали королем, но вмешались Турция и Крым пригрозившие в этом слусае войной и двинувшие войска. В результате посполитые дрогнули и отступили. Но тут позиции Турция, ИМХО, будут слабее (реален антитурецкий союз Руси и Австрии).

georg: Леший пишет: Согласно Валишевскому и Флоря в Польше и литве хотели "на царство" именно Ивана Грозного. Кандидатуру Федора выдвинула лишь небольшая группа литовских магнатов опасавшихся, что Иоанн IV объединив под своей властью Русь, Литву и Польшу легко упразднит привелегии магнатов (мелкая шляхта, в т.ч. и польская, была горой за Ивана). Как раз таки польская, а не литовская. Впрочем литовская шляхта тогда еще недавно получила политические права аналогичные польским шляхетским вольностям, и в Литве рулили магнаты. В данной АИ шляхта в Литве вообще не получит этих прав, так как личной унии с Польшей нет, и польское государственное право не распростаняется на ВКЛ. И решать, кого призвать на княжение после смерти Сигизмунда-Августа скорее всего будут "паны-рада".

georg: Напуганный сейм вотировал экстраординарный имперский сбор, и призвал князей выставить войско. СРИ была объявлена в состоянии войны с Турцией. Уже собранные 4000 рыцарей и 20 000 пехотинцев были срочно двинуты в Вену, где под руководством Михаила Глинского собирались австрийские войска. Меж тем Сулейман осадил Белград. Его гарнизон оборонялся яростно, отбив около 20 атак турецких войск. Пушки Сулеймана установленные на острове в водах Дуная, непрерывно громили крепостные стены. Силы осажденных иссякали. Как только войска Глинского подошли к Буде, кардинал Томори, управлявший Венгрией в отсутствии короля, решил выступить на помощь Белграду. В распоряжении Томори были регулярные венгерские войска и бандерии нескольких баронов (тех что успели подойти), и часть дворянского ополчения (которая успела собраться). Вместе с армией Глинского это составляло около 60000, меж тем как Сулейман сосредоточил под Белградом почти 200000. Оставив часть войск продолжать осаду, Сулейман двинулся к Петерсвайдену, на встречу венграм. План Сулеймана был составлен очень искусно. Он построил свою армию в три линии: первую составляли анатолийские войска сераскира Ибрагима, вторую — румелийские войска Хозрев-паши, а янычары под командой самого султана были поставлены в резерве на холме. Не сомневаясь, что венгры атакуют тяжелой кавалерией, Сулейман приказал первой линии расступиться перед атакой венгерцев и затем заскакать им в тыл и на фланги. Утром 1 июля в районе крепости Петерсвайден разведка донесла графу Эндре Кинжи, командовавшему венгерским авангардом, о приближении турецкой конницы, которая по численности незначительно превосходила венгерский авангард. Не задумываясь молодой магнат решил атаковать противника, известив гонцом кардинала Томори, что турки обнаружены. Спаги были быстро опрокинуты, и откатились за гряду холмов, преодолев которую рыцари Кинжи с удивлением обнаружили перед собой турецкую армию. Кинжи сразу понял, что отступать поздно, ибо многочисленная легкая конница турок неизбежно истребит его рыцарей. Его конница врезалась в турецкий строй. Конница Кинжи произвела блестящую атаку, пролетела через первую турецкую линию, давшую ей место, и пошла дальше, но уже с сильно утомленными и запыхавшимися лошадьми, так что, дойдя до второй линии, должна была остановиться, а в то же время она была атакована с флангов и тыла первой линией турков. Но в этот момент на поле появились главные силы венгров. Бой был фактически уже завязан, и Томори, предоставив Глинскому достроить боевой порядок, решил атаковать, для того чтобы спасти остатки авангарда и не дать туркам самим атаковать еще до конца не выстроенную австро-венгерскую армию.

georg: Кардинал Томори, только что отслуживший походную мессу, и сменивший епитрахиль на перевязь сабли, с храбрейшими рыцарями и тяжелой конницей двинулся вперед; он прорвал под градом стрел обе турецкие линии и уже подходил к холму, где стоял Сулейман с 30 000 янычар, когда по нему открыли фланговый огонь расположенные здесь батареи и причинили большие потери. Тем не менее венгерцы продолжали движение, взобрались на холм и атаковали самого султана. Большое число слуг и евнухов было перебито, защищая его; рыцари все приближались и уже направляли на него копья, когда подоспевший отряд янычар отбросил нападающих и освободил повелителя. Таким образом, воины Томори были окружены со всех сторон полчищами румелийских и анатолийских войск и янычар. Но окружение это продолжалось недолго. Используя идеальную равнину поля боя и прекрасную выучку венгерской пехоты на гуситский манер, Глинский быстро выстроил «гуляй-город» из бронированных боевых повозок, оснащенных пушками, и превратив его в опору боевого порядка, двинулся вперед. Залпы орудий быстро проредили массу турецких войск, и конница Томори была спасена от истребления, хотя сам воинственный архиепископ пал в бою. Рыцари Томори отступили за гуляй-город для отдыха и перегруппировки. Сулейман, видя что его войска несут большие потери от огня из гуляй-города, приказал прекратить атаки, и выдвинув несколько мощных батарей, начал обстрел гуляй-города, предполагая пробить бреши в нем и после этого атаковать янычарами. Меж тем турецкой коннице было приказано атаковать фланги противника. Но на флангах турки напоролись на венгерскую шляхту и бандерии магнатов. Один из флангов почти был прорван, но появление на поле боя войска опоздавшего к началу сражения трансильванского воеводы Яноша Запольяи, который сумел сразу же правильно оценить обстановку, позволило венгерской коннице опрокинуть турок. В центре после артиллерийской дуэли султан бросил в атаку янычар. Но у самых стен гуляй-города они напоролись на выдвинутый Глинским резерв - австрийскую «имперскую пехоту». Ландскнехты-ударники, вооруженные огромными двуручными мечами, взломали строй янычар, после чего пикинеры атаковали сомкнутым строем, и отбросили янычар до батарей перед султанской ставкой. Вслед за ними немедленно продвинулся вперед гуляй-город. В сумерках сражение прекратилось. Венгры продолжали артиллерийский огонь в сторону турецких позиций, турки вяло отвечали. Ночью, после военного совета и подсчета потерь, Сулейман приказал отступить за Саву. Австро-венгры утром обнаружили покинутый турецкий лагерь. Понимая невозможность продолжать осаду, имея перед собой непобежденную полевую армию противника, Сулейман отводит свои потрепанные войска на турецкую территорию. Когда армия Глинского вступила в Белград, ее встретили 400 воинов – все что осталось от доблестного Белградского гарнизона. Зимой 1522 года с османами было подписано перемирие, по которому все же турки удержали за собой ранее захваченный ими боснийский банат Сребреник.

sas: 1) С чего Вы решили,что на другой местности турки будут вести себя также , как при Мохаче? 2) Чей Родос?

georg: sas пишет: 1) С чего Вы решили,что на другой местности турки будут вести себя также , как при Мохаче? Место сражения выбрано авторским призволом, и его местность аналогична Мохачской sas пишет: 2) Чей Родос? В 1521 как и в реале еще ордена иоаннитов.

sas: georg пишет: В 1521 как и в реале еще ордена иоаннитов. А в 1522-м? georg пишет: Место сражения выбрано авторским призволом, и его местность аналогична Мохачской Понятно(делает пометку в новом блокноте с черной обложкой...)

georg: В это же время на западе продолжалась война Франции с Испанией. Баланс сил резко качнулся в сторону Испании, когда папа Лев X в обмен на пожалование его племяннику Александру Медичи титула герцога Флоренции перешел на сторону Габсбургов. Испанская армия Пескары соединилась с армией папы, которой командовал граф Колонна, и двинулась на Милан. Согласно договору папы с братьями-Габсбургами решено было изгнать французов из Италии и вернуть на трон Милана Франческо Сфорца. При дворе ФранцискаI в это время шла «дамская война», между ненавидевшими друг друга королевой-матерью Луизой Савойской и фавориткой Франциска Франсуазой де Шатобриан. По интригам королевы-матери наместнику Милана маршалу Лотреку (родному брату прекрасной Франсуазы) не были вовремя отпущены деньги на жалование швейцарским наемникам, и наемники взбунтовались и разошлись. Так что когда войска Пескары и Колонны подошли к Милану, Лотреку было некем его оборонять. Союзники захватили герцогство и посадили в Милане Франческо Сфорца, которого Карл немедленно пожаловал имперской инвенститурой на герцогство. Франциск немедленно собирает большую армию в Лионе для отвоевания Милана во главе с тем же Лотреком. Но поскольку перемирие с турками уже заключено, Карл перебрасывает немецкие войска под командованием Георга фон Фрундсберга из Венгрии в Италию. 27.04.1522 г. при ла Бикоке армия Лотрека была разгромлена войсками Испании, папы и императора. В этой битве еще раз оправдались тактические новации покойного Максимилиана, ибо австрийские ландскнехты наголову разгромили швейцарцев. В то же время после длительной осады, обстрелов и нескольких штурмов Памплона наконец взята испанскими войсками. Королю Наваррскому Генриху д`Альбре удается с остатками своих войск прорваться на север и уйти за Пиринеи, в свой Беарн. Попытка отвоевать Верхнюю Наварру провалилась. После неудачи под Белградом Сулейман заключил перемирие с Карлом с дальним прицелом – дать императору увязнуть в борьбе с Францией. А пока султан решает атаковать Родос, так как Франция и Испания заняты войной друг с другом и не могут оказать помощи ордену Иоаннитов. Турки высадились на Родосе в конце июля 1522 г. Осада крепости Родос оказалась затяжной, несколько приступов были отбиты с огромными потерями для турок. Только после усиления осаждающей армии огромным сухопутным войском, в котором было до 100 тыс. воинов, Сулейман смог добиться победы. В конце декабря 1522 г. крепость капитулировала, но успех обошелся туркам в 50 тыс. убитыми.

georg: sas пишет: Понятно(делает пометку в новом блокноте с черной обложкой...) Если серьезно, то по Мохачу у меня только выдержка из "Истории конницы" Денисона. Подробного описания местности там нет. Просветите, ежели знаете больше. Хотя результат битвы это все равно не изменит Но таков уж жанр.

sas: georg пишет: Если серьезно, то по Мохачу у меня только выдержка из "Истории конницы" Денисона. Я узнал этот отрывок, :) советую Вам попробовать поискать поисковиком, пока я в своих бумагах более подробного описания не нашел...Кстати, а с Империей Французы не воюют?

georg: sas пишет: Кстати, а с Империей Французы не воюют? См. одним постом выше. Карл объявляет войну Франции после перемирия с Турцией.

sas: georg пишет: См. одним постом выше. Карл объявляет войну Франции после перемирия с Турцией. Хм, я начинаю понимать к чему Вы клоните... Галактическая АВИ? ;) sas пишет: советую Вам попробовать поискать поисковиком Пробовал воспользоваться своим же советом-долго плевался..Не смог найти "грязных подробностей" на 4-х страницах Гугля,Яндекса и Рамблера(смотреть дальше терпения не хватило...) :(

georg: sas пишет: Галактическая АВИ? ;) Нет. Галактическая получилась бы, если бы я решил объединить Германию под властью Карла. Соблазн был, но увы, слишком много препятствий, и главное - у общественных сил в Германии, даже у тех, которые в принципе за единство, до непримиримости разные взгляды на будущее устройство страны. Да и маховик Реформации уже запущен, и этот процесс укрепляет позиции князей за счет Церкви. А тут еще турки. Невыходит. sas пишет: Пробовал воспользоваться своим же советом-долго плевался. Аналогично

georg: В Польше поражение в предыдущей воне вызвало большое раздражение шляхты на на немцев. Поэтому когда Людовик Ягеллон решил воспользоваться нападением турок на Венгрию для возвращения сюзеренитета над Восточной Пруссией, сейм был за единогласно. Поляки собрали рушение, чехи тоже выставили вспомогательный корпус. В августе 1521 Людовик вступил в Пруссию. Ни император, ни немецкие князья не могли на тот момент оказать помощи ордену. Осажденный в Кенигсберге многократно превосходящими силами противника, магистр Альберт Гогенцоллерн решил до времени смирится перед Польшей. 1 октября он принес ленную присягу Людовику. В Германии события 1523-24 годов идут как в реале click here . Военные действия между Францией и Габсбургами в1523 приостанавливаются. Фердинанд считает, что цель достигнута – с изгнанием французов из Италии Неаполь в безопасности, и теперь остается склонить Францию к миру. В этом направлении он умеряет аппетиты Карла, который мечтает о возвращении наследия своего прадеда Карла Смелого – Бургундии. Франциск, со всех сторон окруженный врагами, так же склоняется к тому, чтобы (по крайней мере временно) отступиться от Милана.

georg: Но снова, как это обычно происходит у французов, «тужюр ля фам» - в политику вмешалась любовная интрига, и снова в лице любвеобильной королевы-матери Луизы Савойской. Лучшим полководцем Франциска на тот момент был его родственник, принц крови Карл де Монпансье, герцог Бурбонский. Принадлежа к младшей линии Бурбонов – линии герцогов де Монпансье, Карл женился на единственной наследнице старшей линии – Сюзане де Бурбон, дочери регентов Пьера де Бурбона и Анны де Боже, и получил за ней огромный апанаж, настоящее королевство в королевстве - провинции Бурбонне, Форез, Божоле и Овернь. Несколько лет Бурбон крутил роман с королевой-матерью, и благодаря ей еще молодым человеком получил должность коннетабля Франции. Роману пришел конец, когда умерла жена Карла Сюзанна. Королева-мать решила «оформить отношения», и потребовала от коннетабля, чтобы он вел ее к алтарю, но коннетабль отказался, что немедленно превратило любовницу в злейшего врага. По инициативе королевы-матери на свет божий был извлечен утвержденный ЛюдовикомXI брачный контракт Анны Французской и Пьера де Боже, сеньора де Бурбона, согласно которому все имущество старшей линии Бурбонов должно быть возвращено французской короне в случае смерти наследника по мужской линии. У Сюзанны и Карла детей не было. О том, что условия контракта позже были упразднены Карлом VIII, а затем и Людовиком XII, постарались забыть. Франциск издал указ о секвестре Бурбонского апанажа. Тогда, стремясь сохранить свои владения, коннетабль вступил в сношения с императором. Карл увидел в этом возможность «окончательно решить французский вопрос». В августе 1523 г. император пообещал отдать ему в жены свою сестру Элеонору, вдову короля Португалии. Карл хотел проводить военные операции из Нидерландов, а привлеченный им к антифранцузскому союзу Генрих VIII — в Нормандии. Для этого Бурбон должен был организовать восстание внутри Франции. Союзники составили договор о разделе Франции – император должен был получить Бургундию, Пикардию, Дофинэ и Прованс, Англия – Нормандию и Гиень, а на трон Франции возведен Бурбон. Однако заговор Бурбона провалился, и он был вынужден бежать к Карлу. Здесь но убедил императора, что его сторонники готовы к мятежу в Бурбоне и Оверни. Летом 1524 года Бурбон, во главе собранной в Миланском герцогстве императорской армии переходит Альпы, и захватывает столицу Прованса Экс, стремясь прорваться в свои земли, где у него немало сторонников. Но Франциск успел принять меры. Все попытки Бурбона перейти Рону проваливаются, осада Марселя так же оказывается неудачной, и наконец под Марселем Бурбон терпит поражение.

georg: Развивая успех, Франциск I вторгся в Италию, перерезал армии Бурбона линию отступления и молниеносно взял Милан, куда он вступил 26.12.1524 г. Герцог Франческо Сфорца укрылся в крепости Павии, где был осажден Франциском. Но во время приготовления к штурму Павии разведка донесла королю Франции о приближении испанской армии во главе с вице-королем Неаполя Карлом де Ланнуа. Далее все как в реале. Франциск, вопреки справедливым предостережениям своих офицеров, слишком рано атаковал со своих еще не защищенных позиций, и был наголову разбит. Франциск I сдался плен Карлу де Ланнуа, вице-королю Неаполя, та же судьба постигла часть сражавшегося вместе с ним французского дворянства. По приказу Лануа король Франции был немедленно отправлен в Испанию. Карл немедленно написал брату, чтобы тот не отпускал короля Франции из плена, пока тот не вернет Бургундию и Пикардию. Но Фердинанд вполне радушно принял Франциска, и отказался выставлять чрезмерные требования. В РИ Фердинанд конечно же уступал старшему брату в общей концепции власти, постановке целей, широте кругозора и смелости действий. В то же время Фердинанда отличали трезвость в оценке момента и приверженность политическим компромиссам. Фердинанд был прагматиком и всегда хорошо чувствовал почву под ногами. Теперь он напомнил Карлу о турецкой угрозе, о том что унижение толкнет Францию в объятия турок, и наконец прямо заявил, что возвращение Бургундии не имеет ни малейшего отношения к государственным интересам Испании. Карлу пришлось смириться. К тому же он и не мог сильно влиять на ситуацию – в Германии полыхала Крестьянская война click here . Она перекидывается и на владения Карла – в Тироле и Зальцбурге вспыхивает мощное крестьянское восстание Михаэля Гарсмайера, которое Карлу приходится подавлять. В конце 1525 был подписан Мадридский мир. По его условиям Франциск отказывался от Милана, от старинных сюзеренных прав Франции на Фландрию и Артуа и обязался не поддерживать Генриха д`Альбре Наваррского. Карл, в свою очередь, отказывался от претензий на Бургундию. Франциск так же вынужден был признать Франческо Сфорца герцогом Миланским. Но поскольку Сфорца был последним в роду и бездетным, Франциск принял это условие, решив спокойно дождаться смерти Сфорца, а дальше действовать по ситуации. Мир был скреплен браком Франциска с сестрой Карла и Фердинанда Элеанорой.

georg: Сулейман отнюдь не отказался от экспансии на запад, и тщательно готовил новый поход на Белград. В 1525 году он уже готов был выступить, но сбору анатолийских войск помешали крестьянские бунты в ряде районов Малой Азии, вызванные ростом налогов и произволом откупщиков, занимавшихся их сбором. Особенно значительным было выступление крестьян в Киликии (1525), где повстанцы захватили многие районы, вплоть до Сиваса, и несколько раз наносили поражение султанским войскам. Восстание в Киликии было подавлено в 1526 г., после того как султан направил в этот район новые карательные отряды. В том же году крестьянское восстание вспыхнуло в районе Малатьи. В нем участвовало до 30 тыс. человек. Они разгромили войско султана, направленное на подавление восстания. Только после того, как бейлербей Карамана сумел внести раскол в ряды повстанцев, посулив части их руководителей возврат земельных владений и полное прощение, удалось подавить восстание. Те руководители повстанцев, которые продолжали борьбу до конца, были схвачены и повешены. После завершения карательных операций в Малой Азии Сулейман начал готовиться к походу в Венгрию. Опыт предыдущей осады был проанализирован и учтен, диспозиция осадной артиллерии и план минных работ тщательно разработан. Но главным было не дать подойти к Белграду императорской деблокирующей армии. Для этого султан решил нанести по Венгрии фланговый удар. Новому Крымскому хану Саип-Гирею было приказано одновременно с ударом султанской армии на Белград напасть на Венгрию с востока. В помощь хану в Силистрии сосредотачивалась 30-тысячная армия румелийского сераскира Хосрев-паши. Молдавскому и Валашскому господарям так же было приказано принять участие в войне. Поход начался весной 1527 года. Карл, получив известия о наступлении турок, сосредоточил на юге свои войска, призвал в армию венгерских магнатов и дворянство, и запросил помощи у имперских князей. Те в конце концов прислали помощь, но слишком поздно. Тем не менее все силы Австро-Венгрии были вовремя сосредоточены, чтобы идти на помощь Белграду. И воевода Трансильвании Янош Запольяи уже готов был выступить на помощь королю, как вдруг узнал о появлении Крымской орды на восточной границе. Немедленно мобилизовав все наличные силы дворянства и общин секеев (венгерский аналог казаков в Трансильвании), Запольяи перекрыл проходы в Карпатах, надеясь удержаться на них. Но тут он был атакован с юга Хосрев-пашой и валашским господарем, которому султаном были обещаны земли Трансильвании. Валашские пастухи вели турок горными тропами, и венгры были сбиты с перевалов, через которые хлынули татары. Запольяи оставалось только одно – запереться в крепостях, где укрылось население, и оборонятся. Там ему и удалось продержаться, благо осаду турки в основном поручили валахам. Оставив в тылу осажденного в Альба-Юлии Запольяи, Саип-Гирей долиной Муреша двинулся к Араду. Татарская орда катилась к сердцу страны, оставляя за собой одни головешки.

Леший: georg пишет: И воевода Трансильвании Янош Запольяи уже готов был выступить на помощь королю А с чего это вдруг Заполья перешел на сторону Габсбургов? Логичнее было бы совместить поход турок с антигабсбургским мятежом трансильванского воеводы Запольяи.

georg: Леший пишет: А с чего это вдруг Заполья перешел на сторону Габсбургов? Логичнее было бы совместить поход турок с антигабсбургским мятежом трансильванского воеводы Запольяи. Так ведь он в данной АИ и родился при Габсбургах, их природный подданный. И в РИ служил природному королю Людовику, и к Мохачу шел, но не успел. А после мохачской катастрофы и гибели Людовика решил побороться с Габсбургами за корону. Здесь корона ему не светит однозначно, так какой смысл становиться турецким вассалом?

georg: Известие о вторжении с востока застало Карла под Печем. Созванный военный совет перешел в настоящий сейм. Большинство магнатов и шляхты владели поместьями на Левобережье Дуная, которое оказалось под угрозой татарского нашествия. Требование в первую очередь отразить татар было почти всеобщим. В конце концов было принято решение отрядить половину армии против татар, поставив во главе Михаила Глинского, как хорошо знающего тактику противника (в 1506 Глинский во главе литовской армии разгромил Крымского хана под Клецком в Белорусии). Другой половине во главе со старым имперским маршалом Георгом фон Фрундсбергом приказано было выдвинуться на юг и предпринять попытку снабдить Белград. Но в генеральное сражение не вступать из-за явной нехватки сил. Глинский, перейдя Дунай и Тису, столкнулся с татарскими загонами под Арадом. Поняв, что татары распустили загоны для грабежа, Глинский, выпытав у языков где находится ставка хана, стремительно двинулся туда, не давая орде соединиться. Хан начал отступление не принимая боя, но был настигнут у переправы через Муреш и прижат к реке. Венгерская конница несколькими клиньями разрезала орду и бой превратился в резню. Хан с той частью войска, что успела переправиться, начал стремительно уходить в Трансильванию, бросив на произвол судьбы распущенные загоны, которые были затем уничтожены воинами Глинского. Перейдя Муреш, Глинский двинулся к Алба-Юлии, откуда турки и валахи немедленно ретировались. Глинский оставил часть войск Запольяи (который к зиме очистил свои земли от врага), и выступил на запад, на соединение с императором, чтобы идти на помощь Белграду. Но под Сегедом получил известие о том что турки, взорвав укрепления с помощью подкопов, взяли Белград штурмом. После соединения с Глинского с королем австро-венгерская армия выступила к Белграду по правому берегу Дуная. Турки стояли за Савой, и их мощная дунайская флотилия не давала никакой возможности переправиться. Два месяца продолжалось стояние на Саве. Но Сулейман, овладев Белградом, считал задачу пока достигнутой, и не стал вступать в сражение, в то же время заново (уже для себя) укрепляя полуразрушенный Белград. К началу зимы турки ушли домой, оставив в Белграде мощный гарнизон.

georg: Известие о падении Белграда произвело в Германии панику. Осенью в Нюренберге собрался имперский рейхстаг. Чины единогласно решили собрать к весне общегерманское войско и выдвинуть его в Венгрию. Строилась и вооружалась большая речная флотилия на Дунае. Весной военные действия возобновились. Карлу пришлось сразу же отрядить значительные силы в Трансильванию, которой снова угрожали татары. Карпатские проходы были укреплены. Главная же императорская армия подошла к Белграду и осадила его. Не замедлил подойти и Сулейман с турецкой армией. Произошедшее сражение закончилось отступлением турок. Но еще ранее Сулейман, поняв что Трансильванию защищают значительные силы, перебросил крымскую орду в Валахию и приказал ей вторгнуться в банат Северин, выходя в тыл имперской армии. Карлу снова пришлось раздробить силы, и турки, перейдя в наступление, прорвали осаду Белграда, снабдив гарнизон всем необходимым.. В августе, соединив силы, Карл дал новое сражение туркам, снова одержал победу, и снова не окончательную. Турки отступили в порядке Возобновленная после этого осада Белграда шла вяло. Осенью было подписано перемирие, по которому Белград остался за Османской империей. Карл не намерен был мириться с потерей Белграда. Но дела в Германии начали принимать неблагоприятный оборот. Карл требовал остановить распространение лютеранства, и на рейхстаге 1530 года потребовал исполнения антилютеранского Вормского эдикта. Распространение ереси грозило разрушить единство империи и церкви. Стать сам на сторону реформации Карл не мог по соображениям не только идейным, но и политическим – он нуждался в поддержке Испании и папы, да и Венгрию постоянная борьба с неверными все более превращала в ультракатолическую страну. Оставалось только одно – остановить распространение ереси, но это оказалось не в силах императора. 25 декабря 1531 года в гессенском городке Шмалькальдене собрались: курфюрст Иоанн Саксонский, ландграф Гессенский Филипп, Эрнст Люнебургский, Вольфганг Ангальтский, граф Мансфельдский и уполномоченные от Георга Бранденбургского и множества городов. Со стороны Саксонии было внесено предложение о заключении оборонительного союза против какого-либо насилия, учиненного на религиозной почве, в отношение кого-либо из договаривавшихся князей или их подданных. Это предложение было принято шестью князьями, двумя графами и одиннадцатью городами, в том числе Бременом и Магдебургом. На двух последующих съездах, в мае и июне 1532 года, этот союз был продлен на шесть лет, а в военном и юридическом отношении его положения были существенно улучшены.

georg: И наконец свершилось событие, грозившее разрушить «сердечное согласие» - скончался герцог Миланский Франческо Сфорца. По родовым счетам единственным законным наследником Милана оставался король Франции ФранцискI как потомок Филиппа Висконти. И Франциск немедленно предъявил свои права. Его войска вступили в Пьемонт. Карл заявил что Милан принадлежит ему как выморочный имперский лен. Франциск решает нанести удар императору в Германии. Ульрих, герцог Вюртембергский, был низложен властью Швабского союза в 1519 году, как уже было сказано выше, и принужден покинуть страну, которая перешла под австрийское управление. Сын его, Христоф должен был следовать за императорским двором. Но ему посчастливилось бежать и затем он стал требовать от Карла возвращения герцогства. Выдвинув это требование, Христоф встретил поддержку со стороны своих дядей с материнской стороны герцогов Баварских, и многих других князей: Саксонского, Гессенского, Брауншвейгского. В 1532 году к князьям, сторонникам молодого принца, присоединился самый могущественный союзник, французский король, с которым ландграф Гессенский легко вошел в соглашение в Бар-ле-Дюке. И в то время, когда Карл отправил одну армию в Милан, а другую сосредоточил во Фландрии, ландграф Гессенский собрал на французские субсидии большое войско и разбил австрийцев в битве при Лауфене на реке Некарни (май 1533 г.). Это единственное поражение решило все дело. Вюртемберг был возвращен Ульриху, который вернулся на родину. На большой поляне перед Канштатом штутгартское бюргерство признало его своим герцогом после того, как он присягнул в соблюдении тюбингенского договора 1514 года, определявшего права всех сословий Вюртемберга Императору пришлось срочно оттягивать силы в Германию. Милан был занят французами. Армия императора в свою очередь разбила князей в Вюртемберге и оттеснила их к границам Саксонии. Но Карл не мог использовать в Германии венгерские войска, так как Венгрии угрожали турки. Поэтому когда могущественнейший из курфюрстов империи, король Чешский (и Польский) Людовик примкнул к Шмалькальденской лиге, Карл вынужден был уступить, и заключить в Кадане (Чехия) договор с Чехией, Саксонией, Гессеном и Вюртембергом (29 июня 1533 г.). При этом Вюртемберг объявлялся уступленным австрийским леном, но не лишался места и голоса на сейме. По пресечении мужского колена в герцогском доме наследство переходило к Австрии. Но главное – Карлу приходится принять провозглашенный Нюренбергским рейхстагом принцип «чья земля того и вера», основываясь на котором герцог Ульрих немедленно провел реформацию в отвоеванном Вюртемберге. Взамен князья порвали с Францией и предоставили войска в распоряжение императора. Германская армия вступает в Италию и отбрасывает французов за Альпы. В следующем году Карл предпринимает вторжение в Прованс. Угрожаемый войной со стороны Испании, Франциск снова вынужден отступиться от Милана, где водворяется наместник Карла.

georg: Испания процветает. Успешная конкиста Америки вызывает поток золота в Испанию, которое Фердинанд использует для наращивания сил, содержания регулярной армии и постройки мощного флота. Главную цель внешней политики Фердинанд видит в обеспечении безопасности своих владений от мусульманских пиратов. Те часто нападали, наводя страх, на испанское побережье и грабя Кадис, Малагу, Мурсию и Валенсию, а также Сицилию и Неаполь. На это испанская политика со времен Католической четы отвечала оккупацией отдельных портовых городов и местностей на северном побережье Африки: на западном побережье Марокко — Санта-Крус-де-мар-Пекунья, на северном побережье — Белес де ла-Гомера; дальше, на алжирском побережье — Оран, Тенес, а также Делис и Бухья. Весной 1530 года Фердинанд отправил испанский флот под на операцию против пиратского гнезда Херхель западнее Алжира. Она прошла удачно, но не затронула власти Хайреддина Барбароссы. Не смогли ничего изменить и переселившиеся окончательно на Мальту весной 1530 года иоанниты, которым Фердинанд передал охрану Триполи, завоеванного еще Фердинандом Католиком. В 1531 году дон Альваро де Базан овладел на алжирской территории портом властителя Тлемсена. Когда в августе 1534 года Хайреддин Барбаросса завоевал Тунис и изгнал Бей Мули Хасана, Фердинанд снарядил в Испании и Италии флот, чтобы в июле 1535 года напасть на Тунис и сокрушить Барбароссу, тем более что тот сотрудничал с султаном, и мог стать серьезной угрозой испанской политике в западном Средиземноморье. Удачно проведенная экспедиция против Туниса была успехом флота, который был обеспечен умелым взаимодействием с сухопутной армией. Тунис был завоеван, часть городов побережья перешла к Испании, а остальное было передано Бей Мули Хасану как вассалу. Хайреддину однако удалось сбежать, и он продолжал свою политику из Алжира. Завоевание Алжира должно было принести Испании полное господство в западном Средиземноморье, и Фердинанд принялся за его подготовку.

georg: С 1535 года война с турками возобновляется. Еще 2 общеимперских похода на Белград проваливаются, и снова роковую роль играют крымские татары, постоянно используемые султаном для походов на Венгрию. Советникам Карла, и прежде всего самому старому и опытному из них – Михаилу Глинскому – становится ясно, что без ликвидации татарской опасности успешное наступление на Турцию нереально. Москва, в которой после смерти мужа как раз приходит к власти племянница Михаила Елена Глинская, представляется идеальным союзником против Крыма. Тем более что в Казани, ранее зависевшей от Москвы, теперь утвердился крымский царевич Сафа-Гирей. Михаил начинает оживленные сношения с Москвой, заводит там свою агентуру, возобновляет старые знакомства среди бояр. В Москву направляется группа инженеров и военных специалистов. Наконец оказано прямое давление на Людовика Ягеллона, благодаря которому он не оказывает Литве активной помощи в развязанной Сигизмундом войне за возвращение Смоленска. Война впрочем быстро оканчивается. Через послов Михаил развивает в Москве планы завоевания Казани и последующего наступления на Крым. Внезапная смерть Елены Глинской в 1538 путает все планы. Через свою агентуру, в первую очередь через вдову брата Анну Глинскую Михаил Глинский тщательно отслеживает ситуацию в России. Когда ему становится ясно, что Иван Шуйский вызвал против себя мощную оппозицию, в голове старого авантюриста рождается смелый план – явиться в Россию и самому захватить опеку над малолетним внучатым племянником Иваном Васильевичем. На деньги императора Михаил набирает 1000 кавалеристов и 3000 пехоты – ветеранов турецких кампаний, причем в основном из хорватов, словаков и словенцев, дабы могли на Руси изъяснится. И осенью 1539 высаживается в Ревеле. Момент был выбран крайне удачно. Нападение крымцев вызвало мобилизацию новгородского дворянства, которое было выведено на службу на Оку. А с новгородским наместником Федором Воронцовым Глинский успел снестись и привлечь его на свою сторону. Официально было объявлено, что князь Михаил следует в Москву как посол римского цесаря, и ведет войско на службу московскому государю против врагов креста Христова. В Москве эти вести были получены, когда Глинский уже входил в Новгород. На тот момент Иван Шуйский у всех уже сидел в печенках, и Дума дружно провалила его инициативу не пускать непрошенного гостя. Все больше бояр вовлекалось в организованный Анной Глинской заговор. Племянники Глинского еще молоды и не смогут занять высоких постов, а самому князюшке уж за семьдесят, наведет порядок да и отдаст Богу душу – думали многие бояре. Под шумок освободили из тюрьмы Ивана Бельского, который немедленно организовал вступление Глинского в Москву. Ну а Ивану, который остался сиротой и уже натерпевшемуся немало обид явившийся вдруг собственный дедушка – живая легенда, воевода римского цесаря, многократный победитель басурман – дедушка этот был мальчику как спаситель, как ангел с небеси. На заседании думы мальчик-государь торжественно принял деда обратно в московскую службу со всем его войском, и вернул ему некогда пожалованный Василием удел – Медынь и Ярославец, с придачей еще Козельска. Войско Глинского было размещено в особой слободе в Москве. Ему предстояло стать костяком постоянного московского войска.

georg: Иван Шуйский в негодовании перестал посещать заседания Думы. Глинский, хорошо зная князя Ивана еще в бытность свою в Москве, постарался убрать его подальше, заслав наместником в Нижний Новгород. Проводя гибкую политику в отношении Думы, Глинский заключил фактический триумвират с Иваном Бельским и митрополитом Иоасафом, причем Бельский получил должность первосоветника Думы. Ему было в основном поручено внутреннее управление, тогда как Глинский взял на себя внешнюю политику, военное дело и воспитание государя. Большая часть наемного войска Глинского по истечении договора найма было рассчитано и отправлено на родину. Но изрядная часть – старые солдаты Глинского, участвовавшие с ним не в одном сражении - вступила в Московскую службу и была пожалована поместьями. Одновременно был объявлен набор «охочих людей» в московское стрелецкое войско, в которое наемники Глинского были расписаны офицерами. В основу стрелецкого строя Глинский, положил тактику венгерской пехоты, отработанную в боях с турками. Стрельцы делились на пищальников и копейщиков. Копейщиков, защищенных шлемами и панцирями и вооруженных пикой и короткой саблей, обучали действиям в сомкнутом строю, причем Глинский, используя испанские тактические новации, строил копейщиков в терции. Стрелки вооружались пищалью, саблей и бердышом. В бою стрелки должны были выстраиваться в несколько шеренг перед каре копейщиков и вести огонь караколированием, в случае атаки кавалерии отходить в интервалы между терциями и на фланги. При атаке стрелки забрасывали пищали за спину и атаковали холодным оружием – именно поэтому их обучали владению как бердышом, ставшим главным наступательным оружием стрельцов, так и саблей, в основу техники которой была положена венгерская фехтовальная школа. В то же время стрелецкие части обучаются построению гуляй-города и действиям из него. Стрелецкий корпус насчитывал 10000 воинов. Им было положено денежное жалование и обильное натуральное довольствие, для чего ряд дворцовых и черносошных волостей был переведен на нужды снабжения корпуса. Семьи погибших воинов продолжали получать довольствие. Признавая тактику московского дворянского ополчения оптимальной для борьбы с татарами, Глинский счел необходимым создать в его составе несколько подразделений, имеющих тяжелое вооружение и обученных атаке в сомкнутом строю на быстрых аллюрах, по образцу венгерской армии, имевшей тяжелую и легкую конницу. Для этого были приписаны «достаточные» дворяне и вотчинники, которых обязали иметь соответствующее вооружение и лошадей. Дворян обучали копейному удару, а так же венгерским приемам сабельного боя. Обучение должно было проводиться во время ежегодных сборов дворянского ополчения на Оке. Инструкторами были приехавшие с Глинским хорватские дворяне. Позаботился Глинский и о воспитании государя, который впрочем не отходил ни на шаг от очаровавшего его внучатого дяди. По инициативе митрополита Иоасафа (как и в реале) из Отроча монастыря был освобожден Максим Грек. Митрополит объявил, что старый философ принес полное покаяние в своих заблуждениях, и по отбытии епитимьи возвращен в Церковь. Максим становится старшим преподавателем Ивана, обучая его греческому, латыни и полному курсу гуманитарных наук – философии, риторике, богословию и.т.д. А чтобы успокоить иосифлян, митрополит объявляет, что сам лично будет следить за учебным процессом. Но сверх того Глинский закладывает в программу так же курс точных наук на уровне современной Италии, и связанных с ними прикладных – инженерного дела, фортификации и.т.д..

georg: Вынужден заняться работой, завтра ответственный день. Полет фантазии придется пока остановить.

Леший: georg пишет: И в РИ служил природному королю Людовику "В 1505 г. резко обострились отношения между королем и "партией" Яноша Запольяи. Отряды вооруженных дворян, собравшись в комитатах, угрожали свергнуть Уласло II и сделать Яноша Запольяи правителем. Уласло II обратился за помощью к императору Максимилиану, Венеции и чешскому дворянству. Императора поддерживал Тамаш Бакоц. В сентябре 1505 г. Максимилиан объявил войну венгерским феодалам под предлогом защиты короля. Собравшиеся в том же месяце на государственное собрание на Ракошском поле пол Пештом вооруженные отряды дворян добились 13 октября 1505 г. принятия постановления, согласно которому в случае рождения у Уласло II сына он будет наследником престола; если же король умрет, не оставив наследника, то королем изберут венгра, а не иностранца. Бароны и прелаты вынуждены были присоединиться к дворянам, создав конфедерацию против Максимилиана. Однако эти решения король не утвердил... Но по ребованию государственного собрания Уласло II объявил войну Максимилиану. Тот вторгся в Венгрию, заняв Шопрон и Пожонь... Продолжая расширять свое влияние, группа Яноша Запольяи добилась постановления 1507 г. об обязательности для короля решать все дела только в совете, членами которого было восемь дворян..." "История Венгрии" т. 1

georg: Леший пишет: В 1505 г. резко обострились Уласло сам позвлил дворянству дойти до подобной наглости. А при Максимилиане и Карле власть короля достаточно сильна. У Запольяи надежд на трон не возникает. В реале Запольяи расчитывал женится на Анне, но когда родился Людовик, признал его наследником и в последствии служил ему без эксцессов. Ради чего Запольяи здесь от законного короля переходить к туркам? Свои же дворяне нак кол посадят.

Леший: georg пишет: Свои же дворяне нак кол посадят. Не посадят. В РИ среди венгерских дворян было сильное протурецкое движение. Власть турецкого султана признавалась более предпочтительной чем власть императора СРИ (большая внутр. автономия и гораздо меньшие налоги). Кроме того, немцев в Венгрии недолюбливают (Запольяи во многом и выдвинулся как глава антигабсбургской партии), а учитывая что Максимилиан начнет "закручивать гайки" (например повышать налоги для финансирования своих войн и "сворачивать" самостийность магнатов), то вооруженная оппозиция ему гарантирована. Тем более, что вражда Уласло и Запольяи началась еще до избрания Уласло королем (Иштван Запольяи поддерживал другого Ягеллона).

georg: Леший пишет: В РИ среди венгерских дворян было сильное протурецкое движение. Власть турецкого султана признавалась более предпочтительной чем власть императора СРИ (большая внутр. автономия и гораздо меньшие налоги). Так то уже после Мохача, когда Венгрия уничтожена как государство, с одной стороны турки, а с другой Австрия, относящаяся к своей части Венгрии почти как к провинции. В ситуации после Мохача, когда Сулейман взял Буду и угнал в плен 200000 человек, начисто опустошив сердце страны - долину Дуная, венгры осознали, что независимое королевство уже не поднять. С Запольяи пошли те венгерские дворяне, которые считали, что лучше быть турецким вассалом, чем автономной австрийской провницией. Да и то кроме Трансильвании никто его не поддержал, Фердинанд выгнал его из Буды с помощью венгров же, и только новый поход Сулеймана утвердил Буду за Запольяи. В ситуации же, когда существует независимое и территориально целостное венгерское королевство, ни одному венгру и в кошмарном сне не приснится поддаться басурманину поганому. И Запольяи не исключение. Его РИ действия не стороне турок возможны толко в ситуации после Мохача, но в данной АИ Мохача нет. Леший пишет: цитата: а учитывая что Максимилиан начнет "закручивать гайки" (например повышать налоги для финансирования своих войн и "сворачивать" самостийность магнатов) Все это уже сделал Матьяш (не немец а природный мадьяр) - и военные налоги ввел, и самостийность магнатов свернул (а некоторым и шею заодно). Максимилиану нужно только удержать эти позиции (чего не сумел сделать Уласло). А удерживать - не завоевывать.

georg: Иван Бельский как и в реале начинает проведение земской реформы. От имени великого князя выдаются судные грамоты городам, по которым уголовное судопроизводство переходит к коллегиям «целовальников», избираемых населением. Часть боярства недовольна, но мятежа Шуйского здесь не происходит – в Москве имеется слобода «преторианцев», и сторонники Шуйского осознают, что при попытке переворота наемники, а затем стрельцы порвут мятежников как Тузик грелку. Шуйский остается на своем посту и руководит обороной восточной границы от казанцев. При наборе стрельцов стараются брать людей, имеющих реальный боевой опыт – бывших городовых пищальников и казаков. К моменту вторжения Саип-Гирея удается подготовить половину списочной численности -5000, но войско получается весьма качественным. При этом количество стрелков почти в два раза превышает количество пикинеров. Слаженность в правительстве омрачало только наличие у Ивана Бельского старшего брата Семена, который еще при Елене бежал в Литву и с литовской помощью пытался вернуть себе родовое княжество – город Белый на Смоленщине. Сверх того Семен, будучи сыном сестры последнего великого князя Рязанского Ивана претендовал так же и на Рязань. По окончании московско-литовской войны Семен бежал в Крым, и теперь во всю интриговал там против Москвы. Утверждая что правительство Глинского непрочно, и что в случае вторжения Шуйский поднимет мятеж, Бельский толкал хана на войну с Москвой. Иван Бельский сумел выхлопотать брату прощение, но тот отказался вернуться. Крымский хан потребовал от Москвы возврата великого княжества Рязанского Семену, который должен был стать вассалом Крыма. Саип-Гирей сподвиг на войну и своего брата Сафа-Гирея Казанского. По счастью действовать одновременно им было неудобно - Саип-Гирей ждал весны и подножного корма для лошадей в степи, а хан Казани, не имея сильной флотилии на Волге, и не будучи уверенным в преданности казанских мурз, опасался удара русских Волгой по Казани, от которой они могли его отрезать, и не решался действовать летом. Сафа-Гирей, в декабре 1540 года миновав Нижний Новгород, успел беспрепятственно достигнуть Мурома, но там был атакован русской ратью во главе с сыном Ивана Шуйского Петром и подошедшим из Касимова ханом Шах-Али. Разбитый Сафа-Гирей бежал назад. Сей не весьма удачный поход умножил число недовольных в Казани: тамошние Князья и знатнейший из них, Булат, тайно писали в Москву, чтобы государь послал к ним войско; что они готовы убить или выдать Сафа-Гирея (реал).

georg: Весной в Коломне начинается сбор войска, другое сосредотачивается во Владимире против казанцев. Туда к Ивану Шуйскому тайно прибывают посланники братьев Гиреев с предложением воспользоваться вторжением, поднять мятеж и вернуть себе правление. После трудных раздумий Шуйский сообщает об этом визите Глинскому. Из Москвы ему привозят в ответ 2 грамоты – одна торжественная, о пожаловании во владение Балахны на Волге, а другая тайная – с просьбой продолжать сношения с татарами, давая вид что согласен на мятеж. Шуйский достигает соглашения с Гиреями, по которому он после выступления Глинского за Оку должен был выступить из Владимира и занять Москву. Сафа-Гирей должен был в это время отвлечь на себя Шах-Али, не дав ему помешать Шуйскому. Весной сторожа донесла, что крымский хан выступил к Москве «в силе тяжкой», что кроме всех сил Крыма с ним идут отряды из Ногайских улусов и Астрахани, а так же значительный отряд янычар и артиллерия. К моменту когда хан осадил Зарайск, все силы еще не были собраны, и Глинский, оставив Бельского на Оке подтягивать отставшие дворянские контингенты, выступил на юг с частью дворян и стрельцами, стремясь не дать татарам разграбить Рязанские земли. Впрочем опасения были напрасны – хан отлично помнил разгром на Муреше, когда Глинский атаковал его ставку, и держал силы в кулаке, не распуская загоны для грабежа. При приближении войска Глинского хан снял осаду и приготовился к битве. Относительная немногочисленность войска Глинского и уверенность в том, что Шуйский вот-вот займет Москву, вселила в хана уверенность в победе, и он уже предвкушал как его старый враг Михаил Глинский, от которого он дважды позорно бежал в Венгрии, попадет в его руки. Глинский снова выстраивает гуляй-город, превратив его в опору боевого порядка. Все атаки татар на него были отбиты огнем. В решающий момент сражения янычары выдвигают пушки и начинают обстрел участка гуляй-города. Пробив в нем бреши, турки выстраивают штурмовую колонну и идут в атаку. У стен гуляй-гуляй города их встречают стрельцы. Здесь происходит их боевое крещение как рода войск Янычары действуют по своей стандартной тактике. После обмена залпами стрелки с обоих сторон отступают за пикинеров, между которыми начинается бой по фронту. Янычары-стрелки собираются на флангах, забрасывают пищали за спину, и, обнажив ятаганы, готовятся врубиться во фланги русской терции. Но здесь сталкиваются с многочисленными стрельцами, действующими по той же тактике, но вооруженными не только пищалью и саблей, но и бердышом. Янычары вырублены подчистую, после чего стрельцы врубаются с флангов в каре янычар-копейщиков и те так же уничтожаются. Стрельцы захватывают турецкие пушки и разворачивают их. Здесь они атакованы татарами, но их атака отбивается пушечным и ружейным огнем. Хан срочно бросает на стрельцов значительные части татар, оттянув их с других участков. Воспользовавшись этим, Глинский с отрядом тяжеловооруженных дворян, обученных «гусарской» атаке, скрытно покидает гуляй-город, заходит во фланг татарам и наносит сокрушительный удар. Бой превращается в резню, в разгар которой подходит многочисленная конница Бельского. Свежие части преследуют разбитых татар на большом расстоянии, и едва спасшийся хан приводит обратно в Крым всего несколько тысяч воинов. В то же время Сафа-Гирей подходит к Мурому и вступает в бой с Шах-Али Касимовским. В разгар боя его атакуют полки Ивана Шуйского, который по расчетам хана должен уже быть в Москве. Сафа-Гирей теряет большую часть войска, и бежит в Казань, но там взбунтовавшиеся мурзы запирают перед ним ворота. Московская судовая рать приближается к Казани, и Сафа-Гирей с грустью отправляется в родной Крым. На Казанский трон вступает подошедший с московской ратью к городу Шах-Али.

Нико Лаич: Привет, Георг! Продолжаю копировать, продорлжаю читать, продолжаю наслаждаться... Скоро "Австро-Венгрия в XVI веке, или МаксимилианI, король Римский и Венгерский" можно будет издать отдельной книгой!!! Куда там до нашего Георга ихнему Макси со товарищи!!!

Нико Лаич: Привет, Георг! Вчера с большим удовольствием перечитал два раза "Новую хронологию Священной Римской Империи германской нации". Спасибо большое!!! Так понимаю, что в этом мире Тридцатилетней войны в масштабах РИ не будет. С нетерпением жду продолжения!

georg: Нико Лаич пишет: Так понимаю, что в этом мире Тридцатилетней войны в масштабах РИ не будет. Согласен. При наличии Чешско-Польской унии, при чем короли Чехии являются курфюрстами империи и не заинтересованы в усилении Австрии, масштабный наезд на протестантов а-ля ФердинандII в Германии невозможен. Нико Лаич пишет: С нетерпением жду продолжения! Невыходит. Работы много, времени мало. А продолжить без серьезной проработки нереально, слишком размахнулся, блин. Может через неделю.

Нико Лаич: georg пишет: Может через неделю. Привет! Это слишком долго!!!

georg: Победа над татарами высоко подняла престиж Глинского, но так же и Шуйского, который после посажения Шах-Али в Казани с помпой возвращается в Москву. Вокруг него вскоре сплотилась партия «Всеволодова Большого Гнезда» - князья Ярославские и Ростовские. Глинский же опирался на партию Гедиминовичей, в которой важнейшими фигурами были первосоветник Иван Бельский, князья Юрий Голицын и Петр Щенятев, а так же Воротынские (молодой Иван Воротынский стал ближайшим помощником Глинского в ратном деле). Теперь, когда внешняя угроза миновала, распри в Думе вспыхнули с новой силой. На момент прихода к власти Глинского и Бельского благодаря произволу кормленщиков в стране шла своеобразная «малая война». В РИ Алексей Адашев позднее писал, что «грады и волости пусты учиниша наместницы и волостели», а в ответ «тех градов и волостей мужичья многие коварства содеяша и убийства их людем». Выдача общинам судных грамот, лишавших наместников права суда и передаваших его присяжным была совершенно необходимой мерой, но ее широкое проведение по всей стране возбудила значительное недовольство среди бояр. К тому же многие считали, что их обходят постами в пользу Гедиминовичей. Вокруг Шуйского снова собирается значительная боярская партия. Глинский, понимая недостаточную прочность своих позиций, решает опереться на «земское мнение», и по примеру западных Генеральных Штатов решает созвать Собор из выборных 3 сословий – дворян, посадских и черносошных крестьян. Буквально накануне созыва Собора происходят 2 важных события. Во-первых (в то же время что и в реале) умирает Иван Шуйский. Главой рода оказывается его двоюродный брат Андрей по прозвищу Частокол, но он не обладает ни заслугами Ивана, ни его авторитетом среди бояр. Глинскому удается расколоть враждебную партию и привлечь многих ее членов на свою сторону, в том числе даже сына покойного Ивана Петра Шуйского, которого Глинский ценил за его военный способности, да и Петр относился к нему с уважением. Во-вторых Шах-Али снова изгоняется из Казани, куда возвращается Сафа-Гирей. По условиям договора с Россией Шах-Али обязался вернуть русских пленных, томившихся в Казани. Начавшееся выполнение этой меры приводит к массовому недовольству рабовладельцев. Недовольные посылают в Крым к Сафа-Гирею, обещая сдать ему город. Саип-Гирей после прошлогоднего разгрома не мог послать большого войска к Казани. Но на стороне Сафа-Гирея выступил его тесть – улубей Большой Ногайской Орды Юсуф. Ногайское войско напало внезапно, и Шах-Али едва успел бежать из Казани, где снова воцарился Сафа-Гирей.

georg: Соответственно на Соборе, который собрался осенью 1542 в Кремле, главными темами для обсуждения были земская реформа (которую решено было продолжить в сторону большего самоуправления городских и волостных общин), и неизбежная новая война с Казанью. Глинскому было совершенно ясно, что с помощью вассальных ханов Казань не удержать, и что нужно кончать с ней пока Крым не оправился от разгрома. Очертив перспективы новых бесконечных набегов, Глинский предложил предпринять полное завоевание Казани, и запросил мнение сословий, Думы и архиереев. Собор принял его планы и согласился на повышение налогов для покрытия военных нужд. Зимой Сафа-Гирей предпринимает набег на север и доходит до Галича, где настигший его Петр Шуйский наносит хану поражение, отбив обоз и полон. Глинский немедленно посылает посольство к императору с просьбой о содействии в новом наборе специалистов в Германии. Они прибывают в Москву следующим летом, и немедленно приступают к улучшению осадной артиллерии и обучению русских минным работам. Этом же летом предпринимается масштабное вторжение в Казанское царство с целью разорения края и отместки за зимний набег. 3 русских судовых рати – Петр Шуйский Волгой из Нижнего, Петр Щенятев Вяткой из Хлынова и Львов Камой из Чердыни - вторгаются в Казанский край и подвергают его опустошению, соединившись под Казанью. Разбив хана на Арском поле и продержав его в осаде до подхода двух других отрядов, Шуйский возвращается в Нижний. Поход основными силами решают предпринять зимой, чтобы не дать хану снова вторгнуться на Русь. Но ранняя оттепель заставляет Глинского вернуться в Нижний, где на военном совете принимается решение построить крепость на устье Свияги. Летом этого же 1544 года русское войско снова выдвигается к Казани и строит крепость Свияжск. Одновременно на пол-пути между Свияжском и Васильсурском сооружается крепость Чебоксары, а на Суре – крепость Алатырь. Результатом похода было то, что чуваши и мордва, бывшие ранее подданными Казани, присягнули Москве. Зимой 1544-45 Сафа-Гирей попытался захватить Свияжск, но был отбит. Понимая степень нависшей над Казанью опасности, Сафа-Гирей шлет слезные просьбы о помощи в Крым, Стамбул и Сарайчик. Но Сулейман, занятый войной с Испанией (которая будет описана чуть позже) и Ираном (завоеван Ван и снова взят Тебриз) не может послать значительных сил в Причерноморье. Против тестя Сафа-Гирея, ногайского улубея Юсуфа московская дипломатия поднимает его брата Исмаила, и в Большой Ногайской Орде начинается междуусобная война. Что же касается Крыма, то начиная летом 1545 новый поход на Казань, Глинский выступил не в начале лета, как предполагал хан, а в июне, когда Сахиб-Гирей уже подошел к Туле. Хан был встречен русской ратью и разбит, после чего все силы двинулись на Казань. Официально войско возглавлял сам 15-летний государь Иван Васильевич, принявший личное участие в походе. Осада и штурм происходили как в реале. В последней отчаянной схватке у дворца погиб хан Сафа-Гирей. Казань была завоевана. Отослав племянника в Москву, Глинский с большей частью войск остается в казанском краю, высылая партии для подчинения Арских татар и черемисов. В важных местах строятся крепости – Лаишев, Тетюши, Арск,где оставляются сильные гарнизоны. Наместником казанского царства остается Петр Шуйский. Край был покорен. Правда последние труды сильно подорвали некогда железное здоровье «Глинского-Дородного», как звали его в Литве. Князю исполнилось 80, и с этого времени он все больше болеет. От военной деятельности Глинский с этого времени полностью отходит, передав ее выученикам – Воротынскому, Щенятеву, Петру Шуйскому.

georg: Вернемся на Запад. В 1535 году умер курфюрст Бранденбургский Иоахим I, в течение всей своей жизни страстно ратовавший против учения Лютера, и до такой степени, что его собственная жена, курфюрстина Елизавета, бежала от его фанатизма в Саксонию (1528 г.). Из его двух сыновей, Иоахим II, как курфюрст, получил две трети области, а Иоанну, младшему, достался Неймарк. В 1539 оба они приняли лютеранство и провели реформацию в своих землях. В том же году вошло в состав протестантской партии и герцогство Саксонское. Большая часть страны принадлежала герцогу Георгу, который был с первого дня горячим, заклятым врагом Реформации. В день его кончины (апрель 1539 г.), его брат Генрих занял его место, и реформация не замедлила тотчас же распространиться по всему обширному герцогству Саксонскому. Император Карл вынужден был бессильно наблюдать распространение Реформации. Недавно он заключил тяжелый мир с турками, по которому окончательно уступил им отнятые ими у Венгрии земли – Белград и боснийские банаты Яйце и Сребреник. Но и теперь он ничего не мог предпринять для обуздания князей-реформаторов. Довольно значительные боевые силы, двадцать тысяч человек пехоты и четыре тысячи конницы, которыми располагал Шмалькальденский союз, а так же позиция Людовика Ягеллона, фактически ставшего протектором союза, и позиция Франции, готовой воспользоваться любым затруднением императора чтобы снова напасть на вожделенный Милан, заставляли Карла идти на уступки. В отличии от реала он не располагал силами Испании. Фердинанд Испанский оказывал ему финансовую помощь в войне с Турцией, но и только. Оказавшийся в положении аналогичном положению византийских императоров между ортодоксами и монофизитами, Карл всеми силами ищет возможности религиозного компромисса. В Шпейере, Гагенау, Вормсе происходил ряд "духовных собеседований", богословских прений, кончавшихся, разумеется, как все подобные религиозные разговоры. Однако был сделан шаг, и весьма серьезный, к воссоединению, и почти установился компромисс, по которому, с одной стороны, допускалось вступать в брак священнослужителям и причащение под двумя видами для мирян, а с другой – признавалось верховенство папы. Это произошло на Регенсбургском рейхстаге (1541 г.). Из Рима прибыл в качестве легата кардинал Гаспар Контарини. С католической стороны выступили богословы Пфлуг, Эк, Гроппер, с протестантской - Меланхтон, гессенец Писторий и самый искусный из посредников Мартин Бутцер. В отношении главного вопроса, учения об искуплении, мнения Контарини и Меланхтона почти сходились, но прения коснулись жгучей почвы, когда речь зашла о догмате пресуществления, на котором основывалась вся власть духовенства, и на котором также неизбежно она должна была потерпеть крушение. Обе стороны заняли опять свое прежнее положение, но политические обстоятельства оставались все же благоприятными протестантам. Император желал видеть в них друзей, а не недругов, так что заключение сейма было, вообще, в их пользу. Нюренбергский мирный договор был подтвержден с весьма многозначительным добавлением: "никому не возбранялось примкнуть, по желанию, к евангелическому вероисповеданию". Католики утешались при этом надеждой на вселенский собор. Добрые отношения к протестантам сохранились еще и на последующих сеймах в Шпейере (1542 г.), Нюренберге (1543 г.) и снова в Шпейере (1544 г.). Заключения последнего были также благоприятны для протестантов: все решения против них отменялись впредь до общего или экстренного немецкого церковного собрания. Члены судебной палаты должны были в будущем избираться из обеих партий, а до того времени все судебные иски на протестантов не могли обсуждаться, а произнесенные уже приговоры не должны были приводиться в исполнение. Со своей стороны, протестанты, как все сословия, должны были оказывать помощь императору против турок и французского короля.

georg: Венгрия превращается в военный лагерь. Непрерывная война позволила Карлу значительно усилить королевскую власть, обрезав полномочия сейма. На налоговые поступления, доходы от серебряных рудников Словакии и испанские субсидии Карл содержит сильную армию. Чрезвычайно многочисленное мелкое дворянство по большей части служит в армии и получает жалование. В то же время занятое войной дворянство не может уделять много внимания хозяйству. В результате барщинное хозяйство не развивается и полного закрепощения крестьян в Венгрии в отличии от РИ не происходит. Жемчужиной владений Карла остаются Нидерланды. Они сохраняют определенную степень автономии, Генеральные и провинциальные штаты собираются регулярно. Купечество богатеет на полученном благодаря союзу с Испанией праве торговли с Америкой. Ее осуществляют несколько торговых компаний, контролируемых домами Фуггеров и Вельзеров. Нидерланды дают львиную долю поступлений в казну Карла, но попытки повысить налоги наталкиваются на сопротивление Штатов. Настоящей занозой в теле империи Карла оказалось Чешское королевство. Людовик Ягеллон, пользуясь своим положением имперского курфюрста, вполне последовательно не давал усилится власти императора. Не заинтересованный в разгроме Венгрии турками, король Чешский и Польский в наиболее критические моменты оказывает помощь императору вместе с другими князьями СРИ, высылая чешское войско в Венгрию. Но в то же время при Любой попытке Карла нажать на князей Людовик немедленно блокируется с ними.

georg: В Польше при Людовике складывается альянс короля и шляхты. Блокируясь с посольской избой король добивается сеймового решения об «экзекуции прав» - проверке прав на владение землями. Целью ее было возвращение коронных имений, попавших во владение магнатов. Результатом реформы было изъятие у магнатерии обширных владений. При этом четвертая часть (кварта) доходов с коронных имений определена была на содержание регулярной армии, получившей наименование «кварцяного войска». Все это в совокупности с расцветом культуры польского Ренессанса (это эпоха Кохановского, Моджевского и пр.) дали основание историкам говорить о правлении Людовика как о золотом веке Польши. Аналогичные меры были проведены и в Чехии. В отличии от Польши, где немногочисленные города были населены по большей части немцами и евреями, и в результате города не имели представительства в сейме, в Чехии были сильные национальные города с развитым ремеслом, самоуправляемые и представленные депутатами в сейме. Людовику удается создать блок шляхты и горожан, в результате чего Чешский сейм превратился в двухпалатный парламент, почти аналогичный английскому. Часть доходов от возвращенных коронных имений так же была пущена на содержание наемного войска. К тому же король, воспользовавшись истечением сроков концессий Фуггеров на разработку чешских серебряных рудников, отказался ее продлевать и впоследствии весьма рачительно ими управлял, что позволило ему добиться значительной финансовой независимости от сейма. В девятилетнем возрасте Людовик был по настоянию отца избран королем Чехии. Он воспитывался в Праге, где попал под влияние своих преподавателей – профессоров Пражского университета, в котором господствовали гуситы. Это обусловило его равнодушное отношение к Римской церкви. Протестанты не преследовались ни в Польше ни в Чехии. В 1525 году при поддержке Людовика магистр Тевтонтского ордена Альберт Гогенцоллерн провел лютеранскую реформацию, и секуляризовав Орден, принес Людовику вассальную присягу в качестве светского герцога Пруссии. В Чехии он однако воспротивился попытке радикальных чашников пойти на сближение с учением Лютера, и заменил их в Пражской консистории более консервативными.

georg: Испания после завоевания Мексики и Перу превращается благодаря своим огромным финансовым возможностям в сильнейшее государство Европы. А отсутствие унии с Нидерландами сказывается на ней только благотворно, ибо производимое Местой – союзом овцеводов – огромное количество шерсти устремляется не на экспорт в Нидерланды, а на внутренний рынок. Города Кастилии издавна были центрами сукноделия, в мсатерских Толедо и Сеговии и в РИ при КарлеV под одной крышей работало от 100 до 300 человек. Благодаря дешевому сырью сукнодельческие мануфактуры Испании уже к концу правления Фердинанда насыщают внутренний рынок Испании и начинается экспорт в колонии. Развиваются также производство шелка и металлургия, в северных портах – океанское кораблестроение. Экономическому расцвету способствует политика короля – Испания в отличии от РИ не обременена общеевропейскими задачами. Финансовая политика Фердинанда является полным продолжением политики его деда Фердинанда Католика – он удерживает налоги на низком уровне и проявляет бережливость, накапливая золотой запас, хотя на армию и флот денег не жалеет. В 1541 г. Фердинанд сделал попытку нанести удар по Алжиру. Испанская армада из 500 кораблей с десантным войском из 24 тыс. человек 19 октября 1541 г. остановилась на рейде города Алжира. Турецкий наместник Хасан-ara располагал не более чем 10 тыс. вооруженных защитников. 25 октября войска Фердинанда подошли к стенам города, намереваясь начать осаду. Но тут вмешалась природа. К вечеру началась страшная буря, треть испанских кораблей была сорвана с якорей и разбилась о прибрежные скалы. Во время шторма испанцы потеряли всю артиллерию, люди были измотаны бурей и проливным дождем. Отсырел порох, что практически вывело из строя огнестрельное оружие. И все же Фердинанд и его военачальник герцог Альба решили бросить войска на штурм Алжира. Все атаки были отбиты с большими потерями для осаждавших. Продолжавшиеся три дня ливни вконец измучили десантные войска, исчерпаны были и продовольственные запасы. Потеряв 150 судов и 12 тыс. солдат, Фердинанд был вынужден дать приказ отплывать домой. По возвращении он немедленно приступил к подготовке новой экспедиции против Алжира. Сулейман в свою очередь, возблагодарив Аллаха за неожиданную помощь, начал снаряжать флот для захвата принадлежавшего Испании Триполи. Всем было ясно, что в Средиземноморье назревает большая война.

georg: Еще в 1530 г. папа Климент VII обратился к Фердинанду с просьбой даровать изгнанному турками с Родоса Ордену Иоаннитов постоянную резиденцию на острове Мальта. Фердинанд благосклонно отнесся к этому ходатайству и 24 марта 1530 г. в Кастельфранко подписал грамоту, по которой острова Мальта, Комино и Гоцо, а также город и крепость Триполи в Ливии передавались иоаннитам на вечные времена в виде дворянского свободного лена. Лен условно подчинялся вице-королю Сицилии. Теперь Триполи был занят рыцарским гарнизоном во главе с великим маршалом ордена Гаспаром дю Валье. Весной 1542 года турецкое войско на 112 галерах, 2 галеасах, 3 транспортных судах и бригантине, везших 12.000 воинов высадилось в районе Триполи. Великий маршал успел известить магистра, который немедленно затребовал помощи Испании – флот ордена насчитывал всего 10 боевых галер. Испанский флот, сильно ослабленный прошлогодней катастрофой, вышел из своих гаваней и направился к Мальте. Однако турки получили приказ любой ценой взять Триполи до подхода испанцев. Паша, командовавший осадой, буквально завалил валы крепости трупами, но во время третьего штурма турки ворвались в Триполи. Мальтийский гарнизон героически погиб. Испания потеряла важнейший форпост в Африке, открывший туркам дорогу в Тунис. Фердинанд отлично понимал всю степень нависшей угрозы. Ясно было, что следующим шагом турок будет низвержение испанского вассала Бей Мули-Хасана в Кайруане, а затем удар по Тунису. Потеря Туниса означала потерю надежды избавится от морских берберийских набегов, при которых берберы систематически разоряли побережье и захватывали испанцев в рабство. На усиление флота были брошены все силы и средства. Фердинанду удается привлечь к союзу Геную, которая не меньше страдала от набегов. Португальский король ЖуанIII, находившийся в состоянии перманентной войны с турками в Индийском океане, так же соглашается прислать дополнительную эскадру. Одновременно Фердинанд обращается к брату Карлу с просьбой возобновить войну с турками, и обещая при этом финансовую помощь. Карл сам считает момент благоприятным – германские князья и даже чешский король на последнем рейхстаге обязались помочь ему в войне с турками, а Крымский хан, в прошлом году разгромленный Глинским под Москвой, не может оказать туркам никакой существенной помощи. Однако Карл так и не смог воспользоваться столь благоприятной ситуацией для нападения на Турцию. Причиной стал новый неожиданный конфликт с протестантами в Германии.

georg: Кёльнский курфюрст, архиепископ Герман фон Вид, был готов принять евангелическое учение. Искренне принявший учение Лютера, Герман решил ввести аугсбургскоеисповедание в своей епархии и тем закончить свои дни. Объявив сословным чинам своей области о своем намерении произвести христианскую реформу в Бонне (март 1542 г.), и получив согласие большинства, он призвал Мартина Бутцера. В мае 1542 года в Бонн прибыл и Меланхтон. Все было рассмотрено на основании Библии, которую тщательно изучал сам старый курфюрст, и в июле предложение было снова внесено на рассмотрение сословных представителей. Миряне приняли его, но соборный капитул и кёльнский совет горячо воспротивились, а с ними и университет. Карл мгновенно осознал всю серьезность возможного прецедента. В Германии имелось с полсотни князей-епископов. Большей частью это были младшие сыновья могущественных владетелей, восприимчивые к приманке, которая открывалась перед ними – секуляризовать свои церковные княжества, превратив их в наследственные светские. Карл действует решительно, но то же время полностью в рамках имперского земского права. Жалоба Кельнского капитула на действия архиепископа была передана в имперский суд, который вынужден был признать действия архиепископа незаконными, ибо поскольку церковные земли являются не наследственными владениями князя-епископа, а собственностью Церкви, то принцип «чья земля того и вера» в данном случае неприменим. Сразу же после этого на территорию Кельнского курфюршества стремительно вторгается из Нидерландов наделенный полномочиями рейхскомиссара маршал граф Эгмонт во главе 5тысячного корпуса. Члены совета и капитула сумели ночью впустить солдат Эгмонта в город, и к утру город и замок были в его власти. Протестантские проповедники были в 24 часа выдворены с территории курфюршества, старый архиепископ заключен под домашний арест в своем дворце, папе отправлена просьба капитула разрешить новые выборы архиепископа, до которых княжеством должен был управлять императорский комиссар. Действия императора застали князей-протестантов врасплох. Члены Шмалькальденского союза собираются на совещание в Брауншвейге. Туда же является французский посол. ФранцискI мгновенно оценил всю благоприятность ситуации. Испания воюет с Турцией, а с князьями Карл в распре – такого благоприятного момента для отвоевания Милана давно не было. От имени короля посол предлагает субсидии и военный союз против императора. Князья-союзники оказываются в двусмысленном положении нарушителей Нюренбергского договора и последних сеймовых решений. К тому же по договору они обязаны оказывать императору военную помощь в случае войны с Францией. Курфюрст Саксонский Фридрих решительно отказывается от союза с Францией. Его примеру следует большая часть союза – решено против императора не воевать, но и военной помощи ему не оказывать. Однако самые боевые во главе с ландграфом Гессенским Филиппом принимают предложение. На французские субсидии Филипп начинает набор войска с целью освобождения Кельна.

georg: Военные действия начинаются в июле нападением французских войск на союзника императора герцога Карла Савойского и оккупацией французами Савойи и части Пьемонта. Турин обложен французскими войсками дофина Генриха. Карл посылает туда большую часть австрийских войск, но к моменту их подхода Турин захвачен французами. От Новары и Верчелли французы отбиты. Второй удар Франциск наносит на севере. Здесь преследуется 2 цели – помочь Филиппу Гессенскому отбить Кельн и отвлечь войска Карла из Италии. Имперские войска в Нидерладах немногочисленны, к тому же часть их защищает Кельн. Поэтому французам во главе с коннетаблем Монморанси удается взять Люксембург. Затем Монморанси осаждает Намюр, а Филипп Гессенский – Кельн. В сложившейся ситуации Карл решает воспользоваться благоприятным положением на востоке (с Турцией мир а Крым обескровлен), и перебросить в Германию венгерскую регулярную армию. Сосредоточив ее у Регенсбурга Карл наносит первый удар по Касселю – столице Филиппа Гессенского. Филипп снимает осаду Кельна, который ему так и не удается взять и предпринимает попытку прорваться в Кассель, но настигнут армией Карла, разгромлен и взят в плен. Карл передает ландграфство несовершеннолетнему сыну Филиппа под опекой императора. Филипп же отправляется в заключение в тирольский замок Эренсбург, где и окончит свои дни. Перейдя Рейн у Кобленца Карл совершает стремительный марш к Люксембургу и выбивает оттуда французский гарнизон. Угрожаемый с фланга Монморанси снимает осаду Намюра и отступает на границу Франции. Этим же летом на юге вступает в решающую фазу борьба за Алжир. Фердинанд, сосредоточив в Картахене собственный и союзный флот, предпринимает новую экспедицию против Алжира. Султан высылает многочисленный флот и десантную армию на помощь Алжиру. 1 августа у Алжира состоялось грандиозное морское сражение испано-португало-генуэзского флота с турецким. Особых тактических изысков не использовалось – выстроенные в линии галеры и галеасы шли на сближение, и обменявшись залпами, сцеплялись на абордаж. К вечеру турецкий флот был разгромлен. Спасшиеся остатки добили между Сицилией и Тунисом мальтийские рыцари. Неделю спустя город Алжир был взят штурмом испанской десантной армией во главе с герцогом Альбой. После этого Фердинанд принимает решение продолжить покорение городов алжирского побережья до полного уничтожения всех пиратских гнезд. Зиму Карл проводит в Брюсселе, сосредотачивая войска и ведя переговоры с Англией. ГенрихVIII, желавший расширения прибрежной полосы у Кале, заключает с императором союз против Франции. В то же время при посредничестве Людовика Ягеллона урегулируются отношения с князьями – членами Шмалькальденской лиги на условиях прежних договоров и сеймовых постановлений. Князья признают незаконность попыток секуляризации церковных княжеств. К тому же Герман фон Вид в это время умирает, и кёльнский капитул выбирает нового архиепископа. Весной Карл с многочисленной немецко-венгерской армией вторгается в Пикардию, а ГенрихVIII, выступив из Кале, осаждает Булонь. Монморанси с французской армией преграждает императору путь у Сен-Дизье. В произошедшем сражении французская армия разгромлена. Но крепость Сен-Дизье, оказывает императору героическое сопротивление, и ее осада длится целых 2 месяца. За это время Франциск успевает отозвать из Италии армию дофина Генриха. Так что когда Карл, овладев наконец Сен-Дизье, начинает поход на Париж, он застает все города сильно укрепленными, а французскую армию – преградившей ему путь в укрепленном лагере у Компьена. В Италии после ухода Генриха имперцы изгоняют французов из Пьемонта. Но севере же после нескольких неудачных осад оторвавшаяся от баз армия императора начинает испытывать трудности со снабжением – население по приказу Моморанси эвакуируется. В сложившейся ситуации Карл идет на переговоры, а затем на подписание мира. Франциск окончательно отказывается от каких-либо прав на Милан и возвращает окупированую Францией Савойю ее герцогу. Франция удерживает Ниццу и Салуццо в Пьемонте. ГенрихуVIII, который так и не сумел взять Булонь, приходится довольствоваться статус-кво.

georg: На протяжении нескольких лет в Европе водворяется спокойствие. Фердинанд продолжает военные действия в Магрибе. В 1545 году он предпринимает экспедицию на восток с целью отбить обратно Триполи, но терпит неудачу. Зато в Алжире завоевано все побережье до Атласа. В начале 1546 между Испанией и Турцией заключается перемирие. Фердинанд, считая непрочным владение побережьем Алжира, предпринимает попытку покорить внутренние области страны до Сахарского Атласа. Но здесь испанские войска сталкиваются с трудными природными условиями и упорным сопротивлением берберов. Тогда Фердинанд создает в Алжире 4 автономных мусульманских эмирата, в состав которых передает несколько городов на побережье и обширные районы плато до Сахарского Атласа. Эти эмираты - Тлемсен, Большая и Малая Кабилия и Меджерда. Правителями этих областей назначаются испанские мориски из знатных фамилий, их военные отряды так же набираются из морисков в Испании. Беи-мориски управляют порученными им областями согласно шариатскому праву и местным традициям. Они при поддержке Испании продолжают завоевание внутренних областей Алжира. Но все города побережья, имеющие удобные гавани, присоединены непосредственно к Испании. С берберийским пиратством покончено навсегда. В 1545 году в Триденто собирается наконец долгожданный вселенский собор. Но надежды, возлагаемые на него Карлом относительно религиозного компромисса вскоре рассыпаются в прах. На Соборе оказываются в большинстве итальянские и испанские изуверы. Собор демонстративно налагает анафему на все догматические нововведения лютеран. Вскоре всем становится очевидно, что примирение невозможно. Протестантские богословы покидают собор, который требует от императора искоренения ереси. Но Карл отлично понимает невыполнимость подобных требований. Подобная попытка приведет к войне не только со Шмалькальденским союзом, с которым Карл мог бы справится, но так же с Чехией и Польшей, чем оправившиеся от поражения турки и татары воспользуются для нападения на Венгрию. Поэтому на Аугсбургском рейхстаге 1548 года было фактически узаконено существование в империи двух конфессий. Карлу пришлось расстаться с мечтой о религиозном примирении и признать существующее положение. К данному времени относится начало колониальной экспансии Нидерландов. Основанная ранее для торговли с испанскими колониями Вест-Индская компания, пайщиками которой выступили Фуггеры, многие представители знати и купеческие дома Антверпена, приступает к освоению побережья Гвианы. Первым колонизируется Тринидад, затем основываются колонии и восточнее устья Амазонки, на территории РИ бразильских провинций Ресифи и Пернамбуку. Это заставляет Португалию занять все остальное побережье и основать в Байи (Сальвадор) центр управления Бразилией. Нидерландская колония получает название Амазонии. Развившееся там вскоре плантаторское хозяйство заставило впоследствии нидерландцев захватить опорные пункты на побережье Гвинейского залива и основать Гвинейскую компанию, которая занялась работорговлей.

LAM: georg пишет: перебросить в Германию венгерскую регулярную армию. Сосредоточив ее у Регенсбурга Карл наносит первый удар по Касселю От Регенсбурга до Касселя - довольно большое расстояние. Филипп вернуться из-под Кёльна успеет наверняка. И зачем все вопроы решать оружием? Почему не использовать против Филиппа его щекотливую ситуацию с двоежёнством (как это было сделано в реальной истории) georg пишет: Тогда Фердинанд создает в Алжире 4 автономных мусульманских эмирата, в состав которых передает несколько городов на побережье и обширные районы плато до Сахарского Атласа. Эти эмираты - Тлемсен, Большая и Малая Кабилия и Меджерда. Правителями этих областей назначаются испанские мориски из знатных фамилий А вот этого не понял. Мориски- это ведь христиане. Во всяком случае, официально. Что, им разрешено вернуться в исламскую веру? Всем, или только тем, кого послали в Алжир? А как насчёт марранов? Ох, играет с огнём король Фернандо. С огнём инквизиции.

georg: LAM пишет: Мориски- это ведь христиане. Небольшая часть. Большая часть их вполне официально сохраняла веру предков вплоть до изгнания. А маранов еще Фердинанд Католик изгнал. LAM пишет: С огнём инквизиции. Инквизиция на тот момент - послушное орудие королевской власти. В свое время Фердинанд Католик специально ввел ее в Испании, хотя папа был против. Цель - гранды, особенно в Арагоне, были фактически неподсудны королю. Поэтому непокорных феодалов обвиняли в ереси и тем самым выводили из под юрисдикции светского права. Руками инквизиции король расправлялся с грандами. При вступлении КарлаV на трон папа ЛевX не хотел подтверждать полномочия инквизиции, зная для чего она в Испании нужна,но Карл настоял. Это уже потом при слабых преемниках ФилиппаII инквизиция распоясалась. LAM пишет: От Регенсбурга до Касселя - довольно большое расстояние. Филипп вернуться из-под Кёльна успеет наверняка. Здесь согласен. Но это его не спасает от разгрома. Он уже вторично выступает с оружием против императора (первый был при отвоевании Вюртемберга). Так что расправа будет образцово-показательной.

georg: LAM пишет: Мориски- это ведь христиане. Поясняю мысль, а то вчера меня оттащили от компа. В христианство были обращены мавры Гранады. Но это насильственное обращение, осуществленное по праву завоевателя (тех кто отказывался креститься, выселяли из Испании), не коснулось арагонских земель, а именно королевства Валенсии, где было довольно многочисленное мусульманское население, сохранившее право на исповедывание своей религии еще при завоевании Валенсии ХаймеI. Во время восстания комуньерос гражданская война разразилась и в королевстве Валенсия. Мятежники были почти все люди из народа, питавшие величайшую ненависть к дворянам, а особенно к сеньорам, пользовавшимся некоторой властью над жителями. Повстанцы старались причинить им как можно больше ущерба. Они знали, что для сеньоров будет огромным бедствием, если сделают их мавров-вассалов христианами, так как различие в религии обязывало мавров уплачивать своим сеньорам более обременительные повинности, чем платили лица христианского вероисповедания. Вследствие этого повстанцы заставляли креститься всех мавров, попадавших к ним в руки; таким способом было крещено более шестнадцати тысяч. Так как насилие более, чем убеждение, принимало участие в этой перемене, они не замедлили вернуться к своему прежнему верованию. Император велел казнить главных вожаков восстания. Много мавров (которых эта суровость заставила опасаться подобного же обращения с ними) уехало из Испании и удалилось в королевство Алжирское [477], так что в 1523 году более пяти тысяч домов осталось без жителей {Сауяс. Летопись Арагона. Гл. 100; Сандовал. История Карла V. Кн. 13. п. 28.}. Раздраженный этим, Карл V убедил себя, что не следует терпеть мавров в государстве, и попросил папу освободить его от присяги, данной на собрании кортесов в Сарагосе, что мавров Арагона не будут принуждать к крещению. Папа сначала ответил, что подобная уступка будет скандалом. Император настаивал, и она была ему дана 12 марта 1524 года. Папа только обязал его своим отдельным бреве поручить инквизиторам ускорить обращение мавров, объявив им, что в случае отказа перейти в христианскую веру их обяжут выехать из королевства под страхом быть обращенными в пожизненное рабство. В данной АИ восстания комуньерос нет. Валенсийские мавры, оставшиеся мусульманами, и составляют тот контингент, из которого набирают переселенцев в Алжир. Желающих будет много - ведь это возможность сменить приниженное положение в Испании на привиллегированное в Алжире.

Нико Лаич: Привет, георг! Все аккуратненько скопировал. Буду сегодня наслаждаться чтением. Заранее спасибо!

Леший: georg пишет: В Польше при Людовике складывается альянс короля и шляхты. Блокируясь с посольской избой король добивается сеймового решения об «экзекуции прав» - проверке прав на владение землями. Целью ее было возвращение коронных имений, попавших во владение магнатов. Результатом реформы было изъятие у магнатерии обширных владений. При этом четвертая часть (кварта) доходов с коронных имений определена была на содержание регулярной армии, получившей наименование «кварцяного войска». Все это в совокупности с расцветом культуры польского Ренессанса (это эпоха Кохановского, Моджевского и пр.) дали основание историкам говорить о правлении Людовика как о золотом веке Польши. ИМХО, это какой-то альтернативный Людовик. В РИ он себя таким не проявил.

georg: Леший пишет: В РИ он себя таким не проявил. В РИ он и не мог себя проявить. Он вступил на трон в 1516 в возрасте 10 лет, погиб при Мохаче в возрасте 20 лет. Но кое-что было. Цитируем Ласло Контлера " История Венгрии. Тысячелетие в центре Европы": "В 1523 г. Лайош II (18 лет), последовав примеру своего шурина, Фердинанда Австрийского, попытался взять бразды правления в свои руки. Однако произведенные им перемены в правительстве в целом оказались неэффективными. Они лишь подлили масла в огонь усобицы и нестабильности, в результате чего политическая атмосфера в стране накалилась, как перед началом гражданской войны. Королю удалось несколько упрочить свои позиции лишь на государственном собрании в апреле 1526 г., когда его поддержала, как это ни парадоксально, тайная организация, созданная за год до того с целью защиты интересов дворянства. Не дали желаемого результата и мероприятия, которые при других обстоятельствах были бы разумными и взвешенными, как, например, отзыв контракта с Фуггерами на разработку северных шахт. Единственное решение, оказавшееся удачным, было принято в 1523 г. Оно было связано с назначением калочского архиепископа Пала Томори главным капитаном. Томори, как и Запольяи, сумел нанести несколько поражений туркам, которые в свою очередь сломали сопротивление первой линии южных укрепленных районов. В Западной Европе в это время разгорался конфликт между католическими и протестантскими государствами, а Германия стояла накануне страшной крестьянской войны. Сейм «Священной Римской империи» и император Карл V, второй шурин Лайоша II, занятые соперничеством с французским королем Франциском I, оставили без внимания многочисленные отчаянные просьбы венгерского государя о помощи. В то время, когда в 1526 г. заседало государственное собрание, армия Сулеймана, значительно большая, чем в 1521 г., уже находилась на марше. " Каких "проявлений" вы хотите от Людовика. По моему в его возрасте, без всякого опыта, в раздираемой противоречиями стране где его папаша позволил свести королевскую власть к чистой фикции, Людовик сделал все что было возможно.

Леший: georg пишет: Они лишь подлили масла в огонь усобицы и нестабильности, в результате чего политическая атмосфера в стране накалилась Подозреваю, что и в Польше будет подобное.

georg: Леший пишет: Подозреваю, что и в Польше будет подобное. В том то и дело, что в Польше "редукционное движение" возникло не при помощи короля, в РИ шляхта начала его на сеймах самостоятельно, в рамках борьбы с засильем магнатов. Королю нужно было только пойти на встречу шляхте, что и сделали в РИ Сигизмунд Старый, а затем Сигизмунд Август, осушествив при поддержке сейма редукцию коронных имений. РИ предпосылки к описываемым мной реформам имелись и в Чехии, но там в РИ города подверглись разгрому и лишились привиллегий в 1548, когда с частью дворянства выступили против Фердинанда, стремившегося двинуть чехов на войну со Шмалькальденской лигой. Тогда как в Венгрии в РИ к началу правления Людовика магнаты полностью держали власть, так как после роспуска наемной армии Матьяша им была поручена организация государственной обороны - между ними пилились доходы от гос. налогов, а они содержали наемные отряды. Но и здесь, как ясно из предыдущей цитаты, в 1526 возникал блок 20-летнего короля и дворянства против магнатов - "Королю удалось несколько упрочить свои позиции лишь на государственном собрании в апреле 1526 г., когда его поддержала, как это ни парадоксально, тайная организация, созданная за год до того с целью защиты интересов дворянства.". Только вот в этом же году король погиб при Мохаче.

georg: В 1546 великому князю Ивану Васильевичу исполняется 16 лет. Из предыдущего содержания таймлайна понятно, что личность Ивана имеет значительные отличия от реала. В реале великий князь не получил практически никакого систематического образования (что вынужден был наверстывать позднее под руководством Сильвестра и Макария, и только к 30 годам стал «словесной мудрости» ритором), и никакого систематического воспитания, в результате чего оказался не готов к управлению государством, и 50ые годы стали для него годами ученичества в государственной деятельности и фактического соправительства с «Избранной Радой». В данной АИ Иван воспитан Глинским, опытнейшим полководцем и государственным деятелем европейского масштаба, и получает систематическое образование по руководством Максима Грека – ученого-энциклопедиста, некогда занимавшегося преподавательской деятельностью в Италии и служившего секретарем у знаменитого мецената Ренессанса князя Джованни Пико де Мирандола. В каком ключе воспитывал бы Максим своего ученика, можно судить по написанному в реале Максимом для молодого Ивана сочинению «Главы поучительны начальствующим правоверно». «Главы поучительные» начинаются весьма резким утверждением, что тот, кто подчиняется действиям страстей — «ярости и гневу напрасному и беззаконным плотским похотем», не человек, но «безсловесного естества человекообразно подобие». Далее идет речь о том, что истинному христианину не подобает услаждать свои глаза «чюжими красотами», а свой слух «душегубительным глумлением смехотворных кощунников». Ему не следует открывать свои уши для клеветников, «ниже язык удобь двизати в досады и злословия и глаголы скверны». В результате характер Ивана формируется более уравновешенным, похожим на его деда ИванаIII, в котором природная гневливость умерялась волей и целеустремленностью. Глинский старался приобщить племянника к делам правления с детства. В 15 лет Иван принимает участие в победоносном казанском походе, и с этого момента регулярно присутствует на заседаниях думы и приемах послов, вникая в дела правления На митрополичьем престоле сидит Иоасаф Скрипицын, в реале свергнутый Шуйскими. В отличии от Макария Иоасаф был близок к нестяжателям и выступал за сближение с греческой церковью, отношения с которой были разорваны после падения Константинополя и повозглашения автокефалии московской митрополии. В реале в своем исповедании при поставлении на митрополичий престол Иоасаф не отрекался от КПльского патриарха, как это делалось до него после разрыва с КПлем в 1478 г.Напротив, он заявил тогда: "во всем последую и по изначальству согласую всесвятейшим вселенским патриархом, иже православне держащим истинную и непорочную христианскую веру, от свв. апостол уставленную и от богоносных отец преданную, а не тако, яко же Исидор принесе от новозлочестивне процветшего и несвященнаго латиньскаго собора." Позднее в РИ именно Иоасаф (уже низведенный с кафедры и проживавший на покое в Троице-Сергиевой лавре) был послан в КПль за благословением на царское венчание Ивана. Все это дает основание полагать, что в данной АИ церковная политика Иоасафа будет грекофильской, в чем они вполне сойдутся с Максимом. Сразу же после покорения Казани Иоасаф посылает миссию в КПль за благословением на царское венчание Ивана. Патриарх Дионисий отвечает, что поскольку Иван тем самым становится преемником базилевсов как царь вселенского православия, венчание это может осуществить только вселенский патриарх, и предлагает сам прибыть в Москву и короновать Ивана. Московские послы, однако, настаивают, чтобы эта честь была предоставлена русскому митрополиту, и Дионисий, получив зело приличные дары, смиряется и дает благословение, а так же передает послам грамоты с полным чином коронации византийских императоров. Кроме того Дионисий посылает Иоасафу письмо, в котором предлагает перенести в Москву центр греческого образования (в РИ такие предложения делались неоднократно, но руководивших русской церковью иосифлян не заинтересовали). В то время для получения высшего образования греки вынуждены были ездить в университеты Италии, где им приходилось формально принимать флорентийскую унию и признавать юрисдикцию униатского «патриарха константинопольского» - кардинала Гротта-Ферарского. Дионисий предлагает основать в Москве православную академию, в которую могли бы приезжать учиться сами греки, и типографию. К предложению этому великий князь и митрополит отнеслись весьма благосклонно.

georg: В январе 1547 года Иван Васильевич был коронован в Успенском соборе по присланному Дионисием чину и провозглашен царем всея Руси. Сразу после этого последовала свадьба царя с избранной им боярышней Анастасией Романовной. Летом в Москву прибыли несколько греков и докторскими дипломами итальянских университетов. Оттуда же, из КПля было доставлено типографское оборудование. Типография заработала этим же летом. Академия начала занятия осенью. В ученики поступили многие боярские отроки, а так же молодые приказные подьячие – будущий кадр чиновников. Ректором академии становится сам Максим, на ее содержание жалуются обширные вотчины. На рассмотрение совета преподавателей академии должны впредь поступать дела о ереси. В основе академии лежала греческая церковно-школьная традиция. От античности продолжала школа иметь две ступени, так называемые trivium и quadrivium. B тривиум, буквально "трехпутие," входили: грамматика, риторика, диалектика. B "квадривиум" - музыка, астрономия, математика, геометрия. Пройдя эти классы, ученики, готовившие себя к церковной деятельности изучают богословие, к светской – византийское право и русские судебники. Кроме того по инициативе Глинского в Москве позднее был открыт «Аптекарский приказ» и при нем медицинская школа. Еще во время казанской войны Глинский обращает внимание на выплавку железа местными крестьянами в его собственной вотчине на реке Протве (при Алексее там в РИ возникли поротовские заводы ). Его немецкие специалисты подтверждают, что качество железа значительно выше чем в Устюжне – традиционном центре производства оружия. Глинский основывает там первую в России вотчинную мануфактуру, где кроме оружия производит руками нанятых немецких мастеров и их русских учеников и прочие разнообразные изделия на продажу. Прочие бояре пока присматриваются к данному примеру. В традиционных центрах кузнечного ремесла и добычи железа – Туле, Устюжне, Ладоге – организуются белые (освобожденные от податей) слободы кузнецов, к которым приставляют инструкторов-немцев на государевом жаловании. Слободы обязаны выполнять государственный заказ, а в остальное время работают на себя и сами сбывают свои изделия. Выплавлять железо для государевых белых слобод обязаны вместо государева оброка местные черносошные крестьянские волости. Впрочем главной проблемой производства вооружений и пороха остается отсутствие на Руси собственных месторождений меди и селитры (позднее и то и другое будет обнаружено на Урале). Пока приходится закупать их в Германии, и – при наличии Ганзейской монополии на Балтике – платить по монопольным ценам.

georg: Консолидация всех сословий страны для завоевания Казани начинает проходить. Княжеская знать в Думе вновь выдвигает претензии. Глинскому пока удается сней справится, проводя макиавелистскую политику среди знатных фамилий и не давая оппозиции консолидироваться. Вследствии раздаваемых по его инициативе пожалований численность бояр в Думе возрастает с 15 до 32. В то же время важнейшие решения выносятся на собранный в 1549 земский собор. Окончательно принято решение об отмене кормлений. Общины получают самоуправление. Вместо бывших «кормов» они платят теперь налог в казну, и из этого налога выплачивается денежное жалование боярам, ранее получавшим кормления. Серьезно расширяется самоуправление городских общин, а юрисдикция наместников ограничивается. Суд по уголовным делам переходит в руки присяжных. Ликвидируются местные областные «дворцы» а все дела сосредотачиваются в московских приказах. Составляется новый Судебник и издается «Уложение о службе» с поместий и вотчин. В 1551 собирается церковный собор – Стоглав. Сближение и постоянное общение с КПлем не позволяет Собору произнести анафему на троеперстие, тем паче что в Соборе участвуют ученые греки. После длительных дебатов оба способа перстосложения признаны православными. Вовремя выяснено с помощью греков, что сочинение Феодорита Киррского, на которое опирались сторонники «сугубой алилуйи» является апокрифом. Приведен к единообразию и символ веры. Таким образом почва для Раскола устранена в зародыше. Богатые монастыри вынуждены были поступиться налоговыми привилегиями – тарханами, которые имели со времен татарского господства, и были обложены налогоми наравне с черносошными волостями. Алексей Адашев как и в РИ оказывается фаворитом и доверенным лицом Ивана. В то же время в приближении у царя оказывается любимец Михаила Глинского – Иван Пересветов. Выходец из вел. княжества Литовского, шляхтич, он служил в наемных войсках в Венгрии под командой Глинского и там был им отличен. Пересветов в 1538 или 1539 переехал в Россию, получил небольшое поместье, которое вскоре оскудело из-за тяжбы с "сильными людьми" - боярами. Оказавшись "наг и бос, и пеш", он потерял возможность остаться на государевой службе и находился под угрозой превращения в холопа. После прихода к власти Глинского Пеересветов обратился к нему и вскоре сталего ближайшим доверенным лицом. А вот Сильвестр в данной АИ так и остается благовещенским протопопом.

georg: С 1546 продолжаются военные действия в казанском крае. Вплоть до 1550 вспыхивают восстания татар и черемисов. В 1548 вождь восстания князь Мамич-Бердей приглашает на трон Казани сына ногайского улубея Юсуфа, но в следующем году оба они гибнут. Русские отряды под командой Шуйского, Щенятева, Серебряного, Микулинского предпринимают походы по краю, основывают крепости. Край окончательно замирен к 1550 году, а в следующем году власть Москвы признают башкиры. В это время Иране против шаха начал борьбу его брат Алкас, наместник Ширвана. В государстве Сефевидов началась и междоусобица среди племен. Когда Алкас был разбит войсками шаха, он укрылся в Стамбуле и попросил поддержки у Сулеймана I. Повод возник, военные действия начались. В 1548 г. султанские войска прошли по землям Южного Азербайджана и вновь заняли Тебриз. В том же году турецкие войска взяли после нескольких дней осады крепость Ван и овладели бассейном озера Ван в Южной Армении. Турки вторглись также в Восточную Армению и Южную Грузию. В Иране турецкие части дошли до Кашана и Кума, овладели Исфаханом. Хан Сахиб-Гирей по требованию султана занимается покорением северного Кавказа, дабы оттуда создать угрозу Ирану, а так же выйти на связь с потенциальным союзником против Ирана – узбекскими ханами. В конце 1547 года Сахиб-Гирей писал Ивану IV: «На недруга своего на Астраханского ходили есмя, и... взяли есмя и юрт его хотели есмя держати да затем покинули, что место недобро. И мы того для людей их и улусов там не оставляли, всех пригоняли к себе». При поддержке султана Сахиб-Гирей предпринял также ряд походов на земли адыгов и кабардинцев. Подчинение этих племен должно было открыть Османской империи путь через предгорья Северного Кавказа к Каспийскому морю и владениям враждебного Ирана. В 1551 году в возрасте 85 лет умирает Михаил Глинский. Исторические романисты, завороженные его личностью, позднее посвятят множество произведений этому князю, служившему, по русскому выражению, «в семи ордах семи царям», и оставившего след в истории практически всей Европы. В этом же году Крымский хан Сахиб-Гирей берет Астрахань и сажает там царевича из рода Гиреев. В Москве понимают опасность положения – теперь крымский хан может поддержать врага России Ногайского улубея Юсуфа и совместно с ним предпринять отвоевание Казани. Поэтому в следующем 1552 году русская рать во главе с князем Пронским берет Астрахань и объявляет о присоединении ханства к России. Астраханский Гирей однако успел признать себя вассалом Порты, так что Сулейман расценил захват русскими Астрахани как нападение на Порту. К тому же в этом же году был подписан мир с Ираном, по которому Османской империи отошел Ирак, а Азербайджан остался в составе Ирана. Сулейман отдал приказ о походе на Астрахань.

georg: Летом 1553 года 25000 турок выступило из Азова. Галеры шли вверх по Дону. Поход с самого начала проходил туго. Сахиб-Гирей стремился сам завладеть Астраханью, но отнюдь не желал, чтобы там утвердились турки, поэтому как мог саботировал поход. Перетащить суда в Волгу туркам не удалось, и к Астрахани они подошли без осадной артиллерии. Русская судовая рать во главе с князем Серебряным-Оболенским свободно прошла Волгой в Астрахань на виду у турок. Штурм был отбит с большими потерями и туркам пришлось отступить. Сахиб-Гирей специально повел турок обратно через Рын-пески, где много турок умерло по дороге. До Азова добрались жалкие остатки турецкого войска. Гнев султана обрушился на Сахиб-Гирея, который и без того проводил чересчур самостоятельную политику, не позволяя турецкому дивану вмешиваться во внутренние дела Крыма. Поэтому в начале 1554 года Сахиб-Гирей был убит заговорщиками (за спиной которых стояли турки), и на трон сел его племянник Девлет-Гирей, прозванный татарами «тахт алган» - узурпатор трона. Султан готовил новый поход на Астрахань, но его отвлекли события в Магрибе. Мир с Испанией так и не был заключен, с 1546 существовало хрупкое перемирие. Наконец в 1554 году вспыхнуло давно разжигаемое турками восстание в Тунисе против бея Мули-Хасана. Восставшие овладели столицей Мули-Хасана Кайруаном, сам бей едва успел бежать в Тунис, под защиту испанского гарнизона. Вождь восстания объявил себя беем и призвал турок. Султан срочно отправил к берегам Туниса эскадру. Кроме того корпус войск должен был идти из Египта через Триполитанию. Он впрочем прибыл, когда испанская армия уже осаждала Кайруан. В испанском флоте в это время начинают широко применятся парусные военные корабли нового поколения – галионы. На вооружении галеона было до 30 орудий калибра от 3-фунтовых (6 см) до 50-фунтовых (19 см) и значительное количество (до 100) переносных мушкетонов для стрельбы через бойницы с галереи кормовой надстройки и верхних этажей носовой надстройки. Именно на галеоне впервые орудия были установлены и над, и под главной палубой, что привело к появлению батарейных (пушечных) палуб: орудия стояли по бортам и стреляли через порты. При усовершенствовании парусности и артиллерии последняя становилась сильным оружием: сконцентрированная бортовая батарея давала возможность направить мощный залп по неприятелю. Большей частью, после артиллерийского поединка бой кончался сдачей полуразрушенного и обессиленного противника еще до абордажа. Наличие галеонов давало испанцам в открытом море и при хорошем ветре решающее преимущество при столкновении с галерными эскадрами турок. Турецкая эскадра была перехвачена средиземноморским флотом испанцев (который теперь, после ликвидации алжирской угрозы постоянно базировался в Сиракузах) и мальтийского ордена в открытом море и разгромлена. Турки так и не сумели захватить господство на море, и это решило исход борьбы за Тунис. Восстание в следующем году было подавлено, Мули-Хасан возвращен в Кайруан. Фердинанд считает, что настал удобный момент для организации антитурецкой коалиции. В самом деле, его брат Карл мечтает о возвращении Белграда, Москва подверглась турецкому нападению, Иран только что разграблен турками вплоть до Исфахана. Кроме того фактически в состоянии войны с Турцией находится и Португалия - в 30—50-х годах XVI в. флот султана вел перманентную войну с португальцами. В 1538 г. турки захватили Аден, откуда была организована военно-морская экспедиция к берегам Индии, не имевшая, впрочем, успеха. В 1547—1554 гг. турецкий флот не раз вступал в сражения с кораблями португальцев, громил их фактории. После захвата Адена и неудачной экспедиции в Индию турецкие войска в 1538 г. заняли весь Йемен и ввели там турецкую административную систему. Йемен был присоединен к владениям султана, а правитель Хадрамаута стал вассалом Сулеймана I. Однако население горных районов Йемена не поддерживало власть турок. В 1547—1548 гг. в различных областях Йемена и Хадрамаута произошли восстания, но турецкие войска подавили эти выступления. В 1552 г. турецкая эскадра из 30 кораблей с десантом в 16 тыс. воинов направилась из Суэца к берегам Омана. После двухнедельной бомбардировки турки овладели Маскатом — крупной крепостью португальцев. Но в августе 1554 г. в морском бою неподалеку от Маската португальцы разгромили турецкую эскадру. Владычество на море в этом районе осталось за Португалией.

georg: Осуществленный в данной АИ обмен тронами между Карлом и Фердинандом привел и к обмену женами – в данной АИ Фердинанд женится на португальской принцессе, в РИ вышедшей за Карла, а Карл в свою очередь женится на РИ супруге Фердинанда – Анне, сестре Людовика Ягеллона (который сам женат на сестре Карла и Фердинанда). Соответственно в целя упрощения привяжем к женам и детей – Филипп Испанский здесь будет сыном Фердинанда, а Анна Ягеллон родит Карлу тех же детей, что в РИ Фердинанду. Итак, старший сын Карла Максимилиан, женатый на двоюродной сестре, дочери Фердинанда (братья заставили папу разрешить этот брак как и в РИ), управляет герцогством Миланским и носит титул имперского наместника Италии (точнее той ее части, что входит в состав СРИ). Второй сын Карла, Фердинанд, управляет Нидерландами в качестве штатгальтера. Убежденный католик, Фердинанд сурово преследует еретиков в Нидерландах, и, кроме того, следуя директивам отца, пытается повысить налоги. Это в недалеком будущем приведет к тому, что конфликт штатгальтера с Генеральными штатами станет перманентным. В 1554 Карл добивается крупного внешнеполитического успеха – ему удается женить Фердинанда на королеве Англии Марии (Кровавой Мэри) – женить Нидерланды на Англии, как острили немцы. Тесный союз с Англией обеспечивает безопасность со стороны Франции, а Аугсбургский религиозный мир – спокойствие внутри империи. Теперь Карл готов возобновить борьбу с Турцией и охотно принимает предложение брата. В начале 1555 года собирается конгресс в Риме, на котором папа объявляет о создании Священной Лиги, направленной против Османов. В лигу вступают Испания, Португалия, Австро-Венгрия, Венеция и Генуя. Сам папа как светский государь так же присоединяется к лиге и обязуется выставить корпус войск и галеры. Карл, получив от брата крупную сумму денег, сумел на летнем рейхстаге в Регенсбурге склонить князей объявить Османам войну от имени СРИ, и выставить войска. Принять участие в лиге войсками или денежными взносами обязали так же итальянских князей – вассалов СРИ. В Москву отправляется пышное посольство, во главе которого встает троюродный брат царя Ивана – темешварский бан Стефан Петрович (мать Елены Глинской, жена Василия Слепого Глинского Анна, бабушка Ивана, происходила в РИ из сербского княжеского рода Петровичей, занимавшего высокое положение среди венгерской знати). Король Португалии посылает посольства в Иран, которое должно уведомить шаха Тахмаспа, что все государи христианского Запада соединились против турок, и шах может легко вернуть утраченные земли. Тахмасп не заставил себя долго уговаривать, тем более что португальцы направили в его армию пушки, мушкеты и военных инструкторов. Когда Стефан Петрович прибыл в Москву, царя в ней не было – он с войском выступил за Оку по известию о вторжении Девлет-Гирея. После сражения при Судьбищах, где Девлет-Гирею удалось вырваться из ловушки, в которую он чуть было не попал между двумя русскими армиями Шереметева и царя Ивана, царь прибыл в Москву и принял Петровича. Дума единогласно высказалась за то, чтобы соединиться со всеми христианскими государями и раздавить Крым, избавившись наконец от набегов. Союз был подписан немедленно.

georg: В начале 1556 года Османская империя подвергается нападению с нескольких направлений. Австро-Венгерская армия, в состав которой влились отряды, присланные германскими и итальянскими князьями, подходит к Белграду. Испанский флот, соединившись с венецианским и базируясь на Крит, появляется в Эгейском море. Португальцы поднимают в Йемене новое восстание против турок, а на море нанося турецкой эскадре поражение в бою у острова Сокотра и загоняют ее в Красное море. Шах Тахмасп вторгается в Ирак. И наконец царь Иван во главе русского войска осаждает Азов, меж тем как другое русское войско во главе с Иваном Воротынским Пселом спускается на судах в Днепр, и атакует днепровские городки. Король Польский и Чешский Людовик Ягеллон, и его двоюродный брат, великий князь литовский Сигизмунд-Август, которым крайне невыгодно усиление Москвы и Габсбургов, отказываются вступить в Лигу. Однако староста Черкасс и Канева князь Дмитрий Вишневецкий с днепровскими казаками присоединился к Воротынскому, а так же организовал снабжение русской рати продовольствием с Украины. Были взяты Ислам-Керман и Кази-Керман, занят нижний Днепр до самого моря, хан, пытавшийся помочь Кази-Керману разбит. Этим же летом главная армия во главе с Иваном берет Азов, где остается русский гарнизон. Хан умоляет султана о помощи, но тот не может прислать ни одного солдата. Тахмаспу удается с помощью португальцев захватить Басру, но при походе на Багдад он терпит серьезное поражение в битве под Кербелой – сказывается лучшая подготовка турок, которые в этой битве были в явном меньшинстве. Большую часть сил Сулейман сосредотачивает против Карла. Имперская армия осаждает Белград по всем правилам. Возведены циркумвалационная и контрвалационная линии, город прочно блокирован. Артиллерией руководит герцог Ферарский, фанатик артиллерийского дела. Под его руководством орудия день и ночь громят стены Белграда. В июле к Белграду подходит армия турок во главе с великим визирем. Карл оставляет часть войск под Белградом, а большую часть армии выдвигает на позиции. Руководство осуществляют его лучший полководец – герцог Филибер Савойский. 19 июля 1556 года под Белградом состоялось грандиозное сражение, в котором престарелому императору, положившему жизнь на то чтобы остановить турецкое нашествие, довелось наконец познать радость победы. Турецкая армия была разгромлена и в беспорядке отступила к Нишу. Особенно страшные потери понес янычарский корпус, дравшийся до конца и последним оставивший поле боя. Полуразрушенный Белград капитулировал через месяц. После 25летнего турецкого владычества город вернулся в состав Венгрии. Баном Белграда был назначен Стефан Петрович. Здесь же, под Белградом, Карл получил весть о том, что турецкий флот разгромлен испано-венецианским флотом у острова Наксоса. Господство на море получила Лига. В начале 1557 Сулейман снимает часть сил из Ирака, приказав Багдадскому паше перейти к обороне (благо симпатии населения Ирака как и в РИ на стороне турок). Отзываются войска из Йемена – и уже в следующем году повстанцы изгонят оттуда остатки турецких гарнизонов, а Аден будет захвачен португальцами. Силы сосредотачиваются в Адрианополе для обороны Румелии.

georg: Испанская армия во главе с Альбой в этом году при поддержке флота берет наконец Триполи и прочие города на побережье Триполитании, окончательно обезопасив испанское господство в Магрибе. Имперские же войска во главе с Филибером Савойским вторгаются в Боснию. Первоначально дела идут хорошо – принадлежавшие ранее Венгрии Яйце и Сребреник отвоеваны обратно. Но осада сильно укрепленной столицы боснийского бейлербейства Банялуки оказывается крайне тяжелой. После подхода на выручку Банялуки турецкой армии Филибер дает сражение, закончившееся отступлением обоих сторон на исходные позиции. Осаду приходится снять, и осенью Австро-Венгерская армия уходит в Славонию на зимние квартиры. На крымском фронте русские добиваются значительных успехов. Во-первых на сторону России сразу же переходят Кабарда и Адыгея – их князья Темрюк и Тизрют прибывают к Ивану в Азов и принимают русское подданство. Летом 1557 года в результате экспедиции Курбского из Азова на Кубань Малая Ногайская Орда принимает русское подданство, а Темрюк, получив в помощь отряд русских войск, захватывает Тамань и водворяется там как в своей столице. С другой стороны Воротынский снова прибывает с войском на нижний Днепр, где завоеванные в прошлом году городки удерживает перешедший в русскую службу Вишневецкий. Здесь начинаются переговоры с ногайскими ордами – Едичкульской и Едисанской. В Казикермене представители ногайских орд принимают из рук Воротынского нового хана – Тохтамыша. В русских летописях он назывался "братом" Шаха-Али. Татары так называли не только брата в буквальном смысле, но также первого или даже второго двоюродного брата. Тохтамыш был внуком хана Ахмата из Золотой Орды; Шах-Али был внуком брата Ахмата, Бахтияра. Тохтамыш жил в Крыму многие годы. Около 1555 г., когда группа вельмож организовала заговор против хана Девлет-Гирея, они предложили возвести Тохтамыша на крымский трон. Заговор был раскрыт агентами Девлет-Гирея, но Тохтамышу удалось бежать к русским. Ранней весной 1558 русская армия выступает из Путивля на юг. Первым воеводой большого полка числится касимовской хан Шах-Али, воеводой передового полка – Тохтамыш, полка правой руки – царевич Кайбула. Армия составлена в значительной степени из казанских и касимовских татар. К ней присоединяются едичкульские ногаи, признавшие своим ханом Тохтамыша. Как и в реале Крым незадолго до того опустошен эпидемией и голодом, хан может выставить всего несколько тысяч воинов, а султан не в состоянии ему помочь. После взятия Перекопа дело было практически решено, тем более что часть крымских мурз, видя безвыходность положения, перешла на сторону Тохтамыша. 4 июля 1558 года Тохтамыш водворился в ханском дворце Бахчисарая в качестве русского вассала. Девлет-Гирей укрылся в Кафе, которая была взята русскими войсками лишь осенью. В том же году наступает решительный перелом на Балканах – начинается антитурецкое восстание в Албании. Албания, после смерти Скандербега покоренная турками, делилась на 6 санджаков. На равнинах земли были розданы в тимары турецким спагам, но в горах господствовал родовой строй. Горный приморский юг Албании – Химара –пользовался практической независимостью, и химариоты регулярно забывали платить харадж султану. В 1537 Сулейман прибыл с войском в Албанию. Все лето шли бои в горах, причем химариоты весьма успешно атаковали турок. Так ничего и не добившись, султан отступил (реал). Теперь химариоты выступили инициаторами общеалбанского собрания родов – кувенда. Кувенд постановил начать войну с турками, и обратился за помощью к Испании и Венеции. В начале 1558 испанская армия во главе с Альбой высаживается в Албании.

georg: Известие о высадке испанцев в Албании производит в Стамбуле шок, тем более что за ним сразу приходит второе – о взятии Альбой Дураццо. Восстают практически одновременно все горные фисы, и всего за 2 недели санджаки Влера и Эльбасан целиком переходят под контроль повстанцев. Сулейман осознает всю серьезность сложившейся угрозы – восстание легко может перекинуться в Эпир и далее в Грецию. Туркам приходится разделить силы – почти половина армии брошена в Албанию. Однако превосходство турок в коннице оказывается в горной Албании бесполезным, и турки, терпя тяжелые потери, откатываются обратно на равнину – к Охриду, потеряв занятые Альбой санджаки Дельвина и Дукагини. На севере оставшиеся там турецкие войска терпят сокрушительное поражение от Филибера Савойского при Смедерево. Сербы восстают. Один за другим в руки венгров переходят города Сербии – Крагуевац, Крушевац, Ужице. Но осада сильно укрепленного Ниша оказывается неудачной. Закрепившиеся там турецкие войска защищаются героически, меж тем как легкая турецкая конница совершает беспрерывные нападения на осаждающую армию. Осенью Филибер отступает к Крушевцу и решает зазимовать в Сербии. Но тут в армию приходит известие о смерти императора Карла в Буде. Союзные отряды немецких и итальянских князей СРИ отказываются подчинятся приказу Филибера о зимовке в Сербии и уходят домой. На востоке, откуда Сулейман снял значительные силы, персам удается наконец овладеть Багдадом. В этом же году умирает королева Англии Мария, и парламент возводит на трон Елизавету. Король Франции ГенрихII объявляет о непризнании прав Елизаветы как незаконнорожденной, и объявляет королевой Англии свою невестку Марию Стюарт. Французская армия во глава с Франсуа де Гизом начинает военные действия и берет Кале, лишив Англию последнего оплота на континенте. По завещанию Карла все его наследные владения передаются Максимилиану. Младшие сыновья получают уделы: Фердинанд – Тироль, Эрнст – Каринтию, Карл – Штирию. Зимой в Нюренберге собирается имперский рейхстаг, на котором курфюрсты единогласно избирают императором МаксимилианаII. Однако тут же рейхстаг объявляет, что чины не будут более на свой счет вести войну с турками, и что император должен либо оплачивать их службу, либо заключить мир, так как чины обязаны сражаться за свой счет только в оборонительной войне, а война с турками после отвоевания Белграда таковой не является. Максимилиан оказывается перед необходимостью продолжать войну лишь собственными силами. Сместив Фердинанда с поста штатгальтера Нидерландов (точнее переведя его в Милан на более почетное место вице-короля Италии), и назначив вместо него Эрнста, а так же прекратив преследования еретиков, Максимилиан взамен добивается у Нидерландских Штатов вотирования чрезвычайного налога, который позволяет ему взять на жалование наиболее ценные немецкие отряды. В Вене все чаще заговаривают о мире с турками. Фердинанд Испанский так же считает, что цель достигнута – Турция ослаблена, Магриб надежно защищен, для полного сокрушения Османов свободных ресурсов недостаточно. Остается принудить Турцию к миру, для чего Фердинанд собирается использовать свое господство на море и незащищенность огромного побережья Турции.

georg: Этой же зимой в Крым прибывают посланники от молдавских бояр. Недовольные правлением господаря Александра Лепушняну, согласившегося повысить дань туркам до неподъемной цифры, они звали на княжение в Молдавию Дмитрия Вишневецкого – родственника пресекшейся молдавской княжеской династии Мушатинов. Русские войска в это время заканчивают изгнание турок из Крыма взятием Керчи. Южное побережье, населенное на тот момент православными греками, переходит под власть России. Весной Вишневецкий с русской ратью, украинскими казаками и союзными ногаями вторгается в Молдавию, и, захватывает Сучаву. Собранный им съезд дворянства (куртян) единогласно высказывается за его избрание господарем. Мобилизовав силы Молдавии, Вишневецкий осаждает Бендеры и берет их приступом. Буджацкая орда выгнана в Добруджу. Другое русское войско в это время овладевает последним оплотом турок в Причерноморье – еще слабо укрепленным Очаковым, и передает его хану Тохтамышу. На Балканах Сулейман бросает главные силы против Австро-Венгерской армии, вновь осадившей Ниш. Слабейшая по сравнению с прошлым годом армия Филибера терпит поражение от турок (отступив в порядке). Ниш освобожден от осады. Но тут Сулейман получает одну за другой три грозных известия – о появлении русских в Молдавии, о том что герцог Альба, обойдя выставленные против него турецкие войска захватывает столицу Эпира Янину, и наконец самую страшную – испанский флот подошел к Александрии, и после бомбардировки высадил десант и овладел городом. Отряды мамлюкских беев были выведены в Ирак против персов, и в Стамбуле сочли было Египет потерянным. Впрочем необоснованно – испанских десантных сил было явно недостаточно для завоевания Египта. Поэтому предложение о мире было встречено Сулейманом весьма благосклонно. Уже с сентябре в Петерсвайдене в Венгрии собрался мирный конгресс. Последним появился посол шаха Тахмаспа, прибывший через Астрахань. Россию представляли Алексей Адашев и дьяк Иван Висковатый. Согласно подписанному миру граница между Турцией и Венгрией была установлена аналогично РИ Пожаревацкому миру 1718 за исключением Олтении – Венгрии были возвращены Белград, боснийские банаты Яйце и Сребреник, и сверх того отвоеванная у турок часть Сербии, где было образовано вассальное венгерской короне сербское княжество, переданное в лен Стефану Петровичу. Турция лишилась так же албанских санджаков Дукагини, Эльбасан, Влера и Дельвина, занятых испано-венецианскими войсками. Впрочем прагматичный Фердинанд счел, что владения на Балканах будут обременительны для Испании, и уступил албанские земли Венеции, а сам удовольствовался Триполитанией. Дочиста разграбленная испанцами Александрия была эвакуирована. Россия получила Азов и все турецкие крепости в Крыму, Тамань перешла к ее вассалу – адыгейскому князю Темрюку, захватившему ее. Султан вынужден отказаться от суверенитета над Крымским ханством, который переходит к России, и признать ханом Тохтамыша. Модавия получает независимость, не ее троне закрепляется Вишневецкий. Сверх того ей возвращен Буджак – до начале переговоров Вишневецкий успевает взять Аккерман и Килию. Шах Тахмасп получает Ирак с Багдадом, но Мосул, Эрзерум, Карс и Ван остаются за Турцией. Португалия получает Маскат, Аден и Сокотру. Йемен признается независимым во главе с местной арабской династией и под протекторатом Португалии.

Олег Невещий: Наслождаюсь чтением, коплю критику.

LAM: Всё это очень хорошо, но возвращаюсь к Алжиру. Не нравятся мне там мориски. Не повернут ли они оружие против испанцев? Ведь в реале на пиратских корблях мориски составляли немалую часть экипажа. И из морисков, главным образом, состояла мощная разведывательная сеть берберских пиратов в Испании

georg: LAM пишет: И из морисков, главным образом, состояла мощная разведывательная сеть берберских пиратов в Испании Как бы то ни было, просто присоединить алжирское плато до Сахарского Атласа к Испании затруднительно - придется долго бороться с воинственными берберийскими племенами, которые вряд ли признают власть неверных. Основание вассальных эмиратов, как в Тунисе - оптимальный вариант. Мориски (точнее арагонские мавры, ибо мориски христиане) во внутреннем Алжире чужаки, и на первых порах ИМХО будут лояльны Испании. В последствии - возможно все, но Магриб уже надежно защищен от турок. Что касается собственно гранадских морисков, то в РИ к концу правления Карла инквизиция, пользуясь тайной своего судопроизводства, преследовала их в нарушение всех королевских эдиктов и папских бреве, чем и довела их до восстания. Здесь с этим нужно будет что-то делать.

Han Solo: georg пишет: Основание вассальных эмиратов, как в Тунисе - оптимальный вариант Однако в истории Испании, да и вообще западнохристианского мира таких прецедентов в общем-то не было. Зная испанцев, они могут запросто устроить "большую зачистку" в Магрибе, как это уже было в Андалусии

georg: Han Solo пишет: Однако в истории Испании, да и вообще западнохристианского мира таких прецедентов в общем-то не было. Были. Завоевав Тунис, КарлV посадил там вассального эмира Бей Мули-Хасана. Вассальные беи правили там вплоть до завоевания Туниса турками. В любом случае альтернатива одна - окупировать побережье до Атласа, и предоставить плато вариться в собственном соку (набеги берберов оттуда в этом случае неизбежны). На "большую зачистку" Алжирского плато до Сахарского Атласа потребуются слишком большие затраты - а Фернандо прагматичен.

georg: georg пишет: а Фернандо прагматичен. Хотя до чего могут додуматься его менее прагматичные наследники - пока не знаю.

Han Solo: georg пишет: а Фернандо прагматичен Ну Фернандо-то может быть и прагматичен, а как быть с католической церковью. Они ведь наверняка проповедовать в новозавоеванные территории пойдут. Паре-тройке священников местные головы открутят - вот вам и повод для "внутреннего крестового похода"

georg: Han Solo пишет: а как быть с католической церковью. Они ведь наверняка проповедовать в новозавоеванные территории пойдут. Паре-тройке священников местные головы открутят - вот вам и повод для "внутреннего крестового похода" На земли вассальных эмиратов не пойдут - в реале в Тунис никаких проповедников не посылали. На приморских территориях, присоединенных к Испании - возможно. Хотя и здесь есть ньюансы - в реале, например, арагонская знать категорически выступала против крещения своих вассалов-мавров, ибо те платили им повышенные в сравнении с христианами подати. Но эксцессы возможны. И обиженные мусульмане побережья при этом будут убегать в те самые эмираты. Возможность этих эксцессов учту в дальнейшем сценарии. Теоретически возможно выселение всех не пожелавших креститься мусульман побережья на плато, в эмираты. Для восстания же против Испании эмираты плато слабоваты. Турки далеко, разве что на Марокко обопрутся.

Олег Невещий: Приветствую. Ряд вопросов в данной АИ мне кажется неясными и неочевидными. 1. Вопрос позднего возвращения в Москву Михаила Глинского. «Москва, в которой после смерти мужа как раз приходит к власти племянница Михаила Елена Глинская, представляется идеальным союзником против Крыма.» Логичным будет возвращение Глинского уже в 1533 или 1534 году. 2. Вопрос активизации деятельности агентуры Глинского в Москве. «Михаил начинает оживленные сношения с Москвой, заводит там свою агентуру, возобновляет старые знакомства среди бояр. В Москву направляется группа инженеров и военных специалистов. Наконец оказано прямое давление на Людовика Ягеллона, благодаря которому он не оказывает Литве активной помощи в развязанной Сигизмундом войне за возвращение Смоленска. Война впрочем быстро оканчивается. Через послов Михаил развивает в Москве планы завоевания Казани и последующего наступления на Крым.» А потом вдруг – «Внезапная смерть Елены Глинской в 1538 путает все планы.» Елена была отравлена – это факт. Почему эта самая агентура не уследила??? 3. Вопрос самого возвращения Глинского в Москву. «На деньги императора Михаил набирает 1000 кавалеристов и 3000 пехоты – ветеранов турецких кампаний, причем в основном из хорватов, словаков и словенцев, дабы могли на Руси изъяснится. И осенью 1539 высаживается в Ревеле.» И вдруг – «Большая часть наемного войска Глинского по истечении договора найма было рассчитано и отправлено на родину. Но изрядная часть – старые солдаты Глинского, участвовавшие с ним не в одном сражении - вступила в Московскую службу и была пожалована поместьями.» Стараться, набирать сильное войско, а потом большую часть взять и разогнать!!? Нелогично. Почему их не использовать как ядро обновленного Московского войска (и ещё наемников набрать)? 4. Вопрос религиозных противоречий в Европе – уж больно чинно-благородно у вас всё происходит. 5. Неясен вопрос с торговлей между Западом и Россией (по Балтике? Через посредников?) а также вопрос «революции цен» в Европе. Пока всё, продолжаю читать.

georg: Олег Невещий пишет: Логичным будет возвращение Глинского уже в 1533 или 1534 году. Глинскому, занимающему высокое положение при дворе первого государя христианского мира, нет смысла менять его на даже не первое при дворе племянницы (где как извесно, господствует небезызвестный друг сердца Елены Овчина-Телепнев-Оболенский). А по поводу союза - вменяемое руководство страной при Елене дает возможность союза и без личного возвращения. Олег Невещий пишет: Елена была отравлена – это факт. Почему эта самая агентура не уследила??? Агентура увы, была не столь мощной. Олег Невещий пишет: Стараться, набирать сильное войско, а потом большую часть взять и разогнать!!? Нелогично. Почему их не использовать как ядро обновленного Московского войска (и ещё наемников набрать)? Согласен, я не совсем ясно выразился. Большая часть наемников рассчитана только тогда, когда набраны стрельцы. Рассчитаны они по истечении контракта, и именно те, кто не пожелал служить дальше на предложенных Глинским условиях (поместная верстка). Что касется набора сильного наемного войска - мысль была, но пришел к выводу, что по тем расценкам, по которым вербовали в реале это будет слишком тяжелый груз для неокрепшего московского гос. бюджета. Из местых куда дешевле - они получают часть довольствия натурой, а офицеры - поместья. А иноземцам нужно платить звонкой монетой, которой у нас на Руси пока увы негусто. Олег Невещий пишет: Вопрос религиозных противоречий в Европе – уж больно чинно-благородно у вас всё происходит. До Тридентского собора - это реал с незначительными изменениями. Опирался я на Оскара Егера, его книга по истории Германии лежит здесь Войн с протестантами, которые вел в реале КарлV к конце 40ых-начале 50ых у меня нет. Нет по вполне логичной причине - у Карла нет возможности их вести. У него нет в распоряжении ресурсов Испании. Его подстерегают турки, от которых в реале его прикрывал Фердинанд, правивший в Австрии, Чехии и части Венгрии. И на конец всецело на стороне протестантов здесь Чехия, в реале принадлежавшая брату Карла Фердинанду, и она в унии с Польшей. Поэтому Карл здесь сразу после того как выясняется позиция Тридентского собора идет на компромис с протестантами и заключает Аугсбургский религиозный мир. Олег Невещий пишет: Неясен вопрос с торговлей между Западом и Россией (по Балтике? Через посредников?) Пока да, все как в реале. В реале не было надежды удержать Крым в случае его захвата, и Иван отказался от этого, нанеся удар по Ливонии. Здесь, где Габсбурги куда сильнее реала, мощная антитурецкая коалиция позволила решить крымскую проблемму раньше. По ливонской - продолжение следует.

Олег Невещий: georg пишет: нет смысла менять его на даже не первое при дворе племянницы С учетом того, что Глинский авантюрист и любитель приключений? Тогда зачем вообще ему возвращаться в Россию? georg пишет: друг сердца Елены Овчина-Телепнев-Оболенский Его возвысили всё-же не за амурные дела. georg пишет: и без личного возвращения А ещё большая гарантия союза и активности? georg пишет: Агентура увы, была не столь мощной. Жаль. georg пишет: на предложенных Глинским условиях Ясно. Тогда ещё вопрос - почему Глинский не выбил кругленькую сумму у своего недавнего императора для будущего союза? georg пишет: идет на компромис с протестантами Не произойдет ли разрыв с Римом из-за этого компромисса? Кто компенсирует Ватикану финансовые потери? Общие последствия не ясны. georg пишет: позволила решить крымскую проблемму Удержат ли Крым? (в Казани тоже были "свои" ханы, но пришли Гиреи и...) Торговля через Черное море в Средиземноморье? georg пишет: По ливонской - продолжение следует. Жду. Интересно.

georg: Олег Невещий пишет: Тогда зачем вообще ему возвращаться в Россию? Затем что а) он имеет реальную возможность захватить в ней власть - по тогдашним бытовым понятиям несовершеннолетнего опекают ближайшие родственики. б) Бардак боярского правления делает союз с Россией невозможным. Олег Невещий пишет: Тогда ещё вопрос - почему Глинский не выбил кругленькую сумму у своего недавнего императора для будущего союза? Сумма на набор наемников и так была кругленькой. Не забывайте - испанского золота у Карла здесь нет (точнее есть когда дает Фердинанд, а тот деньги считать умеет). Олег Невещий пишет: Не произойдет ли разрыв с Римом из-за этого компромисса? Вас это может удивит, но в реале папа сам не позволил Карлу задавить протестантов в Германии, отозвав свои войска и прекратив финансовую помощь в самый решающий момент. Причина - папе как светскому государю Италии крайне не выгодно усиление императора. В данном случае мирские интересы Ватикана в реале перевесили церковные. Олег Невещий пишет: Удержат ли Крым? Продолжение следует.

Читатель: Кстати, едва ли не все здесь перечисленные герои - потомки хана Котяна...

LAM: georg пишет: Кроме того Дионисий посылает Иоасафу письмо, в котором предлагает перенести в Москву центр греческого образования (в РИ такие предложения делались неоднократно, но руководивших русской церковью иосифлян не заинтересовали). В то время для получения высшего образования греки вынуждены были ездить в университеты Италии, где им приходилось формально принимать флорентийскую унию и признавать юрисдикцию униатского «патриарха константинопольского» - кардинала Гротта-Ферарского. Дионисий предлагает основать в Москве православную академию, в которую могли бы приезжать учиться сами греки, и типографию. Может, я чего-то не понимаю, но что мешает Дионисию, хоть в РИ, хоть в вашей альтернативе создать такой центр у себя в Константинополе? Вряд ли Сулейман с Роксоланой. Турецкое правительство в дела православной церкви вроде бы не вмешивается

georg: LAM пишет: Может, я чего-то не понимаю, но что мешает Дионисию, хоть в РИ, хоть в вашей альтернативе создать такой центр у себя в Константинополе? Вряд ли Сулейман с Роксоланой. Факт есть факт - за всю историю турецкого господства в Константинополе не было греческого высшего учебного заведения, а греки ездили за наукой в Италию. И так же РИ является то, что патриархи неоднократно предлагали создать академию в Москве, в которой учились бы и греки. Источников по истории Греции под турками у меня к сожалению нет, и причин объяснить не могу.

Олег Невещий: georg пишет: Затем что Логично. Но причину невозвращения раньше (например по приказу монарха) не объясняет. Если это "авторский произвол", то ладно. georg пишет: Сумма на набор наемников и так была кругленькой. Хорошо. georg пишет: испанского золота у Карла здесь нет Отлично это понимаю. georg пишет: когда дает Фердинанд, а тот деньги считать умеет А почему бы ему не дать новым союзникам. Он же тоже воюет с турками. Кроме того не следует недооценивать фактор инфляции золотых и серебрянных монет (уникальный случай) в период прихода большого количества драгметалла из Америки (особенно с начала потока серебра во 2-й трети XVI века). Субсидии а в дальнейшем и торговые связи с Россией (и дальше транзитом с Персией и Индией) позволит уменьшить опастность обесценивания денег, не допустит резкий рост цен на товары в Северной Европе и приведет к улучшению общей ситуации в Испании и России. georg пишет: папе как светскому государю Италии крайне не выгодно усиление императора. ИМХО ошибка. georg пишет: Продолжение следует. Олег Невещий пишет: Жду. Интересно

georg: Олег Невещий пишет: Если это "авторский произвол", то ладно. Не произвол. Личные мотивы Глинского. Возвращение в Московию будет ухудшением положения и понижением статуса - из политика европейского масштаба прератиться в московского боярина. Олег Невещий пишет: А почему бы ему не дать новым союзникам. План Глинского с его точки зоения слишком авантюрен. А вот затем, когда Глинский в Москве - да, почему быи нет. Олег Невещий пишет: не допустит резкий рост цен на товары в Северной Европе и приведет к улучшению общей ситуации в Испании и России На столь глобальные изменения не решусь. Олег Невещий пишет: ИМХО ошибка. Папа в реале ее допустил.

Олег Невещий: georg пишет: Личные мотивы Глинского. Уточните - возвращение Глинского - собственная инициатива или совет/приказ императора? georg пишет: в московского боярина. Фактически царя - союзника (расхождений с племянницей пока нет, а приведенное войско + авторитет (+золото!!!! дорогого стоит). georg пишет: изменения не решусь. Понимаю, рассчитать очень сложно. Но это вытекает из общей ситуации 30-х 40-х годов в вашей АИ. georg пишет: Папа в реале ее допустил. Ясно. Вопрос снимается.

georg: Олег Невещий пишет: Уточните - возвращение Глинского - собственная инициатива или совет/приказ императора? Собственная инициатива, одобренная императором.

Олег Невещий: georg пишет: Собственная инициатива, одобренная императором. То есть и то и другое? Чтож, тогда вам следует объяснить, почему Михаила не отпустили в 1534 году. Дело в том, что вы недооцениваете фактор самолюбия и тщеславия Глинского. И желания не упускать возможности. Поскольку его измена в 1514 году многими историками объясняется как гнев из-за отказа Василия дать Михаилу Смоленское княжество (или другое), то шанс получить какое-либо государство для себя Глинский не упустит. В средние века пропасть между обычными поданными и дворянами была велика, но пропасть между обычными и титулованными дворянами а также между титулованными дворянами и суверенными монархами, была в общем не меньше (а то и больше). Предположим в конце 1533 года Елена Глинская напишет письмо дяде – «Дядюшка, возвращайся в Москву с войском, союзом и деньгами, будем для ТЕБЯ княжеский трон в Литве отвоёвывать» (вероятность этого письма велико, так как ссоры между Еленой и Михаилом нет, положение Елены шаткое {дяди малолетнего царя плетут заговор}, общее внутри- и внешнеполитическое положение России неблагоприятное, да чужое обещать проще, чем своё [и обставить условиями передачи ВКЛ после смерти Михаила ближайшему родственнику, царю Ивану тоже несложно]). Уверен, Михаил немедленно галопом в Москву поскачет, и войско с собой прихватит (причем не за свой счет), и Карл всё поймет, и ради союза против Турции (и экспроприации угрожающего с тыла Чешско-Польского королевства) его безусловно поддержит. Если вы сможете указать причину задержки Михаила в Вене или отсутствия вышеуказанного письма, то критика снимается. P.S. Если идея выжившей Елены Глинской вас не заинтересовала, то пожалуй я создам через некоторое время соответствующую альтернативу.

georg: Олег Невещий пишет: «Дядюшка, возвращайся в Москву с войском, союзом и деньгами, будем для ТЕБЯ княжеский трон в Литве отвоёвывать» Я ценю ваш здоровый галактический империализм, но Михаил, как чрезвычайно опытный политик, не повелся бы на столь несбыточные мечты. СигизмундI был очень популярным в Литве государем (и именно русское население ВКЛ стояло за него горой), прав на княжение в Литве у Михаила никаких (он не Гедиминович), электората тоже никакого (его родственники и клиенты приняли участие в его мятеже в 1507 и были изгнаны из ВКЛ). Кроме того ежу понятно, что Людовик Ягеллон всеми силами поддержит Сигизмунда, а Карл, угрожаемый турками и татарами, ничего не сможет сделать. Мало того, невозможность разгрома Ягеллонской федерации понимают и в Москве, особено в свете очередного отпадения Казани (откуда Сафа-Гирей только что выгнал русского ставленника Джан-Али, посаженного там Василием). Так что и возможность появления подобного письма стремится к нулю.

Олег Невещий: georg пишет: галактический империализм, но Михаил, как чрезвычайно опытный политик, не повелся бы на столь несбыточные мечты Иногда письмо - это просто письмо, а не план немедленных действий. Ключевые слова с войском, деньгами и союзом, остальное лирика. georg пишет: ыл очень популярным в Литве государем Кеннеди тоже был очень популярным в Америке президентом... georg пишет: и именно русское население ВКЛ стояло за него горой И всё американское население стояло за ним горой... И чем закончилось?

georg: Олег Невещий пишет: Кеннеди тоже был очень популярным в Америке президентом. Вас понял. Извините, но физическое устранение великого князя Литовского не входило в мои планы (это же надо заговор в Вильне организовать).

Олег Невещий: georg пишет: это же надо заговор в Вильне организовать А один меткий выстрел опытного солдата/охотника - не слишком большое прогрессорство?

georg: Олег Невещий пишет: А один меткий выстрел опытного солдата/охотника - не слишком большое прогрессорство? Это же не наш метод Фактически это ввод второй развилки, т.е. подыгрывание.

sas: georg пишет: Фактически это ввод второй развилки, т.е. подыгрывание. НА форуме обычно политкорректно говорят "авторский произвол" ;)

Олег Невещий: georg пишет: т.е. подыгрывание. Ладно. Но всё же без подыгрывания - почему не вернулся Михаил пораньше. Объективные причины есть?

georg: Олег Невещий пишет: Объективные причины есть? Уже изложены, и я считаю их основательными. Терять положение вельможи СРИ и отправляться в Московию - понижение статуса. Да и пожалованные императором земли в Венгрии и Нидерландах приносят куда больше дохода, чем удел в Московии. Вернуться Глинский мог только ради какого-либо трона (но он ему не светит), или верховной власти в стране (как в данной АИ).

Олег Невещий: georg пишет: ради какого-либо трона (но он ему не светит), или верховной власти в стране (как в данной АИ). А вариант 3 - помочь племяннице и другим родственникам, изнемогающих в войне с Литвой и просящих помощи (в том или другом варианте)? Неужели презрительно проигнорирует??

georg: Олег Невещий пишет: А вариант 3 Личное присутствие при этом не требуется. У меня же описано - денег дали, военных и инженерных специалистов послали, Польшу от активного участия удержали. В реале кстати Москва и без этого великолепно справилась - Телепнев-Оболенский до самого Молодечно доходил. Изнемогающим - сильно сказано.

georg: Продолжим. Обратимся к внутренним делам России в описываемый период. Как и в реале, зимой 1552-53 годов Ивана постигла тяжелая болезнь, и он был при смерти. Как и в реале, имела место известная ситуация с присягой царевичу Дмитрию. В июле 1554 года в городе Торопце местные дети боярские задержали ехавшего в Литву князя Никиту Семеновича Лобанова Ростовского. Тот признался, что хотел сообщить королю о намерении отъехать к нему боярина князя Семена Ростовского (одного из тех бояр, кто во время царской болезни вел переговоры о возможной передаче трона старицкому князю), «а с ним братиа его и племянники». Князь Семен был арестован. Следствие доказало, что князь Семен Ростовский, действительно, был изменником. Как показали его арестованные слуги, летом 1553 года он дважды встречался с литовским послом Довойной, с которым и была достигнута договоренность об отъезде в Литву. Князя Семена Ростовского «с товарыщи» приговорили к смерти и даже привезли к месту совершения казни, но затем, по «печалованию» митрополита и епископов, смертная казнь была заменена ссылкой на Белоозеро, где князя Семена заточили в тюрьму. Князь Семен Ростовский был недоволен тем, что «государь его и род его посылал не по их отечеству со многими с теми, кто менше их». Эта несправедливость по отношению к Ростовским князьям, когда царь при военных и административных назначениях не хотел считаться со знатностью их происхождения, по убеждению князя, не была чем-то случайным; он рассматривал ее как часть политики, направленной против «великих родов» — княжеских семей потомков Рюрика и Гедимина, по праву претендовавших на первенствующее положение среди окружавшей трон знати. «Их всех, — говорил князь Семен, — государь не жалует великих родов, бесчестит, а приближает к себе молодых людей, а нас ними теснит». Как проявление той же политики, он готов был воспринимать и саму женитьбу царя на представительнице не княжеского, а старомосковского боярского рода: «да и тем нас истеснил ся, что женился у боярина своего, дочерь взял, понял рабу свою, и нам как служити своей сестре». Среди признаний Семена Ростовского на следствии были и такие, которые содержали новые сведения о событиях, происходивших во время царской болезни. Во-первых, стали известны новые данные о подозрительной активности Владимира Андреевича Старицкого и его матери в эти дни. Они посылали к князю Семену с предложением, чтобы тот «поехал ко князю Володимеру служить да и людей перезывал». Во-вторых, круг лиц, вовлеченных в обсуждение вопроса о судьбе трона и о том, как избегнуть регентства Захарьиных, оказался гораздо более широким, чем можно было судить на основании рассказов приближенных царю сразу после его выздоровления. Помимо князей Ивана Турунтая-Пронского, Петра Щенятева, Дмитрия Немого-Оболенского в этих разговорах участвовали «Куракины родом, князь Петр Серебряный, князь Семен Микулинский и иные многие бояре и дети боярские и княжата». А главное — в свете других признаний князя Семена Ростовского эти разговоры приобретали иной контекст. Разговоры о том, что «чем нами владети Захарьиным, ино лутчи служити князю Владимиру Ондреевичю», были выражением недовольства «великих» (княжеских) родов политикой царя, покровительствовавшего родственникам своей жены и кругу их друзей из среды старомосковского боярства.

georg: Царь был поражен масштабами оппозиции его политике, но не мог предпринять репрессивных мер – за виновных ходатайствовала большая часть Думы (состоявшая из княжат). Семен Ростовский остался в тюрьме, но сохранил голову, его «братиа его и племянники» вообще не тронули. Царь и круг его ближних советников - дворецкий Большого Дворца Данила Романович Юрьев, тверской дворецкий Владимир Михайлович Юрьев, Никита Афанасьевич Фуников-Курцов, казначей Иван Петрович Головин, печатник Иван Висковатый и наперстник покойного Глинского Иван Пересветов – начинают продумывать меры по ограничению влияния княжат. Они осознают неожиданный результат проведенной земской реформы – после устранения произвола кормленщиков исчез конфликт между боярами и рядовым дворянством, избавленным реформой от притеснений и получившим доступ к власти на местах. Мало того, теперь богатые бояре, по служебным спискам числившиеся в тех уездах, где у них были вотчины, и начинающие службу в составе местных дворянских корпораций, превращались в естественных лидеров этих корпораций. Особенно касалось это верхушки думы – княжат Суздальских, Ростовских, Ярославских и Стародубских, которые владели огромными вотчинами на территориях бывших княжеств и имели сложившиеся клиентелы среди местных дворян, предки которых служили их предкам как удельным князьям. Благодаря покойному Глинскому переведенный на русский язык трактат Макиавелли «Государь» стал настольной книгой царя Ивана. Начало войны за Крым подсказывает образ действий, описанный у Макиавелли: «Из нынешних правителей сошлюсь на Фердинанда Арагонского, короля Испании. Его можно было бы назвать новым государем, ибо, слабый вначале, он сделался по славе и блеску первым королем христианского мира; и все его действия исполнены величия, а некоторые поражают воображение. Основанием его могущества послужила война за Гренаду, предпринятая вскоре после вступления на престол. Прежде всего, он начал войну, когда внутри страны было тихо, не опасаясь, что ему помешают, и увлек ею кастильских баронов так, что они, занявшись войной, забыли о смутах; он же тем временем, незаметно для них, сосредоточил в своих руках всю власть и подчинил их своему влиянию.» - в сущности подобная политика уже была опробована Глинским во время Казанской войны. Во-первых, царь и его соратники за время войны успели усовершенствовать аппарат управления. Целый ряд дел, ранее восходивший прямо в Боярскую Думу, идет теперь в Приказы. При этом приказы считаются не самостоятельными ведомствами, а канцеляриями Думы по различным вопросам, и соответственно во главе приказов стоят не бояре, а дьяки, обязанные отчитываться перед Думой. Но назначаются они царем и действуют фактически по его прямым распоряжениям. При этом официально действует традиционная формула – «царь указал и бояре приговорили». Впрочем, подобная практика еще приведет к острому конфликту с Думой. Соответственно вводятся новые чины думных дьяков – для глав приказов, а так же думных дворян – для тех «худородных» советников царя, которые не имеют прав на боярские чины. Во вторых, вводится внешне более почетный для боярства порядок службы – теперь бояре и княжата начинают службу не по месту землевладения в составе местных дворянских корпораций, а по особым «московским спискам» и сразу в Москве, в составе государева двора. Указ преследует цели разорвать складывающиеся связи между боярами и дворянством. В третьих, царь успешно воспользовался несколькими случаями военных неудач, произошедших по причине того, что воеводы «тягались о местах», и провел через Думу закон, по которому во время войны царь мог в любой момент объявить службу без мест и сменить воеводу. При этом формально местнические порядки остались неприкосновенными.

Олег Невещий: georg пишет: У меня же описано - денег дали, военных и инженерных специалистов послали, Хм. Может я чего-то не понимаю. У вас написано: Москва, в которой после смерти мужа как раз приходит к власти племянница Михаила Елена Глинская, представляется идеальным союзником против Крыма. Тем более что в Казани, ранее зависевшей от Москвы, теперь утвердился крымский царевич Сафа-Гирей. Михаил начинает оживленные сношения с Москвой, заводит там свою агентуру, возобновляет старые знакомства среди бояр. В Москву направляется группа инженеров и военных специалистов. Наконец оказано прямое давление на Людовика Ягеллона, благодаря которому он не оказывает Литве активной помощи в развязанной Сигизмундом войне за возвращение Смоленска. Война впрочем быстро оканчивается. Через послов Михаил развивает в Москве планы завоевания Казани и последующего наступления на Крым. Внезапная смерть Елены Глинской в 1538 путает все планы. Можно поподробней о внутри- и внешнеполитической ситуации в России с 1533 по 1538 год включительно. Особенно касаясь расхождения с реалом. georg пишет: Телепнев-Оболенский до самого Молодечно доходил. Знаю. А в АИ, без активонй помощи поляков может и до Вильно дойдёт? И пресловутый меткий стрелок/охотник найдется?

georg: Олег Невещий пишет: Особенно касаясь расхождения с реалом. Да нет их практически. Артиллерия посильнее, с осадным делом получше. И все пока. Олег Невещий пишет: А в АИ, без активонй помощи поляков может и до Вильно дойдёт? В РИ активной помощи поляков тоже небыло. Прислали "ограниченный контингент" гетмана Тарновского. На зиму он уходил обратно в Польшу, а поход Телепнева был как раз зимой. Опять отличий от реала нет. Отношение Людовика к войне двойственное. Сигизмунд развязал войну для возврата Смоленска, надеясь на смуту в Москве. Смуты не произошло. Людовик (и в большей степени шляхта Польши и Чехии) не склонен тратить средства на поддержку наступательных планов Сигизмунда. Но если Москва добъется решительных успехов, и Литва будет на грани разгрома - Людовик непременно вступит в войну. Чтобы удержать Польшу от вступления в войну в критической для Литвы ситуации (в этом мире критической ситуации небыло), надо с ней (и с Чехией) воевать. А Карл на это не пойдет охотно, ибо боится удара в спину турок и союзников Людовика - французов. Поэтому ход и результаты войны не имеют отличий от РИ.

georg: В 1555 году в Москву является посольство от Сибирского правителя из рода Тайбуги – Едигера. Едигер просит принять его в русское подданство и ищет у Москвы защиты в борьбе с Шейбанидами. Царь принял его в подданство и наложил дань соболями. Войны со Швецией 1556 не происходит – царь, ведя войну с Турцией, соглашается на требование Густава Вазы сносится с ним напрямую, а не через Новгородских наместников. Пока идет война на юге, остро конфликтная ситуация складывается на Западе. Ягеллоны с тревогой наблюдают за усилением Москвы. Переход ногаев на сторону Тохтамыша и его водворение в Крыму явились для них полной неожиданностью. Для Литвы и Польши был бы еще преемлем простой захват Крыма Москвой – в этом случае татарские набеги прекращаются, а Москва увязает надолго в Крыму, подавляя поддерживаемые Турцией восстания татар. Но сохранение Крымского ханства как вассала и союзника Москвы вызвало в Литве страх – все вспомнили, какой сокрушительный разгром понесла Литва от московско-крымского союза при ИванеIII, когда ВКЛ утратило всю Северщину и большую часть Смоленщины, а татары доходили до Бреста и Новогрудка. Правда теперь южная граница ВКЛ была защищена куда лучше, чем при Александре, но и Москва была куда сильнее. Зоной конфликта стала Ливония. Еще летом 1550 года при посредничестве императора, который номинально являлся верховным сувереном Ливонии, прошли переговоры между Россией и Орденом. Ливонской стороне были предложены три основных требования: свобода торговли с иностранными купцами, свобода приобретения всех видов товаров, в том числе цветных металлов и оружия, свободный проезд в Россию мастеров всяких специальностей (в их числе и оружейников). Ливонская сторона подтвердила свободу проезда специалистов и приобретения товаров, но категорически отклонила требование о свободе торговли с иностранными купцами. На Запад по Балтийскому морю везли разнообразные товары: из самой Ливонии — хлеб, из Великого княжества Литовского и Польши — хлеб и «лесные товары», из России — кожи, сало, лен и пеньку. В XVI веке резко возрос товарооборот, возросли и доходы, которые приносила эта торговля. Однако эти доходы, которые могли бы обогатить русскую казну, оседали в прибалтийских портах — тех перевалочных пунктах, где потоки товаров переходили с морских путей на сухопутную дорогу. Сами купцы этих городов активной торговли не вели (судоходство на Балтике к этому времени находилось главным образом в руках нидерландских купцов), а пополняли свою казну благодаря установлению принудительного посредничества: они не позволяли русским купцам ездить за море, а нидерландским купцам проезжать через Ливонию на территорию России; в самих же прибалтийских портах и те и другие могли заключать сделки только с местными купцами. В итоге торговая прибыль оседала в карманах ливонских купцов, а торговые пошлины — в карманах ливонских властей. Страдали от этого как подданные Ивана, так и Карла (нидерландцы). Но Ливония игнорировала все попытки императора оказать на нее давление. В 1551 году ливонские города демонстративно подтвердили свои прежние решения о том, что русские купцы могут заключать торговые сделки только с их купцами. По-видимому, под впечатлением этого негативного опыта у русских политиков сложилось представление, что добиться удовлетворения русских требований удастся лишь тогда, когда Ливонский орден тем или иным способом будет подчинен русскому влиянию. Для достижения этой цели был использован вопрос о так называемой «юрьевской дани». Происхождение этой дани, которая уплачивалась Дерптским епископством в пользу Псковской республики, во многом остается неясным. В 60 — 70-х годах XV века условия об уплате дани были включены в тексты мирных соглашений между Дерптом и Псковом и в течение ряда лет дань действительно выплачивалась. Вопрос о выплате «юрьевской дани» занял центральное место на переговорах о продлении русско-ливонского перемирия, которые вели весной 1554 года Адашев и Висковатый с ливонскими послами. Именно на этих переговорах ливонским дипломатам было заявлено, что пришедшим из-за моря немцам предки царя разрешили поселиться на их земле лишь при условии уплаты дани; это условие было нарушено, но теперь царь намерен потребовать его восстановления. Если ливонцы откажутся выплачивать дань, заявил на переговорах Висковатый, царь сам придет за нею. В результате ливонская сторона пошла на уступки, и в текст договора было включено обязательство выплатить царю дань со всего населения Дерптского епископства, «со всякие головы по гривне по немецкой». Но после начала войны с Турцией Ливония предпочла забыть о договоре. Дань не была уплачена.

georg: Подобно Русскому государству, и Великое княжество Литовское несло ущерб от принудительного посредничества ливонских купцов, причем ущерб в данном случае был, вероятно, даже большим, так как Великое княжество Литовское было вовлечено в систему европейских экономических связей гораздо сильнее, чем Русское государство. Попытки литовских политиков добиться изменения положения с помощью дипломатии также оставались безрезультатными. Отсюда их попытки подчинить Ливонию своему политическому влиянию, вмешиваясь в ее внутренние дела. Для такого вмешательства у Сигизмунда II было гораздо больше возможностей, чем у Ивана IV, занятого войной с Турцией. Больше всего литовских политиков привлекала возможность установления своего контроля над Ригой — портом, через который шел основной поток товаров из Великого княжества Литовского в страны Западной Европы. К середине 50-х годов литовским политикам удалось добиться тайного соглашения с рижским князем-архиепископом Вильгельмом Гогенцоллерном об избрании его будущим преемником-коадъютором сына одного из немецких князей, Кристофа Мекленбургского, связанного с польским двором. Став позднее рижским архиепископом, тот должен был добиваться превращения архиепископства в особое княжество под патронатом Великого княжества Литовского. После того как архиепископ действительно сделал Кристофа Мекленбургского своим преемником, вмешались власти Ордена. Войска великого магистра напали на резиденцию архиепископа и захватили в плен и Вильгельма, и его коадъютора. Тогда Сигизмунд II собрал литовское войско и двинул его на границу с Орденом. Власти Ордена попытались провести мобилизацию своих военных вассалов, но лишь незначительная их часть откликнулась на это обращение. Орден фактически мог опираться лишь на отряды наемников из Германии, которые не смогли бы дать отпора литовской армии. В итоге 13 сентября 1557 года великий магистр Вильгельм Фюрстенберг должен был публично принести извинения Сигизмунду II и подписать договор, удовлетворявший основные требования властей Великого княжества Литовского. Архиепископ и его коадъютор были освобождены, архиепископу возвратили власть над архиепископством, а купцам Великого княжества была предоставлена свобода торговли на территории Ливонии. Кроме того, Орден заключил с Великим княжеством Литовским союз против России и принял на себя обязательства не пропускать на русскую территорию товары и специалистов, которые могли бы способствовать усилению Русского государства. Договор, заключенный с Россией в 1550 был денонсирован, пропуск в Россию необходимых ей для войны с Турками товаров прекращен. Иван, получивший известие об этом в разгар подготовки к вторжению в Крым, посреди Думы в порыве бешенства сломал свой посох, но затем, взяв себя в руки, возвел взгляд к висевшей в углу палаты иконе Спасителя и произнес: «Суди Господи между мной и немцами за их неправду». Судьба Ливонии в этот момент была решена. По счастью прекращение поставок из Германии через Ливонию не нанесло большого ущерба армии – еще в 1554 совместная англо-нидерландская экспедиция лорда Уиллоби, отправленная королевой Марией и ее мужем штатгальтером Фердинандом, достигла устья Северной Двины, и теперь поставки были налажены северным путем из Нидерландов.

Сварга: Очень интересный таймлайн. Так держать

georg: Сразу же после заключения мира с Турцией царь собирает в Пскове армию для вторжения в Ливонию. Составлена она в значительной степени из татар, во главе ее поставлен бывший главнокомандующий в крымском походе – касимовский хан Шах-Али. Царь не счел нужным даже объявлять войну Ливонии – по его мнению немцы сами его объявили и нарушили перемирие 3 года назад, расторгнув договор с Москвой. Армия это зимой 1559-60 вступает в Ливонию и проходит от Нейгаузена до Нарвы, не осаждая крепостей, но оставляя за собой одни головешки. Возвращаясь из похода, командующий войсками касимовский хан Шах-Али призывал власти Ордена, «будет у вас есть хотения перед государем исправитца», прислать в Москву послов, обещая в этом случае вместе с боярами ходатайствовать за них. Когда магистр попросил «опасной грамоты» для послов, которые привезут царю дань, такой документ был выслан. Однако установившееся перемирие просуществовало недолго. В нарушение его условий из нарвского замка стали стрелять по пограничной русской крепости Ивангород, и 11 мая 1560 года русские войска взяли город штурмом. С конца мая 1560 года русские войска принялись занимать одну задругой пограничные крепости Ордена, а в июне 1560 года в поход на Ливонию выступило большое русское войско во главе с боярином князем Петром Ивановичем Шуйским. Поход продолжался все лето и показал полное военное бессилие Ордена — русские войска заняли 20 «городов», среди них такой крупный центр и резиденцию епископа, как Дерпт. Вся восточная часть современной Эстонии в результате похода оказалась под русской властью. Власти Ордена в панике обратились с «всеподданнейшим молением» к императору Максимилиану, дабы он вмешался и спас Ливонию. Максимилиан направляет в Москву своего посла для переговоров о мире. Условия такого мира Алексей Федорович Адашев изложил в императорскому послу в ноябре 1560 года в Москве. Речь шла фактически об установлении русского сюзеренитета над Ливонией (его условия предусматривали, в частности, ввод русских гарнизонов в ряд ливонских городов). Вирланд и Дерптское епископство попросту присоединялись к России. Магистру следовало прибыть к Ивану IV «да за свои вины добити челом на всем том, как их государь пожалует». Посол императора в ответ заявил, что условия непреемлемы не только для Ордена, но и для императора, ибо Ливония является неотъемлемой частью СРИ. Переговоры заходят в тупик. Опытный старый дипломат Людовик Ягеллон внимательно отслеживает ситуацию, подстерегая момент для активного вмешательства. Для достижения своей цели – подчинения Ливонии – он раскидывает паутину дипломатических интриг по всей Европе. Его послы являются в Ливонию с предложением перейти под протекторат польской короны. Они твердят ливонским сословиям, что императору своя рубашка ближе, что как король Венгрии он нуждается в союзе с Москвой, а как государя Нидерландов его не устраивает посредническая роль ливонского купечества в торговле с Россией. Поэтому помощи от него ждать нечего, и наоборот – с Литвой и Польшей Ливония связана полным единством интересов. Орден соглашается прислать посольство в польский сейм с просьбой о протекторате. В Германии появившиеся там беженцы из Ливонии в это время сеют панику, рассказывая душераздирающие истории об ужасах московского нашествия. Пользуясь этим, Людовик через своих агентов мутит воду в Германии, обвиняя императора в преступном бездействии. Как курфюрст империи он выдвигает инициативу созыва имперского рейхстага в Шпейере по ливонскому вопросу. На рейхстаге Людовик намерен склонить германские сословия потребовать у императора назначить Людовика как имперского курфюрста протектором Ливонии с поручением защищать ее от вторжения варваров. А в перспективе – передачи ему Ливонии как имперского лена. И наконец секретное посольство Людовика появляется в Стамбуле при дворе Сулеймана. Оно представляет султану, что сейчас, когда неизбежна ссора между Москвой и СРИ из-за Ливонии, антитурецкая коалиция будет расколота, и султан может в союзе с Ягелонами вернуть Крым. Сулейман готовит десантный корпус во главе с бывшим ханом Девлет-Гиреем.

Олег Невещий: georg пишет: Да нет их практически. Артиллерия посильнее, с осадным делом получше. И все пока. Это понятно. Я имел в виду, что с внутренней политикой? У вас описан реал, а ведь отсутствие Михаила Глинского не может не повлиять на расклад сил после смерти Василия III (вплоть до гибели Елены и Ивана Васильевича в результате "несчастного случая" и воцарение Юрия/Андрея, или удаление Елены и прочих Глинских куда подальше, или наоборот Елена правит долго и успешно), ведь многое зависит от случайностей. Вижу несколько возможных развилок. И ещё: georg пишет: Сразу после этого последовала свадьба царя с избранной им боярышней Анастасией Романовной. Исторический детерминизм однако Неизбежно ли это событие в данной АИ, или где? georg пишет: Опять отличий от реала нет. ОК. georg пишет: Судьба Ливонии в этот момент была решена. Неучтен фактор Ивангорода (будет ли он построен и будет ли открыта морская торговля через русскую территорию). georg пишет: и теперь поставки были налажены северным путем из Нидерландов. Неучтена возможность плаваний в Европу русских (первое было ЕМНИП в 1480), и измененя в торговой политике альтернативного, более грамотного Грозного.

georg: Олег Невещий пишет: Неучтен фактор Ивангорода В реале открыли пристань, но купцы продолжали плавать в Ревель. И как показала РИ, Ревель не воздержится и от корсарских действий на Балтике. К тому же для Грозного с его даже более воспитанным характером наказать немцев будет вопросом чести. Война все равно неизбежна. Олег Невещий пишет: Неучтена возможность плаваний в Европу русских (первое было ЕМНИП в 1480), и измененя в торговой политике альтернативного, более грамотного Грозного. Критика принята. Вношу поправку - торговля с Нидерландами через Белое море установлена в 1550 по русской инициативе. Как и в реале открыты торговые дворы для русских в Антверпене и Лондоне. Но поскольку Россия пока не в состоянии создать военную эскадру и обезопасить своих купцов от процветавшего в то время корсарства, преимущественно нидерландцы плавают в Россию, а не наоборот. Организация активной морской торговли будет рассмотрена позже.

georg: Олег Невещий пишет: Неизбежно ли это событие в данной АИ, или где? Личное знакомство и вспыхнувшая страсть, обусловленные авторским произволом, и нежеланием изобретать альтернативных детей Ивана.

Олег Невещий: georg пишет: Ревель не воздержится и от корсарских действий на Балтике. Возможна ли помощь со стороны Венгрии (посылка напр. военных кораблей для прикрытия своих торговцев из Голландии)? georg пишет: Война все равно неизбежна. Да. Но обязательно ли так рано? georg пишет: установлена в 1550 по русской инициативе. Хорошо. georg пишет: будет рассмотрена позже. С интересом жду продолжения альтернативы...

Олег Невещий: georg пишет: обусловленные авторским произволом Ясно. Вопрос снят.

georg: Олег Невещий пишет: Возможна ли помощь со стороны Венгрии (посылка напр. военных кораблей для прикрытия своих торговцев из Голландии) Своих - да. Но не русских. Олег Невещий пишет: Да. Но обязательно ли так рано? Вы РИ Грозного хорошо помните? Здесь он поспокойнее, но темперамент тот же. Ливония оскорбила его и его страну, отказавшись выполнять заключенные ранее договоренности в самый неподходящий момент. Кто-кто, а Иван Васильевич такого никогда не спустит. Воевать будет.

Леший: georg пишет: Воевать будет. На Средиземье наводим ужас, В норах живем и едим от пуза, Мы Саурону покажем локоть, Будет потом три Эпохи охать. Пони гарцует – земля трясется, Гэндальф из трубки пускает Кольца, Девять придурков дороги топчут, Эльфы с достоинством орков мочат. Слава Добру, мы не все погибли, Вслух о женитьбе мечтает Гиммли, Стало нам скучно в вонючих норах, За морем, что ли, устроить шорох? Степан Вартанов "Марш хоббитов"

georg: В разгар переговоров в Москву добирается секретный посланец Константинопольского патриарха с известием о возможности десанта турок в Крым. Иван сбавляет обороты и снимает требование о вассалитете ордена. К России должны перейти завоеванные ей Вирланд и Дерптское епископство, а орден обязуется не препятствовать свободе «нарвского мореплавания». Посол от имени императора заверяет договор, который теперь должен подтвердить орденский капитул. А пока заключается перемирие на полгода. Сулейман, получив известие о том, что царь и император пришли к компромиссу, отменяет десант – он понимает, что в силу тесной взаимосвязи интересов России и Австро-Венгрии воевать теперь придется со всей священной лигой. А для этого надо иметь флот, способный побороться с объединенными флотами Испании и Венеции за господство на море, чего Сулейман добиться пока не успел. Прибыв в Венден, посол императора предлагает Ордену ратифицировать договор. Магистр Фюрстенберг согласен, но его коадьютор Готгард Кеттлер – сторонник союза с Польшей – выступает категорически против, указывая на то, что владея Дерптом царь всегда может вторгнуться в сердце Ливонии, а при оставлении русским Нарвы вся русская торговля пойдет мимо Ливонии с потерей для нее огромных доходов. В разгар споров прибывает ливонское посольство с польского сейма с утвержденным сеймом договором о поступлении Ливонии под польско-литовский протекторат и с обязательством со стороны Людовика военной помощи. После этого берут верх сторонники войны. Фюрстенберг вынужден оставить пост магистра, и новым магистром избран Кеттлер. На протест императора Максимилиана не обращено внимания. Сверх того Шпейерский рейхстаг высказывается в поддержку Людовика, и хотя добиться от императора назначения протектором ордена ему не удается, общественное мнение Германии на стороне Людовика. Людовик и поддержавшая его на сейме польская шляхта стремились сделать из Ливонии вассальное государство, тесно связанное с Польшей. Дальним прицелом было то, что после смерти бездетного Сигизмунда Августа польская шляхта решительно была настроена присоединить Литву к польской короне, и для этого поддержка Ливонии была как нельзя кстати. При этом однако военные действия в Ливонии должна была вести литовская армия, а Польша брала на себя защиту южной границы со стороны Крыма. В Литве смотрели на дело иначе. ВКЛ был необходим прямой выход к морю, и Сигизмунд Август требовал передачи ВКЛ полосы территории вдоль Двины с городами Динабургом, Кокенгаузеном, Аншераденом и Ригой. Поэтому присланный с варшавского сейма в Вильну договор с Ливонией вызвал в литовской раде возмущение. Успокоив его, Сигизмунд Август сказал – договор договором панове, а мы свое возьмем. Царь, узнав о том, что договор отклонен, начал стягивать в Псков армию для окончательного разгрома Ливонии, и был намерен лично руководить ею. Людовик, навербовав в Чехии и Германии наемное войско, во главе которого встает коадьютор рижского епископа принц Криштоф Мекленбургский, посылает его в Ливонию. Польская армия стягивается в Подолию для отражения ожидаемого крымского вторжения, литовская – в Вильно для помощи Ливонии.

georg: В мае царь Иван во главе отлично подготовленной 60тысячной армии вступает в Ливонию и движется к Феллину. Кеттлер шлет отчаянные призывы в Вильну о помощи, но литовская армия не трогается с места. Под замком Эрмес магистр, располагая присланными Людовиком чешско-немецким войском, решается дать сражение московской армии, но, имея значительное превосходство в силах, русские нанесли магистру сокрушительное поражение, причем чехи, понеся страшные потери, последними оставили поле боя, прикрывая бегство ливонских дворян. Царь осадил Феллин, который вскоре капитулировал, хотя был неприступен и располагал огромными запасами. Причиной капитуляции был бунт немецких наемников, которым не уплатили жалование. Наемники эти фактически продали царю сильнейшую орденскую крепость за круглую сумму, при чем выдали и своего командира – бывшего магистра Вильгельма Фюрстенберга, оказавшегося таким образом в московском плену. Только после известия о разгроме армии ордена под Эрмесом Сигизмунд Август двинул литовскую армию в Ливонию. Гетман Николай Радзивилл Черный шел к Риге вдоль Двины, занимая литовскими гарнизонами все замки по Двине, которые сдавались союзникам в ужасе перед московским нашествием. Иван после падения Феллина осадил сильно укрепленный приморский Пернов. Шуйскому было приказано взять Венсенштейн – центр орденской провинции Эрвия, и затем идти на Ревель. Но обе крепости держались долго, особенно окруженный вязкими рвами Венсенштейн. Венсенштейн и Пернов были взяты осенью, и это были последние успехи русской армии в кампании 1561 года. В октябре Шуйский атаковал Ревель, но был отбит. На юге отряды хана Тохтамыша беспрепятственно прошли почти не заселенную в то время территорию Брацлавщины и Киевшины, но на границах Волыни под Меджибожем были встречены польским «кварцяным войском» коронного гетмана Мелецкого и ополчением Волынской и Галицкой шляхты, и отброшены. Кеттлер, отступивший в орденскую столицу Венден, со всех сторон получал неутешительные известия. Эзельский епископ Христофор Мюнихгаузен продал свое княжество-епископство (Моонзундские острова, Вик в Эстонии и Пильтен в Курляндии) королю Дании Фредерику, а тот передал их своему брату Магнусу с титулом герцога Эзельского. Ревель, отрезанный от остальной Ливонии и угрожаемый московскими войсками, перешел с провинцией Гаррией под власть короля Швеции Эрика XIV, и принял шведский гарнизон. Как писал современник – Ревельский пастор Бальтазар Рюссов – «нынешняя Ливония что девица, вокруг которой все танцуют». Теперь Кеттлер понял, насколько прав был Фюрстенберг, желая заключить с Москвой мир на условиях, предложенных императором Максимилианом. Но было слишком поздно. В январе 1562 года Кеттлер подписал новый договор с Людовиком и Сигизмундом (который переиграл-таки кузена), по которому Лифляндия была объявлена совместным владением Польши и Литвы. Ее администратором от имени короля Людовика и великого князя Сигизмунда Августа был назначен Кеттлер, но все важнейшие крепости, в том числе столица ордена Венден и цитадель Риги, занимались литовскими гарнизонами. Левобережье Двины – Курляндия и Семигаллия – были переданы Кеттлеру в качестве вассального герцогства. Государство Ливонского Ордена перестало существовать. Пока перестало……

georg: Сигизмунд Август, овладев Лифляндией, постарался урегулировать отношения с соседями. Он признал переход Эзеля к Дании и Гаррии с Ревелем (который все равно отрезан московскими владениями) – к Швеции. С Москвой он намерен был вести войну, и для этого предложил союз Эрику XIV. Этой же зимой был подписан союз между Литвой и Швецией. Обе державы намеревались совместно изгнать московитов из Ливонии, причем Вирланд с Везенбергом и Нарвой и Эрвия с Венсенштейном должны были отойти к Швеции, а занятые русскими лифляндские земли к ВКЛ. Король датский Фредерик отправил своего гофмейстера Элера Гарденберга со свитою в Москву для переговоров как о торговых делах, так и о землях, отошедших к Магнусу от Ливонии. Договорная грамота была утверждена 7-го августа 1562 г. По этой грамоте московское правительство обещало отвести дворы купцам датским в Новгороде и Нарве с условием, чтобы и русским купцам были отведены дворы в Копенгагене и Висби. Царь согласился признать за Магнусом Эзель и Вик. Но попытки договориться со Швецией оказались неудачны – Эрику мало было одного Ревеля. Тогда Иван, оказавшись пред лицом двух противников, предпринял попытку договориться о разделе Ливонии, но безуспешно – Сигизмунд и Эрик потребовали от царя очистить ливонскую территорию. Сложилась антирусская шведско-литовская коалиция. К счастью Польша не могла принять полномасштабного участия в военных действиях в Ливонии, так как ее границам угрожал Крымский хан Тохтамыш. Фактический захват Ливонии Литвой вместо помощи союзнику согласно договору вызвал глубокое возмущение как среди ливонского рыцарства, так и в Германии, где еще год назад «обчественное мнение» поддерживало Людовика. Коадьютор рижского епископа принц Криштоф Мекленбургский, будучи категорическим противником передачи Ливонии Литве, увел обратно в Германию приведенное им оттуда наемное войско, и отправился к императору требовать помощи в восстановлении Ордена. Кроме того, бывшие орденские рыцари, оставшиеся после упразднения ордена бездомными, отказались, не смотря на призывы Кеттлера, служить Сигизмунду-Августу, составили конный корпус, выбрали между собою офицеров и предложили свои услуги шведскому королю. Король Эрик принял этот отряд в шведскую службу, под именем ливонских гофлейтов (слово Hofleute означало конных ратников, кавалеристов). Главным начальником ливонских гофлейтов стал рыцарь Каспар фон Ольденбокум.

georg: Литовское правительство спешно начало укреплять вооруженные силы и финансы великого княжества. В течении 1560-1561 гг. Сигизмунд Август роздал ряд королевских владений князьям и вельможам. Города должны были к 29 июня 1561 г. предоставить великому князю по его требованию большие суммы денег. Таможенные пошлины сильно возросли. Литовское правительство, изыскивая новые источники государственного дохода, ввело монополию на соль. В расчете на ведение войны в 1562 г. был издан указ, в соответствии с которым землевладельцы должны были вместе с каждыми двумя конниками поставлять одного пехотинца. Тем не менее эта армия, представлявшая собой шляхетское ополчение, не могла эффективно противостоять уже частично поставленной на регулярную ногу московской. Поэтому в составе литовского войска постоянную службу несет корпус чешской пехоты под командованием моравского магната Яна Жеротина, который в сущности является наиболее боеспособным подразделением литовской армии. Московская армия организована на основах, заложенных Глинским. Основой его является дворянское ополчение, которое однако проходит обучение во время ежегодных сборов, и благодаря постоянно ведшимся Москвой последнее время войнам имеет солидный боевой опыт. Ударной силой является тяжелая кавалерия, по татарскому образцу названная уланами. Составляют ее «достаточные» дворяне и дети боярские. Они имеют тяжелое защитное вооружение и пики. В бою строятся в две шеренги и атакуют пиками, а затем ведут сабельный бой. Следующие линии составляют боевые холопы, поддерживающие хозяев «лучным боем» и прикрывающие их от удара с флангов. Прочие дворяне составляют легкую конницу с более легким защитным вооружением (кольчуги), имеющую кроме сабель и копий на вооружении луки, обращению с которыми дворянских отроков велено обучать с детства. Тактика традиционная. В целом русская кавалерия ничуть не уступает литовской и польской. Кроме того в легкой кавалерии служат татарские и ногайские вассалы. Десятитысячный московский стрелецкий корпус, созданный Глинским, усвоил тактику венгерской пехоты с местными особенностями (вооружение бердышом). В бою стрельцы-копейщики, защищенные шлемами и полупанцирями, строятся в терции по испанскому образцу. Стрелки выстраиваются перед ними в несколько шеренг, и ведут огонь караколированием (отстрелявшаяся шеренга уходит назад и заряжает мушкеты). При лобовом столкновении с противником стрелки уходят за терцию, которая принимает удар, а затем, забросив мушкеты за спину, заходят во фланги вражеской пехоте и врубаются в них (их обучают в совершенстве владеть бердышом и саблей). Подобная тактика оказалась весьма грозной для противника в Ливонской войне. За время войны с Крымом, в которой почти не было пехотных боев, стрельцы оказались немного в загоне, обучение ослабло, использовались в основном для осад и боя в гуляй-городе, численность пикинеров резко сократилась (ибо в поле терция – отличная мишень для луков кочевников). Лишь с началом ливонской войны царь обратил пристальное внимание на стрелецкий корпус и приказал увеличить его численность и улучшить обучение. Но во время той же Крымской войны был введен ряд новаций. По инициативе Воротынского для войны в степи были созданы подразделения конных стрельцов, набранных из взятых на жалование мелкопоместных детей боярских. Имея традиционное вооружение стрельцов-стрелков (но копья вместо бердышей), они обучены как конному бою, так и пешему стрелецкому. За неимением пикинеров им придаются повозки с укрепленными на них длинными пиками, из которых выстраивается легкое полевое укрепление, либо же они находят естественное укрытие, из-за которого ведут огонь. Отряды конных стрельцов в крымских походах придавались подразделениям дворянского ополчения для маневренных действий в степи. Сверх того конные стрельцы имеют и конную артиллерию – с подачи союзников в русской армии введены завезенные из Испании изобретенные Педро Наварро легкие орудия, имеющие лафетные передки и стреляющие как ядрами, так и картечью. Эти пушки, уже использованные испанцами в итальянских кампаниях, могли двигаться даже галопом, сопровождая в бою конницу. По артиллерийскому парку Россия превосходит любого из своих противников, имея (за исключением конной артиллерии) 200 полевых и осадных орудий. Для похода и боя организовывалось 5–7 тактических единиц — полков (Большой, Правой и Левой Руки, Передовой, Запасной и Ертоул), к которым следует еще прибавить наряд и гуляй-город. Каждый полк состоял из пехоты и конницы и имел определенное тактическое предназначение. В плане боя предусматривалось взаимодействие полков. При данной системе боевой порядок русского войска расчленялся не только по фронту, но и в глубину, что еще больше увеличивало тактические возможности и особенно возможность внезапного нападения в ходе боя.

georg: В начале 1562 года литовская и шведская армии начинают «совместную операцию» по вытеснению русских из Ливонии. Пойти на соединение друг с другом они не могут, так как в этом случае придется оставить в тылу мощные крепости, занятые русскими гарнизонами. Литовский гетман Радзивил в мае 1561 г. после пятинедельной осады. взял Тарваст, а затем осадил Пернов. В это же время шведский генерал Горн двинулся на Венсенштейн и осадил его. Командовавшие оставленными в Ливонии войсками князья Василий Глинский и Петр Серебряный предприняли попытку нанести удар по шведам, но атаковав их на весьма невыгодной для себя позиции, потерпели поражение, и отошли к Феллину, ожидая подхода мощной армии, которую вел в Ливонию Петр Шуйский (вследствии учтенных уроков этого боя началось стремительное возрождение пикинеров в русской армии). Шуйский, подойдя к Феллину, решил сначала нанести удар по литовцам. Двинувшись к Пернову, он атаковал армию Радзивилла и разбил ее. Оставленный литовцами Тарваст был разрушен. Но в это же время Венсенштейн был взят шведами. Горн снабдил его запасами и поручил его защиту ливонским гофлейтам. Шуйский безуспешно пытался взять его обратно. Неудачными были и военные действия на юге. Царь в этом году собрал на Днепре мощную армию кочевников, в составе которой кроме войск Тохтамыша были отряды Большой и Малой Ногайских орд, а так же черкесов. Армия Тохтамыша весной двинулась на Волынь. Мелецкий и Острожский не принимая боя отходили до Кременца, где татары обнаружили перед собой короля Людовика с польским посполитным рушением и отрядами чехов. В ожесточенном сражении армия Тохтамыша была разгромлена, причем поляки на большом расстоянии преследовали ногаев и нанесли им огромные потери. Тем не менее к концу года ситуация начинает складываться благоприятно для России. Во-первых, происходит ссора между датским и шведским флотом из-за салютации, перешедшая в морской бой. Дьяк Висковатый с мая сидел в Копенгагене, добиваясь военного союза с Данией, и данный инцидент пришелся вестма кстати. По поводу этого инцидента, а так же по поводу того, что Эрик наглым образом включил в свой герб короны Дании и Норвегии, ФредерикII в конце 1562 года объявляет Швеции войну (реал), оказавшись, таким образом, союзником России. Впрочем, война эта назревала давно, и список претензий друг к другу у двух держав накопился весьма длинным. Фредерик просто воспользовался благоприятным обстоятельством – тем, что Швеция ввязалась в войну на востоке. Во-вторых, Эрик, решив перекрыть возникшее «нарвское мореплавание», издал «навигационный акт», согласно которому всем иностранным кораблям запрещалось ходить в Нарву. Шведская эскадра во исполнение акта должна была дежурить между Гельсингфорсом и Ревелем, перехватывая все идущие в Нарву и из Нарвы корабли. На тот момент в Нарве находилась целая флотилия торговых судов из Нидерландов, принадлежавшая Нидерландской «Московской компании». Загрузившись товарами, флотилия эта вышла из Нарвы, и в виду Ревеля была атакована шведами. Нидерландцы оказали сопротивление, часть их судов была потоплена, часть взята на абордаж, товары разграблены, а экипажи оказались в ревельской тюрьме. Известие об этом пришло в Брюссель во время сессии Генеральных Штатов. Обсуждение этого вопроса Штатами было недолгим, тем более что значительная часть депутатов была акционерами компании. Штаты вручают штатгальтеру эрцгерцогу Эрнсту петицию на имя императора с требованием поставить на место зарвавшегося северного королька, каковую петицию Эрнст отсылает брату в Вену.

georg: Но наибольшую активность в Германии развивают братья Тевтонского ордена. Выше было сказано, что в 1525 г. великий магистр тевтонского ордена Альбрехт, маркграф бранденбургский, заключил в Кракове с королем польским договор, по которому сложил с себя звание великого магистра и получил с титулом герцога Восточную Пруссию в виде наследственного лена от королевства польского. Тевтонский орден в Пруссии рушился: все орденские братья перешли в светское состояние, но некоторая часть их, однако, удалилась в Германию, где и присоединилась к германским братьям, избравшим себе нового великого магистра, местопребыванием которого и его последующих преемников был Мергентгейм ( в реале орден тевтонский в Германии был признан членом франконского округа римской империи и просуществовал до 1806 г., когда империя пала и образовался рейнский союз). В 1562 г. великим магистром тевтонского ордена в Германии был Вольфганг (Вулфьянк по русским летописям). Он задумал восстановить тевтонский орден в Ливонии при помощи московского государя, восстановив в звании магистра Фюрстенберга, находившегося в это время в плену в московском государстве (в городе Любиме, данном ему царем в кормление). Завоевать Пруссию с помощью императора и общими с Россией силами наступить на Людовика. С согласия императора Максимилиана, Вольфганг послал в Москву бывшего секретаря Фюрстенберга Иоганна Вагнера с письмом к царю и просьбою об освобождении пленного магистра. Вагнер приехал в Можайск и здесь в начале января 1562 г. представился царю. Царь на тот момент осознал, что одержать быструю победу не удастся, и придется воевать с Ягеллонами и шведами одновременно. Поэтому Иоанн принял Вагнера очень милостиво, жалел о судьбе, постигшей Фюрстенберга, неповинного, как выразился царь, в неуплате царю дани и смещенного с должности беззаконно, и склонялся освободить его, помочь ему выгнать из Ливонии «презренного пса» Кеттлера и королей польского и шведского и восстановить его в магистерстве. Вернувшись, Вагнер изложил великому магистру содержание царского письма, говорил об условиях платежа Ливонией дани, и советовал, не откладывая дела, послать к царю новое посольство для дальнейших переговоров. Вольфганг запросил санкцию императора, и получил ее. Вольфганг весной 1562 г. снарядил в Москву посольство из четырех орденских рыцарей: Бернгарда фон Бевера, Мельхиора фон Дермо, Франца фон Гацфельда, Теобальда фон Ромшвага, и двух учёных юристов: доктора Иоганна Вагнера (того самого, что уже был в Москве), и Освальда Лурцинга. Послам была вручена инструкция, в силу которой послы должны были предложить царю верховный сюзеренитет над Ливонией, но с сохранением прав римской империи; ливонский орден должен быть восстановлен, архиепископу предоставятся лишь духовные дела, города Ревель и Рига получат торговые привиллегии, судоходство по Двине должно происходить вольное для всех и пр.

georg: Они приехали в Нарву. Их с большим почетом встретили и проводили в Москву, как послов императорских. По приезду в Москву (24-го июня), послы 26-го июня представлялись царю и принесли в дар два золотых сосуда. Начались переговоры. В июле договор с Орденом был подписан. Согласно ему, Ливонский орден восстанавливался под верховным сюзеренитетом царя. Ордену передавались все занятые русскими войсками замки Ливонии, кроме Нарвы, Нейшлоса, Везенберга и Тольсбурга, которые царь оставлял за собой. Магистром назначался Фюрстенберг. Новый магистр должен был избираться капитулом и утверждаться в должности царем. Орден должен был выплачивать дань Москве и в случае войны выставлять 1500 всадников и 2000 пехотинцев. Купцам ливонских городов (прежде всего Риги и Ревеля) предоставлялось право свободной и беспошлинной торговли на всей территории Русского государства. Такое же право получали русские купцы на территории Ливонии, а так же на жителей Ливонии налагалось обязательство свободно пропускать в Россию всех иноземных купцов с товарами и мастеров-ремесленников, направлявшихся через Ливонию. Взамен царь потребовал у императора помощи в войне со Швецией. Посольство успело за навигацию 1562 вернуться через Архангельск в Германию. В Вену оно прибыло как раз после того, как на стол Максимилиана легла петиция Нидерландских Штатов. Поэтому император принял решение быстро. Сильнейший в северных морях Нидерландский флот начинает в Антверпене подготовку к экспедиции на Балтику. Во главе флота встает молодой имперский адмирал и одновременно командор Тевтонского ордена, внебрачный сын покойного императора Карла Иоганн фон Габсбург (в альтернативной реальности его звали дон Хуан Австрийский).

LAM: georg пишет: Послам была вручена инструкция, в силу которой послы должны были предложить царю верховный сюзеренитет над Ливонией, но с сохранением прав римской империи; Значит ли это, что Иван, как сюзерен одной из имперских территорий становится имперским князем и может учавствовать в рейхстагах? А на престол Священной Римской Империи его могут выдвинуть?

georg: LAM пишет: Значит ли это, что Иван, как сюзерен одной из имперских территорий становится имперским князем и может учавствовать в рейхстагах? Может, но его представителями должны быть ливонцы. LAM пишет: А на престол Священной Римской Империи его могут выдвинуть? Юридически да (хотя религия в XVI, да и в XVII веке послужит непреодолимым препятствием). Вообще вся эта история с перговорами Ивана с тевтонским орденом - подлинная, и предложенные условия по Ливонии - тоже подлиннные. В реале дело не выгорело из-за того, что австрийские Габсбурги, в реале не имевшие ни Нидерландов, ни Венгрии (кроме нескольких западных комитатов) и стесненные турками, не могли реально помочь Ордену, поэтому царь отнесся к предложению гроссмейстера Вольфганга скептически. А затем и Фюрстенберг умер, и "совместный проект" вассальной Ливонии был запущен уже с Данией и Магнусом. Здесь могущественый император имеет средства поддержать Орден (в перспективе - отвоевать обратно Пруссию и зажать Ягеллонов в клещи).

Олег Невещий: georg пишет: Своих - да. Но не русских. Для начала этого достаточно. А русских будут прикрывать русские корабли. georg пишет: а Иван Васильевич такого никогда не спустит. Я имею в виду - при не до конца замиренном Крыме опастно начинать войну на вотром фронте. Лучше развивать Ивангород, строить флот на Ладоге и в Холмогорах, а лет через 5 и... georg пишет: ее границам угрожал Крымский хан Тохтамыш. И это правильно.

Олег Невещий: georg пишет: Посольство успело за навигацию 1562 вернуться через Архангельск в Германию. Архангельск!! Это анахронизм или не прописанная ветка АИ? Напоминаю, что Архангельск (точнее Новый Порт, он же Новохолмогоры) основан близ Михайло-Архангельского монастыря в 1583-84 г.г. Вначале была построена деревянная крепость и порт, а позже, в 1585-87 туда перенесли все английские и голландские фактории. Цель создания – замена утраченных портов на Балтике и активизация торговли. Если не прописанная ветка – то пожалуйста разъясните стоки создания крепости, установления торговых маршрутов и особенно вопрос создания военного флота там.

georg: Олег Невещий пишет: Архангельск!! Это анахронизм или не прописанная ветка АИ? В курсе. Анахронизмом является название. Порт Новохолмогоры основан в 1551, после установления торговых связей с Нидерландами и Англией через Белое море (как указано выше). Маршрут проложен отправленной Марией Английской и ее мужем штатгальтером Фердинандом экспедицией, которая снаряжена по предложению русского посла при дворе КарлаV. Английские и нидерландские гости получили привиллегии как в реале, но затем в отличии от РИ режим наибольшего благоприятствования у нидерландцев. Военного флота пока нет. Его необходимость пока не осознали, да и со средствами на его создание в казне очень туго, и так война перманентна. Активной торговли пока тоже нет, так как нет достаточно богатых купцов, способных снарядить на свои средства суда, способные отбиться от корсаров (кроме Строгановых). А работать компаниями русские купцы еще не научились. Научатся.

Олег Невещий: georg пишет: отбиться от корсаров Не думаю что угроза корсаров велика (по крайней мере севернее широты Бергена) georg пишет: в казне очень туго Почему? Наоборот от покорения Крыма казне только прибыток.

Леший: georg пишет: Военного флота пока нет. Как так нет. В РИ на рейхстаге в СРИ, сразу после захвата русскими части Ливонии открыто били тревогу по поводу того, что русские начинают создавать свой военный флот. А что изменилось тут?

georg: Леший пишет: В РИ на рейхстаге в СРИ, сразу после захвата русскими части Ливонии открыто били тревогу по поводу того, что русские начинают создавать свой военный флот. У страха глаза велики. На том же рейхстаге говорили, что русских в следующем году следует ждать в Пруссии и Померании. На самом деле никакого флота не создавалось. Олег Невещий пишет: Не думаю что угроза корсаров велика В норвежском может и нет, а вот в Северном велика.Олег Невещий пишет: Наоборот от покорения Крыма казне только прибыток. В чем же? Набеги да, прекратились. Коллеги, прошу вносить конструктивные предложения. Меня лично терзают смутные сомнения по поводу активной внешней торговли - в реале она и в XVIII веке не сложилась не смотря на поощрительные меры купцам со стороны правительства. Если вы мои сомнения развеете - буду очень рад.

Вольга С.лавич: georg пишет: Меня лично терзают смутные сомнения по поводу активной внешней торговли - в реале она и в XVIII веке не сложилась не смотря Где-то читал, что в России национальный рынок складывался трижды - в первый раз смута помешала, во второй Пётр.

georg: Вольга С.лавич пишет: Где-то читал, что в России национальный рынок складывался трижды - в первый раз смута помешала, во второй Пётр. Так оно и есть. Экономическая ситуация и внутренняя политика будут рассмотрены в отдельных подразделах темы, которые напишу как закончу войну. Там и жду конструктивных предложений.

georg: Сделаем небольшое отступление для описания событий в мире. Испания. После завоевания Алжира, как я упоминал выше, города побережья были присоединены к Испании. Для их закрепления там становятся гарнизоны и поселяются колонисты. Большая часть мусульманского населения этих городов вскоре покидает их и переселяется на территорию автономных эмиратов. В самих эмиратах, где изгнанники с побережья возбуждают ненависть к неверным, назначенным королем правителям вскоре не удается удержать ситуацию под контролем. В 1558 восстание берберов вспыхивает в Тлемсене и перекидывается в Кабилию. Восставшие обращаются к султану Марроко с просьбой принять их в подданство. Еще в1530 году вожди крупнейших племен Северо-Западной Сахары, пришедших из дальних областей юга Марокко, основали династию Саадитов и начали джихад, чтобы изгнать португальцев из всех их крепостей, захваченных на Атлантическом побережье Марокко. Португальскому королю пришлось оставить Агадир, Могадор, Мазаган. В 1450 году пал главный оплот португальцев в Марроко – Азилах. Вдохновленные успехами, Саадиты решили придти на помощь единоверцам. В ответ на это Фернандо вступает в тесный союз с Португалией, урегулировав все колониальные противоречия с ней. В 1559 году объединенная испано-португальская армия, опираясь на Сеуту, предпринимает вторжение в Марроко и наносит Саадитам сокрушительное поражение, взяв и разграбив Мекнес и дойдя до Феса. Португалия возвращает себе Агадир и Могадор, а Фердинанд ликвидирует эмират Тлемсена. Восстание на побережье было подавлено в следующем году, и еще два года продолжались военные действия на алжирском плато. Испанская дипломатия, разобравшись в ситуации внутреннего Магриба, находит союзников среди местных берберийских вождей. Один из них, Кадир-бей, становится союзником Испании и получает Кабилию и территорию Тлемсена кроме самой столицы. Война эта отразилась и внутри Испании. В Андалузии в 1559 появляются эмиссары Саадитов из морисков-эмигрантов, подстрекающие морисков к восстанию. В 1560 часть морисков Гранады восстала и провозгласила эмиром Гранады дона Фернандо Валора, одного из потомков их прежних государей из династии Абенумейя. Восстание удалось быстро локализовать, Альба загнал повстанцев в ущелья Сьерра-Невады и уничтожил их главные отряды. В то же время Фернандо опубликовал указы об амнистии даже за все проступки, подлежавшие ведению инквизиции. Морискам обещали амнистию при условии, что они явятся просить о ней. Одновременно король получил от папы Пия IV бреве, которыми священники уполномочивались тайно разрешать морисков-вероотступников, в порядке внешнего суда и суда совести, безо всякого наказания или денежного штрафа, даже в случае, если отступничество происходило несколько раз, при условии что они явятся по собственному побуждению просить разрешения. Кроме того, папское бреве гласило, что мориски Гранады, даже несколько раз впадавшие в ересь, а равно их дети и потомки должны допускаться ко всем гражданским должностям и церковным бенефициям. Это же бреве аннулировало все инквизиционные процессы, начатые против рецидивистов. Очень многие действительно явились, и не только в королевстве Гранада, но и в королевствах Мурсия и Валенсия. Однако инквизиторы, пользуясь тайной своего судопроизводства, хватали и подвергали рецидивистов наказаниям в нарушение и королевских указов, и папских бреве, конфискуя при этом их имущество. По этому поводу в 1561 году королю представили докладную записку о морисках дон Фернандо Бенегас и дон Диего Лопес Бенехара. Оба были членами муниципалитета Гранады и очень знатными дворянами, так как происходили по прямой мужской линии от мавританских королей Гранады. Король сочувственно встретил их рассказ и, справившись с мнением своего совета, приказал дому Гаспару д'Авалосу, епископу Кадиса, объехать местности, населенные морисками, в сопровождении королевских комиссаров и трех каноников Гранады, чтобы удостовериться в действительности сообщенных ему фактов. Епископ посетил все королевство Гранада и признал, что все жалобы истинны. Мало того, выяснилось, что в ряде мест апостолическое бреве не было опубликовано, но быстро запрятано в архивах инквизиции. Король и ранее склонялся организовать инквизиционное судопроизводство, согласно нормам естественного права и по образцу всех остальных судов. Его министры - герцог де Сора, маркиз д'Ариско, государственный секретарь – известный ученый-гуманист Антонио де Вальдес и другие ученые юрисконсульты, пользовавшиеся его доверием, внушили ему это решение, получившее новую силу благодаря мнению нескольких коллегий и университетов Испании, которое король запросил. В феврале 1562 года в Вальядолиде состоялось общее собрание кортесов королевства Кастилия, на котором представители нации заявили государю: "Мы умоляем Ваше Величество повелеть трибуналу святой инквизиции вести себя таким образом, чтобы соблюдалась справедливость; чтобы дурные люди наказывались, а невинные, охранялись от всякой несправедливости, сообразно святым канонам и нормам уголовного права, установленным для этой цели; чтобы избираемые судьи были людьми совестливыми, с хорошей репутацией и верными своему долгу, и чтобы епархиальным епископам было разрешено разделять их обязанности в пределах предоставленных им прав". Иными словами прозвучало требование отмены тайного судебного процесса, бывшего основным источником произвола инквизиторов.

georg: В июне 1562 года Фердинанд издает «Кодекс инквизиционного трибунала». Он состоял из тридцати девяти статей. В них были урегулированы организация святого трибунала, возраст, качества, жалованье судей и второстепенных служащих и формы судопроизводства. В частности в нем говорилось: 1)Более не будет происходить ни одного судебного преследования в порядке службы, и свидетелям, приглашенным для дачи показаний по делу, не будут предлагаться общие вопросы для получения ответов насчет других лиц. 2. Каждый доносчик будет подвергнут критическому рассмотрению по правилам, установленным в указе, чтобы узнать мотив доноса и понять, как следует поступить с доносом. 3. Приказ о заключении в тюрьму может быть дан лишь при участии епархиального епископа и гражданских королевских судей, и только после того, как последние сами подвергнут новому допросу каждого свидетеля. 4. Узники могут избрать себе адвоката и доверенного попечителя. 5. Обвинение будет им сообщаться быстро, с обозначением времени и места, когда свидетели дали свое показание относительно совершения узниками преступления, для того чтобы арестованные имели ясное представление о своем деле. 6. В указанных в предыдущей статье случаях, когда понадобится скрыть от обвиняемых имена свидетелей, будет составлен особый акт, в котором судья заявит под присягою, что он в душе и перед Богом считает это средство необходимым для устранения смертельной опасности, которая угрожает свидетелям, что, однако, не должно повлечь за собою ущерба для права обвиняемого апеллировать против этой меры. 7. Окончательные приговоры и даже частные определения суда подлежат праву апелляции. 8. Когда приступят к предварительному судебному разбирательству, стороны и их защитники могут присутствовать при пересмотре процесса и требовать, чтобы он был зачитан в их присутствии. 9. Если улика преступления окажется неустановленной, узники будут освобождены и не будут подвергнуты наказанию как заподозренные. 10. Если обвиняемый потребует своего оправдания присягой, ему предоставят свободу избрать свидетелей и говорить с ними наедине, причем происхождение от евреев не будет служить препятствием к их допущению. 11. Отвод свидетелей будет дозволен; если кто-либо из свидетелей обвинения будет изобличен в даче ложного показания, он будет наказан по закону возмездия (loi de talion), согласно узаконению, изданному Фердинандом и Изабеллой в начале их царствования. 12. Когда обвиняемый будет примирен с Церковью, нельзя будет более ни арестовывать, ни преследовать его по делам, в которых он в свое время не сознался, потому что следует исходить из того, что он забыл то, о чем не упомянул в свое время. 13. Никто не может быть потревожен и заключен в тюрьму по простой презумпции о ереси, имеющей основанием лишь то, что он воспитан среди евреев или еретиков. 14. Когда будет решено заключить в тюрьму оговоренного, то составляется опись его имущества; оно не может быть ни секвестровано, ни продано. 15. Заключенному предоставляется право пользования имуществом во время задержания, точно так же его жене и детям; заключенный может распоряжаться имуществом для подготовки средств защиты перед инквизицией. 16. Когда человек будет осужден, его дети наследуют имущество согласно предписаниям свода Семи частей (Las Siete Partidas) Альфонса Мудрого. 27. Святая служба будет сообразоваться только с духом и буквою святых канонов,с уголовным правом Церкви, как при способах ведения дел против обвиняемых, так и при окончательном приговоре, не обращая внимания ни на какой другой обычай, инструкцию или частную форму, соблюдавшуюся доселе. Таким образом, наводившая ранее ужас своей полной бесконтрольностью Святая Служба теперь была поставлена под двойной контроль епископов и гражданских судов, без которых не могла ни возбуждать процесс, ни выносить приговор. Мягкая политика по отношению к морискам, проводившаяся в последующие годы, привела к практически полному прекращению их эмиграции в Африку, а новым поколениям морисков позволила наконец привязаться к христианству.

LAM: Весьма благородно со стороны дона Фернандо. Но знаете ли, говорят, что ни одно доброе дело не остаётся безнаказанным. georg пишет: Мягкая политика по отношению к морискам, проводившаяся в последующие годы, привела к практически полному прекращению их эмиграции в Африку, а новым поколениям морисков позволила наконец привязаться к христианству. Идиллическая картина. Но знаете ли, мне кажется, что многие мориски проявят чёрную неблагодарность. "Старые христиане" ведь всё равно для мавров чужаки. принудившие их к отступничеству. Проповедники из Марроко по прежнему будут находить отклик среди морисков. Если страх перед инквизицией ослабнет, подрывная деятельность может усилиться

georg: LAM пишет: Проповедники из Марроко по прежнему будут находить отклик среди морисков. Если страх перед инквизицией ослабнет, подрывная деятельность может усилиться Здесь нет идеального выхода. Но если не обуздать инквизицию, она неизбежно доведет морисков до нового восстания неоправданными преследованиями. Какие эксцессы допускались при бесконтрольной деятельности святой службы, хорошо описано у Хуана Лорьенте в его "истории Испанской Инквизиции". Донос, что человек не кушает свинину служил инквизиторам достаточным основанием для обвинения в вероотступничестве. Если не будет притеснений - не будет и МАССОВЫХ бунтов. Страх перед инквизицией может и ослабнет, но ослабнет и ненависть. А с проповедниками и фанатиками Святая Служба справится - ее собственно никто не отменял. К тому же проблемма морисков здесь для Испании не так актуальна как в реале (где многие рассматривали их как потенциальную "пятую колонну" турок) в виду отсутствия турецкой угрозы и набегов корсаров на побережье.

georg: Турция и Иран. Не смирившийся с поражением Сулейман деятельно готовит реванш. Янычарское войско значительно увеличено. Но главной целью султана является создание флота, способного отнять у испано-венецианского альянса господство на море. Не довольствуясь гребным флотом, турки начинаю строить галеоны, наличие которых дало испанцам столь большое преимущество в последних сражениях. Для противостояния священной лиге султан ищет союзников в Европе. Ведутся переговоры с Людовиком Ягеллоном о союзе против России. Больше всего султан рассчитывает на союз с Францией, которую устрашает чрезвычайно возросшее могущество Габсбургов. ГенрихII относится к предложениям султана благосклонно. Однако 10 июля 1559 года обломок копья, попавший королю в глаз во время турнира, положил конец правлению ГенрихаII. Вступивший на трон его сын ФранцискII умирает через 2 года, и Франция сваливается в пучину религиозных войн, на несколько десятилетий выведших ее как активного игрока из европейской политики. В 1560 году, когда Россия завязывается в Ливонскую войну, Сулейман, подстрекаемый Людовиком, уже был готов послать Девлет-Гирея с турецким десантом в Крым. Однако поход не состоялся – внимание султана было отвлечено событиями в Иране, где складывалась чрезвычайно благоприятная для турок ситуация. Выше отмечалось, что во время войны Священной лиги с Турцией португальцы предоставили Ирану пушки, огнестрельное оружие и военных инструкторов. Шах Тахмасп с их помощью создал собственные пехотные подразделения, вооруженные пищалями, и артиллерию. По окончании войны шах решил сохранить постоянное войско, с помощью которого появлялась возможность обуздать своеволие тюркских ханов. Но на содержание такого войска нужны были средства. Один из визирей подсказывает шаху выход – объявить государственную монополию на шелк, являвшийся главным экспортным продуктом Ирана. Шах издает в 1561 году указ, по которому весь произведенный шелк должен был сдаваться шахским сборщикам по фиксированным ценам. Свободная торговля шелком запрещалась. Указ этот косвенно аннулировал ранее предоставленную португальцам привилегию свободной торговли. Отныне только казна могла продавать шелк иностранцам. Но провести указ в жизнь оказалось не столь просто. Могущественнейшим из тюркских кочевых племен Ирана было на тот момент племя Золдакар. Откочевавшее из Восточной Анатолии это племя оказало большие услуги Исмаилу великому в его борьбе за власть в Иране. От Исмаила Золдакарские племенные ханы получили во владение две крупные провинции южного Ирана – Фарс и Керман. Ханы Золдакара правили там совершенно самостоятельно, и их двор в Ширазе по пышности и великолепию не уступал шахскому. Золдакарские ханы поддерживали тесные отношения с соседями – португальцами, засевшими в Ормузе, и сами вели с ними торговлю шелком. Теперь хан Золдакаров отказался подчинятся шахскому указу, а когда шах пригрозил ему войной – начал военные действия при полной поддержке португальцев. Сулейман, понимая что ссора шаха с Португалией лишает его поддержки Священной лиги, решил воспользоваться обстоятельствами для возвращения Ирака. В 1562 году Сулейман двинул турецкую армию в Ирак, и почти беспрепятственно овладел Багдадом и Басрой. Шах, в это время уже стоявший у ворот Шираза, вынужден был бросить все силы против турок, и заключить соглашение с Золдакарами, по которому на их владения шелковая монополия не распространялась. Весной 1562 года турецкая армия вторгается в Лурестан. Дойдя до Хамадана и разграбив его, турки начинают испытывать трудности со снабжением и поворачивают назад, понеся значительные потери при отступлении.. Но в начале следующего 1563 года армия Сулеймана вторгается в Закавказье, берет Карс, а затем, разбив персов в полевом сражении – Ереван и Нахичеван. В конце этого же года Тахмасп вынужден был подписать мир, согласно которому к Османам отходят вилайеты Багдад, Басра, Шехризор и Карс. Ссорой шаха с португальцами выгодно воспользовалась Россия, ставшая с этого момента главным реэкспортером в Европу персидского шелка, о чем речь пойдет ниже.

georg: Вернемся на Балтику. Подготовка к восстановлению Ордена ведется в тайне. Фюрстенберг с 15000 московского войска зимой направляется в Ливонию. Царь решает будущим летом нанести удар по шведам, чтобы с помощью Дании и Нидерландов изгнать их из Ливонии. Для этого необходимо не дать Литве помочь шведам. Поэтому царь решает нанести Литве удар на другом направлении, чтобы создать ей прямую угрозу и отвлечь ее силы от Ливонии. Удар этот царь решает нанести по Полоцку, взятие которого открывало путь для нападения на Вильну. Поскольку литовская армия на зиму распускалась, зима была оптимальным временем для внезапного удара. В начале зимы 1562-63 г. московское ополчение собралось в Можайске. 23-го декабря сам Иоанн прибыл к войску с князем Владимиром Андреевичем, царевичами татарскими и многочисленною свитою. Армия состояла из 45000 человек с 200 орудиями. Эта армия вступила в Литву столь внезапно, что Сигизмунд, находившейся в это время в Польше на встрече с Людовиком, не хотел верить первой о том вести. 31-го января 1563 г. Иоанн уже стал под Полоцком, 7-го февраля взят был острог, а 15-го февраля, после того как 300 сажен стены было разрушено артиллерией, город сдался. Гетман Радзивилл, собрав сколько успел войска, спешил на помощь осажденным, но встреченный московскими воеводами князьями Репниным и Палицким, не отважился на битву и не помог городу. Отряды конницы из под Полоцка направились в набеги на Вильну и в Жемайтию. Но тут Иван получил известия, заставившие его продолжить поход. Выше мы писали о коадьюторе рижского епископа принце Кристофе Мекленбургском. Получив в Германии известие о болезни рижского архиепископа, принц Кристоф поспешил в Ригу, куда и прибыл 24-го декабря 1562 г. После Рождества, он с небольшою свитою отправился в замок Трейден, где и застал архиепископа уже на смертном одре. Опираясь на помощь епископского советника, Генриха Тизенгаузена, Кристоф фактически захватывает в свои руки управление епископскими владениями, приведя вассалов епископа к присяге. Тем более что личное войско епископа состояло из наемников, навербованных в Германии лично Кристофом, которые теперь без проблем присягнули ему.

georg: Рижский архиепископ Вильгельм умер 4-го февраля 1563 г. Литовские чины предложили 15-го февраля рижскому магистрату не впускать в город apxиепископского коадъютора, герцога Кристофа, так как он королю не присягал и потому не может занять архиепископской кафедры. Кетлер, как администратор Ливонии, согласно королевского полномочия, предпринял попытку овладеть всеми архиепископскими замками и имениями, но сумел захватить только города Рооп и Лемзаль. Кристоф сразу же после смерти Вильгельма за столом у себя умертвил кинжалом королевского эмиссара Станислава Васковича и объявил себя князем-епископом Рижским. Прибыв в принадлежащий епископству Кокенгаузен, он сам возглавил оборону города от осадившего его Кеттлера. Фюрстенберг, в это время прибывший в Феллин, немедленно вступает в переговоры с Кристофом, склоняя его к союзу. По условиям восстановления ордена рижское церковное княжество должно было быть ликвидировано. Но Фюрстенберг от имени царя предлагает Кристофу пост коадьютора магистра с перспективой избрания великим магистром после смерти Фюрстенберга. А до этого Кристоф должен был управлять всеми епископскими землями как коадьютор магистра. Кристоф немедленно принимает предложенные условия и просит немедленной помощи. Но армия царя от Полоцка и так уже идет вдоль Двины в Ливонию. 10 марта штурмом взят Динабург, а 20 марта армия царя подходит к Кокенгаузену, и Кеттлер ретируется в сторону Риги. Приняв в подданство Кристофа Мекленбургского со всеми его владениями и подтвердив его назначение орденским коадьютором, царь оставляет гарнизоны в завоеванных замках по Двине и возвращается в Москву. Меж тем на севере Эрик, получив известия о датско-московском союзе, но еще не зная о договоре царя с императором о восстановлении Ордена, решает обезопасить свои владения в Ливонии от опасности удара с двух сторон – московитов с востока и датчан с запада, из владений Магнуса. Он, как и Иван, начинает военные действия зимой, с целью разгрома Магнуса и изгнания его из Ливонии – ведь зимой море вокруг Эзеля замерзает, и Дания не сможет помочь Магнусу. 28-го декабря 1562 г. шведы во главе с Акселем Горном осадили город Габсель (Гапсаль) – центр провинции Вик, принадлежавший герцогу Магнусу, брату короля датского. После 10-ти дневной осады и обстреливания замка габсельцы, не надеясь ни на какую помощь, сдались все шведам. Когда шведы захватили замок габсельский, то ограбили собор, увезли все церковные облачения и драгоценности, дарохранительницы и чаши; сняли колокола с колокольни, привезли их в Ревель и отлили из них большие орудия (ибо город был католический). Вслед за тем, перейдя по льду Моонзундский пролив, шведы занимают остров Даго и вторгаются на Эзель. Магнус осажден в своей столице Аренсбурге. Но тут Горн поучает грозные известия с материка, заставившие его снять осаду и вернуться в Ревель.. Фюрстенберг прибывает в Феллин и провозглашает манифест императора и царя о восстановлении Ордена. Занятой шведами провинцией Эрвия с мощными крепостями Венсенштейн и Каркус управлял от имени Эрика бывший командор Ордена Гаспар фон Ольденбокоум, возглавлявший корпус «ливонских гофлейтов» - бывших орденских братьев, перешедших на службу к шведам. Узнав о возвращении Фюрстенберга и императорском декрете о восстановлении Ордена, гофлейты немедленно решили вернуться в Орден. Венсенштейн и Каркус и вся Эрвия были переданы под власть Фюрстенберга. Таким образом только успевший вернуться магистр приобрел большую часть рижского епископства от Литвы и Эрвию от шведов. (Кто обвинит меня в подыгрывании – все приведенные мною обстоятельства имели место в реале, только Кристоф в РИ, где не было восстановленного ордена, перешел к шведам, а гофлейты от шведов к Литве, которой сдали Пернов).

georg: Король Эрик получает известие о скором появлении на Балтике Нидерландского флота. Эрик срочно делает императору предложение возместить все убытки нидерландцам, но предложение это отклоняется. Тевтонский магистр Вольфганг собирает в Любеке 4000 наемного войска, которое Иоганн Габсбург должен взять на борт по прибытии на Балтику. В Копенгагене подписан военный союз АВИ с Данией против Швеции. В мае датский флот отправляется к берегам Ливонии для доставки подкреплений Магнусу. Король Эрик предпринимает попытку разгромить датчан на море до прибытия нидерландцев. 30 мая 1563 года у берегов Готланда происходит морское сражение, окончившееся победой датчан под командой адмирала Герлуфа Тролле (РИ). Датчане под командой Отто Руда захватили особенно крупный и сильный шведский флагманский корабль «Макалос», что значит «безупречный», на котором находился шведский командующий адмирал Яков Багге. По прибытии на Балтику нидерландского флота разбитому шведскому флоту остается только укрыться в гаванях и не высовываться. Взяв на борт в Любеке набранное Вольфгангом войско, Иоганн Габсбург берет курс к берегам Ливонии и благополучно прибывает в принадлежащий России (точнее теперь уже восстановленному Ливонскому Ордену) Пернов. Царь Иван к июню сосредоточил в Ливонии против шведов подавляющие силы – 30000 при 100 орудиях. Присоединив к себе поступивших в распоряжение Фюрстенберга наемников, войско это атакует шведов в Гаррии. Горн отступает в Ревель, который осажден русско-ливонской армией и нидерландским флотом с моря и с суши. Осенью город, не получая ниоткуда помощи, сдается и переходит под власть Ордена. Прочие крепости в Гаррии и Вике к этому времени уже взяты. Датчане очищают от шведов владения Магнуса. К октябрю шведы совершенно изгнаны из Ливонии. На юге меж тем идут военные действия против Литвы. По договоренности, достигнутой между Сигизмундом и Людовиком зимой, Людовик должен был (поскольку Орда ослаблена прошлогодним поражением и не столь опасна) двинуть часть польских и чешских войск на помощь ВКЛ. Но теперь это оказалось невозможным – император Максимилиан, не объявляя войны Людовику, сосредоточил войска на границах Чехии и Польши, и потребовал очистить Ливонию. В этой ситуации Людовик (вынужденный все же выдвинуть кварцяное войско в Подолию для защиты от возможного татарского набега) не смог послать на помощь Литве ни одного солдата. Царь выдвинул к Динабургу 30тысячное войско во главе с Петром Шуйским. Литовский гетман Николай Радзивилл, собрав все наличные силы ВКЛ, двинулся к Полоцку с целью отбить город. Одновременно Кеттлер должен был попытаться изгнать Кристофа Мекленбургского из его ливонских владений. Но подойдя к Полоцку, Радзивилл получает страшные вести с юга – хан Тохтамыш, вместо того чтобы в очередной раз напасть на прикрытые поляками Волынь и Подолию, левобережьем Днепра (в то время совершенно незаселенным) прошел к Чернигову, переправился через Днепр у Лоева и вступил в Белоруссию, разоряя земли у Бобруйска и Слуцка и угрожая Минску. Вместо нападения на Полоцк гетман вынужден был заняться изгнанием татар, которые боя с литовской ратью не приняли и ретировались за Днепр. Кеттлер же при отсутствии литовцев так и не решился напасть на Кристофа в виду стоящей неподалеку армии Шуйского.

Читатель: georg пишет: хан Тохтамыш, вместо того чтобы в очередной раз напасть на прикрытые поляками Волынь и Подолию, левобережьем Днепра (в то время совершенно незаселенным) прошел к Чернигову, переправился через Днепр у Лоева и вступил в Белоруссию, разоряя земли у Бобруйска и Слуцка и угрожая Минску А что татары Тохтамыша с русским ясырем делают? Туркам, как я понимаю, они его теперь продать не могут - не те отношения...

georg: Читатель пишет: А что татары Тохтамыша с русским ясырем делают? Продают царю (серьезно). Русский ясырь выкупается московским правительством, и сажается на землю в Московии, пополняя ряды налогоплательщиков.

Читатель: georg пишет: Продают царю (серьезно). Русский ясырь выкупается московским правительством, и сажается на землю в Московии, пополняя ряды налогоплательщиков. Ага! Так я и думал... Это очень серьезно, татары да еще в союзе с русскими могут ясыря десятки тысяч набрать.

Читатель: Кстати, а по какой цене? У царя вообще денег хватит?

georg: Читатель пишет: Кстати, а по какой цене? По фиксированной таксе, вестимо. А слишком много ясыря не будет, поляки и литовцы все же здесь достаточно эффективно защищают границу, вспомните трепку, которую Людовик устроил Орде под Кременцом. В сущности упомянутый вами набег - единственный удачный в этом плане.

georg: Зимой 1563-64 правительство ВКЛ предприняло попытку добиться мирного соглашения с Москвой. Но царь потребовал возврата Ордену всей Ливонии с Ригой и Курляндией включительно. На такие условия ВКЛ пойти не могло. Но великое княжество еще никогда не было в столь критической ситуации. В январе 1564 в возрасте 62 лет скончался король Чешский и Польский Людовик. Сеймы обоих королевств без проблем провозгласили королем его сына Владислава. Но тут же польский сейм выставляет королю свои условия относительно войны. Польская шляхта почти единогласно требует у нового короля надавить на ВКЛ (которое в данной ситуации, оказавшись один на один с Москвой, не может обойтись без поддержки Польши) с требованием созыва совместного польско-литовского сейма, на котором необходимо уже сейчас постановить условия соединения ВКЛ с Польшей в одно государство после смерти князя Сигизмунда. При этом составленные на сейме условия этого соединения представляют не соединение, а присоединение ВКЛ к польской короне. Наиболее горячие головы требуют, чтобы Волынь, которую польская шляхта своей кровью защищала несколько лет, была немедленно уступлена Литвой польской короне, и предлагают сейму только на таких условиях помогать Литве. Литовская рада осознает всю сложность положения. Мелкое литовское дворянство с вожделением смотрит на шляхетские вольности в соседней Польше, и в случае совместного сейма может поддержать идею унии. Литовским же радным панам это может принести только превращение из властных вельмож независимого государства во второстепенных польских сенаторов. Сигизмунд Август, воспитанный в традициях литовского патриотизма, так же категорически против поглощения Литвы Польшей. Великий князь и Рада решают тянуть время, и согласится на сейм лишь в самой критической ситуации. На защиту от Москвы мобилизованы все возможные силы, налоговый пресс доведен до предела, магнаты вносят собственные средства, но к весне 1564 удается изрядно усилить армию отрядами наемников из Германии и Чехии. Летом 1564 Иван начинает вторжение в Литву с целью ее окончательного разгрома. Две русские армии концентрически наступают в глубь Литвы от Полоцка и Смоленска, меж тем как в Ливонии Фюрстенберг осаждает бывшую столицу Ордена Венден. Выступив из Полоцка, Шуйский не принял необходимых мер предосторожности. Гетману Григорию Ходкевичу удалось скрытно подойти к Полоцку, и используя хорошее знание местности устроить засаду. В узком лесном дефиле недалеко от замка Улла армия Шуйского была атакована на марше со всех сторон. Ходкевич потом вспоминал, что сражение один в один походило на описанный римскими историками разгром легионов Квинтилия Вара херусками в Тевтобургском лесу. Русская армия была разгромлена и рассеяна, сам Петр Шуйский погиб, обоз и артиллерия достались литовцам. Вторая русская армия, во главе с князем Серебряным-Оболенским наступавшая от Смоленска, в это время осадила Оршу. Но, узнав о разгроме Шуйского, Серебряный, не смотря на то, что располагал достаточным войском, подкрепленным отрядами союзных татар, не решился дать сражение, и при приближении литовской армии снял осаду Орши и отступил на московскую территорию. Таким образом, Литве удалось отразить московское вторжение. Это было тем более важно, что теперь можно было увереннее отклонить претензии Польши. Но в это же время в Ливонии Фюрстенберг добился решающих успехов, взяв Венден и другие крепости, еще удерживаемые Литвой в Лифляндии и вытеснил Кеттлера за Двину. Рига, ставшая фактически вольным городом-республикой под верховной властью ВКЛ, отказалась признать власть Ордена и сохранила верность Литве. Тем не менее Литва без поддержки Польши не могла продолжать борьбу за Ливонию, а поддержка эта могла стоить ей независимости. ВКЛ снова делает царю мирные предложения. Царь в это время получает известие о заключении мира между Турцией и Ираном, что делает его более сговорчивым – он понимает, что следующей целью султана скорее всего станет Крым. Зимой в Москве начинаются мирные переговоры, и 1 января 1565 года подписано 10летнее перемирие, по которому обе стороны остаются при том, чем владеют в данный момент – то есть вся Лифляндия отходит к Ордену, но Рига остается вольным городом под властью ВКЛ, а Кеттлер сохраняет Курляндию и Семигаллию как вассал ВКЛ. Торговое судоходство по Двине провозглашается вольным для обоих сторон. Завоеванный царем у Литвы Полоцк с половиной Полоцкого воеводства, лежащей на правом берегу Двины отходит к Московии. Ливонская война завершилась.

Леший: georg пишет: apxиепископского коадъютора, герцога Кристофа Кстати, интересно, из-за чего Кристоф так противился Польше? Ведь в свое время коадъютором он стал именно как польский ставленник.

georg: Леший пишет: Кстати, интересно, из-за чего Кристоф так противился Польше? Ведь в свое время коадъютором он стал именно как польский ставленник. Выяснить не удалось. Но в реале после соглашения Кеттлера с Литвой и упразднения Ордена стал врагом Польши. В 1563 после смерти Вильгельма захватил часть епископских замков и перекинулся к шведам. Но те его не спасли - был осажден литовцами в Далене и пленен.

Dorei: Карта. Большая

Олег Невещий: Приветствую! georg пишет: никакого флота не создавалось. По мелочи создавалось. Таможенные суда там, и т.д. А также корсары в 1570-м! georg пишет: а вот в Северном велика Нехай перепродают англам и голландам в Рейгявике. georg пишет: В чем же? Набеги да, прекратились. А получение огромного безопасного пласта земли в слободской украине, запорожье и на Дону? Это же гиганские ресурсы. И ещё на Волге. georg пишет: по поводу активной внешней торговли Не беспокойтесь. Не будет её. Автоматически такое высокоприбыльное мероприятие объявят государственной монополией, и купцы будут долго выпрашивать долю в участии. Продолжаю читать тему...

georg: Олег Невещий пишет: А также корсары в 1570-м! Так то еще впереди.Олег Невещий пишет: Нехай перепродают англам и голландам в Рейгявике. А чем это выгоднее? Тем более что в Исландии датский король своего не упустит. Олег Невещий пишет: А получение огромного безопасного пласта земли в слободской украине, запорожье и на Дону? Дерновую степь при тогдашней русской агротехнике сразу не распахать. А что касается пояса лесостепи - да, но ее еще заселять и осваивать надо. Немедленной отдачи не даст. Олег Невещий пишет: Автоматически такое высокоприбыльное мероприятие объявят государственной монополией, и купцы будут долго выпрашивать долю в участии. Согласен. Но. Поскольку по традиции гос. монополии отдают привиллегированным московским купцам (гостям) на откуп (с их полной ответственностью), то здесь вполне естественно возникнут "паевые компании с участием государства". Поводом для организации первой такой компании послужит договор с Ираном, по которому Россия начнет централизованные закупки шелка-сырца с целью реэкспорта его в Европу.

Han Solo: georg пишет: Дерновую степь при тогдашней русской агротехнике сразу не распахать Как же древние эллины-то распахивали? Ведь Ольвия всю Грецию кормила...

georg: Han Solo пишет: Как же древние эллины-то распахивали? Хлеб выращивали в зоне лесостепи сколоты (скифы-пахари). Спускали по Днепру и Бугу и продавали грекам.

Олег Невещий: georg пишет: А чем это выгоднее? 2 похода в год. georg пишет: своего не упустит. Контрабандой. Или поднять в исландии революцию. georg пишет: сразу не распахать. Отлично знаю. Но земли настолько много, что можно и на скотоводство наделы давать. georg пишет: Немедленной отдачи не даст. Экономия на засечных линиях - свободны не менее 10-30 тыс.ч. бойцов. georg пишет: "паевые компании с участием государства". Безусловно. Таким образом проблема традиционного неприятия кумпанств снимается.

georg: Олег Невещий пишет: Контрабандой. Это по мелочи. Много контрабандой не наторгуешь. Олег Невещий пишет: Или поднять в исландии революцию. 1) Поздно. Уже была - когда Датское правительство обращало католическую Исландию в лютеранство, на острове вспыхнуло восстание во главе с последним католическим епископом Исландии Йоном Арассоном. Было подавлено, и все опозиционные силы вычищены. 2) Дания - союзник против Швеции и хозяйка Зунда. Ссорится никак нельзя.

Олег Невещий: georg пишет: обращало католическую Исландию в лютеранство Дата? Подробности? georg пишет: оюзник против Швеции и хозяйка Зунда. Тогда договориться. Или всё-же сопровождать свои суда своим (новопостроенным) флотом.

georg: Олег Невещий пишет: Дата? Подробности? "В 1540 году в Исландии (принадлежавшей тогда Дании) лютеранство было объявлено государственной религией, что вызвало протест у части населения. Это вылилось в гражданскую войну на острове, длившуюся больше десятилетия. В 1550 был казнен последний католический епископ Исландии Йон Арасон и его сыновья (считается борцом за независимость Исландии и национальным героем)."

Олег Невещий: georg пишет: В 1550 был казнен последний католический епископ Исландии Йон Арасон и его сыновья Спасибо. Буду иметь в виду 9пригодиться для дальнейших альтернатив).

georg: В 1550-ых – начале 1560ых годов в России продолжается дальнейшее развитие ремесла, совершенствование техники, орудий производства и навыков мастеров. Как и в реале, усилилось развитие как в городе, так и в деревне мелкого товарного производства. Все с большей отчетливостью выделяются районы, специализирующиеся на производстве тех или иных предметов. Эта специализация была связана с наличием сырьевой базы. Расцветает вышеупомянутая железоделательная промышленность Устюжны Железопольской. Железо производилось также в Новгородском районе, Тихвине, Белозерском крае, Карелии. Вологда и Холмогоры начали приобретать известность как центры «поденного» дела. Районами выделки грубых сукон были Можайский уезд, Ржев, Вологда. Во время ливонской войны происходит вывод многих немецких ремесленников с семьями и пожитками из завоеванных городов Ливонии в Москву и другие русские города. По договору с Фюрстенбергом им всем была предоставлена возможность вернуться на родину, но большинство осталось, привлеченное чрезвычайно выгодными условиями – мастерам не развитых на Руси ремесел предоставлялись не только выгодные казенные заказы, но и освобождение от налогов при условии обучать определенное количество русских учеников. Привлекаются по найму так же многочисленные мастера из Германии и Нидерландов, которым после подчинения Ливонии ничто не препятствует прибывать в Россию. Основанная Глинским Поротовская железоделательная мануфактура становится образцом для организации подобного же предприятия в Устюжне, и в Туле, где добывалось наиболее высококачественное железо, но до покорения Крыма не было возможности организовать его регулярную добычу из-за угрозы набегов. На все эти предприятия набирают «вольных гулящих людей». Эти железоделательные мануфактуры превращаются в крупные предприятия в высокой степенью разделения труда. Далеко на северо-востоке, по рекам Вычегде и Ваге находились районы, которые с помощью московского правительства «осваивали» купцы Строгановы. Край этот, богатый железной рудой, еще до прихода Строгановых имел развитую железодобывающую и обрабатывающую промышленность. В 1557 г. Строгановы получили от правительства право на разработку руд и установление домниц на реке Ваге. Строгановы поначалу устроили промышленность только на удовлетворение собственных нужд (солеваренные предприятия и строительство городов в пожалованных им землях на Каме требовали железа немало), но и этого хватило на то, что бы «установить железное дутье» в промышленных масштабах. В реале Строгановы расширить это дело не рискнули. Нужны были большие капиталовложения, да и дело было новое, какая и когда будет прибыль, было неизвестно, соль давала вернее, да и больше. Но и в реале железообрабатывающая промышленность Строгановых для нас особенно интересна тем, что в 1573 г. мы находим у них первое в русской частной промышленности применение механической силы (водных молотов) при обработке железа. В данной АИ в расширении этого дела особую роль сыграл альтернативный Семен Аникьевич Строганов.

georg: На тот момент (1550ые) главой дома был Аника (или Иоанникий) Федорович, человек на редкость предприимчивый и энергичный. Стараниями Иоанникия Федоровича и его сыновей владения Строгановых были значительно расширены. Именно при них семья Строгановых получила в свое владение земли в Перми, Прикамье и Зауралье. Кроме собственных промыслов и коммерции Иоанникий Федорович выполнял поручения Ивана IV, связанные с наблюдением за торговыми операциями инородцев, которым запрещено было торговать в розницу, и сбором хлебного оброка в Сольвычегодских землях. Предприимчивость Иоанникия Строганова заставляла его постоянно расширять рамки своей деятельности. Он развивал торговлю с местным населением (в основном меновую), приобретая драгоценные меха. Торговые операции Строганова простерлись и за Урал, сделав более интенсивными связи с Сибирью. В 1567 он удалился от мира и постригся в монахи, приняв иноческое имя Иоасаф. У него было три сына — Семен, Григорий и Яков. Григорий Строганов уже при жизни отца занимался освоением Приуралья, основав на Каме городки Кергедан и Канкор, посылая промышленников за Урал и привлекая колонистов. Установление прямых торговых связей с Англией и Нидерландами через Белое море было немедленно использовано Иоанникием Федоровичем, вступившим в торговлю с иноземцами. Семен, окончивший вышеупомянутую Московскую Славяно-Греко-Латинскую академию, в 1557 и в 1560 году побывал в Лондоне и Антверпене (даже в реале при Грозном Строгановы через приказчиков вели свои торговые операции одновременно в Нидерландах и в Бухаре), и смог оценить местные коньюнктуры. В 1561 году, прибыв по отцовским делам в Москву (а именно – оправдаться в обвинении в незаконной торговле с иноземцами мехами, которая была государственной монополией), он представил царю докладную записку, в которой сравнивая разницу цен по которым русские товары продаются в России и на Нидерландских рынках, и затраты, которых потребует создание флота, описывал выгоды, которые воспоследуют для государевой казны при организации активной внешней торговли. На тот момент в связи с войной на севере уже было организовано несколько казенных предприятий. Царь отлично понимал, какое важное значение имеет флот для удержания контроля над Крымом, и еще в год победоносного Крымского похода, по результатам первых столкновений русской судовой рати с турками, было принято решение о создании галерной флотилии в Азове. У новооснованного города Воронежа была основана верфь, на которой под руководством присланных союзной Венецией мастеров началось строительство галер. Уже тогда русским пришлось самим организовать производство канатов и парусины, что и было сделано. Под руководством нидерландцев возникает канатная мануфактура– в Вологде, традиционном районе производства пеньки, и мануфактура по производству парусины в Вязьме. Семен Строганов, ознакомившись с масштабами судостроения в Нидерландах и Англии, представил, что главными сырьевыми товарами, в которых нуждаются эти страны, являются корабельный лес, лен для парусины и пенька для канатов, и предложил расширить данные предприятия и вместо сырого льна и пеньки продавать готовую парусину и канаты. Но главный раздел записки был посвящен как раз меховому торгу – Строганов предлагал организовать торговлю мехами в Антверпене, где ему уже удалось наладить связи, и предлагал поручить ему сбыт на Запад государственного монопольного товара – «мягкой рухляди». Царь оценил идею Строганова, и не только предал забвению его грехи относительно нарушения меховой монополии, но и согласился с его идеей относительно мехового торга.

georg: В это время появились еще более важные соображения на счет внешней торговли. Как уже упоминалось выше, в Иране в 1561 году была введена государственная монополия на шелк, из-за чего последовал конфликт с Португалией. Но и без того португальцы не могли обеспечить весь сбыт персидского шелка, и значительная его часть караванами уходила на запад, в Турцию, где продавалась европейским купцам на левантийских рынках. Турецкие султаны, установившие государственную монополию на торговлю персидским шелком, брали пошлину в размере 100% стоимости купленного товара. Уже в XVII веке член шведского посольства Кильбургер писал, что "шах очень неохотно видит, что ежегодно идет караванами в Алеппо через Турцию еще значительное количество (шелка), которое потом продается из Смирны, Триполя, Александретты и других мест в Италию и Францию, ввиду того, что наибольший его враг — турок — извлекает из этого такую большую пользу и этим увеличивает свою казну; он потому тем более и старается отвлечь эту торговлю и всецело направить ее в Россию." Торговые связи с Ираном были установлены сразу же по завоевании Астрахани. Русские товары, экспортируемые в Иран - пенька, смола, юфть, сало и соболиные меха - составляли монополию казны. Казенные же монополии традиционно сдавались московским правительством на откуп группе богатейших московских купцов – гостям. Гости должны были вернуть в казну установленную правительством цену товара, за что отвечали своим имуществом. Все что им удавалось взять сверх того, составляло их прибыль. Поскольку в некоторых случаях один купец подобный откуп потянуть не мог, гости умели работать группами, объединяя свои капиталы. Именно они и произвели первые закупки шелка в Иране еще до установления монополии. В 1563 году персидский посол в Москве предложил государю закупать у шахской казны иранский монопольный шелк и продавать его на запад. Царь запросил мнение гостей, бывших традиционными советниками государей по экономическим вопросам. Что они ему ответили, можно заключить по РИ «Скаске» одного русского купца: «А которые государевы люди шолк купят в Кызылбашех... по 15 и по 16 руб. пуд, и они, пришед в Ярославль, продают немцам в 50 и 60 руб. пуд, а у города (Архангельска) и по 70 руб. пуд и болши». С подачи Строганова тут же было рассчитано, какую прибыль принесет продажа шелка прямо во Францию и Нидерланды. В Думе решение «морским судам быть» было принято единогласно.

georg: Тем не менее война поглотила все средства, и по настоящему развернуть проект удалось только с 1566. К этому моменту удалось освоить артерию Волги – Самара, Саратов, Царицын и ряд мелких острогов между ними построены и заняты постоянными гарнизонами. Крепости выполняют двойную функцию – держать в узде Большую Ногайскую Орду и обеспечивать безопасность волжского пути. Вольные казаки вынуждены были покинуть Волгу и обосноваться окончательно на Дону, где складывается войско Донское. В 1572 году царь официально признает его и пожалует ему знамя, а так же положит регулярное жалование. В 1563 царь после капитуляции Ревеля побывал на кораблях нидерландского военного флота, что сделало его восторженным почитателем галеонов. По распоряжению царя Строгановы рекомендовали ему группу опытных моряков-поморов, которых по просьбе царя Иоганн Габсбург принимает в свою эскадру волонтерами. Им обещано дворянство и поместья при условии добротного изучения морского дела. По возвращении они станут офицерами военных кораблей (хотя их командиры - пока исключительно иностранцы). Наняв в Нидерландах корабельных мастеров, царь закладывает две верфи в Холмогорах (куда строевой лес сплавляют по Сухоне и Двине) и в Лодейном поле. Задача создания военного флота пока не ставится, решено создать силы, достаточные для конвоирования купеческих флотилий и обеспечения их безопасности от корсаров. На каждой из них заложено 5 галеонов. Рядовой состав экипажей так же набирается из поморов. Торговые суда для Балтики строятся по образцу ганзейских коггов, на севере – традиционные кочи. В качестве базы для военных кораблей был избран Ревель, и не малую часть среди их офицеров составили остзейские немцы. Поскольку необходимо доставлять товары на Балтику водным путем (а это Нева), решено построить город поблизости от ее устья. Поскольку дельта заболочена, город строится у впадения Охты в Неву. А так как царь получил греческое образование, и вообще с подачи Академии древнегреческий язык и древнегреческая классика в большом ходу на Руси, город был назван в честь некогда одолевшего шведов на Неве Александра Невского, но на греческий лад – Александрополь. Известная царю практика западных монопольных торговых компаний в сочетании с традиционной русской практикой сдачи казенных монополий на откуп «гостям» приводит царя к идее организации своеобразной «Персидской компании», в которую вовлечены все московские «гости». Государство делает начальные вложения, и обеспечивает безопасность торговли. Организация и осуществление деятельности компании поручается «гостям». Казна ежегодно получает определенную сумму, рассчитанную от объема реализации по «учетной» цене, которая должна составлять казенную долю прибыли. Из остальной прибыли делаются инвестиции и выплачиваются дивиденды пайщикам. Специальные комиссии время от времени проверяют деятельность компании. Поскольку подобная организация требует постановки отчетности – известный на Руси благодаря Глинскому «Трактат о счетах и записях» Луки Пачоли становится руководством к действию, и принцип двойной записи впервые широко внедряется в России в деятельности полугосударственной Персидской компании. В 1565 торговля с Ираном была начата. В гавани Низабат между Баку и Дербентом была основана русская фактория. Оттуда шелк вывозился Каспием в Астрахань. Поскольку вверх по Волге приходилось в ряде мест идти «бечевой», караваны сопровождались военными конвоями – как стрельцами, размещенными на судах, так и шедшими берегом отрядами конницы. За лето речными путями товар перевозился в Балтийские гавани, откуда торговая флотилия, конвоируемая галеонами, отплывала к берегам Франции и Нидерландов. Компания не ограничивается шелком – в обратную сторону, в Иран, она экспортирует продукцию русской железоделательной промышленности, кожи, отличавшиеся хорошей выделкой (русское кожевенное ремесло в то время было на высоте), предметы вооружения, в том числе огнестрельное оружие, весьма редкое на Востоке. Из Ирана компания кроме шелка ввозит так же многие виды готовых тканей - шелковых (камка, тафта, атлас, бархат и др.) и хлопчатобумажных (бязь, пестрорядь), ковры, хлопок, пряности, изюм, чернослив, миндаль и сахар, рис, москательные товары (краски, камедь, квасцы), нефть, употреблявшуюся на Руси главным образом в качестве растворителя в живописной технике, ладан, мыло, и наконец драгоценные камни и жемчуг, которые сдаются в казну государеву.

georg: На северо-западе активность развивает новгородско-псковское купечество. Новгородская земля в торгово-промышленном отношении в то время продолжала оставаться наиболее развитой областью России, и новгородцы и ранее вели обширную торговлю на экспорт, но вынуждены были продавать товары ливонским купцам. Новгородцы сразу же включились в торговлю с иноземцами через Нарву. Казенные фабрики по производству канатов и парусины уже при строительстве кораблей на Балтике не обеспечили необходимых объемов, и казна вынуждена была воспользоваться услугами парусиновой мануфактуры, основанной в Новгороде купцом Федором Сырковым. На севере аналогичной деятельностью занимаются Строгановы. Расширив железоделательное производство на Ваге, Семен Строганов начинает экспортировать и железо. В 1567 году по челобитью новгородских купцов им было позволено вывозить свои товары за рубеж на государевых кораблях. Новгородцы вывозят в основном лен, пеньку и воск, которые, составляя казенную монополию, продаются новгородцами «в доле» с казной, а из готовых изделий - парусину, канаты и канатную пряжу, кожи и кожевенные изделия. Строго подлежат вывозу на государевых кораблях только монопольные товары, остальные иноземцы имеют право закупать на месте. На северо-западе это в основном продукты промыслов - лес, деготь, смола, вар, зола, поташ, мед. На поморском севере англичане и нидерландцы закупают в большом количестве продукты морского промысла и рыболовства: моржовую кость, ворвань, акулий и тресковый жир, кожи морских животных, икру, рыбу ценных сортов - треску, палтус, семгу. За границу направлялись так же мачтовый лес, алебастр и слюда. Основную статью импортных товаров, ввозимых в Россию, составляют английские и фламандские сукна различных сортов. Даже самое дешевое импортное сукно стоило в конце 16 века дороже самого дорогого местного сукна. Возились так же стеклянная посуда и предметы утвари, бумага, стекло и зеркала. Из химических товаров предметами ввоза были квасцы, купорос, ртуть, киноварь, чернильные орешки, горячая сера, краски, сулема, бура, ярь, белила, мыло. Из металлов в Россию ввозились медь, свинец, олово, а также золото и серебро в монете, слитках и изделиях. Благодаря целенаправленным усилиям правительства, начиная с Глинского, Россия сама удовлетворяет свои потребности в железе и железных изделиях. Но страна испытывает острую потребность в цветных металлах, особенно в меди для литья пушек и колоколов, а так же в свинце для литья пуль и в селитре для производства пороха. Россия, не имевшая тогда собственных разработок цветных металлов, была крайне заинтересована в привозе этого товара. Главным поставщиком металлов в Россию была Англия.

georg: Особую статью казенных доходов составляет пушнина, приносящая огромную прибыль. Уже начало торговли ею с нидерландцами в 1550 дало зело приличные доходы. Возникла мысль расширить добычу. Государь вспомнил, что он титулуется «князем Кондинским и Обдорским», но на самом деле реальный контроль над этими землями, покоренными в 1499 благодаря военной экспедиции за Урал воевод Курбского и Заболоцкого утрачен. Был произведен в 1554 новый «закамский» поход, и обдорские остяки и кондинские вогулы объясачены пушниной, а на нижней Оби основано несколько острогов – Обдорский, Березовский и Обский. В следующем году, как упоминалось выше, сибирский правитель Едигер признал себя вассалом Москвы и согласился уплачивать дань мехами. Однако в 1563 году, когда все силы России были отвлечены ливонской войной, Сибирский трон захватил сын узбекского правителя Бухары Муртазы Кучум, убивший Едигера и его брата Бекбулата. Потеря меховой дани стала серьезным ударом для московской казны, а дьяки приказа Большой казны представили царю, исходя в расчетах из поступающего ясака с Конды и Обдоры, сколько можно получить при прямом контроле над Сибирью. Как только ливонская война завершилась, в Сибирь была снаряжена военная экспедиция. Воевода Мансуров шел из Чердыни Тагилом и Турой, Глухов – из обских острогов. Кучум, еще не успевший утвердится, был изгнан, сибирское ханство присоединено к России, и Иван принял титул «царя Сибирского». Наложенный на инородцев ясак наполнил московскую казну пушниной. По поручению царя Строгановы сбывают ее в Антверпене, где возникает своеобразная «меховая биржа».

georg: Экспорт хлеба составляет государственную монополию, и осуществляется как в реале – нерегулярно и в ограниченных количествах. Быстрый рост городов и торговых поселений - «рядков», имевший место и в реале в начале правления Грозного, направляет хлеб на внутренний рынок, где правительство считает нужным поддерживать его дешевизну. А освоение лесостепных пространств, открывшихся для земледелия после прекращения крымских набегов, еще только начато. К тому же европейский хлебный рынок уже занят Польшей, Литвой и Ливонией. Увеличение товарности сельского хозяйства в известной мере стимулировалось ростом денежных налогов, ради уплаты которых крестьянам приходилось продавать не только излишки, но и часть необходимого продукта. Рост налогов уже в конце 40-х годов 16 века (в связи с началом борьбы за Казань) привел к резкому увеличению количества товарного хлеба, что вызвало бурное оживление местных рынков. Однако производство товарного хлеба в первой половине 16 века в реале все же было настолько ограниченным, что зерно почти не поступало на внешний рынок. Дворяне и дети боярские, занятые постоянными войнами, не имеют возможности организовать свое хозяйство, довольствуясь получением оброка с крестьян, и единственными крупными «продвинутыми» хозяйствами, направляющими продукты в больших количествах на рынок, являются монастыри. Из городского купечества в 16 веке выделились скупщики сельскохозяйственных продуктов, приобретавшие товар у крестьян мелкими партиями. Особенно интенсивно в 1560ых идет скупка льна для продажи за границу, что стимулирует резкое увеличение его посевов. Продажа продуктов животноводства осуществлялась по преимуществу крестьянами, И в этой сфере действовали скупщики, без участия которых было бы невозможно осуществлять сбыт продуктов животноводства иностранным купцам. Как и в реале 16 века, продукты животноводства идут на экспорт, особенно сало и масло. Как и в реале происходит рост и развитие городов Для 16 века в реале выявлено 210 названий городских ремесел (в Новгороде - 293). Степень специализации в отдельных ремеслах была довольно высокой: так, среди ремесленников, изготовлявших обувь, известны голеньщики, каблучники,подошвенники и т.д. Мастера, производившие промышленные полуфабрикаты, постепенно превращались в мелких товаропроизводителей. В составе городских ремесленников преобладали те, кто занимался изготовлением съестных припасов (34 специальности), далее - приготовлявшие предметы домашнего обихода (25 специальностей) и затем - ремесленники всех других 119 специальностей. Среди последних важнейшими были профессии, связанные с металлообработкой. Как и в реале, происходит постепенное увеличение объема ремесленной продукции, предназначавшейся для вольного сбыта. Некоторые ремесленники выступают одновременно и в роли продавцов своих изделий. Характерным является сочетание работы на заказ с работой на рынок. Здесь, так же как и в с/х, возрастает роль скупщика, чем занимается местное купечество. В реале торговле провинциальных городов был нанесен серьезный удар тем, что Грозный после сожжения Москвы татарами в 1571 года свел всех "лучших людей" других городов в Москву, обескровив провинциальные посады – чего, разумеется, не произойдет в данной АИ. В городах торговля производилась местными жителями в лавках, а приезжими торговцами - в гостиных дворах, которые имелись во всяком более или менее значительном городе, и только оптом. Приезжавшие из ближайших сел крестьяне торговали на площади, обычно один-два раза в неделю. Отдельные ярмарки существовали в России уже в 16 веке. В отдельных городах и при крупных монастырях происходят ярмарки, приуроченные к дням местных праздников. Так возникали общерусские связи, ведшие к складыванию общерусского рынка. На небольших местных рынках, изобиловавших предметами мелкого производства, господствовали ремесленники и торговцы. Ярмарочная торговля содействовала налаживанию постоянных торговых связей Новгорода с Москвою, а также поморского севера с центром страны. Налаживаются связи и между другими областными рынками. В целом темпы развития страны в середине 16 века в реале были достаточно интенсивными. Чрезвычайно длительная и тяжелая Ливонская война, потребовавшая огромных расходов и сопровождавшаяся небывалым ранее ростом налогов, затормозила этот процесс, а наложившийся страшный голод, вызванный неурожаями 1568-69 годов и две эпидемии чумы – в 1570 и в 1578 – в сочетании с разорением «от государевых податей» ввергли страну в экономический кризис. Не задержанный разорением, вызванным длительной ливонской войной, а затем Смутой, процесс возникновения всероссийского рынка придет в данной АИ к завершению к концу 16 века.

Леший: georg пишет: так же реэкспортирует в Иран западноевропейские товары, закупаемые на европейских рынках – в первую очередь английские и фламандские сукна, а так же бумагу, стекло Откуда инфа? Приходилось читать в сборнике "Россия и Индия", что одной из проблем русско-персидско-индийской торговли 16-17 вв. была именно отсутствие спроса на ЕВРОПЕЙСКИЕ ТОВАРЫ на восточных рынках, из-за чего Европе и России приходилось рассплачиваться в основном драг. металлами.

georg: Леший пишет: georg пишет: цитата: так же реэкспортирует в Иран западноевропейские товары, закупаемые на европейских рынках – в первую очередь английские и фламандские сукна, а так же бумагу, стекло Откуда инфа? Приходилось читать в сборнике "Россия и Индия", что одной из проблем русско-персидско-индийской торговли 16-17 вв. была именно отсутствие спроса на ЕВРОПЕЙСКИЕ ТОВАРЫ на восточных рынках, из-за чего Европе и России приходилось рассплачиваться в основном драг. металлами. Спасибо за замечание. Замел в Иран РИ торговлю сл странами Востока в общем. Вышеупомянутый реэкспорт шел в основном в Ногайскую и Казахскую орды. Уже исправил.

georg: Здесь необходимо обратится к обоснованию одного из важнейших факторов данной АИ – тому, что в этом мире в России не будет крепостного права. Для этого придется сделать небольшой экскурс в РИ с целью доказать, что быстрое окончание Ливонской войны ликвидирует факторы, приведшие к закрепощению крестьян. К описываемому времени Московия стала жертвой аграрного перенаселения. Если в начале XVI в. на периферии старых владений еще есть резерв годных к освоению земель, – отмечает Л. И. Ивина, – то к середине XVI века он полностью исчерпывается, как, например, во владениях Троице-Сергиева монастыря близ Углича... Плотность поселений внутри владений возрастает... Увеличиваются сами поселения, многие деревни превращаются в сельца и села». В 1560-1561 годах в Замосковном крае цены на хлеб составляли до 30-40 денег за четь (для сравнения - 1520ые - 10 денег, в 1532 году цена в Иосифо-Волоколамском монастыре составляла 22 деньги за четверть; только во время неурожая 1543-1544 годов цены на новгородчине поднимались до 35-40 денег). В середине XVI века проблема нехватки земельных ресурсов встала во весь рост. Уровень распашек в это время был близок к максимально возможному при тогдашней агротехнике, и дальнейшее расширение пашен было невозможно. Скудные почвы и суровый климат ограничивали емкость экологической ниши, и, казалось бы, обширные пространства Московии в действительности не могли прокормить растущее население. В современной экономической истории соотношение между численностью населения и наличными ресурсами характеризуется заработной платой, исчисленной в килограммах зерна. Около 1520 года поденщик в Москве мог купить на дневную плату около 10 кг хлеба. В 1568 году поденщик на Белоозере получал 1 деньгу в день, а четверть ржи стоила 20 денег, на дневную зарплату можно было купить 3,6 кг хлеба. Таким образом, реальная заработная плата за полвека уменьшилась втрое, что свидетельствует о росте населения и нехватке продовольственных ресурсов. В реале отодвинуть засечные черты далеко на юг удалось только в 1580ых, что дало возможность колонизировать лесостепь (в отличии от данной АИ, где крымская угроза ликвидирована). При Иване же населенные земли продолжались только до Тулы и Пронска, и возможностей для колонизации юга еще не было. Ливонская война в реале потребовала невероятного напряжения платежных сил народа, которое может сравниться только с Петровским. На ежегодный подъем дворянского войска (получавшего денежное жалование во время войны), создание мощнейшего артиллерийского парка и многочисленной пехоты, вооруженной огнестрельным оружием, закупки вооружений и сырья за границей требовались большие средства, а правительство как раз в это время столкнулось с трудностями при сборе налогов - в результате аграрного перенаселения население беднело, а цены росли (с соответствующим падением курса денег).

georg: Для того чтобы заплатить увеличившиеся налоги, крестьяне были вынуждены продавать больше хлеба; это вызвало снижение цен в 1562-1568 годах, и еще более увеличило тяжесть налогов. После собора 1566 года, на котором было принято решение продолжать войну, налоги были еще раз увеличены, теперь в пересчете на хлеб они составляли около 3,5 пудов на душу населения, в два раза больше, чем в начале 50-х годов. Динамика государственных повинностей в Бежецкой пятине (в пудах хлеба на душу населения).

georg: Кризис был неравномерным, и его очаг был расположен на Новгородском Северо-Западе - наиболее перенаселенном крае. В некоторых пятинах Новгородчины потребление крестьян было ниже минимума в 15 пудов на душу населения, крестьяне часто голодали и население пятин уменьшалось. Откуда крестьяне могли взять лишние 3-4 пуда на душу, чтобы заплатить увеличившиеся налоги? Изъятие необходимого для пропитания зерна должно было привести к голоду и к вспышке эпидемий. Имеющиеся данные, действительно, говорят о нарастании голода и эпидемий в Деревской пятине, начиная с 1560 года (см. рис). При «обыске» в 1573 году писцы указывали причины запустения обеж, ухода или гибели хозяев: голод, мор, бегство от податей, от насилий войск, двигавшихся в Ливонию по проходившим по пятине дорогам. Часть обеж запустела от вывоза крестьян в поместья опричников.

georg: В конце 60-х годов тревожные сообщения приходят и из других районов. Увеличение налогов должно было привести к сокращению крестьянских запасов, что в случае неурожая было чревато большим голодом. Здесь мы соприкасаемся с важным вопросом о влиянии случайных факторов, таких, как неурожаи и эпидемии. Большие неурожаи случались на Руси в среднем каждые 6-7 лет, но они обычно не приводили к катастрофическому голоду, потому что, в силу давней традиции, крестьяне хранили запасы хлеба на случай неурожая. Запасы поддерживали устойчивость экономической системы, теперь же высокие налоги лишали крестьян возможности запасать хлеб, система становилась неустойчивой – и «случайные» факторы начали действовать. В 1567/68 годах летописи отмечают неурожай и голод в центральных областях: «Глад был на Руси велик, купили в Москве четверть ржи в полтора рубля». Обычная цена ржи была 30-40 денег – стало быть, цены возросли в 8-10 раз! Следующий год снова был неурожайным: «Была меженина велика добре, на Москве, и в Твери и на Волоце ржи четверть купили по полутора рубля по шьтидесят алтын и людей много умерло с голоду». В 1569 году в вотчинах старицкого Успенского монастыря в Тверском уезде пустовала треть деревень, а в Кашинском и Старицком уездах – около половины. В 1570 году следом за голодом пришла чума. В современной историографии считается, что большие эпидемии не приходят сами по себе, что они являются следствием хронического недоедания и падения сопротивляемости организма. «Был тогда великий голод, – свидетельствует Г. Штаден, – из-за кусочка хлеба человек убивал человека…». Весной 1571 года монахи Троице-Сергиева монастыря жаловались, что в монастырских вотчинах «крестьяне от глада и от поветрия вымерли», «крестьян... у них во всей троецкой вотчине не осталось ни тридцатого жеребья».В условиях жестоких войн ослабление одного из противников побуждает других к наступлению – и такой «случайный» фактор, как опустошительное нашествие врагов, тоже оказывается не случайным. Перебежчики поспешили донести крымскому хану о трагедии Руси. Хан Девлет-Гирей решил воспользоваться тяжелым положением русских, собрал огромное войско и пошел походом на Москву. В мае 1571 года крымцы окружили в Москве русскую армию и сожгли осажденный город, в огне погибли сотни тысяч людей. Татары подвергли страшному разорению весь Московский уезд и уезды, лежавшие южнее столицы.

georg: Каковы были масштабы катастрофы? Наиболее подробные данные по этому вопросу предоставляют новгородские материалы. В Деревской пятине 1/3 обеж была заброшена из-за голода и мора – то есть хозяева погибли; остальные бежали от царевых податей и правежей. В Водской пятине запустело 3/5 всех обеж, но неизвестно, сколько крестьян погибло, а сколько ушло в другие места. В одной из волостей Бежецкой пятины от мора и голода погибло 40% населения. Для центральных областей статистических данных гораздо меньше; имеется, в частности, информация о запустении расположенных в различных уездах вотчин Троице-Сергиева и Иосифо-Волоколамского монастырей. В опустошенном татарами Московском уезде в этих вотчинах было заброшено 90% пашни, в Суздальском уезде – 60%, в Муромском уезде – 36%, в Юрьев-Польском уезде – 18%. Масштабы запустения были велики; часть крестьян погибла, но некоторые, вероятно, переселились в другие места. Однако массовое переселение во время эпидемии было невозможно: во избежание распространения болезни дороги были перекрыты заставами. Бежать на окраины не имело смысла: 1570-е годы были временем больших восстаний в Поволжье, а южные области в этот период трижды подвергались опустошению кочевниками. Таким образом, крестьянам было некуда уходить, и приведенные выше цифры говорят об огромных масштабах гибели населения. В итоге, можно предположить, что демографическая катастрофа привела к уменьшению численности населения России примерно на 30-50%. Обычным признаком резкого сокращения численности населения является значительное уменьшение земельной ренты. Мы наблюдаем аналогичный процесс и в России, здесь наблюдается резкое сокращение величины тяглого надела и распространение аренды по пониженным оброчным ставкам. В первой половине XVI века размеры облагаемого налогами и зафиксированного в переписях тяглого надела крестьянина приближались к одной выти, а аренды за оброк практически не существовало. Теперь же крестьяне отказываются брать полные тяглые наделы, эти наделы сокращаются до 1/3-1/6 выти; появилось множество безнадельных крестьян, «бобылей». Остальную необходимую им землю крестьяне арендовали у своего или у соседнего землевладельца; эта земля не указывалась в переписных книгах, и с нее не платили казенные налоги, а плата, полагавшаяся землевладельцу, была намного ниже, чем на тяглых землях. В результате после катастрофы 1568-1571 годов оброки на поместных землях упали примерно в 3 раза (с 10-12 пудов до 3-4 пудов на душу), на дворцовых землях – примерно в 2 раза.

georg: Последствия катастрофы тяжело сказались на положении военного сословия. Дворянские поместья стояли пустыми, землю было некому обрабатывать; в Московском уезде обрабатывалось только 7% помещичьей пашни, в Коломенском уезде – 25%. В Деревской пятине в начале 80-х годов больше трети помещиков не имели ни пашни, ни крестьян. «А крестьяне, вышед из-за служилых людей, живут за тарханами по льготе, – говорится в приговоре церковного собора 1584 года, – и оттого великая тощета воинским людям прииде». Барская запашка сократилась до уровня, немногим превосходящего запашку крестьянского двора, а доходы помещика – до уровня крестьянских доходов. «В период хозяйственного кризиса... оставшиеся крестьяне почти полностью перестали пахать тяглую землю, тем самым почти полностью лишив владельцев оброка», – отмечал Г. В. Абрамович. Не имея денег, помещик не мог снарядится в поход – но несмотря на это должен был идти воевать. «У тех, кто не объявлялся на смотру, отписывались именья, – свидетельствует Г. Штаден, – а его самого били публично на торгу или в лагере кнутом…». Дворяне бросали свои опустевшие поместья и скрывались в бегах, московское войско уменьшилось более чем вдвое. Под угрозой лагерных «правежей» помещикам не оставалось ничего иного, кроме как увеличивать оброки и барщину немногих оставшихся у них крестьян. В прежние времена величина оброка фиксировалась в переписных книгах; именно это детальное перечисление оброков составляло основное содержание русских переписных книг. В «послушных грамотах», выдаваемых при испомещении, указывалось, что крестьяне должны платить оброки и нести барщину «по старине» – то есть так, как зафиксировано в прежних книгах. В немногих сохранившихся переписных книгах 60-х годов сохраняется перечисление оброков примерно в тех же размерах, что и прежде. Однако с конца 60-х годов меняется форма «послушных грамот»; грамоты теперь требуют, чтобы крестьяне давали помещику все, «чем вас изоброчит». Таким образом, помещики получили право произвольно увеличивать оброки крестьян. «Служилые люди стали брать с бедных крестьян, которые были им даны, все, что те имели», – свидетельствуют И. Таубе и Э. Крузе. В ответ крестьяне стали уходить от помещиков, не дожидаясь Юрьева дня и не платя «пожилого». Бывали случаи, когда при повышении оброка все крестьяне разом уходили из деревни помещика. Кризис продолжался, и некогда мощное московское войско быстро теряло боеспособность. По литовским сведениям, в 1580 году в Москве собрался собор, на котором «всей землей просили великого князя о мире, заявляя, что больше того с их сел не возьмешь, что против сильного государя трудно воевать, когда из-за опустошения их вотчин не имеешь на чем и с чем». «Обращение к материалам разрядных книг за 1578-1579 показывает, с каким трудом приходилось заставлять «оскудевших» служилых людей выступать в походы, – отмечает В. И. Корецкий. – Ни угрозы битья кнутом, ни даже смертной казни уже не действовали». Правительство пыталось что-то предпринять: чтобы предотвратить уход крестьян с помещичьих на монастырские земли, были окончательно отменены все налоговые привилегии монастырей; была запрещена любая передача земель служилых людей церкви, были введены новые чрезвычайные налоги. Была начата перепись, в районах ее проведения временно вводились «заповедные годы» – в эти годы крестьяне и горожане не должны были менять место жительства. Все эти меры не могли спасти положение. Окончательно к введению крепостного права привела смерть Ивана Грозного, с приходом на трон слабого правителя - Федора. Годунов, идя к власти, вынужден был исходить из интересов служилых людей. Годунов был обречен проводить эту политику: находясь в конфликте с аристократией, он, естественным образом, искал поддержки у дворянства. Это проявилось уже при проведении переписи 1580-х годов. Прежде в переписных листах подробно расписывались все барщины и оброки, полагающиеся с крестьян помещику. В 80-х годах такая роспись не делалась – таким образом, правительство утвердило тот порядок, который сложился после катастрофы, признало право помещиков увеличивать повинности по своему произволу. Кроме того, как отмечалось выше, одновременно с проведением переписи во многих районах временно объявлялись «заповедные лета» – крестьянам (и горожанам) запрещалось менять место жительства вплоть «до государева указу». В результате, помещики при желании могли увеличивать оброки до прежнего, бывшего до катастрофы, уровня, и крестьяне не имели права уходить от них. Прикрепление крестьян было узаконено. Так возникло крепостное право в России.

georg: В данной АИ быстрое и победоносное окончание Ливонской войны позволит отменить чрезвычайные налоги, и соответственно избежать голода и воспоследовавшей из него чумы, а значит - избежать демографической катастрофы и оскудения дворянства. Покорение же Крыма позволит разрешить ситуацию с перенаселением колонизацией лесостепи. Стабилизация экономики позволит обеспечить службу дворянства, так как его доходы в отличии от реала не снизятся, и потребность в укреплении крестьян не возникнет. Оба необходимых фактора - победы в Крыму и Ливонии - возникают из наличия сильного естественного союзника, интересы которого совпадают с русскими на юге и на севере - Австро-Венгерско-Нидерландской державы. Таким образом, отсутствие в России крепостного права является последствием развилки.

Han Solo: georg пишет: Таким образом, отсутствие в России крепостного права является последствием развилки Надеюсь, это не конец?

georg: Han Solo пишет: Надеюсь, это не конец? Конечно нет. До конца 16 века дойдем.

LAM: georg пишет: потребность в укреплении крестьян не возникнет. Ой, сомневаюсь. Тут, на мой взгляд конечно, дело не в том, что дворяне бедные и несчастные, а в том, что они имеют потребность в рабочей силе. Вместе с богатством будут расти их аппетиты, а значит и эта самая потребность. А если в вашей альтернативе начнётся экспорт русского хлеба через ливонские порты и этот ваш Александрополь, крепостное право может установиться даже раньше, чем в реале. Во всей Европе восточнее Эльбы - крепостное право, а чем Россия хуже (или лучше)

georg: LAM пишет: Тут, на мой взгляд конечно, дело не в том, что дворяне бедные и несчастные, а в том, что они имеют потребность в рабочей силе. А вы почитайте внимательнее. Без демографической катастрофы рабочих рук и так хватает. Ситуация аналогична Англии до Великой Чумы и после, когда из-за нехватки рабочих рук началась сеньориальная реакция. LAM пишет: крепостное право может установиться даже раньше, чем в реале С какого перепоя царь должен его установить? И отменить гос. регламентацию крестьянских повинностей по послушным грамотам? georg пишет: Вместе с богатством будут расти их аппетиты, а значит и эта самая потребность. Это их личные проблеммы, которым монархия потакать не обязана. LAM пишет: Во всей Европе восточнее Эльбы - крепостное право, а чем Россия хуже (или лучше) Россия лучше тем, что во всей Европе восточнее Эльбы дворяновластие и правят шляхетские сеймы, а в России - самодержавная монархия, от дворянства не зависящая. Опричнина в данной АИ еще впереди, а затем у нас нет ослабления монархии при недееспособном Федоре, наследует Иван Иванович, который ничем не хуже отца. В РИ напротяжении своего царствования Грозный делал с дворянством что хотел, перебрасывая целые группы дворян из уезда в уезд и срывая их с насиженных имений при опричных "переборах людишек" (а кто несогласный секир башка). Что изменилось тут? Закрепощение крестьян означает перераспределение ресурсов в пользу дворянства в ущерб государству, чего сильное государство недопустит. Опорой царя как и в реале станет не дворянство в целом, а привиллегированный дворянский корпус - "двор". И опричные дворяне, которым будут розданы в качестве повышеннных поместных окладов плодородные земли на юге, будут нуждаться в их заселении, и стало быть в переманивании крестьян из северных уездов, что делает их совершенно не заинтересованными в крепостном праве - они и так могут предложить крестьянам неплохие условия.

LAM: georg пишет: Грозный делал с дворянством что хотел, перебрасывая целые группы дворян из уезда в уезд и срывая их с насиженных имений при опричных "переборах людишек" (а кто несогласный секир башка). Да, и постояннно трясся от страха перед заговорами и изменой. georg пишет: Опорой царя как и в реале станет не дворянство в целом, а привиллегированный дворянский корпус - "двор". Тогда ждите таких же потрясений, как в реале. Это означает, что появятся новые земельные магнаты.Они - прочная опора царской власти лишь до тех пор, пока их собственное положение непрочно. Как только они немного укрепятся, они приобретут все привычки традиционного боярства, начнут тягаться за власть и влияние друг с другом и с самим царём. Что царю останется с ними делать? Опять секим башка и новых позвать? И другие поводы для новых потрясений найдутся. Это невозможно, чтобы всё время везло. Власть, даже самодержавная власть, может быть прочной только если опирается на большинство господствующего класса, в данном случае на большинство дворянства, а оно заинтересовано именно в прикреплении крестьян к земле. Выскажу также еретическую мысль о том, что крепостное право в XVI - XVII веках не было таким уж страшным злом, как это считается. По моему представлению, барские крестьяне и с "Юрьевым днём" были совершенно закабалены и бесправны, и легально покинуть своего барина могли, только если другой помещик "перевезёт" их, уплатит их старому хозяину "пожилое", даст средства на обзаведение. И часто такие "перевозы" были чистым насилием со стороны земельных магнатов, согласия самих крестьян спрашивали далеко не всегда. Крепостное право придало дворянскому хозяйству большую стабильность, а именно дворянское хозяйство и дворянство были опорой общественно-экономического строя тогдашней Руси. Недовольство же и бунтарство народа были вызваны не столько крепостным правом, сколько общим ростом повинностей и государственного давления. Тормозом для дальнейшего развития крепостное право стало только в 18-м столетии. Конечно же, отменить его следовало бы намного раньше, чем в реале, но это уже совсем другая альтернативая история

georg: LAM пишет: Тогда ждите таких же потрясений, как в реале. Это означает, что появятся новые земельные магнаты.Они - прочная опора царской власти лишь до тех пор, пока их собственное положение непрочно. Как только они немного укрепятся, они приобретут все привычки традиционного боярства, начнут тягаться за власть и влияние друг с другом и с самим царём. Что царю останется с ними делать? Опять секим башка и новых позвать? Нет. Новая знать является не родовой, а служилой, ее дети и внуки не имеют права на гос. должности по праву рождения, а должны получать их службой. Двор дает возможность выслуги любому дворянину, и положение приобретается только выслугой. К этому и приучат дворянство. Система сложится аналогичная Османской. LAM пишет: а оно заинтересовано именно в прикреплении крестьян к земле. Опять не верно. В условиях, когда рабочих рук достаточно, дворянство подобной заинтересованности не имеет. Именно в такой ситуации исчез серваж в Англии и Франции. LAM пишет: Власть, даже самодержавная власть, может быть прочной только если опирается на большинство господствующего класса Снова неверно. В Османской империи таким большинством были сипахи, однако доступа к государственной власти они совершенно не имели, а только к военным и местно-административным должностям. Центральную власть осуществляли капыкулу - государевы рабы, обязанные своим возвышением исключительно султану. И система эта простояла 300 лет. Крепостного права в Турции кстати не возникло. LAM пишет: По моему представлению, барские крестьяне и с "Юрьевым днём" были совершенно закабалены и бесправны, и легально покинуть своего барина могли, только если другой помещик "перевезёт" их, уплатит их старому хозяину "пожилое", даст средства на обзаведение. И часто такие "перевозы" были чистым насилием со стороны земельных магнатов, согласия самих крестьян спрашивали далеко не всегда. Крепостное право придало дворянскому хозяйству большую стабильность, а именно дворянское хозяйство и дворянство были опорой общественно-экономического строя тогдашней Руси. Недовольство же и бунтарство народа были вызваны не столько крепостным правом, сколько общим ростом повинностей и государственного давления. Это вы, коллега, Ключевского начитались. Однако он сам же упоминает, что эти выводы сделал из анализа ситуации 1580ых-1590ых годов, то есть после демографической катастрофы. Тогда крестьяне были сорваны с места жительства, и садились на новые земли нищими, "одной душой", а значит должны были брать у землевладельца ссуду, которую затем обычно не могли вернуть, и фактически теряли возможность выхода. Насчет бесправны - это вы хватили. До Катастрофы повинности были зафиксированы, а права обеспечены Судебником. В данной АИ такое положение скорее всего сложится в Черноземье, где землевладельцы будут привлекать из северных уездов неотделенных младших сыновей и братьев, и прочих "захребетников", котрые так же будут садится на землю "одной душой" и брать ссуду. Но зато там первые 100 лет не будет и бедных мелкопоместных дворян, у которых легко переманить крестьянина лучшими условиями. Условия там будут у всех примерно одинаковы.

Читатель: georg пишет: город был назван в честь некогда одолевшего шведов на Неве Александра Невского, но на греческий лад – Александрополь А почему не Александрия-Невская?

georg: Читатель пишет: А почему не Александрия-Невская? Потому что не троне не Александр. А так можно было бы понастроить Ивангород-Невский, Днепровский и т.д.

Леший: georg пишет: А так можно было бы понастроить Ивангород-Невский, Днепровский А почему вообще Александрия. Ведь в этом месте существовал уже городок под названием Невское устье. Так что пусть будет Невск.

georg: Леший пишет: Так что пусть будет Невск. Можно и так. Не загоняясь "элинизмами". Питерцы, а-ууу. Вам как больше нравится?

Dorei: Еще можно Александров. И Петропавловск-Невский.

georg: Питерцы не отозвались. Принимается предложение Лешего - город будет называться Невск, без выкрутасов

georg: Продолжим. "ГОСУДАРЕВА СВЕТЛОСТЬ ОПРИШНИНА" Истоки конфликта между царем и аристократией следует искать еще в реформах 1550ых. Начиная с 1550 года проводились мероприятия по приведению в поря- док поместной системы. Суть поместной реформы заключалась в строгом государственном регулировании службы бояр, дворян и детей боярских, что означало, с одной стороны, отягчение этой службы, а с другой сторо- ны, перераспределение на военные нужды части ресурсов, которые ранее шли на потребление элиты. В «приговоре» 1556 года были впервые введе- ны нормы службы: со 150 десятин доброй земли выставлялся человек на коне и в доспехе – «а в дальний поход о дву конь». Поместья предполага- лось измерить и уравнять соответственно «достоинству». Особенно большое значение это нововведение имело для организации службы вот- чинников: бояре и князья были обязаны служить и прежде, но число вои- нов, которых они должны были приводить с собой, не было четко определено. Теперь был организован учет, по уездам были составлены нарядные списки, и отныне никто не мог уклониться от службы. «И свезли государю спискы изо всех мест и государь сметил множество воинства своего, – го- ворит летопись, – еще прежде сего не бысть так, многие бо крышася, от службы избываше». Эта реформа намного увеличила московское войско. Пайпс назвал этот закон "отменой частной собственности на землю". Один из наиболее настоятельных советов Пересветова – это выдвижение служилых людей по заслугам, а не по знатности. Штаден отмечал, что если воин был ранен в бою спереди, то он получал придачу к поместью, если же он был ранен в спину, то поместье убавляли. Однако боярское местничество не допускало назначения неродовитых служак на высокие посты; бояре издавна боролись между собой из-за «мест». В 1550 году царь отменил местничество в полках во время военных походов – но большего он сделать не смог. Частичная отмена местничества вызвала резкое недовольство знати. В тайной беседе с литовским послом боярин Ростовский жаловался: «Их всех государь не жалует, великих родов бесчестит, а приближает к себе молодых людей…». Как упоминалось выше, Ростовский стал одним из организаторов заговора 1553 года. Налоговая и поместная реформа, составление земельного кадастра, ведение нарядных книг – все это требовало учета и контроля, создания новых специализированных ведомств. Военными делами стал управлять Разрядный приказ, сбором ямских денег и организацией ямской службы – Ямской приказ, государственными землями – Поместный приказ. Прежняя Казна превратилась в Казенный приказ, появились и другие приказы – Посольский, Разбойный и т. д. Важнейшие приказы считались канцеляриями Думы и управлялись дьяками, имевшими право прямого доклада государю. Над остальными приказам начальствовали думные бояре, но бояре плохо разбирались в делопроизводстве, и в действительности главой приказа был ученый грамотей- дьяк. Дьяки происходили обычно из «поповского рода», они были незнатными людьми, но, тем не менее, они были включены в состав думы и стали «думными дьяками». Это выдвижение худородных чиновников вызывало негодование у родовитых бояр. А. Курбский писал, что писарям русским царь «зело верит, а избирает их не от шляхетского роду, ни от благородства, но паче от поповичей или от простого всенародства, а от ненавидячи творит вельмож своих». Царь больше не верит боярам, писал Т. Тетерин боярину М. Я. Морозову, «есть у великого князя новые верники-дьяки… у которых отцы вашим отцам в холопстве не пригожалися, а ныне не только землею владеют, но и вашими головами торгуют». Тем более острым делало этот конфликт то, что царь нередко и не вносил вовсе в Думу очередное дело, решая его в рамках приказа, причем исполнителем его был дьяк, составлявший указ по прежней форме "царь указал и бояре приговорили".

georg: Конечной целью создаваемого Иваном «военно-бюрократического абсолютизма» было перераспределение ресурсов: отнятие части ресурсов у элиты, мобилизация ресурсов народа и направление их на содержание новой армии и бюрократического аппарата. По переписям 40-х годов примерно треть земли в центральных уездах принадлежала церкви, треть составляли вотчины (преимущественно боярские) и треть принадлежала государству. Перераспределение ресурсов подразумевало перераспределение этих пропорций в пользу государства. Первая попытка в этом направлении была сделана в начале 1551 года, когда Иван IV обратился к на Стоглавом соборе к митрополиту и церковному собору с вопросом о том достойно ли монастырям приобретать земли и копить богатства. В ответ на запрос царя иерархи церкви объявили вероотступником всякого, кто покушается на ее богатства, и Иван IV был вынужден отступить. Тем не менее, правительство нашло способ перераспределения церковных до- ходов в свою пользу. Церковь была лишена прежних налоговых привилегий (тарханов), и монастыри были обязаны платить налоги по ставке, лишь немного уступавшей ставке налога с государственных («черных») земель. Земли, полученные церковью в 40-е годы «за долги» были отписаны на царя, и впредь монахам было запрещено заниматься ростовщичеством. Все новые покупки земель производились только с разрешения царя. Затем делается попытка ограничить боярское землевладение. В 1562 году появился закон, запрещавший продажу родовых княжеских вотчин; в случае отсутствия прямого наследника вотчины не могли отходить боковым наследникам и отбирались в казну. Вслед за отменой кормлений, обязательством платить налоги и выставлять воинов этот указ был новым шагом, ущемлявшим интересы знати. Фактически речь шла о частичной конфискации боярских земель. Естественно, он не мог не вызвать противодействия знати, есть известие, что при обсуждении указа «князь Михайло (Воротынский, который не мог теперь наследовать после смерти брата Владимира Новосильское княжество) царю погрубил», и был сослан в Белоозеро. Покушение на боярские земли, отягощение их налогами и обязанностью выставлять воинов, «выдвижение молодых», «бесчестье великих родов» и нежелание царя считаться с местническим счетом при назначении воевод в ливонских кампаниях, приближение «верников-дьяков» и решение через них государственных дел в обход Думы в конечном счете, вызвали жестокий конфликт между царем и боярской аристократией. Лишенный по новому закону права наследовать после смерти брата Новосильское княжество и возмутившийся этим Воротынский был сослан в Белоозеро (где впрочем содержался весьма комфортно), князь Дмитрий Курлятев пострижен в монахи. В начале 1564 бежал в Литву наместник Дерпта Андрей Курбский. Дума в ответ начинает саботировать ряд распоряжений монарха. Попытки наложения опал встречают дружное «ходатайство и поручительство».

georg: В 1561 году от болезни умирает Алексей Адашев, кое-как подерживавший компромисс. В царское окружение приходят новые люди, выдвинувшиеся во время Ливонской войны - Алексей Басманов, овладевший Нарвой и Вирландом, Афанасий Вяземский, обративший на себя внимание царя в Полоцком походе как расторопный обозный воевода, Чеботов, Колычев и другие представтели старомосковских боярских родов или захудалого княжья. Все они при существующей практике продвижения в рамках правящей элиты, которая регулировалась системой местнических счетов, не могли рассчитывать занять первые должности в государстве, предназначенные по традиции для представителей наиболее знатных княжеских родов — потомков Рюрика и Гедимина. Главными советниками царя в это время становятся Василий Михайлович Юрьев и Алексей Данилович Басманов. Василий Михайлович Юрьев, двоюродный брат царицы Анастасии, был одним из членов боярского клана Захарьиных, возвысившегося после первого брака Ивана IV. Уже в первой половине 50-х годов он зарекомендовал себя как администратор (дворецкий Тверского дворца), дипломат и воевода. По записи 1561 года, в случае смерти царя он должен был входить в состав регентского совета при малолетнем наследнике. Алексей Данилович Басманов принадлежал к старому московскому боярскому роду Плещеевых, из которого в XIV веке вышел один из патронов московской митрополичьей кафедры митрополит Алексей. Все, что о Басманове известно, позволяет говорить о нем как об одном из лучших военачальников своего времени. Впервые Басманов отличился при взятии Казани, где вместе с князем Михаилом Ивановичем Воротынским командовал войсками на главном направлении штурма. Эти войска первыми поднялись на городские стены. Способности Басманова ярко проявились в неудачном для русской рати сражении с крымскими татарами при Судьбищах, когда крымский хан русское войско «потоптал и разгромил». Тогда не командующий армией боярин Иван Васильевич Шереметев, а один из воевод, Алексей Басманов, собрал бегущих с поля боя детей боярских и стрельцов. Они «осеклися в дубраве» и до вечера отбивали натиск орды, причем «из луков и из пищалей многих татар побили». Именно под командованием Басманова в начале Ливонской войны русские войска взяли штурмом Нарву. Но сама идея опричнины была навеяна царю думным дворянином Иваном Пересветовым, любимцем покойного Глинского. Профессиональный воин, служивший в родном ВКЛ, а так же наемником в Венгрии, Молдавии и Москве, Пересветов был горячим поклонником османских порядков, с которыми близко познакомился, когда служил Молдавскому господарю Петру Рарешу. Сам институт опричнины был аналогом османского института «хассе», включавшего дворцовые земли, султанскую казну и гвардию (в Турции государственная и личная султанская казна были отделены друг от друга) «Слово “опричнина”, и есть, в сущности, хороший русский перевод слова “хассе”», – писал известный востоковед И. П. Петрушевский.

georg: Теоретически царь мог поступить так, как неоднократно делали боровшиеся со знатью правители, предоставив новые права и привилегии средним и низшим слоям дворянского сословия. Однако это могло привести к тем же последствиям, что и аналогичные действия Казимира Великого в Польше – возвышению дворянства в ущерб самодержавию. Те более что данный исторический пример был царю хорошо известен. В этих условиях единственным способом обеспечить себе такую поддержку оказывалась предоставление части этого сословия особого привилегированного статуса. Несомненно, с точки зрения интересов самодержавия это было продуманным и правильным решением. Обязанные своим возвышением власти монарха опричники тем самым оказывались заинтересованы в сохранении и укреплении этой власти. Вряд ли такая попытка царя могла привести к успеху, если бы в России к середине XVI века сложилось единое дворянское сословие с четким сознанием общности своих сословных интересов, как в соседней Польше. Тогда действия царя, наверное, встретили бы отпор со стороны тех, кому царь предлагал блага и милости за счет интересов их собратьев по сословию. Однако в России середины XVI века дворянское сословие находилось еще в стадии формирования, сознание общности сословных интересов только вырабатывалось, между отдельными локальными группами и разными слоями дворянства существовали многочисленные противоречия, чем и воспользовался царь для проведения своей политики.

georg: Иван позаботился и о пропагандистском обеспечении своей политики. В лице митрополита Иоасафа у руля русской церкви стояли нестяжатели. Иоасаф наладил отношения с Константинопольским патриархатом, основал Академию и типографии, и способствовал насаждению школьного образования. Однако попытка царя на Соборе 1551 добиться секуляризации церковных имений закончилась неудачно, в силу того, что подавляющее большинство собора оказало ожесточенное сопротивление данному проекту. Царь осознал, что нестяжатели отнюдь не составляют большой силы в Церкви, и под их руководством Церковь не может быть опорой его политики. Поэтому царь сближается с иосифлянями, во главе которых стоит новгородский архиепископ Макарий. В 1555 году, после смерти Иоасафа, Макарий занимает митрополичью кафедру. Иосифляне к этому времени уже осознали «великую пользу» школьного образования, и Макарий, еще будучи новгородским архиепископом, организовал высшую школу у себя в Новгороде, назначив преподавателями выпускников Академии, а став митрополитом, создал подобные учебные заведения при каждой епископской кафедре. Лучшие ученики Академии посылаются по греческому образцу доучиваться на Запад, преимущественно в университеты Англии, как страны, официальная церковь которой была наиболее нейтральна по отношению к православию. Именно книжники Московской Академии, во главе которых стал составитель наиболее яркого памятника русской исторической мысли XVI века – «Степенной книги», протопоп Благовещенского собора и с 1559 ректор Академии Андрей Бармин (по совместительству духовник царя), и занялись разработкой идеологической базы политики царя. В 1562 престарелый Бармин постригся в монахи под именем Афанасия, и стал архимандритом кремлевского Чудова монастыря. Наиболее яркое выражение процесс переноса византийских представлений об императорской власти на личность русского государя нашел в сочинениях Иосифа Волоцкого, одного из наиболее выдающихся деятелей русской церкви конца XV—XVI века. Суровый блюститель чистоты веры, Иосиф усвоил уроки византийской традиции, отвергавшей власть тех правителей, которые пытались произвольными решениями менять традиционное вероучение. В соответствии с этим Иосиф Волоцкий писал в 7-м слове своего «Просветителя»: «Аще же есть царь над человеки царствуя, над собой же имать царствующа страсти и грех, сребролюбие и гнев, лукавство и ярость, злейши же всех — неверие и хулу, таковой царь не Божий слуга, но диаволь, и не царь, но мучитель». Иосиф даже призывал подданных не повиноваться приказам такого монарха: «И ты убо такового царя или князя да не послушавши, на нечестие и лукавство приводяща тя, аще мучит, аще смертию претить!» Однако совсем иными были представления Иосифа о власти верного православию царя. При этом в отличие от авторов византийских трактатов Иосиф видел такого правителя в современном ему русском государе, великом князе Василии III. Земная власть этого государя представлялась ему несовершенным земным отражением власти «небеснаго Бога». Обращаясь к Василию III, он писал: «По подобию небесной власти дал ти есть небесный царь скипетр земного царствия». Повторяя слова византийского книжника VI века диакона Агапита, Иосиф утверждал, что «царь оубо естеством подобен человеку, властию же подобен есть вышнему Богу». Власть его, как и власть Бога, абсолютна и неограниченна — великий князь московский «государем государь», «которого суд не посужается». Подобно власти Бога, власть московского государя является не только абсолютной, но и всесторонней. Важнейшей задачей его власти было соблюдение порядка и справедливости в обществе, которое достигается сохранением и исполнением законов: как мудрый кормчий, царь «содържит твердо доброго закона правило, иссушаа крепко беззаконна потокы, да корабль всемирныя жизни... не погрязнет волнами неправды». Однако Иосиф, следуя в этом отношении за византийской традицией, еще более важной задачей власти считал ее обязанность вести подданных по пути к спасению души. Осуществляя эту важную миссию, доверенную ему самим Богом, царь подчиняет своему руководству и саму церковь. Эту мысль Иосиф выражает в своих сочинениях неоднократно, то в более возвышенной и отвлеченной форме, говоря об обязанности царя своих подданных «от треволнения спасати душевна и телесна», то более конкретно, приземленно, утверждая, что когда Бог «посадил» Василия III «на царском престоле», то он «церковьное и манастырьское и всего православного християнства всея Руския земля власть и попечение вручил ему». Опираясь на доктрину Иосифа московские книжники во главе с Барминым выпускают несколько памфлетов, в которых сопротивление власти царя, ведущего страну к процветанию, а православных – к душевному спасению, приравнивается к ереси. Авторитет царя на тот момент был необычайно высок. Все враги Руси были сокрушены, татарские набеги, от которых веками страдала Русь, совершенно прекратились. Отмена чрезвычайных налогов и снижение общего налогообложения, произведенные царем по окончании Ливонской войны, вызвали ликование в народе. В сочетании с развернутой Барминым пропагандой все это формировало своеобразный «культ личности» царя, перед которым княжеская оппозиция должна была сникнуть.

georg: В 1563 скончался митрополит Макарий, и по настоянию царя на его место был избран архимандрит Афанасий (Бармин). 3 декабря 1564 царь вместе с семьей выехал из Москвы в село Коломенское, где отпраздновал Николин день. Две недели царский поезд простоял в Коломенском «для непогоды и безпуты», а 17 декабря двинулся в Троице-Сергиеву обитель, откуда затем проследовал в Александрову слободу. Царь требовал ликвидировать традиционное право членов Боярской думы и высших церковных иерархов «печаловаться» за вельмож, совершивших те или иные проступки, которое Дума активно использовала для защиты своих членов в противостоянии с царем, и с которым в предшествующие годы ему приходилось считаться. Царь ставил перед обществом дилемму: или он получит право наказывать изменников по своему усмотрению, или государство будет не в состоянии успешно вести борьбу с внешними врагами по вине светской и церковной знати. Тем самым правящая элита оказывалась в таком положении, что ей ничего не оставалось, как согласиться с требованиями царя. Иван предпринял и ряд других шагов, которые должны были обеспечить достижение его цели. Его сопровождали выбранные «дворяне и дети боярские изо всех городов» «с людми и с конми и со всем служебным нарядом». Таким образом, в распоряжении царя имелось отборное дворянское войско, полностью готовое к ведению войны (дети боярские были полностью вооружены и их сопровождали их военные слуги). Накануне своего нового столкновения со знатью царь сумел обеспечить себе поддержку ряда бояр (в основном из старомосковских фамилий), а также большого количества дворян-гвардейцев - членов «государева двора» (в источниках второй половины XVI века именно их называли «выбором из городов»). Именно наличие такой поддержки позволило царю занять самостоятельную позицию и ставить знати свои условия. Другой важный шаг, предпринятый царем, касался московского посада. Вместе с грамотой митрополиту Афанасию царский гонец привез и грамоту, адресованную московским горожанам, «чтобы они себе никоторого сумления не держали, гневу и опалы на них никоторые нет». Перспектива ухода государя и наступления «безгосударного времени», когда вельможи могут снова заставить городских торговцев и ремесленников все делать для них даром, не могла не взволновать московских горожан. В конфликте царя со знатью население столицы решительно встало на сторону царя. Фактически царь поставил правящей элите ультиматум. Она должна была отказаться от традиционных обычаев, ограничивавших свободу действий государя, или ей угрожала война со своим законным правителем, и в этой войне к услугам царя было сосредоточенное под Москвой вооруженное дворянское войско и поддержка населения Москвы. Высшее духовенство и Боярская дума обратились к царю с челобитьем, чтобы «гнев бы свой и опалу с них сложил и на государстве бы был и своими бы государствы владел и правил, как ему, государю, годно; и хто будет ему, государю, и его государьству изменники и лиходеи, и над теми в животе и в казни его государьская воля». Вслед за этим прямо с митрополичьего двора, где было принято это решение, «не ездя в домы свои», отправились в Слободу хлопотать о снятии опалы епископы, бояре, дворяне, приказные люди. Это была полная капитуляция. Впрочем царь и не оставил правящей элите иного выхода. Решившись выступить против своего государя, она оказалась бы в весьма неблагоприятных условиях, особенно учитывая явную враждебность населения Москвы. Детей боярских невозможно было поднять на войну для защиты прав узкого круга бояр, а ведь только об этих правах шла речь в царском послании. К этому стоит добавить, что в отличие от ряда стран средневековой Европы эти права нигде не были письменно зафиксированы, государь не приносил присяги их соблюдать, и, соответственно, не существовало «права на сопротивление» в случае их нарушения. Первым пунктом изданного царем после этого указа, как и следовало ожидать, утверждалось право царя карать изменников и вообще тех, кто в чем-либо оказались государю «непослушны»: «на тех опала своя класти, а иных казнити». Однако если бояре, основываясь на тексте царского послания из Слободы, полагали, что этим все и ограничится, то они жестоко ошиблись. В указе царь заявил о своем желании «учинити ему на своем государстве себе опричнину».

georg: В опричнину переходит старая структура «государева двора». Если вне опричнины остаются общегосударственные чины, то чины двора – оружничий, кравчий, конюший и т.д переходят в опричнину. Традиционная иерарахия знатности сохраняется, однако местничество между собой строго воспрещается – служат «где государь укажет», и опричные службы не могут являться местническим прецедентом для потомков опричника. Традиционная практика предоставления думных чинов и высоких военных и административных должностей в строгом соответствии со знатностью происхождения («породой») делало высшие государственные должности монополией группы наиболее знатных родов потомков Рюрика и Гедимина. Это закрывало для отпрысков младших ветвей знатных родов и для представителей менее знатных старомосковских боярских фамилий (потомков старинных бояр московских князей, отодвинутых на задний план княжескими родами) путь к успешной карьере. Создание особого опричного двора открывало для них такие возможности. В состав опричной Думы вошли члены старомосковских боярских родов — Плещеевы, Колычевы, Бутурлины, Годуновы, Захарьины. Впрочем и некоторые княжата, решившие пойти за царем, отличились на опричной службе – как и в РИ, в опричнине служат «всем родом» Шуйские, и даже удельные князья Северщины – Трубецкой и Одоевский. Царь забирает в опричнину промысловые районы севера (в т.ч. Строгановых) и все пункты соледобычи, а так же черноземные районы юга, колонизируемые после ликвидации крымской угрозы, земли которых были объявлены собственностью «государева двора». «Персидская компания» так же отходит в опричнину. Опричному командованию был подчинен и московский стрелецкий корпус. В данном альтернативном мире и опричнина будет иметь альтернативный ход. И не только потому, что без душевных травм детства и с нормальным воспитанием личность Ивана получилась в известной степени альтернативной, но и по вполне объективным причинам. Изначально опричнина и в реале имела ярко выраженную антикняжескую направленность. Но в реале царь ввел ее в условиях тяжелой войны, в атмосфере неудач и острого финансового кризиса. Иных возможностей обеспечить содержание опричного войска, кроме как повышенными земельными окладами, разделив уезды на «императорские и сенатские провинции» не было. В этих условиях расширению оппозиции способствовало в большей степени то, что никто из землевладельцев не мог быть спокоен за свою собственность, так как любой уезд мог быть в любое время взят в опричнину. Это привело к массовым требованиям отмены опричнины, расширению оппозиции и к ответному террору. В данной АИ, в условиях мира и собственного высочайшего авторитета царь, не поставленный в экстремальные условия, имеет возможность проводить более взвешенную политику. Принцип, приведенный Макиавелли – «человек скорее простит смерть отца, чем потерю имущества» учитывается царем, и лояльные бояре и дворяне не подвергаются как в реале риску в результате опричного «перебора людишек» потерять свои земли «не в опале, а с городом вместе». Соляная монополия внутри страны, и шелковая и меховая во внешней торговле наполняют опричную казну, и царь вместо повышенных поместных окладов обеспечивает опричников высоким денежным жалованием. Одновременно опричники получают и обширные поместья, но поместья эти почти пусты – их выдают на южных плодородных черноземных землях, которые еще предстоит заселить, и предполагается, что из своих денежных окладов опричные дворяне и будут выдавать новопоселенцам «ссуды и помоги» на обзаведение. Для того, чтобы стимулировать их к этому, Иван вводит в реале появившееся в следующем столетии понятие «родовые поместья» - привилегию, которой пользуются только помещики юга, сами заселившие и благоустроившие предоставленные им земли. Суть ее заключается в том, что поместье отца передается сыновьям и в том случае, если они сами по себе и не выслужили столь высокий поместный оклад. При этом предполагается, что сыновья помещика будут верстаться «в припуск» в этом же поместье, пока оно не раздробится до размеров обычного оклада. Таким образом, наряду с политической решаются экономическая и демографическая задачи – колонизация целинных земель, которые до победы над Крымом начинались уже от Тулы и Пронска, и привлечение на юг крестьян из перенаселенного центра и Северо-Запада. Не имеющая собственной отдельной территории опричнина сразу же превращается в подобие позднейшего двора. Под ее управлением оказываются только дворцовые земли и часть черносошных, взятых царем «на свой обиход» и ряд государственных предприятий. В составе опричнины оказывается вся структура царского двора со всем дворцовым хозяйством (и все придворные должности – оружничий, кравчий и т.д. становятся опричными), отдельная царская казна и гвардия. Опричные двор и гвардия становятся мощным инструментом царя, предназначенным не только для подавления оппозиции, но и для проведения его политики. Все государственные дела идут обычным путем через Думу (во главе которой однако царь ставит двух преданных ему родственников – князей Бельского и Мстиславского), однако любое дело может быть изъято царем из Думы и решено независимо от нее с помощью чиновников двора. Широко распространяется практика направления царем опричных эмиссаров с разными поручениями на места (как Петр позднее использовал гвардейцев). В опричном корпусе поддерживается строгая дисциплина. Похожего на реал разложения корпуса, начавшегося в процессе массовых репрессий и грабежей, в АИ не происходит.

georg: Первым делом опричнины стал разгром верхушки Думы – Ростовских, Ярославских и Суздальских княжат, занимавших почти все боярские места. Землевладение бояр московских великих князей (как, вероятно, и бояр других княжений, на которые делилась средневековая Русь в эпоху феодальной раздробленности) сформировалось сравнительно поздно — уже в XIV—XV веках, главным образом за счет княжеских пожалований. Владения не только членов виднейших боярских родов, но и князей Гедиминовичей, выехавших на русскую службу и породнившихся с великокняжеской семьей, были разбросаны по многим уездам, не образуя никакого компактного единства. Так, земли, отобранные у Федора Свибла, боярина Дмитрия Донского, состояли из 15 владений, расположенных в семи уездах. Владения князя Ивана Юрьевича Патрикеева, потомка Гедимина и двоюродного брата Ивана III, складывались из 50 владений, расположенных в 14 уездах. При этом владения членов одних и тех же родов могли располагаться в совершенно разных уездах. Совсем иной характер имело родовое землевладение княжат. Это были земли, унаследованные ими от предков — бывших удельных государей. Поэтому, в отличие от владений московского боярства, родовые вотчины князей располагались компактно на территории того княжества, которым некогда владел их предок. Нормы права, установившиеся, по-видимому, еще в правление Ивана III, способствовали сохранению этих вотчин в руках княжат, запрещая продавать их родовые земли «мимо вотчич» (то есть за пределы круга родственников). Наличие в руках княжеских родов компактно расположенного значительного родового землевладения делало их влиятельной силой на территориях их бывших княжеств, центром притяжения для местных землевладельцев. Сверх того по неписанной традиции, шедшей со времен присоединения этих земель к Москве, наместники например Ярославля назначались только из ярославских княжат. Содержа многочисленные свиты боевых холопов, и даже жалуя земли в поместья своим вассалам, они представляли внушительную силу, и именно они составляли основу оппозиции царю. В среде князей — потомков Рюрика, хорошо знавших, что они принадлежат к тому же роду, что и правитель, власть и личность монарха не были окружены таким ореолом, как в глазах других слоев дворянства.

georg: В борьбе с ними царь действует формально по закону, в рамках правового поля. Прецедент был найден в деятельности ИванаIII. Некогда он, желая отобрать у московских бояр пожалованные им после завоевания Новгорода вотчины на Новгородчине и раздать их в поместья, передал Новгород в удел своему сыну Василию. Московские бояре, служившие князю московскому, а не новгородскому, вынуждены были оставить свои новгородские вотчины. Царь разыгрывает ту же комбинацию. Объявив старшего сына Ивана соправителем, царь жалует удел младшему малолетнему сыну Федору – Суздаль, Ростов и Ярославль. Землевладельцы этих уездов должны были либо перейти из Москвы служить удельному князю, либо расстаться с вотчинами. Но «князь Федор Иванович вотчинников местных на службу к себе принять не изволил». На момент объявления указа о создании удела все княжата, имевшие боярский чин, были в Москве, откуда их уже не выпустили. После того, как вся верхушка Думы «едиными усты» выразила возмущение, на нее обрушились заготовленные царем репрессии. Все бояре-княжата, участвовавшие «в акте протеста» были арестованы опричниками. Признанный лидер Думы, князь Александр Горбатый-Суздальский, а так же князья Кашин и Шевырев были обезглавлены, а на прочих участников «опалу свою клал и животы их имал за себя: а иных сослал в вотчину свою в Казань на житье з женами и з детми». «Тово же году послал государь в своей государской опале князей Ярославских и Ростовских и иных многих князей и детей боярских в Казань и в Свияжской город на житье и в Чебоксарской город». В то же время опричные отряды вступают в Ростов и Ярославль. Управление этими землями получает один из ближних советников царя Василий Михайлович Захарьин с чином Ростовского дворецкого (для управления уделом Федора составляется особое ведомство – Ростовский Дворец, подведомственный лично царю). Княжеские вотчины описываются и идут в поместную раздачу дворянам, боевые холопы опальных княжат распускаются на волю, многие из них принимаются на государеву ратную службу и верстаются поместьями из вотчин их бывших хозяев. Движимое имущество и казна опальных отписывается на государя. Большая часть опальных была в следующем году помилована, и вместо конфискованных вотчин им были пожалованы поместья, разбросанные в разных уездах России, движимость и казна возвращены. Часть земель была им пожалована и на черноземном юге в качестве «родовых поместий», с обязательством заселить их. Но для них это обернулось совсем иными последствиями, чем для опричников. Царь велел по служилой принадлежности написать их дворянами по колонизируемым южным уездам. В состав «государева двора», в котором ростовские, стародубские и ярославские князья до опричнины занимали видное и почетное место, не входили представители дворянства окраин — Поволжья (начиная с Нижнего Новгорода), Смоленщины, Северской земли. Поэтому превращение князей — потомков Рюрика в земских помещиков Северщины означало их фактическое исключение из состава двора как объединения людей, причастных к управлению Русским государством. В новом положении они могли рассчитывать на какую-то карьеру лишь в пределах Северщины, либо в опричнине (но для них врата в «государеву светлость» были узкими, и открылись впоследствии только для их детей). Только в виде особой милости за верную службу царь возвращал некоторых великородных потомков Всеволода Большое Гнездо в «московские списки», снова открывая им доступ к высшим государственным должностям.

georg: Среди прочего состава Думы - Гедиминовичей и старомосковских бояр – расправа с княжатами-Рюриковичами вызвала неоднозначную реакцию, многие отнеслись негативно, понимая, что ставится под сомнение сам принцип осуществления назначений в соответствии с «породой». Но царю удается расколоть данный слой, пожаловав в бояре вместо «выбылых» княжат ряд представителей старомосковских фамилий, и повысив до боярства окольничих – Челядниных, Шереметевых и Морозовых. Во главе Думы встают вполне преданные царю его родственники Гедиминовичи – Мстиславский и Бельский. Возвращения вотчин, имевшего место в РИ в 1566, когда царь, стремясь пред лицом тяжелой войны консолидировать общество, пытался достичь компромисса с боярами, здесь не происходит. Не происходит и последующего разрыва, и расширения оппозиции за счет части старомосковских бояр, дворян и приказных, опасающихся потери земель «не в опале, а с городом вместе», и как следствие – новых значительных репрессий. База оппозиции не расширяется – провинциальное дворянство в общем довольно (нет «переборов людишек»), и даже выиграло – у многих дети были поверстаны поместьями «в отвод» за счет княжеских вотчин, старомосковское боярство расколото и не может сплотиться в единую оппозиционную партию (как в реале под лидерством Федорова), чиновное дьячество – верная опора царя. В 1567 царь изъял у двоюродного брата Владимира Андреевича его удел – Старицу, Верею и Алексин, и дал ему новый – Дмитров, Звенигород и Боровск. В этом же году царь возвращает из ссылки Воротынского, и жалует ему вместо отобранного Новосиля Стародуб-Ряполовский.

georg: К 1569 положение относительно стабилизируется. Несколько бояр попадают в ссылки и тюрьмы, несколько бегут в Литву, но массовых репрессий нет – благодаря окончанию войны и снижению налогов нет голода 1568-69 и последующей эпидемии, недоимок и свирепых правежей, царь по прежнему популярен в народе и рядовом дворянстве, а в такой атмосфере заговор бесперспективен. Правящее боярство недовольно существованием опричнины, при которой царь может легально изъять из его ведения любое государственное дело, а присланный им опричный эмиссар – отстранить от исполняемых обязанностей любое должностное лицо. Но, не имея никакой поддержки в народе и дворянстве, которые вполне довольны царем, помалкивает. Экономическое и финансовое положение страны стабильно, продолжается рост городов и ремесел, идет активное освоение черноземной зоны. На севере остаются крестьяне «старожильцы» - дворовладельцы, но неотделенные сыновья, братья и прочие «захребетники» оживленно отливают на юг, особенно во время неурожая 1568 года. Беря ссуду у землевладельцев, они садятся на целину. Черноземная целина давала огромные урожаи – в 3, в 4, в 5 раз больше, чем в Центре; земли было так много, что писцы не могли наладить учет. Зачастую крестьяне пахали землю «наездом», пахали, сколько хотели и меняли поля, как хотели. Поселенцы Юга жили зажиточно; в РИ источниках встречаются упоминания о хозяйствах с 6 лошадьми, о многолетних запасах зерна, о сборах в одном хозяйстве 80, 100, 150 четвертей ржи (одному человеку на год хватало 4 четвертей). Опричные дворяне, представлявшие подавляющее большинство южных землевладельцев, занятые государевой службой, не могли уделять много времени организации хозяйства. Выдав ссуду на обзаведение и заключив «ряд» с крестьянином, они обкладывают его оброком согласно «послушным грамотам» и оставляют хозяйствовать как хочет. Юг становится «землей обетованной» для русских крестьян. В 1560ых – 70ых годах заселяются территории позднейших Рязанской, Тульской и Орловской губерний. Экспорт зерна однако не возникает, во первых по причине наличия широкого потребительского рынка в самой России, а во вторых – трудности доставки зерна из заокских земель в балтийские порты через систему рек и волоков – себестоимость такой доставки во много раз выше, чем в Польше с ее артерией Вислы или тем более в приморской Ливонии, которые продолжают оставаться основными экспортерами хлеба на Запад. Поэтому хлебной торговлей занимается только государство – хлеб собирается в «закрома Родины», из которых в частности идет натуральная часть довольствия стрельцам, и создается «аварийный запас» на случай неурожаев. Излишки хлебных запасов на «государевых кораблях» отправляются на Запад. В следствии этого экспортная торговля хлебом становится государственной монополией.

georg: Вернемся на родину данной альтернативы. Правление МаксимилианаII было для Австро-Венгерской державы эпохой процветания. Максимилиан пожинал плоды усилий покойного императора Карла – королевская власть в Венгрии была прочна как никогда. Венгерское дворянство было чрезвычайно многочисленным. Большую часть его составляла бедная шляхта, почти ничего кроме дедовской сабли и шляхетского гонора за душой не имевшая. Император содержал лучшую в Европе многочисленную и постоянную армию, набираемую в основном из венгров. Мелкое венгерское дворянство почти поголовно служило в этой армии, и получая королевское жалование, являлось верной опорой монархии. Впрочем и венгерская знать, ощущающая себя вельможами могущественной империи и получая выгодные военные и административные посты в различных провинциях этой империи, не проявляет недовольства режимом Габсбургов. Но не аграрная Венгрия с немногочисленными городами, населенными по большей части немцами, является финансовой опорой империи. Опорой этой является наиболее экономически развитая страна Европы – Нидерланды. Капиталистическое производство в форме мануфактур по изготовлению шерстяных, шелковых, льняных и хлопчатобумажных тканей, ковров, гобеленов, кружев, стекольных, кожевенных и металлических изделий развивалось там быстрыми темпами. Во Фландрии и Брабанте имелись как централизованные, так и рассеянные мануфактуры, подчинившие себе труд сельских и городских кустарей, работавших у себя дома, а также мануфактуры смешанного типа. Антверпен, самый крупный портовый город Брабанта, превратился в важный центр торговой и финансовой деятельности. К нему тяготели мануфактуры городов Фландрии и Брабанта, связанные преимущественно с экспортом; в них производилась отделка английских сукон, вырабатывались стеклянные изделия, мыло, сахар и другие товары. Огромный и хорошо устроенный порт Антверпена был местом стоянки тысяч кораблей, прибывавших из всех стран света, в том числе из испанских и португальских колоний. В Антверпене были сосредоточены конторы всех крупнейших финансистов Европы, на его биржу ежедневно сходилось до 5 тыс. купцов различных национальностей. Нидерланды представляли для империи огромную ценность. Они давали в качестве налогов колоссальные финансовые средства (6692 тыс. ливров в одном лишь 1552 г.) – то есть больше, чем король Испании получал от колоний в Америке. Именно за счет этих поступлений император содержал регулярную армию, нидерландскими деньгами оплачивая безусловную лояльность воинственного венгерского дворянства. Кроме того, именно в Нидерландах была наиболее развита мануфактурная промышленность по производству огнестрельного оружия и артиллерии, дававшая армии АВИ великолепное вооружение. В Нидерландах высокого уровня достигли кораблестроение и мореходство. В Амстердаме и в других портах строились тысячи судов различного тоннажа. Военный флот Нидерландов уступал только испанскому.

georg: Государственное устройство Нидерландов оставалось весьма своеобразным. Нидерланды, несмотря на известные успехи Габсбургов в создании централизованного бюрократического аппарата, представляли собой федерацию ранее самостоятельных небольших графств и герцогств, сохранивших ряд старинных вольностей и привилегий. Существовал централизованный правительственный аппарат. Фактическим правителем Нидерландов являлся наместник императора - генеральный штатгальтер. По сложившейся традиции, соблюдения которой требовали Нидерланды, генеральным штатгальтером мог быть назначен только принц крови из дома Габсбургов, каковые последовательно и занимали эту должность – сначала сын МаксимилианаI и Марии Бургундской Филипп, затем его сестра Маргарита, затем сын Филиппа Карл – будущий КарлV, затем сестра Карла Маргарита Пармская, и наконец сыновья Карла – Фердинанд, а затем Эрнст. При наместнике существовали государственный совет, состоявший из представителей знати, и советы — финансовый и тайный, включавшие представителей дворянства, городской буржуазии и королевских легистов (законоведов). Представителями центральной власти на местах были провинциальные штатгальтеры, обычно — выходцы из местной аристократии. Наряду с органами центральной королевской власти Габсбургов существовали сословные представительные учреждения — Генеральные штаты в центре и провинциальные штаты в каждой провинции. Штатам принадлежало право устанавливать налоги. Кроме того, в городах и местечках существовали органы самоуправления, находившиеся в руках бюргерской верхушки и патрициата, а каждая из 17 провинций и каждый город обладали особыми привилегиями. Таким образом королевская власть в Нидерландах была в известной мере ограничена в своих действиях. Эрцгерцог Эрнст, управлявший в это время Нидерландами, был популярен в стране и ладил с Генеральными штатами. Одной из важнейших составляющих политики МаксимилианаII (как и в реале) была полная веротерпимость. Максимилиан и сам всю жизнь колебался между католичеством и протестантизмом, но так и не сделал окончательного выбора. Оставаясь формально католиком, он держал нечто вроде протестантского «побочного придворного штата», а перед смертью отказался от принятия католических таинств. От обращения в протестантство его удерживала в первую очередь позиция венгров – вековая борьба с турками под знаменем войны за веру превратила Венгрию в не менее католическую страну, чем Испания. Но в Австрии и Нидерландах протестанты пользуются полной свободой.

georg: Турецкая угроза, тяготевшая над империей на всем протяжении правления КарлаV, была ослаблена после побед Священной лиги над Турцией в 1550ых. Другой вековой враг – Франция – погрузился в междуусобные войны и временно вышел в качестве активного игрока из «европейского концерта». Единственным «бельмом на глазу» оставалась держава Ягеллонов. С середины 1560ых ее сокрушение становится основной задачей австрийской политики. В 1568 скончался первый герцог Пруссии Альберт Гогенцоллерн, и герцогом стал его умственно отсталый и неспособный к правлению сын Альберт Фридрих. Король Владислав, воспользовавшись этим, как верховный сюзерен Пруссии назначил регентом при дебильном герцоге польского вельможу Альберта Ласского, напрямую подчинив себе Восточную Пруссию. Поскольку сыновей у Альберта Фридриха не было, король планировал полную аннексию герцогства после его смерти. Мало того, по требованию польского сейма Владислав попытался лишить автономии и Западную (так называемую королевскую) Пруссию, которая согласно договору о переходе под власть польской короны при КазимиреIV до сих пор имела свой отдельный сейм, в котором в отличии от польского заседали и депутаты от городов. Все это вызвало резкое недовольство в обоих Пруссиях, чем решил воспользоваться император для возвращения всей Пруссии в состав СРИ и восстановления там Тевтонского Ордена. Под флагом немецкого патриотизма император рассчитывал привлечь к борьбе имперские чины и объявить Владиславу войну от имени СРИ. При этом Максимилиан надеялся если и не завоевать Чехию (на трон которой у Габсбургов были определенные династические права), то по крайней мере ослабить ее и захватить Моравию. Для достижения этой цели Максимилиан вступает в переговоры с Иваном Васильевичем, который проявляет оживленный интерес к данному вопросу – бездетность Сигизмунда Августа поддерживает в царе надежды на великое княжение в Литве. Военный союз, вновь заключенный между царем и императором скрепляется династическим браком. Невеста царевича Ивана, предложенная Максимилианом, соответствует всем требованиям царя – она племянница императора и одновременно православная. Это дочь Сербского князя Стефана Петровича и сестры императора Максимилиана, Анна Стефановна. В 1571 княжна Анна морем прибывает из Любека в Ревель, а оттуда в Москву, где сочетается браком с царевичем Иваном Ивановичем.

Леший: georg пишет: Военный флот Нидерландов уступал только испанскому. Тут надо уточнить термины. Если Нидерланды часть СРИ, то говорить о непосредственно нидерландском флоте не совсем правильно (не говорили же, скажем об эстонском флоте во времена СССР - ведь и СРИ формально единое государство), тем более что руководит Нидерландами император. Поэтому, ИМХО, правильне звучать будет так: нидерландский флот Священной Римской империи германского народа. Кстати, а как с идеей создания "имперского флота" СРИ, в тем времена весьма популярной?

georg: Леший пишет: нидерландский флот Священной Римской империи германского народа. Можно и так. Леший пишет: Кстати, а как с идеей создания "имперского флота" СРИ, в тем времена весьма популярной? Это надо заставить князей и вольные города СРИ раскошелится на постоянный налог на содержание флота, что весьма проблематично. Да и воевать этот флот сможет только при одобрении данной войны рейхстагом, а не по приказу императора. Императору это тоже не очень надо (в отличии от РИ) - в данной АИ у него есть Нидерланды и он может содержать собственный флот.

georg: Тем не менее смерть великого князя Литовского Сигизмунда Августа застала союзников врасплох – император Максимилиан не успел добиться поддержки имперских князей. ВКЛ после победы под Полоцком и заключения перемирия с Москвой заняло по отношению к Польше независимую позицию. Созыв совместного польско-литовского сейма был отвергнут, и Владислав подписал договор, согласно которому гарантировал территориальную целостность ВКЛ после смерти Сигизмунда Августа. Польский сейм вынужден был ратифицировать договор – опасались ухода Литвы в унию с Москвой. Часть литовской знати действительно обсуждала подобные планы, но политика Ивана по отношению к собственной знати, нашедшая выражение в опричнине, отпугнула литовских магнатов, и к 1572 все они были сторонниками сохранения унии с Польшей. Для большинства литовского дворянства король Владислав как природный Ягеллон был несомненным законным наследником Сигизмунда Августа. Иван решил силой добиваться литовской короны. Он стянул сильную армию к Полоцку и потребовал от Максимилиана выполнения договора. Уверенный, что венгры уже угрожают Кракову, он во главе армии двинулся на Вильну. Одновременно новый магистр Ливонского Ордена принц Криштоф Мекленбургский осадил Ригу, молодой опричный воевода князь Иван Хворостинин осадил Киев, а в Подолию двинулись Едисанские и Едичкульские Ногаи во главе с беем Едисанской орды царевичем Муртазой. Но Владислав, заранее предупрежденный доброхотами из Вильны о плохом состоянии Сигизмунда, успел мобилизовать в Польше значительные силы, с которыми и двинулся в Литву. Успело собраться и литовское войско.

georg: Максимилиан не смог оказать немедленной помощи – он сам оказался по угрозой нападения. В 1570 г. борьба гугенотов во Франции завершилась крупным положительным результатом — «эдиктом примирения», предоставлявшим им различные права. Пользуясь этим, гугенотский лидер Гаспар де Колиньи, адмирал Франции, убеждал короля в необходимости активизации внешней политики в целях обеспечения внутреннего политического положения в стране. Он говорил королю о характере французских дворян, которые, «взяв в свои руки оружие, не желают выпускать его и обращают его против собственных сограждан в том случае, если не могут обратить его против внешнего врага». С подачи Колиньи КарлIX вступил в переговоры о союзе с Турцией и Польшей и склонялся было возобновить борьбу за Милан. Авангард предполагаемой французской армии вторжения во главе с гугенотским военачальником Лану по распоряжению Колиньи уже двинулся из Дофине в Пьемонт, и в Вене ждали войны с Францией и Турцией одновременно. Известие о Варфоломеевской ночи встретили в Вене со вздохом огромного облегчения. Угроза войны на западе рассеялась, но время для оказания помощи Москве было упущено. Только осенью австро-венгерская армия развернула наступление в Моравию и осадила Зноймо, начав военные действия против Чехии. Одновременно император объявил о созыве имперского рейхстага по «Прусскому вопросу». Осада Риги закончилась для Кристофа безуспешно – к зиме он вынужден был отступить. На юге Хворостинин был успешнее. По свидетельству Костомарова «из современных писем польских королей мы узнаем о нем, что киевский воевода князь Константин Острожский навлекал на себя упреки в нерадении о защите вверенного ему воеводства, оставлял киевский замок в печальном положении, так что Киев мог беспрестанно подвергаться разорению от татар». «Печальное положение» киевского замка привело к тому, что Хворостинин взял его приступом. Вслед за Киевом Хворостинин занимает Черкассы и Канев. На центральном направлении, наступая от Полоцка, царь продвинулся почти до самой Вильны, где прибывший туда Владислав сосредотачивал польско-литовское войско. Бои передовых частей не дали успеха ни одной стороне. Иван Васильевич готовился к генеральному сражению, когда прискакавший из Москвы гонец принес царю страшную весть – тридцатитысячное турецкое войско во главе с ханом-изгнанником Девлет-Гиреем высадилось в Крыму.

georg: В свое время победе Москвы в Крыму изрядно способствовало недовольство крымско-татарской знати политикой Девлет-Гирея. С помощью турок убив дядю, хана Сахиб-Гирея, не позволявшего турецкому правительству вмешиваться во внутренние дела ханства, Девлет-Гирей вынужден был полностью подчиниться туркам. Недовольная этим часть знати выдвинула Тохтамыша и предпочла союз с Москвой. После изгнания турок под власть хана были переданы турецкие владения в Крыму - южный берег Крыма и Горный Крым до реки Качи. Русским гарнизоном был занят один Керчь. Впрочем Иван настоял на самоуправлении этих территорий, населенных православными – греками и готами (о существовании готского языка, как живого народного языка таврических готов, имеется целый ряд свидетельств вплоть до XVI века, причем Иосиф Барбаро, замечает, что его слуга-немец мог объясниться с готом, как, напр., Флорентинец может понять жителя Фриуля). Округа Мангуп, Сугедея и Кафа превратились практически в самоуправляемые республики под сюзеренитетом хана. Поражения, понесенные Ордой в походах на Польшу во время ливонской войны подорвали авторитет Тохтамыша, а по окончании войны и знать и народ Крыма стали жалеть о потере былых доходов от работорговли. Недовольство подогревало мусульманское духовенство, агитировавшее за возвращение под власть «повелителя правоверных». Недовольство привело к тому, что после высадки Девлет-Гирея большая часть народа и знати примкнула к нему. Хан Тохтамыш был убит, и Девлет-Гирей торжественно вступил в Бахчисарай. В ином положении были причерноморские Ногаи. За время русского сюзеренитета они успели втянутся в оживленный товарообмен с Россией. Они гоняли табуны коней и гурты овец на продажу в русские города, выручая взамен продукцию русского ремесла и сельского хозяйства. Отпадение от России грозило им не только потерей выгодного товарообмена, но и вторжениями русских войск в их кочевья, в отличии от Крыма не защищенные укрепленным перешейком. Благодаря всему этому обе ногайские орды Северного Причерноморья – Едисанская (между Днестром и Днепром) и Едичкульская (между Днепром и Северским Донцом) сохранили верность России.

georg: Царь, получив вести из Крыма, прекратил наступление на Вильну и отвел войска обратно за Двину, а затем начал переброску войск в Северщину для похода в Крым. В совете царя известие о вторжении турок в Крым вызвало огромную озабоченность – отпадение Крыма грозило возобновлением набегов, которые могли свести на нет все успехи колонизации черноземной зоны. Тем более что все окружение царя имело обширные поместья на колонизируемом юге. Крымское направление было единодушно признано приоритетным, а с Литвой решено искать мира. В Вильну был направлен послом князь Елецкий. Иван Хворостинин, получив известие о турецком десанте, немедленно двинулся на юг, оставив гарнизон в Киеве. В Казикермане к нему присоединились бей Едисанской орды царевич Муртаза (из рода Астраханских ханов) и бей Едичкульской орды мурза Шихмат из рода Ширинов. При их поддержке Хворостинин успел занять Перекопскую крепость, которую удерживал Шихмат, и закрепится там, отбив нападение турок. Вскоре после ухода Хворостинина на юг коронный гетман Мелецкий и Константин Острожский осадили Киев и после второго приступа отбили его обратно. Одновременно турки предпринимают вторжение в Молдавию, дабы охватить Крым с запада. В сентябре 1572 г. турецкое войско, при поддержке волохов, перешло границы Молдовы, и с ним вместе направлялся в страну и новый выдвинутый турками претендент на престол Петр Шкепул (Хромой), брат Валашского господаря Александра Мирчи. Недалеко от села Жилеште турецко-валашское войско было застигнуто врасплох стремительной атакой молдован и разбито. После победы Дмитрий Вишневецкий стремительно вторгается в Валахию и занимает Бухарест и валашский престол. Вишневецкий направляет просьбы о помощи в Вену и Москву.

georg: Иван Васильевич осознавал, что воевать одновременно с Польшей и Турцией крайне затруднительно, что при атаке на Крым поляки и литовцы, владея Киевом, могут в любой момент перерезать коммуникации русской армии. Поэтому царь предлагает Владиславу новые условия мира – царь возвращает Литве Полоцк в обмен на Киев. Владислав на тот момент готовил поход на Полоцк, однако полученные с запада вести умерили его аппетиты и заставили искать мира с Москвой. В октябре 1572 чешско-польская армия была наголову разбита императорскими войсками при Зноймо. Австрийцы и венгры взяли Брно и Олмоуц, и оккупировали всю Моравию и часть Верхней Силезии, создав угрозу Кракову. В декабре 1572 был подписан мир между Москвой и ВКЛ. Согласно этому миру царь возвращал ВКЛ города, завоеванные в 1563 году – Полоцк, Озерище, Городок и Усвят. ВКЛ в свою очередь уступало Москве большую часть Киевского воеводства (удерживая за собой староства Житомир, Коростень и Овруч) и воеводство Брацлавское. Условия были взаимовыгодными. Возврат Полоцка прикрывал от вторжения центр ВКЛ, ликвидируя постоянную московскую угрозу Вильне. Москва, получая украинские земли, получала удобный плацдарм для борьбы с турками. Хотя по видимости ВКЛ уступило Москве гораздо большую территорию, нежели получило, но реально ВКЛ приобрело густозаселенные и процветающие земли с таким крупным торговым и ремесленным центром как Полоцк, тогда как отошедшие к Москве обширные территории были почти не заселены – относительно заселенные северные поветы Киевщины остались за Литвой. Левобережье Днепра было на тот момент вовсе не заселено, а на Правобережье кроме Киева стояло несколько замков, но территория, к тому же начисто опустошенная Тохтамышем во время Ливонской войны, почти не имела земледельческого населения – небольшие поселения земледельцев, ютившиеся у замков, пахали землю «наездом». Край этот, где в то время не было ни нормального крестьянства, ни поместной шляхты (все это в реале появилось там в 80ых – 90ых годах 16 века, во время организованной РП колонизации), был вотчиной вольных казаков, промышлявших там зверем, рыбой, медом и татарином. Казаки эти во главе со своим гетманом Иваном Свирговским до сих пор служившие ВКЛ, после заключения данного договора присягнули московскому государю, и почти сразу после этого двинулись в Молдавию, на помощь своему старому лидеру Дмитрию Вишневецкому.

georg: Владислав, обладая незаурядными полководческими дарованиями, и к тому же унаследовавший дипломатические способности своего отца, короля Людовика, умудрился спутать союзникам все карты. В Вильне пред лицом собравшегося в армию литовского дворянства он издает королевский привиллей, по которому литовское дворянство получает такие же права, какими обладает польская шляхта. Создан был литовский шляхетский сейм с постоянно заседающей посольской избой, и поветовые сеймики. Магнаты, ранее господствовавшие в ВКЛ, перед лицом вооруженной шляхты не осмелились возражать. Литовское дворянство как один признало Владислава великим князем. Кроме того, король сумел обезопасить и прусское направление. Под угрозой войны со всей СРИ он решил отказаться от идеи аннексии Пруссии, а заодно внести раскол в ряды немецких князей. Этой же зимой в Вильне был подписан договор между Владиславом и курфюрстом Бранденбургским, по которому Бранденбургские Гогенцоллерны получили право наследовать Пруссию после смерти Альберта Фридриха с сохранением над ней польского сюзеренитета. Дочь Альберта Фридриха Анна была выдана за наследника Бранденбурга принца Иоганна Сигизмунда. Мало того – король передал регентство в Пруссии курфюрсту, отозвав Альберта Ласского из Кенигсберга. Взамен курфюрст вступил в военный союз с Владиславом. Владислав сумел успокоить и города Западной Пруссии – польский сейм подтвердил их автономию. Когда в феврале собрался рейхстаг в Нюренберге «по Прусскому вопросу», оказалось что вопрос уже решен. Все протестантские князья, вполне удовлетворенные переходом Пруссии к Бранденбургу, провалили инициативу императора – война Польше-Чехии от имени СРИ объявлена не была. Императору пришлось вести войну только своими силами.

georg: Но силы эти были немалыми. Пусть планы императора относительно Пруссии рухнули, но блестящая победа при Зноймо и захват Моравии давали надежду на завоевание Чехии, что дало бы Габсбургам огромные выгоды, в частности – полное господство в Германии, где король Чешский как курфюрст империи являлся центром притяжения оппозиционных сил. Весной 1573 года Максимилиан во главе своей армии вторгается в Чехию и движется к Праге. Однако вскоре ему становится ясно, что никто в Чехии – ни дворянство, ни народ – не желают себе немецкого короля. Казалось воскресли времена гуситов – в Чехии развернулась подлинно народная война. Крестьяне под предводительством дворян собирались в партизанские отряды. Когда в июле 1573 года император осадил Прагу, через месяц осады оказалось, что фуражиры из-за партизан не могут собрать провиант, а коммуникации императорской армии из Австрии перерезаны чехами во главе с графом Ружомберком. После месячной осады Праги Максимилиан вынужден был снять осаду и отступить в Моравию. Меж тем Владислав, собрал в Кракове польское посполитное рушение и кварцяное войско. Продавив на сейме экстраординарные налоги, энергичный король пополняет армию наемными отрядами из Германии. Ему удается убедить и литвинов выставить войско для похода в Чехию. В августе 1573 года Владислав с польско-литовской армией движется от Кракова в Моравию и захватывает Олмоуц. На встречу ему выступает армия Максимилиана. Разыгравшееся под Олмоуцем сражение было чрезвычайно упорным и кровопролитным. Польская шляхта проявляла чудеса героизма, но стремительные конные атаки польских эскадронов раз за разом разбивались о терции венгерской пехоты. В конечном итоге обе стороны понесли большие потери и не одна не одержала решительной победы. Но Максимилиан, подсчитав потери, на другой день отвел свою потрепанную армию к Брно. И хотя император все еще удерживал половину Моравии, стало ясно, что затея с завоеванием Чехии провалилась.

georg: В это же время на востоке разыгрывалась война с Турцией. Дмитрий Вишневецкий, поняв, что император, увязший в Чехии, не сможет оказать ему помощи, обратился к царю Ивану, предлагая в обмен на военную помощь признать себя вассалом Москвы. Ранней весной Иван собирает в Киеве большую часть наличных сил под командованием Воротынского. Отдельный корпус Шереметева Доном плывет в Азов, дабы высадится в Крыму с востока. Еще один корпус под командованием молодого опричного воеводы князя Ивана Петровича Шуйского от Киева движется в Молдавию. Сам Киев лихорадочно укрепляется. Исход кампании решило то, что Хворостинину удалось удержать Перекоп, и русская армия располагала непрерывной цепочкой баз до ворот Крыма. К тому же султан двинул главные силы во главе с лучшим полководцем Порты Синан-пашой в Валахию, и не прислал в Крым больших подкреплений. По первой траве Воротынский пересекает степь и вступает в Перекоп. Туда же подтягиваются Едичкульские ногаи и отряды Больших Ногаев Исмаил-бея. Девлет-Гирей, яростно огрызаясь, отступает степью к Бахчисараю, где соединившись с турками, дает сражение. Его сторонники сражаются отчаянно, но перевес на стороне русских и ногаев. Одержав победу и разграбив город и ханский дворец, русские и ногаи продолжают преследование хана, который отходит к Кафе. Подошедшая турецкая эскадра эвакуирует остатки турецких войск и самого Девлет-Гирея. Иван осознает, что война с турками скорее всего только начинается, и что в любой момент можно ожидать нового турецкого десанта, а кроме того он почитает всех крымских татар измениками. Поэтому в начале похода он дает приказ «пленных не брать». Жуткая резня, начавшаяся в Крыму после победы Воротынского несколько веков спустя даст возможность либеральным историкам попинать Ивана за «кровавый геноцид крымско-татарского народа». Согласно приказу царя русские и ногаи начинают в Крыму «большую зачистку». Оказавшие малейшее сопротивление аилы вырезаются поголовно. Вся крымская знать, которая не убежала с Гиреем и не погибла в боях, а сдалась на милость победителя, вывозится в Россию. Крымско-татарская знать ликвидируется как класс, ее потомки вольются в состав русского дворянства. Осенью зачистка завершится выселением уцелевших татар из Крыма в Предкавказье, куда им приказано откочевать, и передачей степного Крыма едисанским ногаям, которые всей ордой переселяются в Крым. Их предводитель царевич Муртаза водворяется в Бахчисарайском дворце и получает от царя титул крымского хана. Но под его властью находится только степной Крым, где теперь кочуют едисанские ногаи. Южный берег Крыма и горный Крым до реки Качи, населенные в то время еще исключительно православными греками, аланами и готами, присоединяются непосредственно к России и образуют Кафинское наместничество, управление которым поручается Хворостинину. Перекоп так же занимается русским гарнизоном. Кочующая между Днепром и Донцом Едичкульская орда, ранее подвластная крымским ханам, отходит под прямой сюзеренитет России. Непосредственно к России присоединяются бывшие земли Едисанской орды между Днестром и Днепром с крепостью Очаков.

georg: По другому складывается ситуация в Молдавии, на которую движется 100-тысячная турецкая армия Синан-паши. За время турецкого господства в Валахии установилось олигархическое правление бояр, из которых султан назначал господаря. Богатое и могущественное боярство стало к этому времени практически неуправляемым. Дмитрий Вишневецкий, захватив Валашский трон, начал править авторитарно, опираясь на мелкое дворянство – куртян, и свою украинскую казацкую гвардию. При известии о движении турок Вишневецкий собрал молдавское войско, позвал с Украины казаков и двинулся в Валахию, не дожидаясь Шуйского. Переправы через Дунай охраняло валашское войско под предводительством боярина Еремии. Но тот, будучи тайным врагом господаря, позволил туркам перейти Дунай, а по возвращении сказал, что он опоздал и сообщил о значительно меньшей численности турок. Попытки господаря уточнить численность турок не увенчались успехом. Тогда на вопросы некоторых капитанов, насколько многочислен враг, Дмитрий ответил: "Сосчитаем их во время битвы". 10 июня 1573 г. у Рошкан началась битва между молдованами и превосходящими силами турок. В момент сигнала к атаке отряды Еремии и других валашских бояр перешли на сторону турок. Впрочем, изменникам не посчастливилось – турки поставили их в первых рядах, и мало кому удалось уцелеть после обстрела из более чем 100 пушек господаря. Три массированных атаки турок были отбиты. Молдавское войско отступило в укрепленный лагерь, расположенный на вершине горы, который турки безуспешно штурмовали в течение трех дней. Но защитники стали испытывать недостаток воды. Поверив клятве, князь явился на переговоры, где подвергся вероломному нападению турок. Отчаянно защищаясь, князь был изрублен ятаганами так, что и тело для погребения собрать не удалось. Его казацкая гвардия погибла почти поголовно, остатки молдавского войска сдались. Синан-паша занимает Бухарест и быстро вступает в Молдавию. Шуйский, не решаясь дать сражение столь превосходящей армии, отступает за Днестр. Синан-паша занимает Сучаву и сажает на трон Молдавии Петра Хромого. На этом кампания 1573 заканчивается.

sas: georg пишет: Девлет-Гирей отступает к Гезлеву, где соединившись с турками, дает сражение. Почему не к Кафе?

georg: sas пишет: очему не к Кафе? Для этого надо сдать без боя Бахчисарай.

sas: georg пишет: Для этого надо сдать без боя Бахчисарай.Неужели его можноспасти,отступая к Гезлеву? ;) Тогда пусть отступают как раз к Бахчисараю-ЕМНИП серьезных укреплений там все равно нет,а потом к Кафе.

georg: sas пишет: Неужели его можноспасти,отступая к Гезлеву? ;) Тогда пусть отступают как раз к Бахчисараю-ЕМНИП серьезных укреплений там все равно нет,а потом к Кафе. Я опирался на маршрут движения Миниха, который от Перекопа наступал к Гезлеву, а оттуда к Бахчисараю. Но вам, как крымчанину, виднее. Сечас исправлю.

sas: georg пишет: Я опирался на маршрут движения Миниха, который от Перекопа наступал к Гезлеву, а оттуда к Бахчисараю. Но вам, как крымчанину, виднее. Сечас исправлю. Тогда я чего-то не понимаю...Миних это движение как-то объяснял?И было это движение именно основных сил, а не корволанта,как в 1774-м?

georg: sas пишет: И было это движение именно основных сил, а не корволанта,как в 1774-м? "На другой день сам Миних повел главные силы (около 35 тысяч человек) [181] к городу Гезлеву, на западном побережье Крыма. Сейчас на месте Гезлева расположена Евпатория, прекрасный детский курорт с теплым морем и нежными песчаными пляжами. Задолго до времен Миниха там же стояла греческая колония Керкенетида: хороший климат и удобные бухты всегда привлекали сюда людей. Но в первой четверти XVIII века татарский Гезлев был также ведущим центром работорговли и одним из самых влиятельных, наряду с Ак-Мечетью и Бахчисараем, городов ханства. Не случайно главную мечеть Гезлева Джума Джуми строил сам Синан, великий архитектор-янычар, автор знаменитой мечети Сулеймание в Стамбуле. Захват Гезлева означал бы сильнейший удар по престижу крымского хана. " "На следующий день авангардный отряд под командованием генерал-майора Магнуса Бирона без боя вступил в город. В Гезлеве армии Миниха досталась богатая добыча: запасы пшеницы и риса, более 10 тысяч баранов и несколько сотен волов. Свинца оказалось так много, что на пули взяли только часть, а часть утопили в море. А. Байов также рассказывает, что солдаты и казаки раскопали [183] устроенные бежавшими жителями тайники и собрали множество драгоценностей, монет, парчи. «Ныне армия ни в чем недостатка не имеет, — писал Миних в Петербург, — и вся на коште неприятельском содержаться будет, что во время военных операций великим авантажем служит по пословице: Мы успели свою лошадь к неприятельским яслям привязать». " Лежит здесь То есть цель движения - захват крупной базы противника с запасами провианта.

Радуга: Тут логика другая. Для Миниха - это цель наступления (слабозащишенная база). Но для татар - это не пункт для обороны (решающий бой под Гезлевом смысла не имеет).

sas: Радуга пишет: Для Миниха - это цель наступления (слабозащишенная база). Но для татар - это не пункт для обороны (решающий бой под Гезлевом смысла не имеет). Именно,т.е. Гирей туда отступать не будет...

georg: Радуга пишет: Тут логика другая. Для Миниха - это цель наступления (слабозащишенная база). Но для татар - это не пункт для обороны (решающий бой под Гезлевом смысла не имеет). sas пишет: Именно,т.е. Гирей туда отступать не будет... Принято и исправлено.

sas: georg пишет: Принято и исправлено. С Вами приятно работать :)

georg: Свирепые расправы в Крыму вызвали возмущение в Стамбуле. Решено было продолжать войну за Крым. Новый план кампании предложил Девлет-Гирей. Согласно его проекту турецкая армия должна была из Молдавии атаковать Киев и захватить его. Превращение Киева в базу турок давало возможность не только вторгнуться прямо во внутренние густонаселенные и процветающие земли России, но и беспрепятственно захватить Крым. Девлет-Гирей предлагал послать эмиссаров в БольшуюНогайскую Орду и к Казанским татарам, подбивать тех на восстание. На следующий год планировалось вторжение турок из Киева вглубь России с одновременным захватом Крыма и поднятием восстания в Поволжье. В Москве в свою очередь осознавали степень нависшей угрозы, и угадывали направление предстоящего главного удара турок. На советах царя решено было принять меры как против возможного удара из Молдавии, так и нового вторжения в Крым. Поэтому в Крыму оставляли 10-тысячное войско во главе с Хворостининым (крейсировавший у берегов Крыма турецкий флот не давал возможности снять оттуда войска). Остальные силы решено было сосредоточить под Киевом. Шуйский докладывал, что украинские замки, расположенные на пути возможного вторжения турок – Брацлав, Винница и Белая Церковь – могут отбить нападение татар, но несомненно не могут долго устоять против правильной осады. Он рекомендовал сжечь эти крепости, эвакуировав зело немногочисленное в то время население Правобережья, и защищать Киев, где необходимо воздвигнуть дополнительные укрепления. Для предупреждения новых десантов решено было резко усилить флот на Черном море – ранее существовавшая в Азове небольшая галерная флотилия была явно недостаточна. Решено было под руководством нидерландских специалистов развернуть строительство галеонов в Воронеже. Обученные и опытные экипажи для них решено перебросить с конвойных галеонов Балтики и Белого моря, для которых срочно начинается обучение резервных экипажей. Разумеется, новопостроенный русский флот в любом случае не мог тягаться с мощнейшим турецким, но царь рассчитывал, что главные военно-морские силы турок будут оттянуты на Средиземное море союзниками. Рассчитывал небезосновательно.

georg: Царь проводил переговоры с союзниками по «Священной лиге». Основной проблемой была война императора с Польшей и Чехией. Царь предлагал императору заключить мир и выступить против турок. Максимилиан изъявил согласие, но переговоры проходили туго – Владислав требовал очистить всю Моравию, Максимилиан не соглашался. Король Испании ФилиппII изъявлял согласие двинуть свой флот против Турции. Испанское владычество в Магрибе было очень непрочным. Некое подобие веротерпимости в завоеванных африканских землях, существовавшее при Фердинанде, при его сыне Филиппе сошло на нет. Испании непосредственно принадлежало побережье Алжира (от берега до хребта Атласа) и несколько крепостей в Тунисе – города Тунис, Голета и Бизерта. Принуждаемое к крещению мусульманское население массами бежало с этих территорий, куда Филипп привлекал колонистов, частично из Испании, но главным образом из Италии. Казалось, воскресает древняя латинская Африка. Но в мусульманских областях, куда бежали мусульмане побережья, они вызвали резкий рост антииспанских настроений. Во внутреннем Алжире (между хребтами Приморского и Сахарского Атласа), от попыток контролировать который Испания отказалась еще при Фердинанде, возник эмират Кабилия, где Фердинанду удалось утвердить своего ставленника из берберийских шейхов. В 1572 этот ставленник был низвергнут, и Кабилия вступила в союз Марокканскими Саадитами. В Тунисе утвержденные у власти испанцами вассальные эмиры с трудом удерживал власть. И наконец в Триполитании испанцы контролировали лишь Триполи и еще несколько приморских крепостей, а внутри страны берберийские племена не признавали власти Испании и свободно контактировали с турками. Поэтому ФилиппII стремился всеми силами не дать турками вмешаться в дела Магриба. Наконец Венеция так же готова была принять участие в новой войне, ибо и так опасалась ее ежеминутно. По условиям предыдущего мира Албания отошла к Венеции. Венецианцы, слишком хорошо зная албанцев, и не пытались установить прямой контроль над страной, и заняли только приморские города. На территории бывших санджаков возникли вассальные по отношению к Венеции небольшие княжества во главе с местными племенными лидерами, как это было во времена Скандербега. Княжества эти управлялись самостоятельно и поставляли отличных солдат в венецианское наемное войско «страдиотов». Но в то же время албанцы, несмотря на мир между Венецией и Портой, продолжали совершать разбойничьи нападения на турецкую территорию, за что турки неоднократно грозили Венеции войной. Затянувшиеся переговоры императора с Владиславом были ускорены одним событием. В начале июня отряд чешских дворян при поддержке горожан внезапным нападением изгнал венгерский гарнизон из сильно укрепленной столицы Моравии Брно. После этого Максимилиан решил не держаться за остававшиеся под его контролем несколько городов южной Моравии и подписал в конце июня мир с Владиславом, выведя войска из Моравии и отказавшись от претензий на Чешский трон.

georg: 10июня 1574 года 150тысячная армия Синан-паши переходит Днестр. Туркам приходится двигаться по начисто опустошенной территории. Но Синан-паша, предвидя это, заранее собрал в магазинах в Молдавии значительные запасы провианта, и следующие с армией обозы обеспечивают турецкое войско всем необходимым. В конце июня турецкая армия подходит к Киеву. На тот момент расположенная на возвышенности центральная часть Киева была обнесена мощными валами с бастионами. Впрочем, это напоминало скорее не крепость, а мощный укрепленный лагерь. Воротынский занял оборону в Киеве с 30000 отборного войска. Еще 20000 во главе с Иваном Шуйским расположились за Днепром. Построенная на Брянских верфях мощная флотилия вооруженных судов должна была обеспечить контроль над Днепром. 1 июля турки начали штурм Киева. Несколько дней Синан-паша бросал свои войска на валы Киева, но успеха не имел. По Киеву велся непрерывный огонь турецкой артиллерии, не причинявший особого вреда земляным укреплениям. Кульминацией битвы стало 4 июля. В этот день паша провел три массовых штурма Киева, в которых приняли участие около 100 тысяч турецких воинов. Первый штурм длился пять часов. В разгар боя были переброшены подкрепления с той стороны Днепра. Опричные стрельцы и украинские казаки перешли в контратаку, и опрокинув турок, ворвались в их лагерь, произведя там панику. Синан-паше с трудом удалось восстановить порядок и нанести контрудар, оттеснив русских за укрепления. В этом бою погиб командовавший опричными стрельцами опричный думный дворянин Григорий Лукьянович Скуратов (прозванный Малютой). Турецкое войско возобновило бои 7 июля. Они начались с артиллерийской подготовки, затем в атаку пошли янычары. За 5 часов на укрепления Киева на разных участках было проведено 4 массированных атаки, но войска Воротынского не только отбили их, но и переходили в контратаку. К вечеру туркам удалось захватить несколько шанцев, но в сумерках они были оттуда выбиты. 11 июля турки произвели третий штурм, но с тем же успехом. Меж тем в турецком лагере стал ощущаться недостаток продовольствия – шедшие из Молдавии обозы перехватывались ногаями, которые во главе с ханом Муртазой оперировали на турецких коммуникациях.

georg: 14 июля с 10000 сипахийской конницы и большим продовольственным обозом в турецкий лагерь прибыл прославленный своей отвагой знаменитый турецкий наездник Календер-паша. Турки встретили с воодушевлением популярнейшего военачальника. Султан Селим лично направил его к Киеву, который Календер обещал захватить одним ударом. На другой день, 15 июля, Календер лично возглавил новый штурм, но уже через 2 часа янычары отступили, унося с собой тело героически погибшего Календер-паши. Запасы, привезенные Календером, были быстро исчерпаны, и снова начал ощущаться недостаток провианта. 25 июля Синан-паша произвел новый штурм, но безуспешно. Запасы продовольствия подошли к концу. Через 2 дня Синан-паша получил известие, что отряды, выделенные для конвоирования обозов, разгромлены ханом Муртазой, и снабжение турецкой армии из магазинов Молдавии прервано. 28 июля ураганным артиллерийским обстрелом начался новый штурм, в который Синан-паша бросил все, что мог . Турецкие потери в этом штурме были наибольшими за всю кампанию. Воротынский перебросил все остававшиеся резервы с той стороны Днепра. Итогом штурма было не только поражение турок на всех направлениях. Войска Воротынского перешли в контратаку и отбросили турок в их лагерь.

georg: Наутро паша отдал приказ об отступлении. Но есть было больше нечего. Турки резали тягловый скот и коней, бросали пушки и снаряжение. Синан-паша уже фактически не контролировал свою разлагающуюся армию. Несколько тысяч сипахи в поисках продовольствия самовольно вторглись на Волынь. Но предусмотрительный Владислав сосредоточил там литовское войско, которое во главе с Острожским атаковало турок, и мало кому удалось спастись. Русская и ногайская конница по пятам преследовала турок, нанося непрерывные удары. Сам Воротынский с главными силами следовал поодаль, не пытаясь навязать туркам сражение. В середине августа турецкая армия перешла Днестр, и двинулась к Яссам, где находились главные провиантские магазины. Но здесь турок ожидал последний сюрприз – подойдя к Пруту, они обнаружили на другом берегу построенную в боевые порядки венгерскую армию, во главе которой стоял недавно назначенный Максимилианом воевода Трансильвании граф Иштван Батори (Стефан Баторий).

sas: georg пишет: они обнаружили на другом берегу построенную в боевые порядки венгерскую армию, во главе которой стоял недавно назначенный Максимилианом воевода Трансильвании граф Иштван Батори (Стефан Баторий). Неужели у турок тыл был совсем голый? Уж больно это похоже на рояль в кустах...

Han Solo: sas пишет: Неужели у турок тыл был совсем голый? Судя по тому, сколько они сил бросили на взятие Киева (190 тысяч это даже для ОИ большой напряг), вполне м.б.

georg: sas пишет: Неужели у турок тыл был совсем голый? Уж больно это похоже на рояль в кустах.. Han Solo пишет: Судя по тому, сколько они сил бросили на взятие Киева (190 тысяч это даже для ОИ большой напряг), вполне м.б. Данные о численности списаны с Хотинской войны султана Османа с РП. Что касается тыла - его в данном случае очень сложно прикрыть. Венграм нужно только спустится с Карпат - и они уже почти в Яссах. Замочить оставленные там части для Батория труда не представит. По поводу 180 тысяч - очепятка, хотел написать 150. Исправлено. На Киев было брошено столько сил по причинам эмоциональным - резня в Крыму возмутила всех мусульман, улемы и народ потребовали беспощадного газавата против России.

Han Solo: georg пишет: На Киев было брошено столько сил по причинам эмоциональным Но вообще да - эмоции эмоциями, а бросить на верную погибель все наличные войска никакие улемы не убедят (ИМХО)

georg: Накапливаю критику (можно вносить предложения по сценарию).

Han Solo: И, кстати, неужто РП при таком раскладе останется в стороне? На их месте я бы помог туркам :) (Более общий вопрос) Какова судьба Черногории? Она получила независимость?

georg: Han Solo пишет: И, кстати, неужто РП при таком раскладе останется в стороне? На их месте я бы помог туркам :) а) она только что вылезла из войны с АВИ. б) Ей нет никакой радости в том, что турки закрепятся в Киеве - РП это может выйти боком, что там понимают. Han Solo пишет: Какова судьба Черногории? Она получила независимость? Пока нет. Вассальное Венгрии княжество Петровичей находится в РИ границах княжества Карагеоргия и первых Обреновичей. Но в эту войну планируется освобождение всех сербских земель (у нас в Москве сидит сербское лобби в лице супруги наследника-цесаревича). По поводу вышеописанной кампании. Иной возможности ударить по России у Турции нет (новый десант в Крыму бесперспективен, так как русские могут в любой момент снова выгнать оттуда турок). Турецкий план действий более глобален - захват Киева даст возможность вторжения внутрь России, а это побудит к восстанию казанских татар и черемисов, и к выступлению против России Больших Ногаев. В реале царь выставлял на поля в начале Ливонской войны 50000, не более. Здесь численность русской армии примерно такая же, только выучка лучше. С прибавкой регулярных и нерегулярных союзников - войск Ливонского ордена, служилых ногаев и казаков тысяч 60 наберется. Минус 10000 Хворостинина в Крыму - и того у Воротынского 50 тысяч. Туркам нет смысла посылать на Киев армию, не обладающую подавляющим численным превосходством. Или двинуть явно превосходящие силы, или отказаться от идеи покарать неверных. Итак, прошу помощи клуба - сколько войск турки могли двинуть на Киев?

Han Solo: georg пишет: Ей нет никакой радости в том, что турки закрепятся в Киеве - РП это может выйти боком, что там понимают. А ударить в спину уже ПОСЛЕ неудачного штурма Киева? georg пишет: Пока нет. Стоп. В начале XVI века Черногорией правит последний из Црноевичей, Станиша. Он обратился в ислам, но при определенных раскладах (каковые есть в данной альтернативе) запросто может выступить против турок. После 1516 года вся власть передана владыкам, в горах турецкие законы не действуют вообще, а время от времени черногорцы и вовсе выбивают турок с территории страны. Так что если ОИ ослабнет, что черногорцы получат независимость на 150 лет раньше.

georg: Han Solo пишет: Так что если ОИ ослабнет, что черногорцы получат независимость на 150 лет раньше. Так ослабла недавно, в 1550ых. Здесь Зета войдет в государство Петровичей. Han Solo пишет: А ударить в спину уже ПОСЛЕ неудачного штурма Киева? Есть ньюанс - власть короля в Польше не абсолютна, налоги вотирует сейм (никаких постоянных государственых налогов не собирается, только экстраординарные по решению сейма). ИМХО за три года шляхта уже навоевалась (и наплатилась военных налогов). Если бы король и захотел нарушить мир, сейм его не поддержит, как не поддержал в реале Батория, когда тот предлагал возобновить войну с Москвой в 1585-86.

Han Solo: georg пишет: налоги вотирует сейм Т.е. в этом мире тоже будет "нихиль нови"?

georg: Han Solo пишет: Т.е. в этом мире тоже будет "нихиль нови"? Со временем пожалуй да.

georg: Размышления по поводу Киевского похода. Армия, принявшая участие в походе насчитывает 150 тысяч, с корпусом Календер-паши 160. Часть войск Синан оставляет в Молдавии, часть в качестве гарнизонов в восстанавливаемых турками замках Брацлава и Винницы (восстановить не успели) и для прикрытия комуникаций. В осаде Киева реально участвует 120 тысяч (с Календером 130). Комуникации маленько растянуты, но снабжали же как-то турки свою армию в Чигиринском походе в начисто опустошенной Руйной Правобережной Украине. Для Батория не составит большого труда разгромить турецкий корпус в Молдавии, особенно учитывая внезапность нападения.

sas: georg пишет: но снабжали же как-то турки свою армию в Чигиринском походе в начисто опустошенной А там Крым-то турецкий. georg пишет: Для Батория не составит большого труда разгромить турецкий корпус в Молдавии, особенно учитывая внезапность нападения. И что, никто до Киевских войск не добежал? И гарнизоны поближе с Молдавией ничего не узнали?

georg: sas пишет: А там Крым-то турецкий. sas пишет: И что, никто до Киевских войск не добежал? И гарнизоны поближе с Молдавией ничего не узнали? Приношу покаяние - я преднамеренно не продумывал данную кампанию, в расчете вызвать полет табуреток. А то я стал чувствовать себя уж больно одиноким в этой теме. Спасибо за критику. Новый вариант постараюсь выложить вечером.

Олег Невещий: Неясно, Владислав избран князем ВКЛ или нет?

georg: Олег Невещий пишет: Неясно, Владислав избран князем ВКЛ или нет? См. выше. georg пишет: Владислав, обладая незаурядными полководческими дарованиями, и к тому же унаследовавший дипломатические способности своего отца, короля Людовика, умудрился спутать союзникам все карты. В Вильне пред лицом собравшегося в армию литовского дворянства он издает королевский привиллей, по которому литовское дворянство получает такие же права, какими обладает польская шляхта. Создан был литовский шляхетский сейм с постоянно заседающей посольской избой, и поветовые сеймики. Магнаты, ранее господствовавшие в ВКЛ, перед лицом вооруженной шляхты не осмелились возражать. Литовское дворянство как один признало Владислава великим князем.

Mukhin: Блестяще! Я в восхищении!!! С особым удовольствем прочёл экскурс про влияние Ливонской войны на складывание крепостного права. А нельзя ли весь таймлайн где-либо выложить единым файлом? В порядке бредового предложения - а не получится, использовав хорошие отношения с Испанией и Нидерландами (и те, и другие имеют заокеанские владения), пораньше распространить на Руси картошку? Эффект, полагаю, будет сногсшибательный.

georg: Mukhin пишет: А нельзя ли весь таймлайн где-либо выложить единым файлом? Наведу порядок - выложу на Самиздат. Mukhin пишет: а не получится, использовав хорошие отношения с Испанией и Нидерландами (и те, и другие имеют заокеанские владения), пораньше распространить на Руси картошку? Учитывая поездки русских в Нидерланды - пожалуй получится. Подумаю.

georg: Вношу исправления в таймлайн. Сначала по численности. Наиболее крупная полевая армия, выставленная Россией в реале во время Ливонской войны, отмечена в разрядах в походе Грозного на Полоцк в 1563 – 45000. От этой цифры и пляшем. Ногаи остаются для атак на коммуникации турок. 45000 плюс вспомогательный немецкий корпус из Ливонии (3000) плюс украинские казаки, понесшие большие потери в Молдавии с Вишневецким, минус 10тысячный корпус Хворостинина в Крыму – итого у Воротынского под Киевом наберется 40000 – 20 в Киеве и 20 в резерве за Днепром (за время боев они сменяют друг друга). Все события осады Киева вплоть до отступления турок остаются как раньше. Турки отступают в Молдавию к своим магазинам, где располагаются на отдых. Что касается турок, то возьмем за основу поход Сулеймана в Венгрию и битву при Мохаче – 100 тысяч воинов и 300 пушек. Столько же в сумме и пошлем на Киев. Более кардинальное изменение – Австро-Венгрия вовсе не вступит в войну. Мир с Польшей не заключен, война в Моравии продолжается.

georg: Итак, как упоминалось выше, летом 1574 года отряд чешских дворян с помощью восставших горожан изгнал венгерский гарнизон из столицы Моравии Брно. Через неделю к городу подошла императорская армия во главе с Трансильванским воеводой Иштваном Батори, который два года назад разгромил чехов и поляков при Зноймо и завоевал Моравию. Всем было ясно, что город, защищаемый только вооруженными горожанами и отрядом дворян, долго не устоит. Король Владислав уже шел ему на помощь и был на подходе. Баторий двинулся ему навстречу. Обе армии сошлись у местечка Трешбич. Построение было классическим – пехота в центре, кавалерия на флангах. После артиллерийской дуэли и перестрелки мушкетеров пехота сошлась в бою, и вскоре лучше подготовленные венгерские пикинеры, построенные в несколько терциевых колонн, начали теснить чехов. Но на правом фланге Владислав, создав мощный кулак из тяжелой кавалерии, опрокинул венгров. Баторий двинул против него свой кавалерийский резерв, навстречу которому Владислав лично повел польских крылатых гусар. Произошел один из самых грандиозных боев этой войны, позднее овеянный легендами – лобовое столкновение масс тяжелых кавалеристов, атаковавших друг друга на быстрых аллюрах. После копейного удара поляки и венгры взялись за палаши и кончары, и началась отчаянная рубка. Исход боя решили литовские татары – липеки. Они сумели опрокинуть венгерские легкоконные отряды прикрытия и атаковать венгерских панцирных гусар во фланг, что позволило польским гусарам их опрокинуть. Одержав победу, поляки атаковали во фланг ближайшую пехотную терцию, и буквально изрубили ее. Но здесь сказалась великолепная выучка имперской пехоты. Остальные пехотные колонны сумели перестроится и отразить атаку, отступив с поля боя в порядке. Но все же это было поражение. Наутро Баторий отступил к Зноймо. Два дня спустя Владислав, встречаемый ликующими горожанами, вступил в свой добрый город Брно.

georg: Иллюстрация к теме - король Владислав (на переднем плане) лично ведет своих гусар в атаку в битве при Трешбиче .

Han Solo: Кстати, а какова политика Дании и Швеции в указанный период? И что с Англией, есть какие-то изменения?

georg: Han Solo пишет: Кстати, а какова политика Дании и Швеции в указанный период? Швеция вынесена в Ливонской войне коалицией Москвы, Дании и империи. Далее ИМХО ЭрикомXIV все будет как в реале. На трон в 1568 взойдет ЮханIII, герцог Финляндии. Дания и Англия без отличий от реала, Франция тоже.

Скальд: А как поживает Папа? И кстати быть может Чезаре Борджиа удасться создать, а главное удержать свое герцогство. В этой АИ шансов то больше, чем в реале И какова ситуация в обеих Америках?

georg: Скальд пишет: А как поживает Папа? Григорий XIII как в реале. Скальд пишет: И кстати быть может Чезаре Борджиа удасться создать, а главное удержать свое герцогство. В этой АИ шансов то больше, чем в реале Чем же? Максимилиан не станет его поддерживать. Чезаре сгубила преждевременная смерть отца и избрание Юлия папой. Скальд пишет: И какова ситуация в обеих Америках? Основное отличие - Нидерландские колонии в Гвиане, на северном побережье Бразилии (до Пернамбуку) и Малых Антильских Островах (Кюрасао). Испанские владения и португальская Бразилия (большая часть) как в реале. На Атлантическом побережье Северной Америки еще никто особо не обосновался (позже будут как в реале английские и нидерландские колонии).

Читатель: georg пишет: у местечка Трешбич. Может городок Тршебич имеется в виду, что в Южноморавском крае? Знавал одного моравака, который там живет...

Скальд: georg пишет: Основное отличие - Нидерландские колонии в Гвиане, на северном побережье Бразилии (до Пернамбуку) и Малых Антильских Островах (Кюрасао). Просто учитывая активное проникновение испанцев в Северную Африку, которая не менее богата, чем далекая Америка и намного ближе к метрополии, может получится так что благородные идльго большей частью окажутся занятыми. Конкистадорские походы в легендарный Сонгай и Мали, поиски сахарского Эльдорадо. Конечно Мексика и Карибское море колонизируют. Вот только вопрос походов Писарро (там же многое зависело от удасчного стечения обстоятельств, которых может и не быть) встает под сомнение

georg: Скальд пишет: Просто учитывая активное проникновение испанцев в Северную Африку, которая не менее богата, чем далекая Америка и намного ближе к метрополии, может получится так что благородные идльго большей частью окажутся занятыми. Конкистадорские походы в легендарный Сонгай и Мали, поиски сахарского Эльдорадо. Конечно Мексика и Карибское море колонизируют. Вот только вопрос походов Писарро (там же многое зависело от удасчного стечения обстоятельств, которых может и не быть) встает под сомнение Дело в том, что хронологически поход Писарро произошел до начала активного наступления Фердинанда на Алжир в данной АИ. Так что в Перу и Чили реал. По поводу проникновения в Африку - Испания целиком завоевала только побережье Алжира до Атласа, и подчинила Тунис. Алжирское плато постоянно ускользает из под контроля, на побережье Триполитании только опорные пункты. Имея перед собой пояс враждебных береберов на юг особо не проникнешь. Что касается Сонгая - Атлантическое побережье Африки, начиная от Сеуты, как и в реале окучивают португальцы (согласно утвержденному Святым Престолом соглашению между Испанией и Португалией). А они даже Конго не смогли удержать под контролем (да и не особо стремились лезть вглубь материка, предпочитая во всех своих колониях точечную окупацию опорных пунктов на побережье).

Sergey-M: georg пишет: да и не особо стремились лезть вглубь материка, предпочитая во всех своих колониях точечную окупацию опорных пунктов на побережье). так ниасилят потому что. в стране ЕМНИП всего около 1 млн населения.

georg: Продолжим. После поражения при Трешбиче и потери Брно у императора оставалось в Моравии только несколько городков на австрийской границе. Было ясно, что война проиграна. Тем не менее начавшиеся переговоры, перемежаемые вооруженными стычкам, продлились до зимы. В конце января 1575 был заключен наконец мир, согласно которому император Максимилиан отказался от претензий на чешскую корону и вывел войска из Моравии. Меж тем турецкая армия, отступившая в Молдавию, приходила в себя и отъедалась. Огромные потери в живой силе и артиллерии (много пушек было брошено при отступлении) не давали возможности и думать о возобновлении военных действий. Воротынский в свою очередь не пытался напасть на турок в Молдавии, но наоборот отошел обратно к Киеву. Его встревожили вести о «втором фронте».

georg: Вторжение турок на Украину было только частью плана Девлет-Гирея. Второй удар он намеревался нанести в Поволжье и Предкавказье. Его эмиссары установили контакты с Большой и Малой Ногайскими Ордами. На тот момент там накопилось немало недовольства политикой России. В Адыгее господствовал в то время князь Темрюк (Темир-Гука). Во время войны с Крымом в 1550ых он, как говорилось выше, захватил Тамань. Владение богатым торговым городом дало Темрюку возможность доминировать во всей Адыгее – располагая средствами, он содержал сильнейшую военную свиту, привлекая удзеней к себе на службу. В 1561 Темрюк выдал свою дочь Кученей (в крещении Марию Темрюковну) за Ивана Васильевича. И хотя она умерла в 1569, но сын Темрюка князь Михаил Темрюкович Черкасский оставался влиятельным вельможей при опричном дворе царя. В постоянно возникающих конфликтах адыгов с Малой Ногайской (Кубанской) ордой из-за пастбищ по Кубани Москва неизбежно поддерживала Темрюка, благодаря чему Малые Ногаи заняли теперь враждебную России позицию. После завоевания Крыма в 1573 те аилы крымских татар, которые покорились, были выселены из Крыма за Дон, где им были отведены кочевья по рекам Маныч и Сал. Изгнанники быстро столковались с Малыми Ногаями. За Волгой против России выступил улубей Большой Ногайской Орды Урус. Причиной было построение на Ногайской стороне Волги крепости Самара. Урус потребовал срыть ее, и получив отказ, попытался взять крепость, но был отбит. Поcле этого Урус договорился с Девлет-Гиреем о союзе. Наконец недовольство накопилось и в завоеванном Казанском крае, где союзники надеялись поднять восстание. После начала осады Киева Девлет-Гирей с трехтысячным отрядом из Абхазии переходит через Кавказ в земли Карачаев (которые, враждуя с Адыгами, вступили с ним в союз) и долиной Кубани проходит к берегам Азовского моря. Малая Ногайская орда провозглашает его ханом, крымские татары-изгнанники радостно примыкают к своему природному хану. В то же время Урус с Ногаями вторгается в Казанский край и призывает татар к восстанию, которое вскоре и вспыхивает. Хворостинин, получив известия о походе Девлет-Гирея, переправляет большую часть своего войска через Керченский пролив, оставив гарнизоны в крымских крепостях. В Тамани он соединяется с Темрюком, собравшим свое войско. На Кубани несколько дней подряд длится с перерывами сражение в степи. На третий день подходят из Раздоров донские казаки во главе с атаманом Михаилом Черкашениным. После этого явный перевес оказывается у Хворостинина, и Девлет-Гирей терпит разгром, отступив в Прикумье. Вскоре приходит известие о поражении турок под Киевом, окончательно разбившее надежды бывшего хана. Малые Ногаи заключают мирный договор с русскими и Темрюком. Крымские же татары во главе с Девлет-Гиреем с семьями и стадами уходят на юг, и совершив трудный переход через перевалы Большого Кавказа, уходят в турецкие владения, где султан расселяет их в Месопотамии. В сентябре волжские казаки удалым набегом захватывают столицу Уруса Сарайчик и подвергают его разграблению. В то же время московская дипломатия натравливает на Уруса других ногайских беев, и ему становится не до Казани. А с наступлением зимы сильная московская рать во главе с бывшим Касимовским ханом Симеоном Бекбулатовичем приступает к наведению порядка в Казанском крае.

georg: Зимой, после заключения мира между Владиславом и Максимилианом туркам становится ясно, что в случае продолжения войны Австро-Венгрия выступит в союзе с Россией, что повлечет вступление в войну всех партнеров по Священной лиге. Впрочем, Максимилиан, только что вышедший из тяжелой войны, не горел желанием атаковать турок, и рекомендовал царю заключить мир на приемлемых условиях. Царь так же не стремился продолжать войну – необходимо было закрепить Крым, а строительство крепостей и флота потребовало больших средств. В марте были начаты переговоры, которые от имени царя проводил в Кафе Афанасий Нагой. В мае был подписан мир. Турция признала Крым безусловным владением России. Со своей стороны Россия признавала молдавским господарем турецкого ставленника Петра Шпекула, и соглашалась с восстановлением турецкого сюзеренитета над Молдавией, но с условием не держать в Молдавии турецких крепостей и гарнизонов. Таким образом, каждая из сторон могла почитать себя в выигрыше – Россия прочно закрепила за собой ранее полунезависимый Крым, а Турция вернула под свою власть Молдавию. В выигрыше почитал себя и его величество ВладиславIV, отстоявший рубежи Чешского королевства на западе, а на востоке прибавивший к Польской и Чешской коронам еще и Литовскую, создав великую славянскую державу, которую позднейшие историки назовут Ягеллонской федерацией. Единственным проигравшим остался император МаксимилианII, которому не удалось осуществить свои планы ни в Пруссии, ни в Чехии.

georg: В 1572 году умирает престарелый Алексей Басманов. К этому времени нет в живых уже и Василия Захарьина. Афанасий Вяземский, занимавший в опричнине положение министра финансов, проворовался (как и в РИ). В 1573 году следует громкий судебный процесс о расхищении доходов опричной казны и сокрытии доходов «Персидской компании». Афанасий Вяземский был посажен в заточение в Нижнем Новгороде, где и умер в тюрьме. В опалу попадают и прочие участники – Федор Басманов, князь Тулупов, Григорий Колтовский, а так же голов и имущества лишаются несколько дьяков Счетного приказа и двое «гостей» - пайщиков компании, управлявших ею на тот момент. Благодаря этому процессу на передний план выходит второе поколение опричных деятелей. На короткое время главой опричной думы становится князь Иван Андреевич Шуйский. Князь вскоре умер, но в опричных чинах остались его сыновья – Василий и Дмитрий Шуйские. Главными деятелями опричного двора становятся Богдан Бельский, Афанасий Нагой и Борис Годунов. Богдан Бельский был племянником покойного царского любимца Малюты Скуратова и участвовал в Киевской битве. С 1575 он назначается командиром московского стрелецкого корпуса. Афанасий Нагой – потомок тверских бояр – выделился на дипломатическом поприще, был долгое время эмиссаром царя в Крыму при Тохтамыше, заключал торговый договор с Ираном и Кафинский мир с Турцией. После смерти Висковатого становится главным советником царя по иностранным делам и курирует посольский приказ (фактически изъятый таким образом из-под юрисдикции Боярской думы), которым заведует думный дьяк Андрей Щелкалов. Борис Годунов выдвигается изначально благодаря дяде – Дмитрию Годунову, занимавшему при царе ответственный пост постельничего, каковому подчинялись спальники – личная охрана царя. В 1576 году, женив 18-летнего Федора на Ирине Годуновой, царь назначает Бориса на должность Ростовского дворецкого, управляющего уделом Федора. На этом посту Борис быстро проявляет свои административные способности. Земской Думой руководят князь Иван Мстиславский – первосоветник, Никита Романович Захарьин и глава приказа Большой Казны Андрей Головин. В 1576 в возвращенном ему за Киевскую победу Новосиле умирает Воротынский – последний военачальник школы Глинского. На первое место в армии выдвигаются молодые воеводы – князья Иван Шуйский и Иван Хворостинин. С появлением в Москве Анны Стефановны к московскому двору проникают западные развлечения. Для Анны домом была не неприступная крепость Смедерево на Дунае, где ее отец, окруженный грубыми и воинственными «юнаками», жил в состоянии постоянной боевой готовности, а блестящий двор ее дяди Максимилиана в Вене, при котором она была воспитана. Сербская княжна привезла с собой итальянских музыкантов, и даже театральную труппу, у которой быстро нашлись русские ученики – в Московской академии с легкой руки преподавателей, довершавших образование в Англии, возникала школьная драма. Из стен академии выходят первые доморощенные рифмоплеты. Впрочем, первый грядущий русский знаменитый поэт еще только родился, это сын доблестного воеводы Ивана Хворостинина Иван Иванович.

georg: В 1576 году после долгого и богатого событиями правления скончался персидский шах Тахмасп. Отношения с России с Ираном в конце его правления несколько испортились – несмотря на призывы царя шах не начал войны с Турцией в 1573. Мало того, Тахмасп воспользовался этой войной для окончательного подчинения Грузии. В 1573 году кызылбаши вновь вторглись в Картли. Во время сражения при Парцхиси царь Симон со своим немногочисленным отрядом отделился от основного войска. Кызылбаши уничтожили царский отряд, а Симона захватили в плен и отправили в Иран. Шах Тахмасп попытался обратить царя в мусульманскую веру, но безуспешно. Тогда шах заточил его в Аламутскую крепость. Шах назначил правителем Тбилиси и Квемо Картли принявшего ислам брата Симона Дауд-хана. Затем шах обратился против мятежных ханов Золдакаров, и разгромил их, отняв у них Керман и оставив один Фарс. Смерть шаха привела к попытке реванша тюркской знати. При поддержке кызылбашской знати на троне утвердился сын Тахмаспа Исмаил II (1576-1577). Однако вскоре он обрушил репрессии на головы знати и был убит в результате придворного заговора. На трон кызылбашскими ханами был возведен его брат - почти слепой, безвольный и слабохарактерный шах Мухаммед Худабенде. Ситуацией решили воспользоваться султан Турции МурадIII и его великий визирь Мухаммед Соколли. В 1579 году турки нарушили Амасийский договор. В том же году в Чилдырской битве они разгромили кызылбашей и взяли Ереван и Нахичеван. Одновременно турки со стороны Самцхе вошли в Картли. Лала-Мустафа паша взял город Тбилиси и оккупировал Картли. В 1580 году турки захватили Гянджу и весь Карабах. После нападения турок на Иран царь позлорадствовал, и не удержался от вручения персидскому послу язвительного письма в своем неповторимом стиле. Но после захвата турками Гянджи шутить ему расхотелось. Прорыв турок на берега Каспийского моря грозил пресечением «Великого Шелкового пути» и огромными убытками. Царь приказал сосредоточить в Астрахани значительное войско и усилить флотилию. Астраханским наместником был назначен Иван Хворостинин.

georg: Меж тем в Иране при шахском дворе и в народе поражения кызылбашских военачальников и их безалаберное правление вызывают недовольство. В Казвине захватывает власть группа военачальников и визирей, отстаивающая идею сильной шахской власти. Фактическим правителем страны вместо слабовольного шаха становится его умная и энергичная жена Хейр ан-Ниса-бегим по прозвищу Махди Улья (высокая колыбель). Главнокомандующим назначен ее сын – молодой талантливый военачальник царевич Хамза-мирза. В начале 1581 года Хамза-мирза наносит поражение туркам под Хоем и отвоевывает Карабах и Нахичеван. Но знать не смирилась. На востоке вспыхиват мятеж. Еще в 1579 Шах Мухаммед Худабенде утвердил правителем Герата и воспитателем своего сына Аббаса-мирзы, наместника Хорасана, Алигулу-хана Шамлу. Теперь Алигулу-хан Шамлу, в союзе с Муршид-Гулу-ханом Устаджлу, отказываются подчиняться центральному правительству, находящемуся в Казвине и выбирают Алигулу-хана Шамлу своим лидером - "Ханлар ханы" (хан ханов). В ответ на это в Казвине эмиры - сторонники шаха казнят отца Алигулу-хана и других представителей фамилии Шамлу, к которой он принадлежит. После этого, в 1581 году, хорасанские эмиры объявляют принца Аббаса шахом. Между предводителями фамилий Шамлу и Устаджлу в Хорасане вспыхивает борьба, победителем в которой выходит Муршид-Гулу-хан Устаджлу. Хорасан фактически отпадает от Ирана. В это время в Казвине правит Хамза-мирза, с переменным успехом отбивающий нападения османских турок. Россия от вступления в войну пока воздерживается – незакончено поглощающее огромные средства строительство линии крепостей по Южному Бугу, гаваней в Крыму и военного флота на Черном море – но поставляет в Иран оружие и металлы. Казалось, военное счастье склоняется к персам. В 1582 Хамза-мирза берет Гянджу. Одновременно в Грузию возвращается освобожденный Хамзой царь Симон и поднимает там восстание. В ответ турки прислали в Картли 20-тысячное войско. Проводником в нем был принявший ислам князь Самцхе атабаг Мустафа (Манучар). Симон нанес туркам жестокое поражение у Мухрани и обратил их в бегство. Турецкие военачальники всю вину свалили на Манучара, и, обвинив его в предательстве, решили захватить его в плен. Однако Манучару и его сторонникам удалось вырваться из турецкого лагеря. Манучар вновь принял христианство и поднял в Самцхе восстание в тылу у Османов.

georg: Тогда на восток во главе всех наличных сил направляется сам великий визирь. В 1584 году он наносит сокрушительное поражение персам, снова берет Гянджу, занимает Нахичеван и Карабах. Вновь покорено Картли, царь Симон через Дарьял уходит в русские владения на Тереке. В этой тревожной ситуации, когда персидская торговля снова оказывается под угрозой, царь Иван дает приказ Хворостинину весной 1584 сосредоточить войска на на Тереке. Принципиальное решение о войне с турками принято. 18 марта 1584 скончался царь Иван Васильевич, и на трон вступил Иван Иванович. Новый царь первым делом распорядился о направлении подкреплений в Астрахань. Одновременно царь зондирует почву в Вене относительно союза против турок. Но известия оттуда неутешительны.

georg: Еще в 1576 году скончался в Вене император МаксимилианII и на трон вступил его сын РудольфII. Он родился в 1552 году и первые годы своей юности, с одиннадцати до восемнадцати лет, он провёл при испанском дворе в Мадриде. Здесь он получил хорошее образование и превратился в преданного служителя католической церкви. Обязанности правителя полностью свалились на голову 24-летнего Рудольфа II после смерти его отца Максмилиана. Рудольф, привыкший к спокойной, беззаботной жизни в Мадриде, внезапно должен был решать политические, экономические, религиозные вопросы, а также проблемы внутри семьи, то есть непрерывные споры и интриги, возникающие среди представителей габсбургской династии. Вдобавок ко всему, душевная болезнь, которая раньше только время от времени припоминала о своём существовании, в 1580 году вспыхнула у Рудольфа в полной силе. Рудольф страдал бессонницей, отсутствием аппетита, повышенной утомляемостью, его мучили депрессии. Только сейчас, опираясь на знания современной психиатрии, можно сказать, что у императора начинал развиваться маниодепрессивный психоз или даже шизофрения. У руля империи встает венгерская знать во главе с прославленным полководцем Трансильванским воеводой Иштваном Батори. Перманентно тлеющий конфликт с Венецией из-за Градишки подогревается венграми, и в 1585 перерастает в войну. Армия Батория переходит Альпы и вторгается в цветущие земли Венеции. Война окончится в следующем году признанием Градишки безусловно габсбургским владением. Но в 1585 году известие, что державы, которые надеялись склонить к союзу против турок, передрались между собой, произвело в Москве гнетущее впечатление.

georg: В 1585 Лала-Мутафа паша вступает в переговоры с ширванской знатью, обещая ей восстановить независимое государство Ширваншахов. Для Хамзы восстание у него в тылу в Ширване явилось страшным ударом. Лишенный тыла и снабжения, он вынужден был отступать за Аракс. На переправе персидская армия была настигнута турками. Хамза вынужден был принять бой в крайне невыгодных условиях, и был наголову разгромлен, потеряв большую часть войск. Хворостинин весной выступил от Терека на юг, но был задержан шамхалом Тарковским, который уже признал себя вассалом Порты. Пришлось принять бой с кумыками, а затем брать Тарки штурмом. Поэтому когда Хворостинин подошел к Дербенту, он узнал, что Ширван взбунтовался, что Хамза разбит и Шемаха, Шеки и Баку заняты турками. Хан Дербента впустил союзников в город. После этого Хворостинин занял также Кубу, и через 2 дня вступил в Низабат, взяв под охрану факторию и склады Персидской компании. Эти успехи отнюдь не радовали воеводу, ибо вести со всех сторон шли одна хуже другой. Выступая на юг, он выделил отряд картлийскому царю Симону, который двинулся с ним в Картли. Хворостинин рассчитывал, что меж тем как он соединится с Хамзой, Симон откроет военные действия в тылу у турок. Симон взял Гори и попытался выбить турецкий гарнизон из Тбилиси, но разбивший к этому времени Хамзу визирь выделил в Карли значительное войско. Симон принял бой у села Парцхиси, был разгромлен и взят в плен. Наихудшие новости идут с юга. Поражение Хамзы придало смелости кызылбашским ханам, которые решились покончить с ненавистной им властью женщины. Эмиры организуют заговор, убивают Махди Улья и ее мать в дворцовом гареме, и вновь становятся полновластными хозяевами страны. Хамза-мирза, узнав в Тебризе об убийстве матери и бабушки, разворачивает остатки своих войск на Казвин. Но недовольные политикой Хамза-мирзы кызылбашские военачальники убивают и его, подослав для этого к спящему принцу его брадобрея - армянина из Хоя. После этого центральная власть в стране падает, и в Иране начинается страшный бардак. Турки беспрепятственно захватывают Тебриз, разрушают городские дворцы, мечети и жилые дома, устраивают страшную резню. Тебриз из цветущего и не имеющего равных на Ближнем Востоке города превращается в мертвый город. На юге золдакарские ханы, вновь овладев Керманом и Фарсом, практически отпадают от Ирана. А в Казвине кызылбашские военачальники ожесточенно режутся за власть.

Леший: georg пишет: Поэтому когда Хворостинин подошел к Дербенту Вопрос о тылах. Каков русский Каспийский флот, без которого о "броске на юг" нечего и думать?

georg: Леший пишет: Вопрос о тылах. Каков русский Каспийский флот, без которого о "броске на юг" нечего и думать? На начало событий в Астрахани имелся галион "Орел" и несколько галер (выстроенные на средства Персидской компании), остальные суда - традиционные бусы и струги. После начала войны, опасаясь прорыва турок к Каспию, Иван Васильевич приказал построить в Нижнем Новгороде еще 2 галиона и 10 галер, а так же дополнительное количество традиционнных судов, должных обеспечить транспортную поддержку. В реале в царствоване Федора Ивановича Хворостинин разбил шамхала и взял Тарки. Флотилия (если она у него была) очевидно была традиционной. Но здесь действительно без военных кораблей не обойтись - турки, овладев Баку, в реале немедленнно начали строить там корабли.

georg: Разрабатывая план кампании на 1586 год, в Стамбуле считали, что с Ираном можно уже не считаться, а корпус Хворостинина относительно незначителен. Поэтому большую часть наличных сил, оттянув их с Кавказа, сосредотачивали на Дунае, для отражения ожидаемого русского похода в Молдавию. Лала-Мустафа получил приказ заняться русскими на Кавказе и вытеснить их за Дербент. В мае 1586 года русская армия во главе с Иваном Шуйским переходит Днестр. Войско его идет через опустошенные турками Кодры. Господарь Петр Шпекул покидает Яссы, вывезя все припасы. Шуйский занимает Яссы, но на этом его успехи оканчиваются. Русское войско страдает от недостатка припасов, чрезвычайно утомлено страшной жарой, стоявшей в Молдавии этим летом, и начались болезни. В то же время Синан-паша форсирует Дунай у Килии, и через Бесарабию движется на север. Шуйский под угрозой охвата оставил Яссы и отошел обратно в Кодры. В сентябре Шуйский вынужден был отойти обратно за Днестр с усталой, голодной и больной армией. На море царь дает приказ уклонятся от морского сражения – русская эскадра на Черном море все еще значительно слабее турецкого флота. Но украинские казаки по своему почину предпринимают морской набег на Варну, которая взята и разграблена. Уклонившись от встречи с турками казаки благополучно возвращаются в устье Днепра.

georg: Совершенно неожиданный для турок оборот принимают события на Кавказе. В начале 1586 года правитель Хорасана юный Аббас-мирза занимает Казвин и принимает титул шаха. Отца своего, старого слепого шаха Мухаммеда Худабенде, он убеждает отречься в свою пользу. Новый шах принимает на службу 12.000 грузин-эмигрантов, принявших мусульманство, и приступает к реформам в области военной и гражданской администрации. Как писал участник событий Дон Жуан Персидский (Орудж-бек Баяты): "В первый день, как только закончилась церемония присяги в верности новому монарху, шах Аббас отдал приказ, чтобы на следующий день ханы и командиры посетили его дворец в мирном одеянии, без оружия, так как он желает посоветоваться с ними об учреждении Дивана или Государственного Совета. На следующее утро, когда все собрались как было велено, шах Аббас отдал тайный приказ своей грузинской гвардии закрыть все ходы и выходы на улицы, выходящие на площадь вокруг дворца. Затем шах обратился с вопросом к собравшимся, а именно, какое наказание заслуживает тот, кто убил своего принца? В конце концов все единодушно сошлись на том, что подданный, осуществивший убийство своего принца, заслуживает смерти. Едва этот приговор был произнесен как по знаку шаха Аббаса грузинские гвардейцы напали на присутствующих в зале, предав смерти всех без исключения заговорщиков, после чего двадцать две головы на наконечниках копий были выставлены из окон дворца на обозрение народа; ужасное зрелище, вызывающее благоверный страх в сердцах самых самонадеянных". Решив таким радикальным способом проблему мятежной знати, 16-летний шах вскоре предает смерти и своего опекуна Муршид-Гулу-хана Устаджлу, и полностью берет власть в свои руки.

georg: В Ардебиле в это время остатки войск покойного Хамза-мирзы объединяются с ополчениями нескольких кызылбашских племен, избирают военачальником предводителя племени Каджаров Мухаммед-хана Зийад-оглу Каджара и присягают новому шаху. Аббас, узнав об этом, срочно посылает на помощь Каджарам свои хорасанские войска во главе с Зульфугар-ханом Караманлу, назначенным беглербегом Азербайджана. Лала-Мустафа паша в это время, сосредоточив войска в Баку, двинулся было к Низабату на Хворостинина, когда получил известие о движении персов на север из Ардебиля. Выяснив их численность, Лала-Мустафа повернул на юг, к переправам через Куру. По его расчетам Хворостинина должен был задержать шамхал Тарковский, который к этому времени привлек на свою сторону Дагестанских ханов и с их войсками осадил Тарки. Но Хворостинин, располагая флотом, пренебрег разрывом сухопутной связи с Тереком. По его приказу воевода Бутурлин морем эвакуируется из Тарков, и занимает оборону в Дербенте. Хворостинин же движется на юг и комбинированным ударом с суши и моря берет Баку. Вслед за этим Хворостинин морем перебрасывает войска к Сальяну. Русская флотилия входит в Куру и обеспечивает переправу войскам Зульфугар-хана. Лала-Мустафа начинает отступление на запад вдоль Куры, подтягивая свои части из Картли. Наступающая русско-персидская армия захватывает Шемаху, и не успевшие убежать мятежные ширванские беки украшают своими телами колья, вбитые вдоль дороги на Шеки. В это же время против Турции выступил ранее признавший себя вассалом Османов Кахетинский царь Александр. Царь захватил Шеки, уничтожив там турецкий гарнизон. Лала-Мустафа отступил было в сторону Бердаа, и намеревался дать сражение. Но узнав о выступлении Александра и падении Шеки решил не рисковать, оставляя позади Куру, и отступил на юг, к Гяндже. Таким образом, кампания 1586 года обошлась без масштабных сражений. Обе стороны действовали в основном стратегическим маневрированием, каковое в Молдавии было более удачным для турок, а в Закавказье – для русских и иранцев.

georg: Мухаммед-хан Зийад-оглу Каджар требовал перейти Куру и атаковать Гянджу. Но в этот момент в лагерь Зульфугар-хана прибывает гонец шаха Аббаса с приказом начать с турками мирные переговоры. Причиной такого решения Аббаса было нашествие узбеков на Хорасан. В Маверанагре в конце 50-х годов XVI в. усилился шейбанид Абдулла-хан, посадивший на трон в Бухаре своего отца Искандер-хана (1561—1583). Действуя от его имени и приняв на себя обязанности командующего войсками, Абдулла-хан успешно закончил борьбу с другими претендентами на престол и значительно расширил пределы Бухарского государства, он подчинил Ферганскую долину и взял Балх, а в 1576 г. овладел Ташкентом и Самаркандом. В 1583., после смерти своего отца, Абдулла-хан занял трон, а в 1584 г. завоевал Бадахшан, где до этого времени оставались ещё правители из династии Тимуридов. Уход Аббаса с большей частью местных войск на запад сделал край легкой добычей узбеков. Стремительным ударом Абдулла занимает Мерв и Мешхед, а затем и столицу Хорасана – Герат. Аббас не мог уступить узбекам свой главный оплот – Хорасан, и решил искать мира с турками. Но и в Стамбуле не горели желанием продолжать войну – мир между Австро-Венгрией и Венецией был уже заключен, и Диван не исключал возможности вступления в войну одной из этих держав (а то и обоих). Поэтому в Стамбуле решили закрепить достигнутые успехи и пойти на мир. Договор был подписан в Гяндже в начале 1587 года. Согласно ему турки сохранили все, чем владели на момент заключения договора – Персидскую Армению, Гянджу, Карабах, Картли (обращенное в Тифлисский пашалык) и западную половину Азербайджана с Тебризом и Урмией. Иран сохраняет восточную половину Азербайджана (Ардебильское беглербегство) и Ширван (правителем Ширванского и Бакинского ханств назначается Мухаммед-хан Зийад-оглу Каджар). Нуждаясь в поддержке России, Аббас сам предлагает оставить за ней ханства Дербентское и Кубинское с Низабатом. Сверх того под сюзеренитет России отходит попросившееся в российское подданство царство Кахетия, к которому присоединяется завоеванное Александром Кахетинским Шекинское ханство. В Москве были в общем удовлетворены этим договором, обеспечившим безопасность «Шелкового пути». Еще одна война с Османской империей закончилась компромиссом.

Mukhin: Отлично! Продолжаю читать с наслаждением. Единственно, что georg пишет: вызывающее благоверный страх в сердцах самых самонадеянных Может, лучше - благоговейный страх?

georg: Mukhin пишет: Может, лучше - благоговейный страх? Я процитировал подлинное сочинение Орудж-бека. Но по смыслу действительно больше подходит "благоговейный". Возможно этот момент на совести современного азербайджанского переводчика

Леший: Возникает вопрос по поволу русско-английских отношений. В этой АИ Москва гораздо менее заинтересована в торговле с Англией (есть балтийские порты) и вполне может пойти на полную ликвидацию привиллегий англйиских купцов (как это сделал Иван Грозный в 1570 г.) и больше их не восстановить (нет нужды в отличие от РИ), что ес-но отрицательно скажется на английском флоте. Каковы в этом случае будут результаты "Непобедимой (Счастливой) Армады"?

georg: Леший пишет: Возникает вопрос по поволу русско-английских отношений. В этой АИ Москва гораздо менее заинтересована в торговле с Англией (есть балтийские порты) и вполне может пойти на полную ликвидацию привиллегий англйиских купцов (как это сделал Иван Грозный в 1570 г.) и больше их не восстановить (нет нужды в отличие от РИ), что ес-но отрицательно скажется на английском флоте. Каковы в этом случае будут результаты "Непобедимой (Счастливой) Армады"? В данной АИ у английской "Московской компании" изначально и небыло столь широких привиллегий - а именно беспошлиннного торга внутри страны. В ситуации когда Россия сама ведет морскую торговлю, ей нет нужды пускать иностранных купцов на вннутренний рынок. Но откровенно говоря, не понимаю, как это может отрицательно сказаться на английском флоте. Торговля с Англией продолжается и без привиллегий, ибо она взаимовыгодна - в Англию идет русская парусина и канаты (а не сырые лен и пенька как в реале), а из Англии в Россию - н.п. крайне необходимая для производства вооружений медь, которая на тот момент еще в России не добывается (Урал южнее Тагила находится пока за пределами территории России).

georg: Ситуация на Западе. Римская церковь после Тридентского собора сумела реорганизоваться и перейти в наступление. С царствования Рудольфа это сказалось в Австрии. Рудольф, воспитанный в Испании, с самого начала окружил себя убежденными католиками. С его воцарением царившая при Максимилиане атмосфера религиозной толерантности исчезает. Прежде всего, Рудольф отменил постановления своего отца о свободе вероисповеданий, а затем в 1578 году, католичество было объявлено повсемеместно господствующей и обязательной верой. Еще более утвердили его в этом направлении беспорядки в Вене во время торжественного религиозного праздника. Переломом в деле вероисповеданий для Германии следует считать события, разыгравшиеся в Кёльне, начиная с 1582 года, когда повторились события, уже имевшие место при КарлеV - перешел в протестантство курфюрст-архиепископ Кельнский Гебхардт (из южногерманского дома Трухзессов фон Вальдбургов). Он сделал это, исходя не из каких-либо религиозных воззрений, а просто ради того, чтобы жениться на некоей графине Агнессе фон Мансфельдт и в то же время укрепить свою власть. Большинство дворян Кельна было за него; но и противная сторона имела своих приверженцев. Протестанты и католики двинули вперед свои войска, но сила была на стороне императора, войска которого в союзе с отрядами герцога Баварского и нескольких епископов овладели Кельном. Папа отрешил от сана архиепископа Гебхардта, а на его место посадил баварского принца герцога Эрнста, епископа Фрейзингенского. Эрнст тотчас же развернул контрреформационное движение и привел его к удачному завершению За это ему даровано было еще и епископство Мюнстерское. В Верхней и Нижней Австрии правительство Рудольфа II насаждало с помощью венгерских солдат католический культ. Тироль был наводнён тысячами иезуитов, которые заняли все церковные должности в этой области. Исповедание протестантской религии в городах было запрещено, в сельской местности дворянам разрешалось совершать богослужение только в своих домах. Университетские кафедры, должности в государственном и судейском аппарате замещались исключительно католиками. Во всех землях австрийской короны Рудольф поддерживал миссионерскую деятельность иезуитов. Принципиально иной была ситуация в Нидерландах. При Максимилиане там была фактически допущена свобода вероисповедания. Эрнст продолжал поддерживать это положение, и в стране существовал относительный религиозный мир. Кальвинисты и иезуиты соревновались в создании школ, издании литературы и совершенствовании методов пропаганды, но «административный ресурс» не включался. С воцарением Рудольфа ситуация в стране не изменилась – старый мудрый эрцгерцог пользовался огромным авторитетом в Вене, и Рудольф, зная позицию дяди, не решался давить на него.

georg: Отношения Нидерландов к Испании становятся прохладными. В данной АИ благодаря отсутствию борьбы Испании на нескольких фронтах испанская мануфактурная промышленность не загибается под тяжестью налогов, а по прежнему развивается. К этому времени конкуренция нидерландских купцов, имевших по прежним соглашениям право торговли с испанскими колониями в Америке, вызывает массовое недовольство испанских мануфактуристов и торговцев. Кортесы Кастилии требуют от короля оградить отечественных предпринимателей от конкуренции. И в 1578 году ФилиппII издает соответствующий указ. Император Рудольф не реагировал – он прочно сидел на крючке у Филиппа. Наследник испанского трона сумасшедший дон Карлос уже умер, других сыновей у ФилиппаII на тот момент не было (будущий ФилиппIII еще не родился). Филипп обещал Рудольфу в случае если сын у него так и не родится, выдать за него свою дочь Изабеллу и назначить его наследником трона Испании. Но эрцгерцог Эрнст вмешался, отстаивая интересы Нидерландов, и добился заключения секретного договора, по которому Испания в качестве компенсации за потерю торговых привилегий в Америке предоставляла Нидерландам свободу рук в отношении Португалии. Эрнст намеревался компенсировать потери открытием торговли с Востоком, а Индийский океан на тот момент считали своей монополией португальцы. В 1580 году была отправлена экспедиция в Индию. На обратном пути у берегов Цейлона пришлось выдержать морской бой с португальцами, декларировавшими свое право топить любой иностранный корабль, проникнувший в Индийский океан. Но торговые связи были установлены. Через 2 года, в 1582, генеральный штатгальтер Нидерландов утвердил договор между директорами нескольких торговых компаний об образовании Ост-Индской компании и особой хартией предоставил ей на 21 год монопольное право навигации и привилегированной торговли в границах от мыса Доброй Надежды на восток до Магелланова пролива. Хартия предоставляла компании право основывать крепости и фактории, чеканить монету, содержать военные отряды и корабли, а также полную судебную и административную власть над своими служащими и населением захваченных территорий. Торговые привилегии заключались в праве беспошлинного ввоза товаров в Нидерланды и праве вывоза товаров из Нидерландов в Индию с оплатой 3% пошлины. Первоначальный капитал в сумме 6,5 млн флоринов составился путём подписки. Такая организация компании отдавала весь собранный капитал в распоряжение узкого круга лиц, принадлежавших к купеческой верхушке и аристократии Нидерландов. _________________________ (В данной АИ отсутствует испано-португальская уния. В реале Абд-ал Малэк захватил трон Марокко при поддержке турецких правителей Алжира, и низвергнутый им султан обратился за помощью к Португалии. Здесь нет турок в Алжире, нет захвата Малэком трона Марокко, соответственно нет Альказара и Себастьян продолжает править в Португалии.) __________________________________________________________ На Восток направляются мощные флотилии. Король Себастьян заявляет многократные протесты, основанные на том, что сам папа своей буллой закрепил монопольное право Португалии в Индии, но безрезультатно. На море идет необъявленная война. Пользуясь враждебным отношением к португальцам со стороны шаха Великих Моголов Акбара, в 1573 завоевавшего Гуджарат, нидерландцы заключают торговый договор с Моголами и основывают торговую факторию в подвластной Акбару Бенгалии.

georg: К тому времени конфликт Испании с Англией стал перманентным. Испанцы вывозили из своих колоний в Америке несметные богатства. Десятки кораблей ежемесячно отправлялись к берегам Испании, груженные золотом и серебром. Но далеко не все корабли прибывали к месту назначения: в пути на них нападали английские пираты и грабили все подчистую. Пиратство в Англии имело чуть ли не государственный статус — львиная доля награбленного попадала в королевскую казну, особо отличившиеся награждались дворянскими титулами (достаточно вспомнить сэра Френсиса Дрейка или Уолтера Рейли) и высокими военными чинами. Ярости Филиппа не было предела. Однако бороться с Елизаветой военными методами он долго опасался — в Англии тоже был сильный флот и опытные командующие. Любые же попытки урегулировать конфликт с помощью международного права ни к чему не приводили. Для вторжения в Англию испанскому флоту необходима была база. Филипп обратился за помощью к Рудольфу. Нидерланды должны были предоставить свои гавани и военный флот в помощь испанцам, а так же немедленно прекратить торговые сношения с Англией. В случае успеха предлагалось посадить на трон Англии брата Рудольфа Максимилиана. Папа, ссылаясь на то, что еще Джон Безземельный признал Англию папским леном, так же предлагал Рудольфу английскую корону для его брата. Англия была на тот момент основным торговым партнером Нидерландов – поставщиком шерсти и цветных металлов, без которых не могли обойтись нидерландские мануфактуры. Разрыв с Англией грозил огромными убытками, которые ударили бы по карману почти все население страны. Оба Совета при штатгальтере высказались категорически против данного проекта. Престарелый эрцгерцог лично прибыл в Вену и выступил на заседании императорского Совета. Он доказывал, что католики в Англии в данный момент находятся в меньшинстве и не могут служить достаточной опорой, и что в случае успеха вторжения нужно ожидать ожесточенного сопротивления основной массы народа и дворянства, тем более что законной претендентки Марии Стюарт уже нет в живых, а Габсбурги не имеют никаких прав на трон Англии. Эрцгерцог упирал на то, что даже в случае успеха вторжения придется вести многолетнюю войну на острове, тем более что Иаков Шотландский, которого Елизавета признала своим наследником, окажет Англии безусловную поддержку, и что затраты на удержание завоеванного грозят стать чрезмерными. В довершение он заявил, что Нидерландские Штаты никогда не одобрят эту войну и не выделят на нее ни одного талера. Доводы Эрнста произвели на Совет впечатление, и Рудольфу пришлось отступить. Австро-Венгрия не начала войну с Англией. Поскольку без баз в Нидерландах нападение на Англию было чистой авантюрой, Филиппу пришлось отказаться от данного проекта. Впрочем в голове короля зрел новый план – нанести удар по Англии в Ирландии, где иезуиты вели активную антианглийскую пропаганду. Во Франции в отличии от реальной истории Лига не получила военной помощи из Нидерландов (походы Александра Фарнезе), поэтому ГенрихIV овладел Парижем уже в 1591 году, и в этом же году принял католичество, после чего вожди Лиги один за другим сложили оружие. Гражданская война окончилась на 4 года раньше. Короткая война с герцогом Савойским, в ходе гражданской войны захватившим принадлежавшее Франции Салуццо в Пьемонте, закончилось как и в РИ тем, что это последнее владение Франции в Италии осталось за Савойей, в обмен на что Франция получила Бресс.

georg: Ягеллонская федерация и Контрреформация. Как было уже сказано, во владениях Ягеллонов существовала относительная веротерпимость еще при Людовике. В Чехии к середине 16 века существовали 3 конфессии – ортодоксальные католики, гуситы-чашники, и радикальные «чешские братья». Церковь чашников базировалась на «Пражских компактатах», заключенных с римской церковью еще при Сигизмунде Люксембургском. Тем не менее папский престол не признавал компактатов, и хотя в самой Чехии чашники пользовались полным равноправием, за ее пределами католическое духовенство считало их еретиками. Папа упорно отказывался посвятить для них епископа. В следствии этого к началу 16 века Церковь Чашников разделилась на 2 партии – консерваторов, стремившихся к примирению с католической Церковью, и радикалов, предлагавших окончательный разрыв с католичеством и объединение с чешскими братьями. Радикальные чашники образовали фактически особую конфессию неочашников, и начали сближение с лютеранством, в то время как консерваторы вели переговоры о соединении с Римом, впрочем безуспешные – папа отказывался признать гуситские обряды. Владислав, которому Людовик в 1560 передал чешскую корону, в данной ситуации стал на сторону консерваторов строго в духе Пражских компактатов. В 1561 г. он добился от папы назначения Антона Бруса Могельницкого на Пражскую архиепископскую кафедру, которая пустовала 140 лет. При этом король оставил за собой право назначать членов консистории (1562 р.), ставя на все посты консервативных чашников. Король так же попытался добиться примирения с Римской Церковью. В 1564 году он добился от папы разрешения мирянам Чехии причащаться под двумя видами. Но эта уступка не удовлетворила и консерваторов, а позднее Тридентский собор не признал ее. Несмотря на протесты Рима Пражский архиепископ по распоряжению короля рукополагал чашницких священников. Вместе с тем Владислав пригласил в Чехию иезуитов, которые открыли в Праге свой коллегиум и начали конкурировать с гуситским Пражским университетом. Неочашники и «чешские братья» выработали в 1575 г. совместную «чешскую конфессию». 25 статей их исповедания основывались на лютеранском Аугсбургском исповедании, хотя учение о Евхаристии больше напоминало взгляды Кальвина. Им удалось составить сильную партию в сейме, и король пошел на уступки. Пражская консистория осталась в руках консерваторов, но неочашникам позволено было избирать 15 дефензоров, которые должны были руководить общиной. Чешские братья, не примкнувшие к «чешской конфессии» признаны были поставленной вне закона сектой.

georg: Проводниками реформации в Польше были учившиеся во множестве в немецких университетах, особенно в Лейпцигском, юноши из Польши и Литвы. Римо-католическая иерархия и клир, равно, как и русские, были на довольно низкой ступени богословской подготовки. Все были из людей, путем угодничества добивавшихся кормления y разных светских патронов. Всех их реформация застала врасплох. Дополнительным фактором послужила вражда между шляхтой и высшим духовенством. Шляхта требовала отмены привилегий духовенства и церковной десятины, и чинила решительный отпор церковному судопроизводству над представителями своего класса. Сам король Людовик с его в значительной степени гуситскими богословскими воззрениями смотрел сквозь пальцы на распространение Реформации. Шляхетская среда предпочитала кальвинизм, хотя по своему образу жизни очень далеко отстояла от этических норм женевского проповедника, кроме одной — предприимчивости в делах, особенно торговых. Лютеранство распространялось в бюргерской среде, преимущественно среди немцев. Особенно это коснулось городов Поморья (Гданьск), которые традиционно принадлежали сфере немецкой культуры. Естественно, что в такой ситуации польское население городов предпочитало верность католицизму. При первых быстрых успехах реформации среди шляхты, католической церкви, казалось, приходилось заботиться не об удержании за собою господства в государстве, а только о равноправности с новыми вероисповеданиями. Тогда епископ Куявский Карнковский выступил с предложением полного равенства всех христианских вероисповеданий, при чем, однако, сохранялись бы все прерогативы и права епископов, а великий коронный маршалок Фирлей, с своей стороны, предлагал установить мир между разнящимися в религии (pax inter dissidentes de religione). Что же касается Литвы, то там Реформация расцвела еще более буйным цветом. Насколько велика была мода на протестантизм в литовской аристократии, видно уже по той крайности, что перешел в протестантизм даже Киевский католический епископ Николай Пац. Из всех семисот числившихся в Литве латинских приходов к 1566 г. уцелела едва только одна тысяча католиков. Β Жмудской епархии насчитывалось только 6 оставшихся в католичестве ксендзов. Зараза и пропаганда распространились и на русскую православную знать. Православные фамилии: - Ходкевичей, Воловичей, Сапег, Горских и др. приняли протестантизм. Β епархии православного митрополита (Новогрудское воеводство) числилось свыше 600 шляхетских православных семейств. Теперь осталось их только 16. Быстрое распространение реформации только отчасти было связано с кризисом религиозных убеждений. Гораздо чаще от католицизма отворачивались по причине его глубочайшего упадка, а распространение идей гуманизма еще более обнажило низкий уровень культуры католического клира. Высшее духовенство вело светский образ жизни, с небрежением относясь к своим церковным обязанностям. Шляхта неодобрительно смотрела на налоговые льготы католической церкви. Всем вероисповеданиям в начале XVI в. был присущ антиклерикализм; многие представители епископата, бывшие в большей степени гуманистами и политиками, чем духовными лицами, способствовали своим образом жизни и взглядами распространению протестантских тенденций. Шляхетская реформация, в свою очередь, была явлением поверхностным, не имела под собой серьезного теологического фундамента. И именно это было причиной того, почему большинство представителей шляхты вернулось затем в лоно католицизма.

georg: По воцарении Владислава папа Пий V отправил к польскому двору посла своего Коммендоне. Последний нашел дела католицизма в Польше и Литве в жалком состоянии: во время борьбы с таким опасным врагом, как протестантизм, между епископами католическими господствовала вражда и зависть. Коммендоне, выведавши состояние дел, характеры и отношения короля и главных действующих лиц, начал в тихих беседах внушать королю, как он жалеет об его судьбе и судьбе целого государства, потому что когда разноверцы возьмут верх, то в буйстве своем не пощадят ничего, ниспровергнут все учреждения, божеские и человеческие, все права и обычаи, потрясут, наконец, и самый трон; приводил ему пример современной Франции и Германии, обуреваемых религиозными войнами вследствие того, что государи в самом начале не подавили еретических учений. Король принял к сердцу внушения Коммендоне и охладел к протестантизму; этому охлаждению способствовало и поведение протестантов, которые, желая приобрести расположение шляхты, противились королевским требованиям насчет больших поборов, необходимых для успешного ведения войны с Москвой и Австрией. С другой стороны, на помощь католицизму явилась дружина, с которою верна была победа над разделенным и потому ослабевшим протестантизмом, - эта дружина была иезуиты. Валериан Проташевич, епископ виленский, думая о средствах, как помочь своему делу в борьбе с ересью, обратился за советом к кардиналу Гозиушу, епископу варминскому в Пруссии, знаменитому председателю Тридентинского собора, считавшемуся одним из главных столпов католицизма не в одной Польше, но и во всей Европе. Гозиуш, советуя всем польским епископам вводить в свои епархии иезуитов, присоветовал то же самое и Проташевичу. Тот исполнил совет, и в Вильне был основан иезуитский коллегиум под управлением Станислава Варшевицкого. Через несколько лет коллегиум обратился в университет, а иезуиты были признаны лучшими педагогами. Помимо создания школ иезуиты организовывали католические общины и братства, устраивали публичные религиозные церемонии, которые привлекали тысячи участников и зрителей, и проводили открытые религиозные дискуссии, ведя спор как с православными, так и с протестантами. В результате их умелой пропаганды и прозелитства дворянство, особенно молодое поколение, начало склоняться к католическому вероисповеданию. Но главное – им удалось перевоспитать католический клир, значительно подняв моральный и образовательный уровень духовенства. Протестантизм утратил и свое былое обаяние новизны и моды — все это теперь перешло к иезуитам. В плане просвещения, проповеди, благотворительности кальвинисты также безнадежно проигрывали иезуитам. Протестантизм быстро закатывался в Польше.

georg: Владислав открыто благоволил к иезуитам. Он первым среди польских монархов воспринял идею религиозной унификации своих подданных на основе католицизма. Иезуиты стали его активными и надежными помощниками. В Полоцке после возвращения города ВКЛ сразу же была открыта иезуитская коллегия, впоследствии весьма знаменитая. Иезуитские коллегии во множестве создавались в других городах Западной Руси, как в Литве, так и в Галиции. Особенно известными были впоследствии коллегиумы во Львове, Ярославе (в Западной Галиции), Пинске, Несвиже (в имении Радзивиллов) и ряде других городов. Владислав благоприятствовал утверждению иезуитов, потому что это знаменитое братство могло обещать ему деятельную пропагандистскую помощь в замышляемых им внутренних переменах. Какого рода была эта помощь, какого рода были внушения, которые должно было принимать от иезуитов воспитывавшееся у них юношество, видно из проповедей самого талантливого из них, Петра Скарги. Скарга громко восставал против существующего порядка вещей в Польше: проповедуя, с одной стороны, подчинение светской власти власти духовной, королей папе, он, с другой стороны, твердил о необходимости крепкой, неограниченной власти королевской: "Естественный порядок, - говорил он, - состоит в том, чтоб одна голова управляла телом: и если в государстве не одна, а много голов, то это знак тяжкой, смертельной болезни". Скарга утверждал, что Римская империя тогда только вошла в исполинские размеры свои, когда в ней утвердилось монархическое правление; вооружался против послов сеймовых за то, что они присваивают себе могущество, вредное для власти королевской и сенаторской, и спасительную монархию превращают в демократию, самый дурной из образов правления, особенно в таком обширном государстве, как Польша и Литва. Право, по которому шляхтич, не уличенный в преступлении, не мог быть схвачен, Скарга называл источником разбоев, измен и т. п. Но все эти внушения остались тщетными: иезуиты не могли переменить политического строя Польши и Литвы.

georg: Оказавшись между протестантизмом и католицизмом, православие в Западной Руси боролось за свое выживание. Православные епископы назначались королем. Это были православные шляхтичи, равнодушные к духовным делам и продолжавшие жить мирскими интересами. Среди приходских священников лишь немногие имели достаточно образования и способностей, чтобы проявить заботу о повышении интеллектуального уровня паствы. Что касается западнорусских монахов, то они занимались в Дерманьском монастыре на Волыни переводом (с греческого и латыни) религиозной литературы, но им не хватало ни денег, ни инициативы. В таких условиях именно православные миряне должны были взять на себя защиту своей веры и поддержку образования и обучения. В этом движении приняли участие как православные вельможи, так и горожане. В городах основали целый ряд православных братств с целью поддержания церкви. Братства подготовили своих полемистов и богословов, создали училища. Направленные против католической церкви полемические сочинения писались в защиту православия от иезуитской пропаганды. Будучи благодаря своему мирскому образу жизни не в состоянии обеспечить себе духовное лидерство среди верующих, многие православные иерархи возражали против все возрастающего активного вмешательства мирян в церковные дела. Особенно они были возмущены деятельностью братств (н.п. в 1589 патриарх константинопольский утвердил привилегии львовского братства и провозгласил, что оно освобождается от власти львовского епископа Гедеона Балабана и получает право назначать и освобождать от должности священников Успенской церкви во Львове, над которой у братства было право патронажа). Помимо принципиальных вопросов, отношения между иерархами и членами братств усугубляли неизбежные личные конфликты. Западнорусские православные иерархи оказались в трудном положении между возрастающим давлением католического правительства и усугубляющейся враждебностью православной паствы. Это психологически готовило почву для того, чтобы некоторые иерархи стали склоняться к принятию унии с Римом.

georg: В 1588 году скончался Владислав IV, и на трон Польши, Чехии и ВКЛ вступил его сын КазимирV. Воспитанный иезуитами, Казимир был всецело предан делу Контрреформации. В 1591 г. четыре западнорусских епископа направили конфиденциальное письмо королю КазимируV, сообщая ему, что они готовы принять унию с Римом на том условии, что славянский ритуал западнорусской церкви не будет изменен. В мае 1594 г. Кирилл Терлецкий объявил, что король посылает его и Ипатия Поцея в Рим. В декабре того же года Поцей и Кирилл составили и подписали декларацию западнорусских епископов об их приверженности унии. Им удалось, после долгих отсрочек, получить подписи митрополита Михаила и епископов Полоцка, Пинска и Холма. Не принимая во внимание недовольство со стороны православных, король КазимирV провозгласил 24 сентября 1595 г. унию западнорусской церкви с Римом. Созванный по этому поводу собор в Бресте раскололся на униатскую и православную партии. 9 октября униатский собор торжественно провозгласил унию западнорусской церкви с Римом и отлучил от церкви епископа Гедеона Балабана и всех православных монахов и священников, которые отказались принять ее. В тот же день на заседании православного собора экзарх патриарха Константинопольского Никифор лишил униатского митрополита и епископов их сана и права проводить церковные службы. Затем православный собор объявил о своем отказе принять унию. Как единственно законная утвержденная западнорусская церковь, униатская церковь теперь стала требовать все церковные здания и земельные угодья православной церкви. Униатам удалось завладеть многими православными монастырями. Натиск униатов усилился в 1599 г., когда первый униатский митрополит Михаил Рогоза умер, и на его место пришел Ипатий Поцей. Православные были хоть как-то защищены только в тех городах и районах, которые находились под властью князя Константина Острожского и других - теперь уже немногочисленных - православных вельмож. В 1599 г. православные заключили соглашение с протестантами о совместной защите прав религиозных инакомыслящих. КазимируV и иезуитам удалось провести унию не только на востоке, но и на западе – в Чехии. Консервативные чашники все более сближались с римской церковью, и в 1591 году их основная часть во главе с архиепископом Фабианом Резеком приняла католичество. Как и в Польше значительная часть дворянства Чехии под воздействием иезуитской пропаганды возвращалась в католичество. Неочашники, лютеране и чешские братья оставались в жесткой оппозиции, и поскольку их партия в сейме была весьма многочисленной, король вынужден был с ними считаться.

georg: В плане экономическом Польшу постигла судьба «сырьевой» страны, все структуры которой беспощадно перестроены европейским спросом. Увеличившийся спрос на сельскохозяйственные продукты толкал феодалов на такие преобразования своего хозяйства, при которых они могли бы выступить в качестве продавцов сельскохозяйственных продуктов на внешнем рынке. Этим целям удовлетворяло создание фольварков — имений, основанных на барщинном труде и производивших зерно и другие сельскохозяйственные продукты не только для удовлетворения потребностей феодала, но и на продажу. Создание и расширение фольварков сопровождалось ростом барщинной эксплуатации крестьянства. Отработочная рента становилась основной формой феодальной ренты. Господство отработочной ренты означало резкое усиление эксплуатации крестьян. Крестьянин под гнётом крепостничества был обречён на нищенское существование. С ростом старых и основанием новых фольварков происходил процесс обезземеления крестьянства. С 1518 г. крестьяне оказались под исключительной юрисдикцией своих феодалов, а в 1543 г. переход крестьян был полностью запрещён. Шляхта через сеймы добилась предоставления ей исключительного права пропинации (винокурения и продажи спиртных напитков) и освобождения своего ввоза и вывоза от пошлин. Феодалы участвовали во внешней торговле, минуя посредничество городов. А снятие ввозных пошлин привело к притоку на рынок импортной ремесленной и мануфактурной продукции, что подорвало основы польских городов и обрекло их на постепенный упадок. В ВКЛ фольварочная система распространилась при Сигизмунде Августе после его «волочной» земельной реформы. В 1588 году новый «Литовский статут» окончательно закрепостил крестьян ВКЛ. Тяжелое положение крестьян вызвало их бегство. В последние десятилетия 16 века начинается заметный отток наиболее активного крестьянского населения с Волыни, Галичины и Белой Руси за пределы страны, в принадлежавшую Москве казацкую «Украйну».

georg: Московское государство активно осваивало новые земли на юге к востоку от Днепра. Но до отдаленного Заднепровья у московского правительства и дворянства просто не доходили руки. В то же время этот край должен был послужить плацдармом для войн с Турцией. Поэтому еще Иван Васильевич после войны с Турцией 1573-75 годов предоставил украинским казакам права и статус аналогичные донским казакам, которые играли важную роль в сдерживании Большой и Малой ногайских орд. Все почти не заселенное пространство между Днепром и Днестром южнее Белой Церкви было передано казакам, которые получили войсковое знамя и право избрания гетмана, резиденцией которого и войсковой «столицей» стал Брацлав. Казакам было велено строить замки и осваивать край. Правительство поставляло им согласно реестру оружие и боеприпасы, оказывало помощь в строительстве крепостей. Царские гарнизоны с воеводами на всем Правобережье южнее Белой Церкви занимали только крепости Винница, Очаков и Олешье (в устье Днепра). На всей остальной территории установились казацкие порядки, аналогичные существовавшим на Дону. Население края начинало пополняться за счет беглых крестьян из Польши и ВКЛ.

Леший: Хотелось бы все таки уточнить - откуда в этой АИ взялся сумасшедший Дон Карлос Испанский?

georg: Леший пишет: Хотелось бы все таки уточнить - откуда в этой АИ взялся сумасшедший Дон Карлос Испанский? Родился от ФилиппаII и португальской принцессы как в реале.

Читатель: georg пишет: Родился от ФилиппаII и португальской принцессы {меланхолично} потомок хана Котяна по обоим линиям...

sas: Читатель пишет: потомок хана Котяна по обоим линиям... А в этой АИ Котян есть. Точнее был... ;)

georg: Рассмотрел предложение коллеги Мухина о раннем введении картофеля в России. Похоже бесперспективно. "В период с 1596 по 1620 года несколько европейских ботаников сделали описания растений картофеля, снабженные рисунками. Достаточно подробное ботаническое описание двух форм картофеля с рисунками куста, корней, столонов, цветков и ягод выполнил Клюзиус, который в 1601 году опубликовал штриховоЙ рисунок первой формы. АкварельныЙ рисунок второй формы картофеля сохранился в Голландском музее и был опубликован другим исследователем лишь в 1889 году. У обеих форм, изображенных на рисунках, длинные столоны, интенсивно окрашенные клубни, глубокие глазки. В гнезде наряду с крупными клубнями - масса мелких. Эти признаки характерны для примитивного андийского картофеля. Изучение архивных материалов показывает, что в Европу были завезены различные ботанические образцы картофеля и среди них преобладал андийский короткодневный тип, который отличается от современных сортов дикарскими признаками (длинными столонами, мелкими клубнями, глубокими глазками, поздним созреванием клубней) и более низкой урожайностью. Культурные формы, близкие современному картофелю, были получены в результате селекционной работы и многократного отбора более урожайных и крупноклубневых образцов. Путь картофеля с огородов аптекарей на огороды крестьян занял около 150 лет. Этим периодом завершается первый этап селекции картофеля в Европе, этап очень короткий для эволюционного развития, но весьма результативный, поскольку итогом стало создание нового подвида - картофеля культурного Solanum tuberosum." Увы, андийский картофель нет смысла разводить на Руси про причине "более позднего созревания клубней и более низкой урожайности". А культурные еше не вывели.

Mukhin: увы, увы... А что с кукурузой и подсолнечником? конечно,эффект будет меньший, но не нулевой...

georg: Mukhin пишет: А что с кукурузой и подсолнечником? Насчет подсолнечника не знаю. В Европах его выращивали в ботанических садах, но до отжима масла додумались ЕМНИП к концу 17 века. Додумаются ли на Руси (без прогрессорства)? Что касается кукурузы - она в данной АИ вполне естественным путем в начале 17 века придет в Россию через Балканы и Молдавию и в черноземной зоне будет пользоваться большой популярностью не только как пищевая, но и как кормовая для скота культура.

Олег Невещий: georg пишет: В 1588 году скончался Владислав IV, и на трон Польши, Чехии и ВКЛ вступил его сын КазимирV. А не могли бы вы предоставить генеологическую таблицу по королям Чехии и Польши. С датами рождения, перечислениями всех детей и т.д., а то я уже запутался.

georg: Олег Невещий пишет: А не могли бы вы предоставить генеологическую таблицу по королям Чехии и Польши. С датами рождения, перечислениями всех детей и т.д., а то я уже запутался. Пожалуйте сюда.

Леший: Хотя эта инфа уже и устарела (для вашего таймлайна) но думаю все же она будет интересной: "Какие планы относительно немецкого флота возникали уже в XVI веке, можно видеть из нижеследующего: В 1570-76 гг. в германском рейхстаге обсуждались первые "флотские планы", целью которых было принятие решительных мер в связи с многочисленными жалобами, заявленными Ганзой. В том же 1570 г. в Штейере обсуждался в двух комиссиях так называемый "адмиральский проект" (Admiralswerk); вопрос шел о создании, первоначально для Северного моря, имперского флота со старшим и младшим адмиралами. В 1571 г. в Гренингене произошло совещание герцога Альбы и герцога Адольфа Голштинского, при участии двух полковников от саксонского и вестфальского округов, которые пришли к решению о необходимости для империи, "кроме имевшихся 13 бургундских военных кораблей, выстроить еще 7, и назначить постоянных комиссаров в главных портовых городах". В 1576 г. план этот был, однако, совершенно оставлен, так как имперские власти боялись влияния будущего "имперского адмирала", который "мог вызвать для империи всевозможные осложнения с иностранными правительствами, при чем в Германии никогда не было в обычае иметь имперского адмирала; кроме того, флот и адмирал будут слишком дорого стоить, да и вообще все это является совершенной новостью". Затем в Северном море и в Атлантическом океане возникло конвойное судоходство; купеческие корабли городов Балтийского моря большей частью присоединялись к конвойным эскадрам других государств". "История войны на море в ее важнейших проявлениях с точки зрения морской тактики". Альфред Штенцель

georg: Леший пишет: Хотя эта инфа уже и устарела (для вашего таймлайна) но думаю все же она будет интересной: Я в курсе. Императору, располагающему сильным собственным флотом в Нидерландах, в данной АИ невыгодно существование флота, подчиняющегося избираемому рейхстагом "имперскому адмиралу" - а вдруг не удастся удержать его под контролем.

Леший: Кстати, когда будет продолжение?

georg: Леший пишет: Кстати, когда будет продолжение? ИМХО в следующие выходные. Работы валом.

Mukhin: Ждём с нетерпением. Кстати - а не начать ли русским строительство стратегических каналов? Скажем, Мариинской или Верхневолоцкой системы?

georg: Mukhin пишет: Верхневолоцкой системы? Обязательно. Это напрашивается само. Наймем шлюзовых мастеров в Нидерландах.

Sergey-M: Mukhin пишет: Верхневолоцкой системы? Вышневолоцкой!!!! georg пишет: Обязательно. Это напрашивается само. Наймем шлюзовых мастеров в Нидерландах. сами сделаем. в реале обошлись силами местных калмыков (серьезно, создатель канала Сердюков по национальности из восточных народов будет)

georg: Sergey-M пишет: создатель канала Сердюков по национальности из восточных народов будет Да, вот только учился в Голландии.

Читатель: Sergey-M пишет: местных калмыков (серьезно, создатель канала Сердюков по национальности из восточных народов будет) "Был он «мунгальского народу», и звали его Бароно, Имегенов сын. Родился в 1678 году на реке Селенге. Отец мастеровой человек, делал луки и стрелы. И ездил в Китай для продажи лошадей. Как-то во время стычки монголов с казаками Бароно, которому в то время было тринадцать лет, попал в плен. В Енисейске купил его за 10 рублей приказчик Иван Сердюков. Выучил грамоте, счёту, приобщил к торговому делу и крестил Михаилом. Так Бароно Имегенов стал Михаилом Ивановичем Сердюковым, человеком, которого по праву считают подлинным создателем Вышневолоцкой водной системы. " http://vvolcbs.library.tver.ru/vv-04-01.htm ндаа, судьба у человека...

Magnum: Потомок хана Котяна?

Читатель: Magnum пишет: Потомок хана Котяна? Скорее Чингисхана...

LAM: Mukhin пишет: Кстати - а не начать ли русским строительство стратегических каналов? Скажем, Мариинской или Верхневолоцкой системы? georg пишет: Обязательно. Это напрашивается само. Система каналов => Экспорт хлеба через Балтийское море становится выгодным => крепостное право не за горами

georg: LAM пишет: Система каналов => Экспорт хлеба через Балтийское море становится выгодным => крепостное право не за горами Смотрим реал. 18 век. Черноземье распахано. Ливония завоевана. Вышневолоцкий канал есть. Экспорта хлеба практически нет. При этом соседняя Польша продолжает экспортировать. Канал не дает такого суперснижения себестоимости вывоза. Маршрут Цна -Ока-Волга-Тверца-канал-Мста-Волхов-Ладога-Нева - это несколько перегрузок на суда разного тоннажа, оплата грузчиков, бурлаков и весьма длительный маршрут транспортировки. При этом нужно учитывать, что РП в общем насыщает хлебный рынок на западе, и для конкуренции с поляками нужно предлагать более низкие цены. "Действительно, русские помещики проявляли заинтересованность в налаживании хлебного экспорта, и отмена ограничений на экспорт стала одним из следствий переворота 1762 года. Однако транспортные условия в то время не позволили наладить широкий вывоз хлеба из России. Лишь в немногих доступных для мирового рынка районах страны (в, частности, на Смоленщине) получили развитие ориентированные на экспорт барщинные экономии. В 1790-х годах среднегодовой экспорт хлеба из России составлял лишь 2,5 млн. пудов, тогда как из Польши только через Данциг экспортировалось 170 тыс. лаштов, то есть примерно 23 млн. пудов. По некоторым оценкам, общая масса продаваемого хлеба в России составляла в это время около 140 млн. пудов, таким образом, на экспорт шло лишь около 5% товарных поставок. " И главное - не нужно забывать, что у нас здесь "военно-бюрократический абсолютизм" а не "шляхетская демократия". И экспорт зерна (как и ряд других экспортов) является государственной монополией. Дворянам не светит.

georg: А здесь по просьбе коллеги Мухина таймлайн единым файлом.

georg: В 1588 году в Москву с визитом прибыл ранее посетивший канонически подвластную ему Западную Русь патриарх Константинопольский Иеремия. Собственно он приехал просить финансовой помощи для находящейся в бедственном состоянии патриархии, но в Москве это дело быстро увязали с учреждением в Москве патриаршества. В отличии от РИ вопрос о переносе в Москву вселенской кафедры вообще не встал – в условиях весьма не дружественных отношений между Москвой и Османами всем было ясно, что в этом случает султан немедленно объявит Иеремию низложенным и прикажет грекам выбрать другого патриарха. А так же будет невозможно получить соборное согласие остальных восточных патриархов. Поэтому, почти как и в реале, Иеремию попросту не выпустили из Москвы пока он не согласился рукоположить патриарха Московского – «мудрого грамматика» Дионисия, занимавшего на тот момент митрополичью кафедру. Царь Иван Иванович рассчитывал воспользоваться авторитетом церкви для замышляемой важной реформы.

georg: На протяжении всего своего царствования Иван Васильевич постоянно стеснял сферу компетенции боярской думы. В частности посольский приказ, формально оставаясь канцелярией Думы фактически превратился в «секретариат по иностранным делам» при царе. Ряд областей страны фактически перешел под опричное управление – царь попросту не назначал наместника в уезд, а сферу его компетенции передавал опричному «дворецкому», заведовавшему местным «дворцом» - дворцовыми имениями. Дворецкие превращались таким образом в некий аналог французских интендантов. Недовольство Думы жестко подавлялось – на рубеже 1560ых-70ых опалы, ссылки и заточения сыпались как из рога изобилия, пока Дума не уяснила себе новую сферу своей компетенции. Меж тем в опричнине произошла важная смена состава – в последние годы Иван Васильевич начал принимать на службу в опричнину сыновей и внуков тех самых Ростовских, Ярославских и Стародубских княжат, которые были лишены родовых вотчин и участия в управлении. Выведенные из состава московского двора, они теперь могли рассчитывать на карьеру только в одном месте – в опричнине. Тем более что основная часть их новых земельных владений лежала в черноземной зоне. Принятые в опричнину великородные потомки Рюрика служили на совесть, осознавая что их блестящая родословная им здесь ничего не дает, а почести и пожалования добываются службой. В опричной свите Ивана Ивановича появились такие фамилии как Катырев-Ростовский, Буйносов-Ростовский, Шаховской, Прозоровский, Сицкий, Хилков, Телятевский, Репнин, и даже внук казненного Грозным князя Куракина. Круг замкнулся – высший разряд аристократии стал в ряды служилой знати, а местнические привилегии оставались у старомосковского боярства, не имевшего уже ни сил, ни воли бороться за их сохранение. Таким образом деятельность Ивана Грозного сломила политическое и экономическое могущество аристократии, и сыну теперь оставалось только формально закрепить эту победу.

georg: Поводом послужило несколько инцидентов во время последней турецкой кампании, когда в армии Шуйского в Молдавии несколько воевод, командовавших стоявшим на Днестре резервом, несмотря на приказ «быть без мест» заместничали между собой в ситуации, когда армия Шуйского была под угрозой окружения. Отстранив обоих, царь не подверг их наказанию, но в 1588 сразу после учреждения патриаршества собрал в Москве съезд дворянства, на котором «поставил вопрос на обсуждение». Служилые люди предложили отказаться от местничества. Сначала речь шла только о военной сфере, но раз высказанная мысль получила свое логическое завершение, и через несколько дней от имени выборных была подана челобитная, в которой ставился вопрос об упразднении местничества вообще. Без дальнейшего промедления 12 января 1589 г. было назначено чрезвычайное заседание Боярской Думы и Освященного собора. В своей речи царь осудил местнические споры, "от которых в прежние времена в ратных, посольских и всяких делах происходила великая пагуба", еще резче отозвался о местничестве патриарх: «От местничества, аки от источника горчайшего, вся злая и Богу зело мерзкая и всем вашим царственным делам ко вредительному происходило, и благое начинание, яко возрастную пшеницу терние, подавляло и до благополучного совершения к восприятию плодов не допускало..."». В довершение патриарх объявил «местные случаи» происками «врага человеческого, диавола». Царь обратился к Боярской думе с вопросом, как поступить с челобитной служилых людей об отмене местничества, и бояре отвечали, чтобы великий государь указал учинить по прошению "во всяких чинах быть без мест". В передних дворцовых сенях разложили огонь, и разрядные книги запылали. Их сожжение сопровождалось словами: "Да погибнет во огни оное богоненавистное, враждотворное, братоненавистное и любовь отгоняющее местничество и впредь да не воспомянется вовеки!" Принцип породы был окончательно уничтожен в пользу принципа выслуги. То что Дума столь легко согласилась, объяснялось тем, что царь в обмен негласно обещал ликвидировать опричный двор.

georg: В следующие дни было издано несколько заранее заготовленных указов. Важнейшим было «положение о чинах», установивших иерархию и соответствие службы военной, дьяческой и придворной. Военный чин полковника был в частности приравнен к придворному чину стольника. Низшие придворные чины стали просто дополнительными знаками отличия. Земская и опричная Думы были объединены в один орган, остававшийся высшим законодательным (официально формула «по царскому указу и боярскому приговору» сохраняется), совещательным и судебно-апелляционным органом. Пополняется она путем выслуги и назначения и постепенно утрачивает прежний чисто аристократический характер – боярский чин может быть теперь пожалован и выслужившемуся рядовому дворянину. Царь сохранил особый «надворный суд», компетенции которого подлежали все политические преступления – некий аналог английской «звездной палаты». Опричная канцелярия была преобразована в особый «Тайный приказ» - дворцовый секретариат, через который царь осуществлял контроль над делами, привлекавшими его особое внимание. Дворовое войско было преобразовано в «выборные» дворянские полки, которые теперь фактически играли роль гвардии. В них теперь в частности начинали службу сыновья знати. «Выборные» были еще и военной школой – гвардейцы обучались военному делу и в частности артиллерийскому делу, фортификации и связанным с ней математическим предметам. Позднее они становились офицерами в обычных частях. Приказный аппарат пополнялся исключительно выпускниками Академии. Во главе приказов стояли думные дьяки, они же были членами Думы и имели право прямого доклада царю. Дьяки начинали карьеру подьячими в приказах, затем (в посольском) прикомандировывались к послам, либо в прочих приказах некоторое время служили дьяками при наместниках в областях. Обеспечивались они денежным жалованием. В отличии от н.п. Франции в России не сложилось «дворянство мантии». Высшие дьяческие чины получают дворянский статус и поместья, но их дети в этом случае переходят на чисто дворянскую военную службу. Дворянство считало приказную службу не престижной, и поэтому еще долго русское чиновничество рекрутировалось из «поповичей», каковые составляли большинство учащихся Академии.

georg: На местах система управления сложилась исходя из аналогичных РИ земских и судебных реформ Ивана Грозного. Административную власть в уездах представляют наместники. Канцелярией наместника и финансами заведует прикомандированный к нему дьяк. В уезде помощникам наместника являются городовой приказчик и губной староста. Городовой приказчик избирается местным дворянством и является его верховным распорядителем, отвечает за сбор уездного дворянского ополчения, являясь фактически его местным командиром в мирное время. Во главе полицейского управления стояли губные старосты, избиравшиеся на всесословном уездном съезде, но только из дворян, по одному или по два на уезд. Они вели дела вместе с губными целовальниками, которых выбирали из своей среды одни тяглые люди, посадские в посадах, волостях, станах и селах. Старостам подчинены были сотские, пятидесятские и десятские, выбиравшиеся населением по сотням, полусотням и десяткам, полицейским участкам, на которые делились по числу дворов губные округа. Хозяйственным управлением и сбором налогов ведают в городах и уездах выборные «излюбленные головы», а гражданский суд – присяжные целовальники. Земские выборные действовали в посадах, станах, волостях и слободах. Каждый округ выбирал одного, двух или больше излюбленных старост с несколькими присяжными целовальниками. Крестьянская волость выбирала одного присяжного целовальника в окружной суд, а сбором податей ведал общинный староста при круговой поруке общины. Обложение было подворным, и перепись проводилась раз в пять лет. Помещики не имели судебной власти над крестьянами, и только некоторые вотчинники после реформы сохранили в своих землях право суда, но и это право было ликвидировано Грозным в эпоху опричнины.

georg: Ведомство суда присяжных разнообразилось по местным условиям. В него входили собственно судные дела исковые, т. е. гражданские, которые велись состязательным, исковым порядком, а не губным, следственным. Уголовные дела - поджог, душегубство, разбой и татьба - ведались присяжными земскими судьями совместно с губными старостами, а на Севере, в Двинской земле, где за недостатком дворян не из кого было выбрать губных старост, губные дела поручались одним земским старостам. На земских излюбленных головах лежал сбор и доставка в казну окладных налогов. Излюбленные старосты или выборные судьи с целовальниками вели порученные им судные и казенные дела под личною ответственностью и мирской порукой: недобросовестное или неумелое исполнение судебно-административных обязанностей наказывалось смертной казнью "без отпросу" и конфискацией имущества виновных, которое шло пострадавшим от их неисправности истцам. Все общество, выбиравшее старосту и целовальников, отвечало за их неисправную деятельность в случае их несостоятельности. Таким образом, земские выборные старосты собирали в казну прямые налоги. Сбор налогов косвенных, таможенных пошлин, также эксплуатация доходных казенных статей (питейное дело, соляные и рыбные промыслы и т. п.) отдавались на веру. Для этого земские тяглые общества обязаны были из своей среды выбирать верных, т. е. присяжных, голов и целовальников, которым вверялся сбор таких доходов. Исправность сбора обеспечивалась кроме веры, присяги, еще имущественною ответственностью сборщиков и поручительством ставившего их земского общества. Таможенные сборы в крупных торговых пунктах и казенные монополии берут на откуп в одиночку и «кумпанствами» московские гости – «коммерции советники».

georg: В царствование Ивана Ивановича относительно регулярными становятся созывы Земского Собора, который несколько раз созывал до этого Иван Грозный. Иностранцы называют Собор «сословиями», но сами русские сильно удивились бы, если бы узнали, что это называется «сословным представительством». В тогдашнем понимании выборные «излюбленные головы» в городах и уездах благодаря их фискальным функциям считались государственными служащими, которых выдвигала на службу община. Так смотрели на них и правительство, и избиратели. Собор, таким образом, был совещанием правительства с местными управленцами, на которых правительство получало нужную информацию о местных делах и нуждах и доводила до местных обществ свои директивы. Законодательный почин мог исходить от Собора в форме челобитной. В этом случае проработкой нового закона обычно занималась комиссия, составленная из нескольких депутатов Собора и нескольких государственных чиновников, и в окончательной редакции он шел на обсуждение в Думу и на утверждение царю.

georg: Московская Академия к этому времени является практически аналогом РИ Славяно-Греко-Латинской. Ее филиалы возникают в других городах при епископских кафедрах. Основная часть учащихся рекрутируется из «поповичей». Часть из них позднее идет на службу Церкви, часть – государству. Учебный курс епархиальных не ограничивался церковно-религиозными дисциплинами, но согласно с задачею школ включал в себя ряд научных светских предметов. Учащимся вменялось в обязанность ежедневно спрашивать друг друга по-гречески и отвечать по-славянски, а также спрашивать по-славянски, а отвечать на простом языке. Но, вообще, учащиеся не должны были разговаривать между собой на одном простом языке, но на славянском или греческом. Кроме языков в епархиальных школах преподавались грамматика, поэзия, риторика, диалектика и другие части философии, а так же математика. Общий порядок изучения наук в епархиальных школах был такой: сперва учили складывать буквы, потом обучали грамматике, церковному порядку, чтению, пению. Далее следовали высшие науки: диалектика и риторика, которые переводились на славянский язык. На русский язык были переведены диалектика, риторика и другие философские сочинения, касающиеся школы. Проповеди собственного сочинения в церквях становятся нормой.

georg: Широким тиражом был напечатан и пущен в продажу учебник по арифметике — «Книга, рекомая по-гречески Арифметикой, а по-немецки Алгоризмой, а по-русски цифирной счётной мудростью». В этом и других пособиях XVI в. по арифметике рассматривалось сложение, вычитание, умножение, деление и действия с дробями; при этом, как правило, приводились примеры из области торговли. В качестве наставления для измерения «сох» (единица обложения) была создана «Книга сошному письму», которая свидетельствует о знании довольно сложных приёмов математических расчётов. К этой книге была приложена статья «О земном верстании, как земля верстать», которая была первым в России геодезическим руководством. Являясь практическим пособием, статья на конкретных примерах указывала способы приведения земельных участков разной формы к образцовым фигурам (треугольник, прямоугольник, квадрат, трапеция) и пути измерения их площадей. Сочинения, излагавшие гелиоцентрическую систему Коперника, которая являлась важнейшим достижением европейской научной мысли XVI в., появились в русском переводе уже в это время. Представление о развитии биологических и медицинских знаний дают имевшие широкое распространение «травники» и «лечебники». Травники давали подробное описание растений, а после этого говорили об их лечебных качествах; в лечебниках сообщалось прежде всего об общих свойствах лекарств, а затем рассказывалось о способах их использования. В XVI в. было сделано несколько переводов на русский язык латинских медицинских книг.

georg: При дворе тон задает царица Анна Стефановна. В ее кружке переводятся на русский латинские и немецкие книги, а так же драматические произведения. При дворе она устраивает спектакли в исполнении уже местных актеров, в основном из Академии, а после них – ужины, за которыми гостей развлекают европейской музыкой и не подают спиртного. Женщины присутствуют на этих мероприятиях наравне с мужчинами, постепенно выходя из теремного затвора. Появляется портретная живопись – парсуны. Проникшее было в иконопись западное влияние было жестко пресечено – патриарх собрал собор духовенства, на котором было предписано писать иконы «как древние греческие мастеры и как Андрей Рублев». Русская иконописная школа в XVI веке остается традиционной, равно как и архитектура.

Mukhin: Вах, хорошо!

georg: Продолжение. «Твой щит на вратах Цареграда». В второй половине XVI века Турцию охватил экономический и демографический кризис, вызванный перенаселением в Анатолии. В результате произошло уменьшение райятских наделов и повышение удельного веса среди деревенского населения холостых крестьянских юношей, лишенных возможности получить надел земли и завести семью. Хотя увеличение численности райи привело к расширению площади запашки и соответственному росту сборов зерновых, но в конечном итоге низкий уровень обработки почв и ограниченность ресурсов свободных земель определили возраставшую напряженность продовольственного баланса. Это вызывало прогрессирующее обнищание крестьянства. Рост населения, на прокорм которого наличных ресурсов не хватало, вызвал стремительный рост цен. В совокупности с притоком дешевого испанского серебра это обрушило турецкий акче, вызвав его стремительную инфляцию. Выяснилось, что прежние источники доходов не покрывают постоянно возраставших расходов на содержание армии и огромного военно-административного аппарата. В следствии инфляции, обесценивающей налоговые поступления, начался стремительный рост налогов, и именно тогда, когда правительство Порты все более и более сталкивалось с затруднениями при сборе налогов с беднеющего населения.. Впервые дефицит поступлений был отмечен в 1564 г, тогда доходы казны составляли 183 млн., а расходы около 190 млн. акче. К 1596 г. сборы в казну равнялись 300 млн., а издержки - 900 млн. акче. Однако следует учесть, что за тот же срок стоимость акче упала примерно в три раза, поэтому реальные доходы правительства составляли всего около 100 млн. акче. Стремясь покрыть нехватку денежных средств, османское правительство прибегло к уменьшению серебряного содержания акче, а затем и к ухудшению пробы серебра. Выпуск испорченной монеты на некоторое время обеспечивал казну ценным металлом, однако не мог решить трудностей, стоявших перед правительством. Более того, употребление испорченной монеты повлекло за собой настоящий хаос в государственных финансах и значительно осложнило внутриполитическую обстановку в стране.

georg: Кризис сипахийской системы был вызван той же клятой "мальтузианской" проблемой - перенаселением, и вытекавшими из него обнищанием райатов, инфляцией, снижением доходов. К концу XVI в. сложилось такое положение, когда потребности османских феодалов в деньгах росли, а поступления сокращались. Уменьшение военной добычи толкало сипахи на усиление эксплуатации крестьян. Однако тимарная система не могла удовлетворить возросшей жажды денег, так как размеры поступлений и права сипахи в отношении своих держаний были строго регламентированы законом. Поэтому османские "мужи меча" стали стремиться к превращению тимаров из условных владений в наследственные и безусловные. Так постепенно менялась сущность служебного землевладения. Если жесткая регламентация прав рядовых тимариотов препятствовала им в реализации подобных замыслов, то большой объем прав и привилегий правящей верхушки облегчал ей концентрацию в своих руках многих вакантных тимаров, ставших фактически наследственными владениями, не связанными с выполнением военной службы. В первую очередь тимариотские земли пыталась присвоить придворная знать, чтобы меньше зависеть от смены султанского настроения. "Зеаметы и тимары, - писал в XVII в. защитник интересов сипахи Мустафа Кочибей, - сделались жертвой вельмож". С неменьшим возмущением авторы того времени писали о проникновении в среду турецких феодалов "подонков из народа", в частности о ростовщиках и "торговцах-шакалах", стремившихся с помощью подкупов заполучить земли или должности в государственном аппарате.

georg: Не меньшее значение имела "нерентабельность" тимара в глазах их владельцев. ВXVI в. средний доход тимариота равнялся примерно 5 тыс. акче, а дом в провинциальном городе стоил от 1 до 4 тыс. акче, водяная мельница 5200 акче, раб - от 1 до 4 тыс., лошадь - 800-900 акче. Таким образом, учитывая цены того времени, можно видеть, что поступления от тимара обеспечивали сипахи весьма низкий прожиточный минимум. Поэтому столь важна была для сипахи военная добыча, которая могла удвоить и утроить доходы "людей меча".Но теперь Порта была со всех сторон окружена мощным государствами, имевшими регулярные войска, обученные более передовой тактике боя и оснащенные новым вооружением. Эти обстоятельства привели к полному прекращению завоевательных войн и резкому сокращению военной добычи. Сокращение военной добычи нанесло первый серьезный удар по материальному положению сипахи. Вторым ударом стало значительное падение стоимости акче (в 2-2,5 раза по официальному курсу и в 4 раза на "черном рынке") в конце XVI в. (по вышеуказанным причинам). В то время как цены на рынке, а также государственные налоги резко выросли, размеры поступлений сипахи с их держаний остались на прежнем уровне. В итоге доля тимариотов в общем объеме феодальной ренты, получаемой с крестьян, резко сократилась. Так, в начале XVI в. в пользу сипахи Румелии шло примерно 50-70 % всех сборов с сельского населения, а в конце XVI в. - лишь 20-25 %. В конце концов военные расходы, лежавшие на плечах "мужей меча", перестали окупаться сборами с тимаров, сипахи стали терять интерес к своим земельным держаниям, их боевой дух и желание воевать также неуклонно падали.

georg: Тем не менее Османам было необходимо поддерживать на уровне военные силы страны – сильно увеличенное янычарское войско и мощный флот, который особенно дорого стоил. Выход из тяжелого положения, в котором оказалось османское правительство, османские власти видели в усилении эксплуатации народных масс и особенно крестьянства. В конце XVI в. были значительно увеличены размеры податей с зависимого населения и введены новые поборы. Так, подушная подать с немусульман-джизья - к началу XVII в. выросла с 20-25 акче до 140, а сборщики налогов на местах временами взимали по 400-500 акче. Еще быстрее росли налоги, относившиеся к категории "чрезвычайных". Поскольку, они вводились государством в зависимости от конкретных, главным образом военных, нужд, то их размеры не были точно установлены. Турецкий хронист Мустафа Селяники писал: "В провинциях государства чрезвычайные налоги довели подданный народ до того, что ему опротивел этот мир и все, что находится в нем". Вместе с усилением налогового гнета правительство стало в широких размерах практиковать сдачу государственных земель на откуп» Расширение деятельности откупщиков, быстро превратившихся в подлинных хозяев целых районов страны, означало, прежде всего, усиление хищнической эксплуатации зависимого населения. Крестьянам для уплаты своих налогов приходилось продавать не только излишек, но и значительную часть необходимого продукта. Райят, оказавшись не в состоянии выполнить свои повинности, был вынужден прибегать к услугам ростовщиков. Ростовщические операции приобрели в это время большой размах. Значительная часть сельских жителей оказалась в долговой кабале, заложив свои дома, скот, землю.

georg: Ко второй половине XVI в. стало ясно, что османские города оказались не в состоянии принять всего "избыточного" сельского населения. В силу ограниченности сырьевой базы, незначительности спроса, господства ручного труда ремесленное производство не могло поспеть за темпами роста числа городских жителей. Поэтому крестьянская молодежь заполнила религиозные училища - медресе, начала вливаться в ряды янычар, искать места среди челяди провинциальных феодалов. Специфической чертой жизни городов того времени стало умножение численности городского плебса, всегда готового к бунтам и возмущениям. Фактически для османского общества XVI в. значительная масса покидавших деревни крестьян и обширный слой лиц без определенных занятий в городах оказались "лишними людьми". Проблема "лишних людей", получивших в османских документах название левендов, решалась Портой путем их привлечения к участию в войнах в качестве стрельцов - тюфенкчи. Со временем отряды левендов превратились в грозную мятежную силу, угрожавшую порядку в Османской империи. Отказываясь сдавать оружие по возвращении из походов, левенды большими и малыми группами расходились по анатолийским и балканским провинциям в надежде найти место в военной свите того или иного крупного феодала, губернатора провинции или уезда. Те, кто не смог обрести себе такого пристанища, легко превращались в разбойников. В конце XVI в. число последних выросло настолько, что слово "левенд" обрело значение мятежного человека, разбойника. Действия отрядов левендов переплетались с волнениями крестьян, протестовавших против феодального гнета и вымогательств местных феодалов и султанских чиновников. Борьба сельского населения дополнялась выступлениями софт - учащихся медресе, которые теперь были заполнены сыновьями крестьян. Налоговая политика правительства, к тому же вопиюще противоречившая шариату, вызывало негодование этого крестьянского по происхождению духовенства. Множество мулл в своих проповедях яростно обличали власти и самого султана. Малая Азия превращалась в готовую вспыхнуть пороховую бочку.

georg: Оказавшись в окружении враждебных держав, османская дипломатия лихорадочно искала союзников. Туркам удалось установить контакты с узбекским ханом Абдуллой, заключив с ним союз против Ирана. Но в Европе османская дипломатия успехов не добилась. Старый союзник Османов Франция, терзаемая борьбой между короной, Лигой и гугенотами, оказалась не в состоянии проводить активную внешнюю политику. Надежды на союз с Польшей рухнули – КазимирV проводил политику католизации в своих государствах, опираясь при этом на Рим и иезуитов. В этих условиях он не мог идти против папы, а на папском престоле сидел КлиментVIII, ярый сторонник изгнания турок из Европы. К тому же польская шляхта отнюдь не горела желанием воевать. Со стороны Ягеллонской федерации турки могли рассчитывать только на нейтралитет. Оставалась Англия, находившаяся во враждебных отношениях с Габсбургами. Ее армия была ничтожна, но у нее имелись флот, деньги и дипломатия. Зная, что Филипп готовится нанести ей удар в Ирландии, Елизавета решила создать Испании такие проблемы, чтобы Филиппу стало не до Англии. Наиболее же уязвимым местом Испании был Магриб. На почве изгнания испанцев из Магриба и возник союз между Турцией и Англией. Связующим звеном между ними стал султан Марокко Ахмад ал-Мансур.

georg: Этот талантливый государь поставил своей целью изгнание из Магриба христиан и восстановление великой берберийской державы Магриба, равной Альморавидам и Альмохадам. Елизавета вступила с ним в союз, обещала поддержку и начала поставки в Марокко огнестрельного оружия. В предыдущих войнах марокканцы уже испытали превосходство испанской армии, которую не под силу было разгромить ополчениям берберийских племен. Ахмад решает создать янычарское войско по турецкому образцу. Это войско пеших гулямов рекрутировалось из рабов – суданских негров, вооружалось английским оружием и обучалось турецкими янычарскими офицерами. Ахмад так же предпринял меры к усилению артиллерийского парка. Содержание подобного войска требовало много денег. Золотые копи было на юге, в суданской державе Сонгай в бассейне Нигера. Ахмад ал-Мансур решил взять это золото себе. Сначала он встретил со стороны своих советников сильное противодействие: они не верили, что войско сумеет пересечь Сахару. Подобных примеров в истории еще небыло. Но ал-Мансур был непоколебим: почему армия не сумеет форсировать пустыню, если это доступно караванам обычных торговцев? Кроме того, речь идет о посылке в Западный Судан не огромного войска, а небольшого, но действенного, вооруженного огнестрельным оружием отряда, который нетрудно обеспечить всем необходимым в пути. Ал-Мансур был убежден в превосходстве, огнестрельного оружия и заставил в конце концов свой совет поверить в успех экспедиции.

georg: Для обеспечения войск в Сахару была послана огромная масса носильщиков, землекопов и врачевателей. Армия состояла из 4000 солдат и 600 «инженеров». Ударной силой армии были мортиры, стрелявшие ядрами. Для перевозки снаряжения потребовалось 8 — 10 тысяч верблюдов и тысяча вьючных лошадей. Артиллерийская прислуга была укомплектована англичанами, а главнокомандующим был испанец Джудар-паша. Бывший испанский полковник, на родине приговоренный судом инквизиции за баловство оккультизмом, он, бежав в Марокко, принял ислам и вскоре стал доверенным лицом султана как военный эксперт. Марокканская армия вышла в путь 22 декабря 1590 г. Время было тщательно выбрано: это прохладный сезон, а дожди обеспечили путь водопоями. Генеральное сражение между марокканцами и войском Сонгай произошло 12 марта 1591 г. в Тандикондибугу, близ Тондиби (в 45 км к северу от Гао). Сам бой был коротким. Ал-Мансур правильно оценивал эффективность огнестрельного оружия по сравнению с луками, стрелами и дротиками. Армия Сонгай была прижата к Нигеру и почти полностью уничтожена. Тимбукту и Гао было захвачены, и царство Сонгай пало, его царь Исхак погиб. Наместником Судана был назначен шейх Махмуд Бен-Зергун. Караваны с суданским золотом пошли в Марракеш.

georg: Теперь, имея средства, ал-Мансур резко увеличивает армию, и начинает переговоры с Турцией о союзе. Постановлено было изгнать испанцев из Магриба, причем Тунис и Триполи должны были отойти к Османам, а Кабилия и испанский Алжир – к Марокко. В Турции в это время скончался султан МурадIII, и воцарился его сын МехмедIII, при вступлении на трон казнивший 19 братьев. При нем влияние женщин из гарема достигло апогея, а прихватизация сильными мира сего государственных и тимарных земель приняла невиданные ранее размеры. Предложение Марокко и Англии было принято. Правительство рассчитывало, что священная война с неверными за освобождение братьев-мусульман снизит напряженность в стране. Тем более что это был шанс прорвать враждебное окружение, в котором оказалась Порта. Диван полагал, что император Рудольф скорее всего выступит на стороне Испании, и необходимо сосредоточить основную часть войск на Балканах, меж тем как флот подержит марокканцев, а «ограниченный контингент» будет высажен в Тунисе. В случае вступления в войну России предполагалось, продолжая активные действия в Магрибе и на море, на Балканах перейти к обороне – турки были уверены в непреодолимости линии мощных крепостей, которые они выстроили вдоль Дуная и в Боснии. Что же касается Ирана, то как раз в это время Абдулла Шейбанид развязал новую войну за Хорасан, и силы Ирана были заняты на востоке.

georg: Военные действия начались зимой 1594 года захватом ал-Мансуром Кабилии. Весной этого же года турецкий корпус высаживается на восточном побережье Туниса. Правившая в Кайруане под испанским сюзеренитетом династия Гассанидов не пользовалась популярностью как «прислужники неверных». В одну неделю вся страна признала власть Османов, и у испанцев в Тунисе остались лишь крепости Голета и Бизерта. В то же время ал-Мансур напал на испанские владения в Алжире и осадил Тлемсен. В июне произошло морское сражение между испанским и турецким флотом у побережья Туниса, закончившееся вничью, но разорвать морские коммуникации турок испанцам не удалось. Испания оказалась в весьма трудном положении. Но с началом следующего 1595 года вступают в силу и благоприятные обстоятельства. Англия так и не вступила в войну. Летом 1594 года на севере Ирландии, в Ольстере, вспыхнуло давно подготавливаемое Филиппом восстание, во главе которого встали графы Тайрон и Тирконель. Вожди восставших составили «Лигу Севера», создали и обучили армию, насчитывавшую до 16 тыс. человек. Елизавете пришлось направить в Ирландию войска, собранные для защиты побережья. Эрцгерцог Эрнст в свою очередь привел в полную готовность Нидерландский флот и «дружески порекомендовал» Елизавете не провоцировать императора. Елизавета, оценив ситуацию, воздержалась от оказания помощи своим мусульманским союзникам. В то же время папа КлиментVIII развил лихорадочную деятельность по организации антитурецкой коалиции. По всей Европе, от Лиссабона до Москвы его эмиссары призывали христиан к священной борьбе с неверными. Первым откликнулся император Рудольф, давно мечтавший о военной славе (а венгерское дворянство – о боснийских землях). Португальский король Себастьян, понимавший, что в случае разгрома Испании и Португалия потеряет свои опорные пункты на побережье Марокко – Сеуту, Агадир и Могадор – начал в 1595 году войну с Марокко, что заставило султана Ахмада ал-Мансура, уже взявшего Тлемсен, резко снизить темп наступления. И наконец Венеция так же склонилась на призывы Святого Престола и соединила свой флот с испанским. Папа как светский государь так же вступил в антитурецкую лигу, и втянул туда же итальянскую мелюзгу - герцогов Тосканы, Мантуи и Феррары.

georg: В Москве вопрос о вступлении в Лигу вызвал противоречия. В Думе многие указывали на то, что без поддержки Ирана, который занят войной с узбеками, трудно будет вести военные действия на Кавказе, и на то, что в предыдущей войне с турками Габсбурги не оказали России никакой поддержки. Еще не приняв окончательного решения, царь в 1594 решил воспользоваться отвлечением турок на запад и решить проблему Шамхалата на Кавказе. По условиям последнего мира между Россией и Турцией Россия гарантировала неприкосновенность владений шамхала Тарковского. Это положение было крайне неудобным – было ясно, что в случае новой войны с Турцией Кахетия, зажатая между турецкими пашами в Тбилиси и Гяндже и владениями шамхала в Дагестане, подвергается крайней опасности. Поэтому летом 1594 начинается «совместная операция» русских и грузинских войск в Дагестане. Бутурлин движется с Терека, Телятевский из Дербента, царь Кахетии Александр – через горные проходы Тушети и долиной Койсу. Кумыки оказывают упорное сопротивление, но с ханами аварцев и лезгин удается договориться. К зиме Тарки и все побережье были в руках русских, ряд ханов Дагестана приведены к шерти (присяге), а загнанный в горы шамхал уже не представлял большой опасности.

georg: В Москве еще рассуждали о вступлении в Лигу, когда произошло событие, окончательно склонившее Ивана Ивановича к войне с Турцией – в Москву прибыло посольство от валашского и Молдавского господарей с просьбой о принятии в русское подданство. Еще в сентябре 1593 с помощью денег валашский трон получил бан Олтении и сын бывшего господаря Пэтрашку Доброго Михай, вошедший в историю как Михай Храбрый. Михай занял трон с твердым намерением вступить в борьбу против Порты и восстановить независимость своей страны, что стало смыслом его жизни и деятельности. Первоначально валашский господарь попытался усыпить бдительность противника, чтобы не возбуждать подозрений Порты, но осенью 1594 г. он собрал «страну» (т. е. собрание страны) и заявил о решимости «освободить ее в мужественном бою» и «поднять меч против врагов». Доведенная османским сюзеренитетом до нищенского состояния страна высказалась за вооруженное сопротивление. Аналогичное решение было принято и в Молдове, где господарь Арон Водэ вступил в союз с Михаем.

georg: Выступление началось одновременно в Бухаресте и Яссах. На помощь Михаю подоспели украинские казаки во главе со своим гетманом князем Богданом Ружинским. Тринадцатого ноября 1594 г. oни атаковали и уничтожили османских представителей и около 2000 турецких солдат, находившихся в Бухаресте для осуществления надзора за господарем. Затем были нанесены удары по османским гарнизонам на Дунае. В период с ноября 1594 по январь 1595 г. происходили бои в Джурджу, Тыргул-де-Флочи и Хыршове. В качестве ответной меры Порта направила войска для изгнания «коварных» из Бухареста и Ясс. Однако в январе 1595 г. эти силы были разгромлены в сражениях при Путинея, Cинештах и Шерпэтештах. Тем временем румыны, заняв Рущук и Браилов, и разбив ряд посланных против них османских корпусов, проникли в Болгарию. Войска Арона Водэ осадили Килию. Эти события вызвали в Стамбуле шок. Порта лишалась тонны золота, 20 тыс. овец, 2 тыс. лошадей, 10 тыс. мешков ячменя, а также значительного количества масла, меда и других продуктов, доставляемых ежегодно из Валахии и Молдавии. Поэтому к Дунаю была срочно двинута армия приблизительно в 50 тыс. османских солдат во главе с великим визирем Синан-пашой. У Михая вместе с казаками было до 15 тыс. человек.

georg: При участии валашского митрополита, двух епископов и крупных бояр 20 июля 1595 г. в Киеве был подписан договор о принятии в российское подданство Валахии и Молдавии. Русские войска уже концентрировались в Киеве, флот приводился в боевую готовность. Отдельный корпус выдвигался в Закавказье для защиты Кахетии. Во главе его встал хорошо знавший театр военных действий Бутурлин (старик Хворостинин умер в 1591, перед смертью постригшись в монахи под именем Дионисия). В Дагестане с войском оставался князь Телятевский, которому была поставлена цель добить шамхала. В начале августа 1595 г. турецкие войска перешли Дунай. Из-за огромного перевеса сил противника господарь не мог пойти на сражение на открытом пространстве. Поэтому он выбрал для битвы местность возле села Кэлугэрени между Джурджу и Бухарестом, где расположенные в тылу лесистые холмы обеспечивали возможность отхода, а лежавшие перед фронтом болота Кылништи позволяли противнику идти лишь колонной по деревянному мосту. В состоявшейся 13 августа 1595 г. битве Михай добился успеха: четыре паши, семь санджак-беев и 3 тыс. османских солдат полегли на поле боя, а румыны и казаки захватили пять пушек и одно знамя пророка. Для окончательной победы необходимо было продолжить бой на следующий день и преследовать турок до Дуная, но Михай не мог позволить себе этого за недостатком сил. Ему пришлось отступить с войсками в сторону Карпат и в ожидании русских стать лагерем возле села Стоенешть. В это время турки заняли Бухарест, превратили монастырь Раду-Водэ в мечеть, захватили Тырговиште и поставили в деревнях субашей, угрожая превратить страну в турецкую провинцию. На пути следования османских войск крестьяне прятались нападая на мелкие отряды. В октябре 1595 г. в Валахию вступил Иван Петрович Шуйский во главе 22 тыс. конницы и 15 тыс. пехоты. Из Молдовы новый господарь Стефан Рэзван послал 3 тыс. воинов с 22 пушками. Обе столицы были освобождены, а турок преследовали до Джурджу. Не успевшие перейти реку османы были уничтожены, 8 тыс. пленных освобождены. 20 октября 1595 г. была захвачена крепость Джурджу. Султан отстранил Синана от должности визиря, заменив его Мурад-пашой. В это же время военные действия открыла Австро-Венгрия. Одна императорская армия вступила в Сербию и соединилась с войском сербского князя Петра Стефановича (брата царицы московской), готовясь весной осадить Ниш, а другая двинулась в Боснию.

georg: Весной военные действия возобновились. Османы перешли к предусмотренной диспозицией оборонительной тактике. Крепости, снабженные огромными запасами и сильными гарнизонами представляли собой оборонительную линию, за которой действовала основная турецкая армия. Румелийский сераскир Мехмед-паша обосновался в Силистрии с 50-тысячной армией для поддержки прочих крепостей и обороны Дуная. В течении мая-июня шли бои за Килию – последнюю турецкую крепость к северу от Дуная. 22 июня 1596 года Килия была взята, и Шуйский начал подготовку к вторжению в Добруджу. В начале июня произошло первое морское сражение русского флота на Черном море. Флотом командовал Герман фон Ливен – лифляндец, длительное время служивший в нидерландском флоте и участвовавший в войне на море с Португалией. Поскольку Ливены возводили свою родословную к Рогволодовичам Полоцким, адмирала как природного Рюриковича в Москве титуловали князем. Основные силы турецкого флота оперировали на Средиземноморье. Русских турки не считали серьезным противникам на море. Но Ливен в предвоенные годы натренировал свои экипажи (набранные в основном из северных поморов) до совершенства, а его офицеры по большей части как и он ранее служили волонтерами во флоте Нидерландов. Новая европейская тактика морского боя, основанная на массированном огне бортовой артиллерии и последовательном сосредоточении огня на вражеских кораблях оказалась новостью для турок. Турецкая эскадра, потеряв несколько галер, укрылась в Варне, а Ливен ввел легкие суда в устье Дуная в качестве флотилии. Не столь успешно шло наступление австро-венгров. Рудольф назначил командующими двумя своими армиями своих совершенно бездарных в военном деле братьев – эрцгерцогов Максимилиана и Матвея. Еще весной султан МехмедIII двинул свои главные силы в Боснию навстречу императорской армии, и сам лично возглавил войска. 12 июня произошло сражение при Зенице. Императорской армией командовал эрцгерцог Матвей. Бездарный, но неимоверно честолюбивый и амбициозный эрцгерцог совершенно отказался прислушиваться к советам опытных военачальников. Под Зеницей он с незащищенной позиции преждевременно атаковал султанскую армию всеми силами, был взят во фланг и разгромлен. Понеся значительные потери, австро-венгры откатились к Сребренице. Вторая австрийская армия, осадившая было Ниш, отошла обратно на Мораву. После этого султан перебросил большую часть войск на Дунай, и в августе турки начали вторжение в Олтению со стороны Видина. Шуйский немедленно занял с половиной своих войск оборону на нижнем Дунае против Румелийского сераскира, а остальные силы направил в Олтению под предводительством Михая Храброго, полководческий престиж которого был в это время весьма высок. 18 сентября 1596 под Крайовой состоялось генеральное сражение русско-валашской армии с армией великого визиря. Решающую роль сыграл подход в самый напряженный момент сражения отрядов Трансильванского воеводы Жигимонда Батори, с марша вступивших в бой. Турки потерпели полное поражение и были отброшены за Дунай. На Кавказе военные действия шли вяло. В конце 1595 умер Бутурлин, и командование принял его помощник – молодой воевода Петр Федорович Басманов, внук Алексея Басманова. Он отразил совместно с грузинами две попытки турок вторгнуться в Кахетию, но не имел достаточно сил, чтобы перейти в наступление.

georg: Решающим стал этот год на Средиземном море. Весной в Сиракузы с 5 нидерландскими галеонами прибыл сын генерального штатгальтера эрцгерцога Эрнста эрцгерцог Андрей (Андреас). Опытный моряк и страстный флотофил, эрцгерцог был уже знаменит одержанной в 1585 году победой над португальским флотом. По предложению ФилиппаII Андреас был назначен командующим объединенным флотом союзников. 19 июля неподалеку от острова Закинф флот союзников встретился с османским флотом. Произошло одно из самых грандиозных морских сражений в истории. Качественные преимущества были на стороне союзников: турецкая артиллерия по тактико-техническим данным уступала артиллерии союзного флота, а на вооружении янычар находились только 2500 аркебузов, остальные турки являлись лучниками и не имели защитного снаряжения. У союзников же все абордажные команды имели огнестрельное оружие и защитное снаряжение. Бой начался в 11-12 часов дня с развертывания флота союзников. На левом крыле туркам удалось окружить союзников. Из-за незнания местности союзный флот не сумел прижаться к отмели у острова, и турецким галерам удалось обойти его вдоль берега и атаковать с тыла. Начался абордажный бой, в ходе которого сказались преимущества союзников в численности и вооружении. К 12 часам 30 минутам правому крылу турок было нанесено поражение. Окружение не обеспечило успеха. С 12 до 14 часов боевые действия развернулись в центре. Здесь турки имели лучшие силы и бой носил особенно упорный характер. Руководство осуществлял здесь эрцгерцог Андреас, последовательно сосредотачивая огонь галионов на сильнейших кораблях противника. Флагманский галеас, полуразрушенный артиллерийским огнем, был взят на абордаж, капудан Али-паша убит. С 14 до 16 часов был завершен разгром турецкого флота. Главными на этом этапе были маневры Улуг-Али и Дория. В кризисный момент Улуг-Али (левое крыло турок) с большей частью своих сил внезапно повернулся к центру, атаковал и прорвал правый его фланг. Однако союзники не растерялись. Андреас, покончив с флагманом противника, устремился на помощь правому флангу. Одновременно вступил в бой резерв союзников и с тыла приближалось правое крыло Дория. Назревало окружение судов Улуг-Али, который бежал с 13 судами. Удалось вырваться и убежать еще 35 турецким судам. В результате поражения турок было освобождено 12 тысяч невольников-рабов. Турки потеряли 30 тысяч человек и 224 корабля. Господство на море перешло к союзникам.

Mukhin: Ура! Продолжение! А то я уж испугался... Георг, я тут с упорством маньяка продолжаю пережёвывать картофельную проблему. А нельзя начать селекционную работу в России? Что бы лет через 30 картошка стала нормальной. В конце концов, Орлов-Чесменский орловских рысаков лет за 10-15 вывел... Уж дюже хочется на Руси демографический взрыв устроить...

georg: Mukhin пишет: А нельзя начать селекционную работу в России? Что бы лет через 30 картошка стала нормальной. На Западе ее проводили аптекари и медики (катофель считался лекарственным средством). И именно они в конце концов вывели культурные сорта картофеля на аптекарских огородах. У московитов медицинский факультет еще только в проекте (хотя медики с докторским дипломами, получившие таковые на западе уже имеются). Государственный аптекарский приказ еще только создан (в основном для целей медицинского обслуживания армии, действующей в южном климате). Возможно в первые десятилетия 17 века наши и справятся - но это уже некое мини-прогрессорство, а я пытаюсь обходится без такового. Mukhin пишет: Уж дюже хочется на Руси демографический взрыв устроить... А он у нас и так идет, только путем экстенсивным - за счет масштабного освоения южных черноземов, в реале недоступных из-за татар.

georg: С началом кампании 1597 года турецкое командование сосредоточило большую часть армии на Дунае. Туркам было известно, что в Валахию прибыл царь Иван Иванович, и что целью наступления русских станет Силистрия – мощнейшая крепость на Дунае и резиденция Румелийского беглербега, являвшаяся ключом к Болгарии. Силистрия обладала огромными запасами и мощным гарнизоном. Турецкая полевая армия сосредотачивалась под Шумлой. Предполагалось комбинирование обороны крепости с действиями полевой армии. Располагая флотилией, русская армия форсировала Дунай, и вступила в Добруджу, миновав захваченную в прошлом году Шуйским Исакчу. 2 июня Силистрия была осаждена. Однако осада с самого начала шла неудачно – русским никак не удавалось полностью блокировать крепость. Турки действовали согласно разработанной великим визирем Мурад-пашой диспозиции - их полевая армия, не принимая генерального сражения, совершала беспрерывные нападения на тылы осаждающей армии. Царь отдал приказ строить контрвалационную и циркумвалационную линии, но благодаря большой протяженности периметра турецких укреплений работы затянулись надолго. Сераскир Мехмед-паша делал постоянные вылазки, каким-то образом скоординированные с нападениями полевых войск турок. По другому на этот раз разворачивались события на западе Балкан. Поражение при Зенице вызвало у РудольфаII приступ ярости, ближайшим следствием которого было смещение обоих братьев императора со всех военных постов и назначение на их место опытных военачальников – имперских маршалов графов фон Тилли и фон Мансфельда. В это же время по призыву папы войска в императорскую армию выставили герцог Вильгельм Баварский и ряд немецких епископов. В мае Мансфельд вступил в Боснию и сковал сосредоточенную там армию турок. В это же время Тилли, приняв командование над большей частью венгерской армии, стоявшей в Сербии, по совету князя Петра Стефановича не возобновил наступления на Ниш, а направил удар западнее – на город и крепость Нови-Базар, столицу одноименного санджака. Нишский паша, располагавший значительным корпусом, пытался прикрыть Нови-Базар, но был разгромлен князем Петром. В конце июня Нови-Базар, не получивший своевременной помощи, был взят штурмом, в подготовке которого важнейшую роль сыграли итальянские инженеры, присланные герцогами Тосканским и Феррарским. Турецкая линия обороны оказалась прорванной.

georg: Захват Новобазарского санджака вызвал немедленное восстание в Черногории. Эта горная провинция и раньше подчинялась туркам только формально, и там правили местные «владыки». Теперь черногорцы выступили против турок и соединились с войском князя Петра, которому присягнули как своему государю. Вскоре восстание заполыхало по всем сербским территориям Порты. Албанские князья – вассалы Венеции, ранее ограничивавшиеся набегами на Македонию и Эпир, теперь при поддержке венецианских войск начали активные действия и осадили Шкодер. Тилли, оставив часть войск в распоряжении князя Петра, сам повернул теперь на запад и совместно с Мансфельдом занялся разгромом турецкой группировки в Боснии. А князь Петр, развивая успех, 22 июля вступил в Печ, где был торжественно встречен сербским патриархом, а в середине августа освободил главный город Косова Приштину и древнюю королевскую резиденцию город Призрен, где соединился с корпусом венецианцев и их албанских вассалов. Освобождение Сербии было практически завершено. Великий визирь срочно перебросил часть войск из под Шумлы на запад, на помощь паше Ниша. Этого оказалось достаточно, чтобы остановить дальнейшее наступление Петра Стефановича, но Сербия оказалась потерянной, а разбитая и загнанная Тилли и Мансфельдом в Герцеговину западная группировка турок доживала последние дни. Русские войска меж тем предприняли два общих штурма Силистрии, но оба были отбиты турками. Удачливее оказался Михай Храбрый, который по собственной инициативе, воспользовавшись оплошностью турок, внезапным ударом захватил крепость Рущук. Венецианцы, воспользовавшись бессилием разбитого турецкого флота, в начале 1597 года высадились на Родосе, и к осени взяли все его крепости, а затем выбили турок и с прочих островов Додеканеса. Испанцы же все силы направили в Магриб. Совместное вторжение испанских и португальских войск в Марокко провалилось – султан Ахмад ал-Мансур нанес союзной армии большие потери в сражении под Мекнесом, и вынудил ее отступить. В Тунисе турецкий военачальник Ахмед-паша, хотя и отрезанный испанским флотом от метрополии, продолжал удерживать при поддержке местного населения большую часть страны.

Вольга С.лавич: georg пишет: Новая европейская тактика морского боя, основанная на линейном построении, Собственно до линейной тактики ещё лет 60. В 1590е годы ещё конкурируют абордаж и пушечная стрельба. georg пишет: Весной в Сиракузы с 5 нидерландскими галионами и т.д. Я понимаю, что вы просто списали с Лепанто, однако я не понял, у европейцев преимущественно парусный флот испано-нидерландских галеонов (а он при ветренной погоде сделает с гаплерами всё, что захочет) или традиционный для Средиземного моря гребной флот из галер и галеасов?

georg: Вольга С.лавич пишет: Собственно до линейной тактики ещё лет 60. Согласен, хватил. Опыт Ливена, как участника морской войны Нидерландов с Португалией, можно сравнить с РИ опытом участника разгрома "Непобедимой армады". Вольга С.лавич пишет: европейцев преимущественно парусный флот испано-нидерландских галеонов (а он при ветренной погоде сделает с гаплерами всё, что захочет) или традиционный для Средиземного моря гребной флот из галер и галеасов? Нидерландский флот полностью парусный, но там только 5 кораблей. У испанцев как и в реале смешанный, парусно-гребной. Имеются галеоны, галеасы и галеры. У Венеции, Генуи, Тосканы и папы - традиционный гребной.

georg: С разгромом на море планы Османов относительно Магриба провалились. Султан отдал приказ восстановить флот, но средств не хватало. Дальнейшая война для Порты теряла смысл. Но главное, что заставляло султана искать мира – положение в Малой Азии. Тяжелая война вынудила султана держать на Балканах почти всю армию. Этим воспользовались доведенные откупщиками и ростовщиками до голода и отчаяния анатолийские крестьяне. В Малой Азии началось мощное повстанческое движение. Один из крупнейших турецких средневековых историков, Кятиб Челеби, писал: «...в Анатолии презренные райя, найдя страну без присмотра, встали на путь грабежа и разбоя. Когда каждый голодранец приобретал таким способом лошадь и штаны, а во главе каждой банды оказывался руководитель, они, вооружившись клинками и иным оружием, грабили и разрушали, нанося оскорбления уважаемым людям». Так историк рисовал бунт крестьян против властей. Отряды повстанцев действовали в 1596—1597 гг. в Карамане и Сивасе, Марате и Халебе, Дамаске и Урфе, Диярбакыре и Эрзуруме, в ряде других районов. К бунтующим крестьянам присоединялся городской плебс. По свидетельству турецких историков начала XVII в., в эти годы бунтовщики разграбили даже первую столицу османских султанов Бурсу. Зимой 1598 года турки попытались вступить в переговоры с каждым из союзников в отдельности. Царь Иван Иванович, находясь под впечатлением внушений Михая Храброго, желал продолжать войну. Но иной прием турецкие дипломаты встретили на Западе. ФилиппII, ведя тяжелую войну в Магрибе, благосклонно отнесся к предложению султана заключить мир и эвакуировать турецкий корпус из Туниса. Потерял интерес к продолжению войны и папа КлиментVIII. Недостаточно верно проинформированный о желании западнорусского народа принять унию, папа надеялся через униатов западной Руси привлечь затем к унии и Русь Московскую, а затем и Константинополь, который царь московский отвоюет у турок. Но уния встретила резкое сопротивление среди православных Польши и Литвы, а методы ее насаждения – весьма негативную реакцию в Москве. Возможно царь Иван Иванович совершил дипломатический просчет, дав резкий от ворот поворот папскому легату, предлагавшему начать переговоры об унии. Папа разочаровался в возможности присоединения московитов к Римской церкви. «Вы взяли у турок все, что вам нужно, и сейчас нет смысла продолжать войну ради того, чтобы Константинополь достался московиту» - писал он императору Рудольфу.

georg: В апреле 1598 года, когда подготовка к новому задунайскому походу шла полным ходом, императорский посол поставил царя в известность о том, что все католические союзники решили вступить в мирные переговоры с турками. Послу пришлось выслушать от московских бояр немало «слов укоризненных», но на протесты царя союзники ответили, что не в состоянии продолжать войну, а султан предлагает весьма выгодные условия. Продолжать войну с турками один на один было бесперспективно (как считали в Москве), и скрепя сердце, царь отправил на мирный конгресс в Белград боярина Бориса Годунова и думного дьяка Власьева. В июне 1598 года был подписан Белградский мир. Согласно ему Турция выводила свои войска из Туниса и переставала оказывать какую-либо поддержку султану Марокко. В остальном мир был подписан на условии «кто чем владеет». Император Рудольф присоединил к венгерскому королевству турецкую Боснию и Герцеговину, а к вассальному сербскому княжеству – Новобазарский санджак, Черногорию и Косово. Венеция получила Родос и весь Додеканес, а к своим владениям в Албании присоединила город Шкодер. Под власть России отходили Молдавия и Валахия, причем к Валашскому княжеству была присоединена северная Добруджа (севернее Чернаводских болот) с портом Констанцей и дельтой Дуная. Борис Годунов настаивал на праве свободного прохода русских торговых судов в Средиземное море, но это требование, не поддержанное союзниками, было турками отклонено. Договор был подписан. И никто еще не подозревал, что мир между Россией и Турцией не продлится и года.

Леший: georg пишет: причем к Валашскому княжеству была присоединена северная Добруджа (севернее Чернаводских болот) с портом Констанцей и дельтой Дуная. Вот это пункт, честно говоря, мне кажется сомнительным. Вряд ли на это пойдут. России невыгодно давать Валахии свой порт на Черном море.

georg: Леший пишет: Вот это пункт, честно говоря, мне кажется сомнительным. Вряд ли на это пойдут. России невыгодно давать Валахии свой порт на Черном море. Мыслим категориями века 18ого, однако. Чтож ее, туркам вернуть? Все равно у Молдавии такой порт давно есть. Чем же невыгодно? Валахия вассал, а торговли через проливы нет.

Леший: georg пишет: Все равно у Молдавии такой порт давно есть. Вопрос. Одессу будут строить? Если да, то Констанцу лучше оставить туркам, дабы весь товарооборот пустить через русский порт.

georg: Леший пишет: Если да, то Констанцу лучше оставить туркам, дабы весь товарооборот пустить через русский порт. О товарообороте на тот момент еще не думали, ибо турки не позволили торговать через проливы. Зато царь желал вознаградить за заслуги Михая Храброго. К тому же лучшего военначальника, которому можно было поручить защиту Дунайского рубежа, чем этот славный господарь, на тот момент небыло. Что касается Одессы - она некоторым образом уже есть, но такого красивого названия в данной АИ ей невидать. Левобережье Днепра, в т ч Полтавщина в данной АИ подвергнутся колонизации из Московии, зато все земли между Днепром и Днестром южнее Киева отданы казакам, и постепенно заселяются этническими украинцами, бегущими от крепостной неволи в РП. Крепость Кочубеев, некогда выстроенная Витовтом на месте Одессы, а затем превратившаяся в турецкий Гаджибей, теперь в руках казаков и снова именуется Кочубеев. Московский гарнизон стоит только в крепости Олешье (Херсон) в устье Днепра. Так что Одесса в данной АИ будет "гетьманским" портом.

Читатель: georg пишет: красивого названия тогда уж и Констанцу оставьте Кюстендже

georg: Читатель пишет: Кюстендже ИМХО оказавшись в руках румын она автоматически превратится в Констанцу.

Mukhin: Блеск! Жду продолжения!

Крысолов: georg пишет: в руках казаков и снова именуется Кочубеев Окститесь, батенька! На святое покушаетесь!

Леший: Кстати, такой вопрос. Как обстоят дела с католической церковью в Польско-Литовском государстве? Есть ли там засилье оной (как там король, "святоша" или толерантен?), то как реагируют православные?

georg: Леший пишет: Есть ли там засилье оной (как там король, "святоша" или толерантен?), то как реагируют православные? Все описано выше. Все так же как в реале. Религиозная политика КазимираV аналогична политике СигизмундаIII реала в конце XVI века (т.е. наездов на православный культ еще нет, но захват монастырей и церковных имений униатами идет полным ходом). Острожский и Тишкевич подерживают православие личным влиянием в ВКЛ (пока живы). Крысолов пишет: Окститесь, батенька! На святое покушаетесь! Коллега, ну куда мне деваться, если у меня Едисан присоединяется к России в 16 веке, и казаки - единственные, кто может удержать этот дальний, Юго-Западный угол державы. Расклад, мною приведенный в таймлайне относительно Одессы самый реалистичный. Возможно впоследствии, когда гетманом станет каой-нибудь Полетика, а власть центра над гетменьщиной усилится, городу будет возвращено историческое название. Но пока там без "хлопцев козаков" не обойтись, невзирая на ваше отношение к украинизмам. К тому же в данной АИ украинский язык избежит польского и латинского влияния, и будет совершенно иным.

Крысолов: georg пишет: Но пока там без "хлопцев козаков" не обойтись, невзирая на ваше отношение к украинизмам Да плевать мне на украинизме! Это ж изуверство так название калечить!

georg: Крысолов пишет: Это ж изуверство так название калечить! (C протяжным стоном) но оно же было в РИ. И если бы не Екатерина.....

Крысолов: georg пишет: но оно же было в РИ Оно плохо было! Одессу Кочубеевым назвать! С ума сойти можно! Одесса может быть только Одессой и ныне, и присно, и во веки веков! georg пишет: И если бы не Екатерина..... Вот воистину благочестивая женщина!

georg:

Mukhin: Коллеги, а что на дальнем востоке? если мне склероз не изменяет, русские потихоньку выходят к Байкалу? Там контакты с Китаем не вырисовываются?

Dorei: Крысолов пишет: Да плевать мне на украинизме! Это ж изуверство так название калечить! Что касает украинизмов, то к моменту развилки мова существует лет 100. Разннобразная. Мова украинских униатов и зачастую белорусов, например, сильно напоминает транслитерированный польский. Мова православных более разбавлена славянизмами. Далее пойдет по разному. Мова левобережья будет представлять собой некое подобие кубанско-украинского, употреблянемого местами у Серафимовича. Староукраинский там вымрет. Мова Правобережья и юга будет постепенно дрейфовать в сторону современного украинского, но с зело большим количеством руссизмов, ибо националистов в духе известных личностей не предвидеться. Для укрепления русско-украинских культурных связей и украинской мовыКрысолов пишет: предлагаю открыть в Кочубееве университет для чего завести туда Баруха д'Эспинозу. Или еще кого из мыслящих. Оно плохо было! Одессу Кочубеевым назвать! С ума сойти можно! Одесса может быть только Одессой и ныне, и присно, и во веки веков!

Han Solo: georg пишет: (C протяжным стоном) но оно же было в РИ. Не обращайте внимание, пишите, как видите Вы!

Dorei: Han Solo пишет: Не обращайте внимание, пишите, как видите Вы! Дык так он и видел.

georg: Mukhin пишет: Коллеги, а что на дальнем востоке? Будет описано немного позже. Вышли на Енисей, и на носу небольшая война с калмыками (почти как в реале). Dorei пишет: Мова украинских униатов и зачастую белорусов, например, сильно напоминает транслитерированный польский. Успеет сложится только в Галичине и Черной Руси. Dorei пишет: Мова левобережья будет представлять собой некое подобие кубанско-украинского, употреблянемого местами у Серафимовича. Ну, там будет варится некий коктейль. На момент перехода к России в данной АИ Чернигов и так принадлежит Москве, а Полтавщина совершенно не населена. При ее колонизации там будут смешиваться говоры севрюков, мигрирующих с севера, и переселенцев из-за Днепра - не только с Волыни, но и из Белой Руси.

Dorei: georg пишет: Успеет сложится только в Галичине и Черной Руси. Так лит ературная мова польскофицирована искусственно. georg пишет: Ну, там будет варится некий коктейль. Ну я примерный результат наметить пытался. Это украинский, но с большими или меньшими русскими влияниями в лексике и семантике. Роль литературного языка естественным образом будет выполнять русский. Будут ли там знать литературный украинский -- большой вопрос.

georg: Что-то типа Слобожанщины и Белгородчины.

Dorei: georg пишет: Что-то типа Слобожанщины и Белгородчины. Оно и есть. Украинский говор разной степени русификации. просто на Кубани процессы чище шли.

georg: Небольшое отступление. В связи с развитием военного флота возникла необходимость в создании военно-морского училища. Оно было основано в 1585 году в Ревеле – базе русской Балтийской эскадры. На тот момент Ревель имел статус, оговоренный в договоре о его капитуляции. Он не подчинялся Ливонскому ордену и оставался вольным городом под верховным сюзеренитетом царя. Все городские дела вершил магистрат. Представителем царя в городе был фохт, назначаемый из русских дворян. Резиденцией фохта был Вышгород – Ревельский замок, занятый русским гарнизоном. Фохту были подведомственны так же русские кварталы Ревеля. Ревель оставался главным портом, через который ливонское дворянство отправляла на запад товарный хлеб. Сверх того ревельское купечество, получившее согласно договору о капитуляции право беспошлинной торговли в России, вело дела по всей России вплоть до Астрахани, а крупные торговые дома Москвы и Новгорода имели в Ревеле свои представительства. Множество кораблей ежедневно швартовалось в обширной Ревельской гавани, и город уже начинали называть балтийским Анверпеном. Царь Иван Иванович неоднократно посещал город и подолгу жил со своим двором в Ревельском Вышгороде. Тогда ко двору царя стекалось ливонское дворянство и царь решал местные дела, а так же давались приемы и балы «на немецкий манер», в каковых участвовал и русский двор царя. Небольшая эскадра, построенная Иваном Грозным для защиты русской торговли на Балтике от корсаров, к этому времени была значительно увеличена, хотя сильно уступала черноморской. Первыми преподавателями школы стали морские офицеры из ливонских дворян, прошедшие стажировку в Нидерландах. Учащиеся школы проходили практику уже на месте, на кораблях эскадры. В 1590 при Академии было создано медицинское училище. На эту мысль навели значительные небоевые потери, понесенные корпусом Хворостинина на Каспии. Решено было создать военно-медицинскую службу для армии. Собственные врачи, получившие дипломы докторов медицины в университетах Англии и Нидерландов уже имелись, и они стали теперь преподавателями в новом училище. Наряду с медицинской наукой запада в училише изучаются так же методы русской народной медицины, записанные к этому времени в многочисленных «травниках» и «лечебниках». В новой русско-турецкой войне русская армия уже имела значительную медицинскую и аптекарскую службу, что позволило резко снизить процент небоевых потерь по сравнению с предыдущей войной. Еще в 1582 году было начато строительство Вышневолоцкого канала, прозванного соединить артерии Волги и Невы. Строительсво растянулось почти на 5 лет. Нанятые в Нидерландах шлюзовые мастера поначалу неверно оценили рельеф местности. Через 2 года после начала строительства канала оно было остановлено, а через год голландцев сменили их русские ученики, которые благополучно завершили строительство.

georg: В то время как в Белграде шел вышеупомянутый мирный конгресс, далеко на востоке, в Бухаре, произошло событие, резко изменившее политический расклад в Азии – скончался великий хан Узбекистана Абдулла Шейбанид. Событие это окончательно развязало руки шаху Аббасу, позволив ему приступить к давно планируемому отвоеванию иранских земель на западе. За прошедшие со времен Гянджийского мира 1588 годы Аббас добился больших успехов. Положение Ирана тогда было критическим - Азербайджан захвачен турками, Хорасан с городами Мервом, Гератом, Мешхедом и Нишапуром - узбеками, внутренние области страны давно вышли из подчинения центральной власти. В последовавшей за Гянджийским миром войне с узбеками Аббас отвоевал большую часть Хорасана, но вынужден был уступить Абдулле Мерв и Герат. Первое, что делает шах Аббас - вводит ряд законов, ограничивающих права кызылбашских эмиров и расширяющих права и привилегии персидской гражданской бюрократии – дебиров, ставших верной опорой шаха. В годы его правления тюркская знать и тюркские племена потеряли своё господствующее положение в государстве. В поисках надёжной опоры Аббас стал всё более ориентироваться на местную персидскую знать. В 1598 г. он перенёс столицу из Казвина в Исфахан. Верхушка племён «кызыл-башей», состояла ко времени Аббаса I из крупнейших землевладельцев. Владения — уделы — некоторых ханов соперничали по величине с шахским доменом. Таков, например, был вышеупомянутый удел ханов тюркских племён Золкадар, владевших Фарсом и Керманом. Собирая налоги и подати, содержа собственную дружину, набранную из среды подвластного племени, творя суд и расправу над оседлым и кочезым населением, ханы Золкадар чувствовали себя не менее самостоятельными, чем сам шах. Двор этих ханов в Ширазе был столь же роскошен, как и сефевидский двор. Наряду с такими вновь образовавшимися кызыл-башскими уделами сохранились старые феодальные владения с наследственными владетельными князьями. К числу таких князей, например, относился хан Гиляна, который вёл независимую от шаха внешнюю политику, отправляя послов в Стамбул к турецкому султану. Борьба с этими ханствами и составила в 1588-1593 задачу правления шаха Аббаса I. Его деятельность носила решительный характер, она завершалась обычно казнью непокорных феодалов, конфискацией их земельных владений, переходивших, как правило, в собственность шаха. По подсчётам летописцев, в этой борьбе погибло не менее половины общего числа различных владетельных ханов и эмиров. Шахский домен поглотил множество подобных удельных владений, именовавшихся на языке сефевидской канцелярии «мамалек» — «государствами», или, согласно древней традиции, «шахрами». Особым вниманием шаха Аббаса пользовалось войско. Вместо племенного ополчения, составлявшего до этого времени основную опору Сефевидской династии, было организовано постоянное войско, часть которого была вооружена огнестрельным оружием и даже артиллерией. Создание постоянной армии оказало решающее действие на конечный исход военных столкновений с мятежными «шахрами», узбеками и турками. В возобновившейся в 1594 году войне с узбеками Аббас одерживал победу за победой. В 1594 был отвоеван Герат, а в 1595 Аббас взял Мерв и вышел к Аму-Дарье. В 1596 Абдулле, собрав все наличные силы, удалось отбросить персов от Балха. Но в это время русское посольство с караваном даров прибывает на берега Сырдарьи, в ставку Казахского хана Теввекеля, и убеждает его начать войну с узбеками. И в 1597 одновременно с новым вторжением Аббаса с юга казахская конница внезапно появляется у окрестностей Бухары. Удрученный поражениями, Абдулла скончался летом 1598 года, и в ханстве немедленно началась борьба за власть. Аббас, захватив Тохаристан, посадил своего наместника в Балхе и предоставил Маверанагру варится в собственном соку (что вылилось в двухлетнюю смуту, распад узбекской державы, низложение Шейбанидов и воцарение в Бухаре Астарханидов – потомков изгнанных Иваном Грозным Астраханских ханов). Армия Ирана двинулась на запад – к границам Османской империи.

Читатель: georg пишет: хан Узбекистана позвольте, насколько я помню, именно при Абдулле хане государство стало называться Бухарским ханством. Да и не мог он себя называть ханом Узбекистана, ведь существовало другое узбекское государство, ему не подчинявшееся - Хивинское ханство

Mukhin: Читатель пишет: Бухарским ханством Разве не эмиратом?

Читатель: Mukhin пишет: Разве не эмиратом? это позднее название и насколько я понимаю вызвано тем, что бухарские эмиры Мангытской династии (1753-1920) не являлись Чингизидами и не имели прав на титул хана в отличие от их предшественников Шейбанидов и Аштарканидов

georg: Читатель пишет: Да и не мог он себя называть ханом Узбекистана, ведь существовало другое узбекское государство, ему не подчинявшееся - Хивинское ханство А это альтернативный Абдулла Но за термины не держусь, пусть Бухарским. Что касается Хивинского ханства, то извините, но в реале Абдулла завоевал Хорезм в 1593 (после его смерти он отпал снова).

georg: По заключении мира султан начал быстро перебрасывать войска в Малую Азию для подавления восстаний. Положение там к этому времени стало угрожающим. Одна из кровопролитных битв во время австро-турецкой войны произошла при Зенице ( в РИ Керестеше) осенью 1596 г. Хотя она, как описывалось выше, закончилась победой войск султана, победа далась туркам нелегко. Под сокрушительным ударом тяжелой венгерской конницы несколько сипахийских подразделений обратилось в бегство. Поэтому султан на следующий день после сражения приказал провести смотр тимариотскому конному ополчению. Он длился три дня, тимариоты, повинные в бегстве с поля боя, были тут же казнены. Около 10 тыс. держателей тимаров и зеаметов, не оказавшихся на месте в момент проверки, были лишены владений. Последствия этой меры оказались для османской власти катастрофическими. В страну, охватываемую крестьянскими восстаниями направлялось несколько тысяч лишенных средств к существованию и озлобленных на власть профессиональных воинов. Своим непродуманным решением султан сам дал повстанцам то, чего им так нехватало – опытных руководителей и военных специалистов. Бывшие ленники, изгнанные из войска, отправились в родные места в Анатолии. Здесь они, вместе с тимариотами, которые в нарушение своего долга вообще не явились в армию, стали оплотом для всех, кто по тем или иным причинам был недоволен правительством. В их числе был некий Абдул-Халим по кличке Кара Языджи, Черный писарь, которому суждено было стать вождем одного из самых мощных крестьянских восстаний в империи османов. Большинство историков называют Кара Языджи командиром роты секбанов — одного из подразделений корпуса янычар. Его прозвище могло быть связано с тем, что когда-то он был полковым писарем. Оказавшись в числе лиц, лишенных земельных владений, Кара Языджи выступил против султана. Вначале он объединил вокруг себя всех недовольных властями, в том числе безземельных крестьян и лишенных владений мелких тимариотов в провинции Сивас, где он сам раньше имел тимар. Произошло это в 1596 г., а уже через два года Кара Языджи был вождем армии, в рядах которой было от 20 тыс. до 30 тыс. человек. В рядах повстанцев объединились весьма различные в социальном отношении силы. Основное ядро войска Кара Языджи составляли крестьяне — чифтбозаны, но среди мятежников было и много лишенных владений тимариотов и займов (держателей зеаметов). В рядах повстанцев было также немало дезертиров из султанской армии, действовавшей против австрийцев и русских. Многие мелкие тимариоты примкнули к восставшим, будучи недовольны налоговой или финансовой политикой Высокой Порты. К Кара Языджи присоединились и некоторые бейлербеи и санджак-беи, по разным причинам недовольные центральной властью. В частности, к нему примкнул бывший санджак-бей Амасьи Хюсейн-паша, который взбунтовался против центральных властей весной 1598 г.; он привел 8 тыс. воинов. К восстанию примкнули даже расселенные султаном в верхней Месопотамии крымские татары, а лагере повстанцев оказалось три царевича из рода Гиреев. Кара Языджи получил также поддержку ряда курдских и туркменских кочевых племен Анатолии, вожди которых были в тот момент недовольны попытками Высокой Порты установить более строгий контроль над кочевниками. В результате восстание под руководством Кара Языджи приобрело характер широкого выступления, чрезвычайно опасного для власти султана в Анатолии. Под знаменами повстанцев собралось в 1598—1599 гг. более 70 тыс. человек. Основными очагами восстания были Урфа, Амасья, Малатья, Анкара, Теке, Токат, Сивас, Адана и Багдад. В каждом из этих районов повстанцы располагали крупным вооруженным отрядом численностью 3—5 тыс. человек. Центром восстания стал район Урфы, где находились силы повстанцев под командованием самого Кара Языджи. В начале 1598 г. Кара Языджи захватил город Урфу, где возвестил о том, что во сне ему явился сам пророк, который сообщил, что отныне ему, Кара Языджи, принадлежит «правосудие и государство». Мустафа Селяники писал, что после этого Кара Языджи стал рассылать во все концы империи османов свои указы, снабженные тугрой со словами «Халим-шах Победоносный». Хюсейн-пашу он назначил своим великим везиром.

georg: Известие о Белградском мире, полученное Аббасом по возвращении в Исфахан, вызвало у шаханшаха недоумение и гнев. Аббас немедленно направил посольство в Москву, поручив ему убедить царя разорвать мир и выступить против Османов в союзе с Ираном. Но независимо от позиции России шах решает воспользоваться смутой в Анатолии и начать войну с турками, которые к тому же еще не успели перебросить сколь-нибудь значительные части на восточную границу. 14 сентября 1598 года шах Аббас начинает военную компанию по освобождению Тебриза. Неожиданно для турок шах приводит к городу войска Амиргуна-хана Каджара и Зульфугар-хана Караманлу. При подходе войск к Тебризу население города восстает, что помогает шаху Аббасу быстро взять его, а спустя месяц он берет и цитадель. После этого, разбив войска Османов западнее Тебриза, шах Аббас движется в сторону Аракса. Нахчиван и Джульфа сдаются без боя, вскоре к ним присоединяется и восставший Ордубад. По ходатайству первого везира шаха Аббаса, ордубадца Хатем-бека, город, в связи с этим, освобождается от уплаты всех налогов. Труднее было взять сильно укрепленный Ереван, осада которого началась 16 ноября 1598 года. Здесь шах Аббас впервые применяет крупнокалиберные пушки, отлитые известным азербайджанским мастером-пушкарем Бахадур-беком Топчибаши. Однако осада Еревана затянулась до весны следующего года. Меж тем в Анатолии Султан направил против бунтовщиков армию под командованием одного из высших сановников империи — Мехмед-паши. Началась планомерная зачистка Малой Азии. Первоначально Мехмед-паша рсправился с неорганизованными в крупные части повстанцами западной Анатолии. Пирамидами из отрубленных голов был отмечен путь карательных войск летом и осенью 1598 г. К зиме 1599 Мехмед-паша продвинулся до Кайсери и Сиваса, разгромив наиболее крупные повстанческие отряды и нанеся под Сивасом поражение войскам Кара-Язиджи. Но успех был непрочным – жестокости только увеличивали ненависть доведенного до отчаяния населения, а повстанческие отряды укрывались в горах и продолжали партизанские действия.

georg: На западе в это время действовал другой персонаж, поставивший себе цель разорвать русско-турецкий мир – валашский господарь Михай Храбрый. Михай, оценивший к этому времени ситуацию в охваченной восстаниями Анатолии, до конца протестовал проив заключения мира, но ничего не смог сделать. Однако господарю удалось задержать вывод из Валахии и Молдавии русских войск – весьма значительный русский корпус оставался на Дунае, и, что еще важнее, войска эти были напрямую подчинены самому Михаю. Еще в 1594, готовя восстание в Валахии против турок, Михай установил контакты с лидерами болгарских гайдуков – Марко и Новаком. Михай планировал тогда поднять восстание в Болгарии, но не успел – многочисленная турецкая армия вступила в северную Болгарию и расположилась в ней, что сделало восстание невозможным. Но гайдуцкие четы в горах Балкан вели партизанские действия против турок на протяжении всей войны. Положение болгар в то время было пожалуй наиболее тяжелым из всех народов османской империи. Болгарские крестьяне должны были уплачивать под различными названиями огромное количество налогов и податей как государству, так и турецким феодалам и вакуфам. При невыносимом налоговом режиме и огромном количестве феодальных повинностей на крестьянство падали также бесконечные чрезвычайные принудительные поставки в пользу казны или в пользу султанских чиновников, творивших при сборе налогов произвол и насилие. За неповиновение или за попытку уклониться от выполнения повинностей применялись жестокие меры. Турецкие феодалы и чиновники высасывали последние соки из болгарских крестьян. Дубровчанин Павел Джорджевич так характеризует положение болгар в записке, представленной им в 1595 году седмиградскому воеводе Сигизмунду Батори: «Христиане удручены страшной бедностью вследствие тяжелых податей... К этому присоединились в начале нынешней войны новые бедствия: янычары и спахи, отправляясь в поход, грабят христиан и насилуют детей на глазах родителей и, совершая такие злодейства, остаются безнаказанными, так как суды не смеют произвести над ними приговор». Тяжелый гнет испытывали и городские жители. Ремесленники обязаны были поставлять туркам изделия своего производства бесплатно или по низким ценам. Продавать же товар они могли только после того, как получат разрешение султана. Покоренное население помимо грабежа и насилий подвергалось всякого рода унизительным ограничениям. Ему не разрешалось носить оружия, ездить верхом на лошади, одеваться так, как одевались турки, строить дома выше турецких и т. п.

georg: Имела правда место также и привилегированная райа, занимавшая более высокое положение, чем простые хлебопашцы, известная под названиями войниганы или войники (войник аскери или войник тайфасы, или сипахи оглани рая бюлюги). Люди эти были защищены особыми султанскими фирманами и, согласно особому договору несли военную службу. Они были полностью освобождены от большинства налогов и пользовались полным самоуправлением. Многие войнишские сёла располагались на склонах Старой Планины (главный Балканский хребет), Средней горы и в Родопах. Поселениями войников были Ямбол, Сливен, Котёл, Конаре, Габрово, Бяла, Чипровец, Копровщица, Калофер, Чепино, Панагюрище, Жеравна и др. Болгарская национальная знать к этому времени почти изчезла – болгарское болярство было либо лишено земель, либо перешло в ислам и отуречилось. Немногочисленные потомки древних болгарских боляр, оставшиеся верными своей вере и национальности, были низведены до уровня простых войников. В XVI веке войниганы служили в армии в составе султанских войск, являясь на службу с собственным вооружением. Но с начала царствования МехмедаIII войниганы были лишены воинского статуса, и использовались во время войн при саперных работах, в обозах ит.д. В мирное же время войники теперь отбывали трудовую повинность на султанских землях. Понижение статуса разумеется не способствовала укреплению лояльности туркам этого сословия, к 1598 еще отнюдь не утратившего воинские навыки. После подписания Белградского мира турецкие войска были выведены из Болгарии и брошены на восток, против повстанцев и персов. Михай решил воспользоваться этим. В горах Балкан сосредотачивались гайдуцкие отряды. Михай так же связался с Тырновским митрополитом Дионисием и с потомком древнего болярского рода Тодором Балиной – командиром отряда войниганов, стоявшего в крепости Никополь. Весной 1599 г. все было готово к восстанию.

georg: В мае 1599 года митрополит Дионисий поднимает в Тырново знамя восстания. С гор спускаются отряды гайдуков. В это же время Михай внезапным ударом атакует Никополь и с помощью взбунтовавшихся войнганов захватывает его. Восстают так же войниганы и крестьяне, согнанные турками на восстановление разрушенной Михаем во время предыдущей войны крепости Рущук. В это же время в гавань Варны врывается казацкая флотилия гетмана Богдана Ружинского. Казаки высадились на берег и пошли на приступ столь стремительно, что турки не успели изготовится к обороне, и крепость была захвачена. Румелийский беглербег Осман-паша, получив известие о восстании в Тырново, выступил из Силистрии со своим 20тысячным корпусом. Под Рущуком беглербег был внезапно атакован Михаем (о выступлении которого против Турции паша еще не знал) и совершенно разгромлен. Осман прорвался обратно в Силистрию с 6000 воинов, а Михай двинулся к еще слабо укрепленной Шумле и совместно с подошедшими из Варны казаками взял ее (так же с помощью восставших войниганов). Таким образом в 3 недели вся северная Болгария (к северу от Балканского хребта) была освобождена, турки удерживали в ней только крепости Силистрия и Видин. Из отрядов войниганов и восставших крестьян возникла болгарская повстанческая армия. Силистрия по приказу Михая была заблокирована русскими войсками и флотилией, другая часть дунайского русского корпуса воевала под командованием Михая, причем воины этого корпуса не знали, что Михай действует без царского указа. Начиная военные действия, Михай написал в Москву, что болгары восстали против турок, и он выступил к ним на помощь. Оправдываясь в самовольстве тем, что не может выдать христиан на растерзание поганым, Михай прельщал царя перспективой взятия Константинополя. «А по ту сторону Планины» - писал он царю – «крепостей никаких нет, а войско турецкое все в Анатолии. И мы ныне положась на Бога пойдем к самому Царьграду». Михай просил срочно направить на Балканы главные силы русской армии. Вслед за посланием Михая в Москву вскоре выехала делегация болгарских повстанцев во главе с митрополитом Дионисием – просить о принятии Болгарии под власть государя Московского. В Москве под влиянием внушений персидского посла и так уже были готовы разорвать мир с турками, но не решались пойти на вероломное нарушение договора. Царь созвал по этому вопросу Земский и Церковный собор. Известия о событиях в Болгарии пришли как раз к началу Собора. Весь Собор обратился к царю с просьбой принять болгар в подданство и стоять за них. Дело было уже сделано, и не поддержать болгар было теперь невозможно. Попеняв Михаю в ответной грамоте за самовольство, царь писал, что пришлет подкрепления как можно скорее. Через 2 недели царь принял митрополита Дионисия и болгарскую делегацию, и в просутствии всего Собора принял от них присягу. На Балканы выступала царская армия, с которой отправлялся сын царя Ивана Ивановича царевич Юрий. Отдельный корпус под командованием Петра Басманова направлялся в Закавказье, с ним следовал царевич Георгий, сын умершего в турецком плену Картлийского царя Симона.

georg: В Стамбуле царила паника – ведь по поводу отсутствия крепостей Михай был совершенно прав, войск же было пожалуй достаточно для обороны столицы, но явно мало для активных действий в поле. На западе Балкан значительным корпусом располагал паша Ниша, но против него стояло в угрожающем положении войско сербского князя Петра. Срочно отзывались войска из Анатолии, а султанский сераль готовился к эвакуации в Азию. Еще в марте 1599 султан Мехмед разделил войска в Анатолии на 2 армии. Одна из них во главе с великим визирем Мехмед-пашой, должна была покончить с повстанческой армией Кара-Язиджи. Вторая, под командованием анатолийского сераскира Джелал-оглу Синан-паши выступала в Закавказье против Аббаса. В апреле 1599 Аббас берет наконец Ереван, управление областью Ереван поручается Амиргулу-хану Каджару, а Нахчивани - Максуд-Султану Кенгерли. После этого персы занимают и Карабах. Беглярбеком Карабаха был назначен Гусейн-хан Мусахиб Каджар. Между тем с основными силами Османов еще предстояло встретиться. Понимая опасность предстоящего сражения для судьбы всей страны шах Аббас применяет традиционную тактику Сефевидов - тактику "выжженной земли". По своим масштабам и жестокости, однако, он превзошел все и всех, что до сих пор делалось. Пространство, разделяющее Карс и Карабах было опустошено, города разрушены, а население переселено в центральные районы Ирана. Турецкие войска под командованием Джелал-оглу Синан-паши, дойдя до Еревана, оказались без провианта и жилищ и вынуждены были вернуться в Ван. Аббас подходит с юга к Вану, и атаковав истощенную армию турок, разбивает турецкий арьергард. В феврале 1599 Мехмед-паша в решающем сражении разбивает Кара-Языджи. При поддержке войск, находившихся в распоряжении бейлербеев Халеба и Дамаска, а также отрядов некоторых курдских беев Мехмед-паша осадил Урфу. Осада длилась 73 дня. Войско Мехмед-паши усиленно обстреливало крепость из пушек, несколько раз неудачно штурмовало ее стены, неся огромные потери. Положение осажденных становилось критическим, боеприпасы были на исходе. Когда у них кончились запасы свинца, Кара Языджи приказал использовать для отливки пуль медные монеты. В конце апреля 1599 г. Мехмед-паша предложил Кара Языджи выдать на суд султана Хюсейн-пашу, а самому прекратить борьбу против правительства в обмен на управление санджаком Амасья. Кара Языджи согласился. Он велел связать Хюсейн-пашу, спустить его с крепостной стены и передать его воинам Мехмед-паши. В столице империи происшедшее было расценено как ликвидация мятежа. Кара Языджи с войском покинул Урфу и направился в пожалованные ему владения, а Мехемед-паша с армией двинулся в Румелию. Хюсейн-пашу позднее доставили в Стамбул, где он был казнен как изменник и зачинщик мятежа.

georg: Михай исполнил то, о чем писал царю. В июне он перешел Планину и вступил в цветущую долину Марицы. Восстание началось в южной Болгарии. Отряды южноболгарских войниганов в полном составе со своими «войниган-беями» примыкали к армии Михая. Это были максимальные успехи, которых удалось достичь Михаю. Вернувшаяся из Анатолии армия великого визиря Мехмед-паши переправлялась через Босфор. Русская армия не успела еще подойти на помощь Михаю. Расстояние было велико, да и изрядная часть дворян была уже распущена по поместьям. Оценив соотношение сил, Михай начал отступление, прикрывая эвакуацию женщин и детей из восставших сел за Балканский хребет. Под Стара-Загорой Михаю пришлось дать туркам сражение, в котором он, понеся большие потери, удержал позицию и дал возможность закончить эвакуацию. Отсупив на Шипкинский перевал, Михай занял там оборону, закрыв туркам наиболее удобный проход в северную Болгарию. Почти месяц Мехмед-паша отчаянно и безуспешно штурмовал перевал. Попытки отдельных турецких отрядов перейти горы в других местах были отбиты болгарами. Меж тем постепенно подходили русские войска с севера. Соотношение сил неуклонно менялось не в пользу турок. В августе Мехмед-паша прекратил атаки, и приступил к строительству укреплений. А в начале сентября капитулировал истощенный турецкий гарнизон Силистрии. В октябре основная русская армия снова сосредоточилась на Дунае и зазимовала в Болгарии и Валахии. Еще менее успешно, если не сказать катастрофически для турок складывалось положение в Азии. Прибыв в Амасью, Кара Языджи, вместо того чтобы смириться, продолжал выказывать неповиновение султану и Порте. Султанская корона, уже надетая однажды на голову армейского капитана, делала для него теперь невозможным смирится и с положением паши. Кара Языджи и его брат Дели Хасан отказались выступить по приказу султана против персов и энергично готовились к новому выступлению против султанского правительства. Им удалось собрать более 30 тыс. человек. В сентябре Кара Языджи в сражении, состоявшемся неподалеку от города Кайсери, разгромил направленное против него войско под командованием султанского везира Хаджи Ибрагим-паши, составленное из отрядов, оставленных в Анатолии Мехмед-пашой и корпуса, выделенного из действующей против персов армии Джелал-оглу Синан-паши. Султанское войско потеряло 12 тыс. человек убитыми. В руки Кара Языджи попала богатая добыча, в том числе военное снаряжение. После этой победы повстанцы стали хозяевами положения на значительной части земель Центральной Анатолии – провинций Сивас, Мараш и большей части Карамана. Кара-Языджи вновь двинулся в Месопотамию и захватил Урфу.

georg: Еще не имея информации об сражении при Кайсери, Джелал-оглу Синан-паша начал новое наступление против персов и двинулся из Вана к Тебризу . 7 октября 1599 года происходит одно из самых крупных сражений в истории войн шаха Аббаса, во время которого военный талант Аббаса проявляется особенно ярко. Все сражение велось под его командованием. Шах Аббас так распределил основные силы и резервы, что сумел справиться с превосходящими силами противника, применяя неожиданные военные хитрости. Войскам шаха удалось захватить огромное количество трофеев, в том числе около 100 орудий. Сразу после этой победы шах Аббас посылает корпус Зульфугар-хана Караманлу на север с приказом осадить Гянджу, взять которую удалось только через 2 месяца, зимой 1600 года. Сам шах с главными силами преследует разбитую армию Джелал-оглу и берет Ван. В сентябре 1599 русский корпус Петра Басманова совместно с царем Кахети Александром начинает освобождение Картли. По вступлении его войск в Картли население немедленно восстает. К ноябрю капитулирует турецкий гарнизон Тбилиси. На трон Картли садится законный наследник царь ГеоргийX под русским сюзеренитетом. Имеретинский царь Ростом, помня неоднократные попытки покойного царя Картли Симона завоевать Имерети и опасаясь того же от Георгия, немедленно присылает к Басманову с просьбой о принятии в русское подданаство. Вслед за ним России присягают князья Гурии, Мингрелии и Абхазии. После вторичного захвата Кара-Языджи Урфы под его власть переходит Диярбекир, а его брат Дели-Хасан захватывает Халеб и Антиохию. В Урфе Кара-Языджи снова провозглашается султаном. Джелал-оглу Синан-паша с остатками своей армии отступает на север, к Эрзуруму. Там он получает приказ двинутся побережьем к Синопу, дабы опираясь на еще верные султану земли Западной Анатолии начать борьбу с Кара-Языджи. В декабре Аббас признает Кара-Языджи султаном Анатолии, и подписывает с ним договор в Низибине, согласно которому между Ираном и государством Кара-Языджи установливается граница, некогда определенная по договору Исмаила Великого с Селимом Явузом. Ирану возвращаются все земли, потерянные по Гянджийскому миру, а так же вилайеты Карс, Ван, Шехризор, Багдад и Басра. Кампания 1599 года завершилась. Кончался XVI век.

Леший:

Mukhin: Из-з-зумительно! Так держать!!!

Крысолов: Превосходно!

Олег Невещий: А когда продолжение?

Сварга: Олег Невещий пишет: А когда продолжение? Мы, вероятно, обнаглели, но - где же продолжение? Уж третий день пошел..

georg: Сварга пишет: Мы, вероятно, обнаглели, но - где же продолжение? Уж третий день пошел Народ, тут такое дело... Короче я меняю работу, и ближайший месяц будет жутко загружен передачей дел на старой работе и приемом на новой (где я вступлю в дело практически в роли "аварийной команды"). В ближайшие выходные постараюсь взять Константинополь, а потом придется покинуть форум примерно на месяц.

Ostgott: 2georg Замечательная альтернатива! georg пишет: потом придется покинуть форум примерно на месяц. Но Вы обещаете вернуться?

Mukhin: Возвращайтесь! Мы будем ждать!!!

georg: Ostgott пишет: Но Вы обещаете вернуться? Куда ж я отсюда.

georg: Обосновавшись в Сивасе, Кара-Язиджи повел себя как независимый правитель. Беглербеи и санджакбеи восточных вилайетов, отрезанные от Стамбула и зажатые между персами и повстанцами, один за другим присягали КараЯзыджи как султану. Его власть признали вилайеты Диарбекир, Мосул, и Халеб. Поздней осенью 1599 шах Аббас захватил Карс, а русско-грузинское войско вступило в Самцхе – «вилайет Гурджистан». Турецкие гарнизоны, не получая ниоткуда поддержки, покинули край, и все земли Самцхе – Джавахети, Артаани, Шавшети, Кларджети, Тао и Аджара – были присоединены к Картлийскому царству и переданы под управление картлийским моурави. Вскоре после этого власть Кара-Язиджи признают беглербеги Эрзерума и Трапезунда. Кара Языджи, окруженный теперь не только повстанческими лидерами, но и представителями знати, деятельно принялся за организацию собственного государства. Из числа своих приближенных он назначил великого везира и даже шейх-уль-ислама, изгнал султанских чиновников и заменил их своими ставленниками, стал собирать налоги с населения, а порой и освобождать от уплаты налогов отличившихся в боях воинов. Так, Кара Языджи выдал специальные грамоты об освобождении от всех налогов тем участникам битвы при Кайсери, которые проявили особенную храбрость. Из рядов повстанческого ополчения было создано регулярное войско, по боевому опыту и технической оснащенности уже не уступавшее османскому. Но содержание собственного войска Кара Языджи требовало немалых средств, а потому вождь повстанцев не только не освобождал крестьян от уплаты обычных налогов, но и сам прибегал к чрезвычайным сборам на нужды армии. В то же время обычная норма налогообложения была приведена в соответствие с шариатом, ликвидирован произвол феодалов и чиновников провинциальной администрации, ликвидированы откупа и запрещено отчуждение крестьянских земель за долги. Ранее проданные за долги земельные участки были возвращены прежним владельцам. Джелал-оглу Синан-паша, отсупивший в Анкару, деятельно готовился к борьбе с Кара-Языджи. Однако его силы, выведенные из Азербайджана после разгрома его войск шахом Аббасом, были ничтожны. Значительная часть его воинов дезертировала и примкнула к Кара-Языджи. Джелал-оглу вынужден был вывести гарнизоны из всех городов Малой Азии, и в тылу у него снова активизировались недобитые Мехмед-пашой повстанческие отряды. Один из их лидеров, крестьянин Календер-оглу, захватил Маниссу (Магнесию), центр санджака Сарухан. Оказавшись в критическом положении, Османское правительство лихорадочно искало выход. Султан МехмедIII объявил о признании со своей стороны всех уступок, сделанных Кара-Языджи Ирану по Низибинскому договору, и обещаниями еще больших территориальных уступок пытался склонить Аббаса к оказанию Османам помощи против Кара-Языджи. Но Аббас, занятый в это время занятием иракских вилайетов – Шехризора, Багдада и Басры, где суннитское население оказывало сопротивление его войскам, отнюдь не стермился к присоединению уже чисто суннитских областей верхней Месопотамии, и отказал. Мехмед пытался так же вступить в переговоры с Россией, и соглашался даже на уступку всей Болгарии и Македонии, но царь Иван, понимая всю выгоду своих позиций, потребовал полного ухода турок из Европы и сдачи Константинополя, что для султана было равносильно капитуляции.

georg: Последние годы часто болевший, царь Иван не мог сам возглавить армию на Балканах. Верховное командование было передано его старшему сыну Юрию, при котором состоял в качестве наставника Иван Иванович Шуйский. Зимой капитулировал гарнизон последней турецкой крепости в северной Болгарии – Видина. Военные действия возобновились весной. Мехмед-паша рассчитывал остановить русских на укрепленных горных позициях южнее Шипки. Но наступление на этом участке русских войск было овлекающим маневром. По достигнутой зимой договоренности в апреле Сербский князь Петр атаковал Ниш. Нишский паша вынужден был оттянуть войска с охраняемых им горных проходов Западной Планины, через которые немедленно прошла русская армия Юрия Ивановича. Через неделю русские войска вступили в Софию. После этого долиной Марицы русские войска двинулись на восток. В сложившейся ситуации Мехмед-паша предпринял попытку разгромить русских по частям. Оставив часть войск на укрепленных позициях у Казанлыка, он двинулся к Филипопполю. Но Михай немедленно предпринял штурм турецких позиций, и через 2 дня прорвал их, разгромил турок под Казанлыком и захватил Стара-Загору. Мехмед-паша вынужден был отступить на юг, к Адрианополю, где и выбрал позицию для генерального сражения. В мае Кара-Языджи перешел в наступление в Карамане, где развернулись бои с войсками Джелал-оглу. Джелал-оглу Синан-паше удалось отразить попытку Кара-Языджи захватить Конью. Но на западе в это же время Календер-оглу не встречая ни малейшего сопротивления захватывал город за городом. В середине июня он захватил Карахисар и Кютахью, выйдя в тыл Джелал-оглу. Календер-оглу признал султаном Кара-Язиджи, а тот в свою очередь назначил его беглербегом Анатолии. Обложенный двумя повстанческими армиями, Джелал-оглу начал отступление на север, к Анкаре. Кара-Языджи занял Конью, а в начале июля соединился в Акшехире с Календер-оглу. После этого Кара-Языджи начал преследование Джелал-оглу (войско которого таяло на глазах, ибо все больше людей понимало, что дело династии Османов проиграно), а его брат Дели-Хасан и Календер-оглу двинулись на запад для захвата приморских городов. В Греции, где почти не осталось турецких гарнизонов, полыхали мощные восстания греков. Из Пелопонесса и Эпира турки было совершенно изгнаны, и местные постанческие лидеры объявили о признании власти царя. Сербский князь Петр захватил Ниш и присоединил его к своим владениям. На море турки не решались на активные действия, ограничившись обороной Босфора. Султан, понимая что флот может оказаться его последним шансом на спасение, не решался им рисковать. 30 июля 1600 года при Адрианополе развернулось грандиозное сражение, которое решило судьбу Османской империи. Численное превосходство было на стороне русских, болгар и валахов, и турки, не смотря на упорное сопротивление, были разгромлены. Мехмед-паша с остатками армии отступил в Константинополь. Но победа эта, покрывшая имя Юрия Ивановича славой, была для него последней. Он заболел лихорадкой, и несмотря на все усилия медиков, скончался 12 августа в Адрианополе. Командование принял его дядя и ровесник царевич Дмитрий Иванович, князь Углицкий. Он немедленно двинулся к Константинополю, где ситуация кардинально менялась. В конце июля Джелал-оглу Синан-паша прекратил борьбу с Кара-Языджи и признал его султаном. В тот самый день 12 августа 1600 года, когда умер царевич Юрий, Кара-Языджи (а точнее уже султан Абдул-ХалимI ) торжественно вступил в Бурсу. Получив известие о переходе Джелал-оглу к Кара-Языджи, султан МехмедIII понял, что все потеряно. Он погрузил на корабли несколько верных янычарских подразделений, казну и султанский сераль, и 15 августа отплыл из Константинополя со всем военным флотом. Пройдя Дарданеллы, султанский флот взял курс к берегам Египта – единственной провинции, где разбитый повелитель правоверных мог найти убежище, и где преданный династии Османов старый Ахмед-паша поддерживал порядок. На другой день после бегства султана муллы в мечетях Стамбула провозгласили хутбу за султана Абдул-Халима, войска великого визиря и сам Мехмед-паша присягнули ему, а в Бурсу помчались гонцы с просьбой к новому повелителю придти в столицу и защитить ее от неверных.

Dorei: 1) Каков по характеру местный Дмитрий Иванович. А РИ намечалась копия отца. Снежным бабам по слухам головы собственноручно рубил. 2) То же относительно Федора Ивановича (или у Ивана другие дети есть?). 3) Сул.таном чего стал Абдул-Халим? Принял он титулы халифа и "кайсар ар-Рум"?

georg: Абдул-Халим немедленно двинул к свои части к Босфору. Примерно половина его военных сил во главе с его братом Дели-Хасаном находилась у Анкары, где до этого вела военные действия против Джелал-Оглу. Теперь и Дели-Хасан и Джелал-оглу получили приказ как можно быстрее вести войска на помощь Стамбулу. Димитрий понимал, что в данной ситуации необходимо ввести флот в Босфор и Дарданеллы и не дать туркам переправится. Поэтому он направил болгарского воеводу Тодора Балину к Дарданеллам с приказом захватить Галиполли, а сам быстро двинулся к Босфору. С 21 по 24 августа русские войска, вышедшие к верхнему Босфору, ожесточенно штурмовали крепость Румелли-Хиссар, и наконец захватили ее. Тем временем войска Абдул-Халима на транспортных судах начали переправляться в Стамбул. После падения Румелли-Хиссара русский флот вошел в Босфор и пресек переправу. Попытка Абдул-Халима противопоставить ему наскоро переоборудованные транспортные суда закончилась полным разгромом турок. Через 2 дня высаженный на Галиполлийском полуострове десант совместно с корпусом Балины установил контроль над Дарданеллами, где турки так же пытались начать переправу. 1 сентября 1600 года начался общий штурм Константинополя с суши и моря. На пятый день русские войска ворвались в город, но уличные бои растянулись еще на 2 недели. Надеясь на помощь Абдул-Халима, турки ожесточенно сопротивлялись. В процессе боев противники не задумываясь поджигали дома, и целые кварталы обращались в пепел. Болгарские части, прорвавшись в Фанар, припомнили местным грекам их деятельность в роли налоговых откупщиков. Знатные фанариоты бежали в резиденцию патриарха, но сам квартал был сожжен и разграблен. Абдул-Халим еще дважды пытался доставить помощь Стамбулу, и дважды русский флот топил наскоро организованные турецкие флотилии. 22 сентября 1600 зачистка города была завершена. Константинополь понемногу приводился в порядок. Уже 27 сентября местоблюститель патриаршего престола патриарх александрийский Мелетий Пигас (который управлял тогда греческой Церковью, ибо из-за войны невозможно было избрать патриарха) торжественно освящал очищенную от «басурманской скверны» Святую Софию.

georg: Dorei пишет: Каков по характеру местный Дмитрий Иванович. А РИ намечалась копия отца. И здесь копия, только АИ отца В Углич его не отсылали, воспитывался в Москве, где его дядя Афанасий Нагой продолжал занимать высокое положение. Образование полное. По характеру, способностям и склонностям - полный аналог РИ ЛжедмитрияI. Dorei пишет: То же относительно Федора Ивановича (или у Ивана другие дети есть?). Федор Иванович умер как в РИ в 1598 бездетным. Дети Ивана: Юрий, энергичный и талантливый, умер в 1600 в Адрианополе. Остался Василий, слабовольный и не обладающий большими способностями. Dorei пишет: Сул.таном чего стал Абдул-Халим? Принял он титулы халифа и "кайсар ар-Рум"? Анатолийского султаната (или "Высокой Порты", как продолжает именоваться Турецкое государство, и каковое наименование обеспечивает Абдул-Халиму в глазах турок правопреемство с Османами). Титул кайсара принял, но номинально, удержать Константинополь не удалось. Халифом согласно понятиям 16 века может титуловаться правитель, которого признают Медина и Мекка, а Хинджаз остался под властью бежавшего в Египет МехмедаIII.

georg: Корпус Тодора Балины выступил на запад. Вся Македония практически без боя перешла под власть России, а к ноябрю Федор вступил в Афины. С островов Архипелага местное нсаселение с помощью вошедшего в Эгейское море русского флота изгоняло турок. К зиме все острова Эгеиды (кроме принадлежащего Венеции Додеканеса) перешли к России. Заняв Константинополь, Димитрий немедленно организовал Собор, на котором Мелетий Пигас был провозглашен патриархом Константинопольским. Поскольку согласно статусу православной Церкви в Османской империи епископы имели весьма значительную власть над православным населением (греческие епископы были членами местных турецких правительственных органов – меджлисов, имели право суда и определения поборов с общин в пользу церкви, владели землями), с помощью греческой церкви Димитрию удалось быстро организовать управление Грецией. Ромейским василевсом был провозглашен царь Иван Иванович. Впрочем он сам не смог прибыть на коронацию и предпринять ради этого столь длительное путешествие по состоянию здоровья (с 1600 он царствовал «непрестанно болезнуя»). Наместником Болгарии и Греции с широкими полномочиями был назначен Димитрий. Наместник занялся организацией управления краем и его вооруженных сил. 5 тысяч русских дворян, отобранные Димитрием, получили поместья на Балканах, в основном в Македонии и Фракии. В Болгарии тимары изгнанных турецких сипахи предавались болгарским войниганам. Таким образом формировалась военно-служилое дворянство Ромеи, поголовно славянское. За греками оставлось гражданское управление греческими землями, но здесь решающую роль играли греческие епископы, сохранившие свои полномочия. Союз с греческой церковью обеспечил эффективное восстановление управления краем, но он же поднял на небывлую высоту политическое значение Церкви в Греции. Если на славянских землях власт царя и его наместника была полной, то на греческих территориях патриарх фактически оказался в роли соправителя. Регулярные армейские части наподобие стрелецких так же были набраны из болгарских воинов-повстанцев (бывших крестьян) во главе с русскими офицерами. Армия, сформированная Димитрием на Балканах, была исключительно славянской. В то же время экипажи новых кораблей военного флота, которые снаряжал Димитрий, комплектовались почти исключително греками. Отношения с султаном Абдул-Халимом оставались прямо враждебными. Военных действий не велось, так как противников разделяло море, а военный флот у турок отсутствовал.

georg: В Москве завоевание Константинополя произвело огромный резонанас. Торжества, пышные богослужения и благодарственные молебны продолжались целый год. Мироощущение «Третьего Рима», вселенско-православной державы, несущей спасение всему миру, достигло апогея, и многие церковные авторы последующий голод 1602-1603 годов интерпретировали как божью кару за гордыню, охватившую русский народ после отвоевания Царьграда. По случаю этого события восторженными интеллектуалами был написан целый ряд литературных произведений, и молодой поэт, будущая гордость русской литературы князь Иван Хворостинин впервые прославится на всю Русь именно своими юношескими одами на взятие Царьграда. Организация Димитрием местных вооруженных сил на Балканах была как нельзя кстати. Отношения с западыми соседями в это время изрядно обострились. Шведский король Сигизмунд Ваза, после смерти своего отца ЮханаIII начавший проводить политику рекатолизации страны, был низложен в 1600 году шведским риксродом. Но низложенный король укрылся в Финляндии, где наместник Флеминг удержал край в повиновении законному королю. Опираясь на поддержку Польши, Сигизмунд готовил вторжение в Швецию. Поскольку Польско-Шведский альянс России был крайне невыгоден, в Москве было решено оказать поддержку новому королю Швеции, дяде Сигизмунда Карлу Седерманландскому. В мае 1601 года русские войска и флот атакуют Финляндию и занимают большую часть страны. Сигизмунд бежал в Польшу. Филяндия была передана новому королю Швеции КарлуIX за ислючением Выборга, который царь Иван Иванович удержал за собой за помощь. Польский и Чешский король КазимирV настаивал на помощи Сигизмунду и войне с Россией, но пока вопрос обсуждался сеймом, Сигизмунд был уже изгнан из Финляндии. Война так и не началась.

georg: Кратко о востоке. Естественным результатом завоевания Казани явилось русское продвижение в Башкирию. В 1586 г. русские возвели в сердце Башкирии крепость Уфу. Это обеспечило их контроль над большинством местных племен. Главой русской администрации в Башкирии был воевода, обычно имевший чин стольника (полковника). Дьяк и несколько подьячих вели дела в приказной избе в Уфе. К ведомству воеводы были прикреплены одиннадцать переводчиков.Русский гарнизон Уфы был невелик. Около 1600 г. он состоял из двадцати пяти боярских детей, 220 стрельцов и четырех артиллеристов. Через год русские военные силы укрепили. В новооснованных Мензелинске и Бирске разместили еще два дополнительных небольших гарнизона. Каждый боярский сын, служивший в русском гарнизоне в Башкирии, получил маленькое поместье. Это довольно незначительное количество земли положило начало сельскохозяйственного освоения Башкирии. Русская администрация не вмешивалась в племенную организацию и дела башкирских родов, а также в их традиции и привычки, но требовала регулярной выплаты ясака (дани, выплачиваемой мехами). Это составляло главный источник дохода русских в Башкирии. Ясак являлся также финансовой основой русской администрации Сибири.

georg: К 1600 г. русские установили твердый контроль над Западной Сибирью. В данной АИ Сибирское ханство было завоевано еще в 1565 году, но поскольку основные колонизационные потоки идут на юг, освоение края идет примерно теми же темпами что и в реале. Гарнизоны вновь возведенных крепостей нуждались в снабжении вооружением и провиантом. В каждом городе расселяли ремесленников разных специальностей - плотников, кузнецов, оружейников. Муку сначала доставляли по воде из Руси, однако очень скоро начали развивать сельское хозяйство в окрестностях каждого города, привлекая колонистов.Правительство обзаводилось будущими крестьянами двумя путями: по договору (по прибору) и, когда не хватало добровольцев, в приказном порядке (по указу), В этом случае город или район был обязан отправить в Сибирьопределенное количество мужчин (с семьями, если они не были холостяками). Тем же крестьянам (преимущественно из Северной Московии), которые желали переселиться в Сибирь, правительство оказывало поддержку субсидиями и другими средствами. Как и в случае с завоеванием русскими казанских земель, по следам государства шла церковь. Первые две сибирские церкви были возведены в Тюмени в 1566 г. К 1600 г. несколько других появилось в Верхотурье, Туринске, Мангазее и Березове. Самые первые из основанных в Сибири монастырей - Тобольский (1588 г.). Туринский и Верхотуринский (1600 г.). Главной целью церкви в ее продвижении в Сибирь было обслуживание религиозных потребностей русских поселенцев.В отличие от ситуации в Казани, миссионерская деятельность русской церкви в Сибири в конце XVI и начале XVII веков была незначительной. Как и в Казани, духовенству и местным официальным лицам запрещалось прибегать к насилию при обращении местного населения в христианскую веру. Христианство, если вообще вводилось, должно было побеждать "любовью, а не жестокостью". Новообращенные вступали в русскую общину и прекращали платить ясак, что для государственной казны было невыгодно. Крещеные мужчины приписывались к русской службе. Крещеные женщины восполняли недостаток женского населения среди русских в Сибири. В целом, московское правительство не вмешивалось в племенной уклад и местные традиции. Чтобы гарантировать уплату ясака, правительство старалось завоевать расположение племенных и родовых дождей, а также других лучших людей. По словам Ланцева, этот "альянс русского правительства с высшим классом аборигенов был очень удобен для управления". Через несколько лет московская государственная казна, а также русские купцы и охотники начали получать большой доход от сибирских мехов. Кроме поступления мехов от местного населения в качестве ясака, правительство располагало налогом в 10 процентов, взимаемым с частных предпринимателей, экспортирующих меха из Сибири.Главной крепостью и административной столицей Сибири стал город Тобольск в низовьях реки Иртыш. На севере в важный центр пушной торговли быстро превратилась Мангазея на реке Таз {впадающей в Обскую губу). На юго-востоке Западной Сибири передовым постом русских на границе монголо-калмыцкого мира на 1600 год служила крепость Томск на притоке средней Оби.

Леший: georg пишет: налогом в 10 процентов, взимаемым с частных предпринимателей, экспортирующих меха из Сибири Может я и ошибаюсь, но мне приходилось читать о налоге в 2/3 вывозимых купцами мехов.

Радуга: Леший пишет: Может я и ошибаюсь, но мне приходилось читать о налоге в 2/3 вывозимых купцами мехов. Разные периоды.

Dorei: georg пишет: По характеру, способностям и склонностям - полный аналог РИ ЛжедмитрияI. Не получится. Лжедмитрий -- нечто типа Деметрия Полиоркета -- талантливый раздолбай с приятным характером. Здесь характер будет ближе к типу Чезаре Борджа. То есть со значительно меньшим раздолбайством и большим количеством злости. Особеноо если будет падучая, как и в РИ.

Леший: Dorei пишет: Особеноо если будет падучая, как и в РИ. А она была? Насколько я знаю, единственное "свидетельство" этого - дело о его смерти, которое, как пишут сами историки, сильно сфальсифицировано. Более нигде о падучей не упоминается.

georg: Dorei пишет: и большим количеством злости. Особеноо если будет падучая, как и в РИ. А коэффициент корреляции "падучей" к "злости" не приведете часом? "Многие люди, которым мир обязан выдающимися достижениями в различных областях человеческой деятельности, страдали эпилепсией. Список гениев, страдавших эпилепсией, на удивление длинен: от Александра Великого и Юлия Цезаря до Наполеона, от Будды и св. апостола Павла до Магомета и от Сократа и Паскаля до лорда Байрона, от Ф. М. Достоевского до Гюстава Флобера и Винсента Ван Гога. Эпилепсия характеризуется особым состоянием мозга, предрасполагающим к возникновению повторных приступов, имеющих различные проявления, частоту и тяжесть течения. Вне приступов страдающие эпилепсией - обычные люди, и окружающие могут не догадываться об их болезни. Многие больные эпилепсией - это, несомненно, очень яркие личности. Процент людей с эпилепсией, которые подлежат дисквалификации, исключительно мал."

Dorei: georg пишет: коэффициент корреляции "падучей" к "злости" не приведете часом? Не знаю. Имеется ввиду не то, что это изуверы, а то, что у них отрицательные аффекты преобладают над положительными и имеют неудержимый характер. (как у РИ Ивана)

georg: Dorei пишет: а то, что у них отрицательные аффекты преобладают над положительными и имеют неудержимый характер А вы, коллега, не путайте "эпилептоида" как тип личности, и просто больного эпилепсией человека. Тем более что заболевание это отнюдь не всегда генетически обусловлено.

Леший: Dorei пишет: а то, что у них отрицательные аффекты преобладают над положительными и имеют неудержимый характер. (как у РИ Ивана) Опять байки вместо фактов. Даже отрицательно настроенный к Ивану IV Скрынников признавал реальность всех антиивановских заговоров. И как писал историк Борис Флоря: "В современной демократической публицистике широкое распространение получило представление о том, что эти действия Ивана IV оказались чрезвычайно пагубными для судеб страны, так как направили ее по пути, отличному от того, по которому двигались развитые страны Западной Европы. При этом, однако, молчаливо предполагается, что зарождавшееся в России «сословное общество» должно было быть «сословным обществом» именно такого типа, который существовал во Франции или в Англии и для которого был характерен определенный баланс интересов между сильной государственной властью и автономными сословиями, обеспечивавший наиболее оптимальный в тогдашних условиях путь развития общества. Но могло ли сложиться «сословное общество» такого типа в слабо заселенной аграрной стране с редкой сетью городов, из которых подавляющая часть вовсе не была сколько-нибудь крупными центрами ремесла и торговли? Гораздо больше шансов на то, что русское «сословное общество» оказалось бы близким к тому типу «сословного общества», которое сложилось в XV—XVI веках в тех странах Центральной Европы, где уровень урбанизации был гораздо ниже, чем на западе Европы. Для такого типа «сословного общества» было характерно всесилие дворянства, которое, отстранив от активного участия в политической жизни городское сословие и резко ограничив власть монарха, взяло непосредственно в руки своих представителей многие функции государственного управления и ориентировало государственную политику на обслуживание своих непосредственных сословных интересов. В эпоху, когда правительства стран Западной Европы поощряли развитие ремесла и промышленности, дворяне, овладевшие государственной властью в странах Центральной Европы, поощряли экспорт в свои страны дешевых иностранных товаров, на приобретение которых они затрачивали меньше денег. Подобная политика, разумеется, способствовала все большему отставанию стран Центральной Европы от стран Европы Западной. К этому следует добавить, что резкое ограничение власти монарха, разумеется, исключало возможность такого обращения с подданными, какое было присуще Ивану IV, однако ослабление роли монарха как верховного арбитра в отношениях между сословиями и отдельными группировками в рамках правящего дворянского сословия вело к тому, что на практике не оказывалось надежного гаранта соблюдения всех тех прав, которые законодательство щедро предоставляло членам дворянского сословия, и крупный и влиятельный магнат мог беспрепятственно расправиться с кем-либо из своих более мелких соседей, не опасаясь, что за это он будет нести ответственность. Такая практика русским людям того времени была известна, и в их глазах «сословное общество» стран Центральной Европы вовсе не являлось образцом для подражания. В начале XVII века, когда в ходе Смуты появилась возможность развития России по польскому пути, находившийся в то время в Москве польский шляхтич Самуил Маскевич записал такие высказывания своего русского собеседника: «Ваша вольность вам хороша, а наша неволя — нам, ведь ваша вольность... это своеволие, разве мы не знаем того... что у вас сильнейший угнетает более худого, свободно ему взять у более худого владение и самого убить, а по праву вашему искать справедливости придется много лет, прежде чем [дело] завершится, а то и не завершится никогда. У нас... самый богатый боярин самому бедному ничего сделать не может, так как после первой жалобы царь меня от него освободит». Наконец, следует отметить, что, ограничивая власть монарха, дворянство одновременно старалось свести к минимуму расходы на государственные нужды, препятствуя расширению аппарата и увеличению армии, чтобы сохранять в своих руках доходы от собственных имений. В перспективе такая политика вела к ослаблению государства, его неспособности противостоять формирующимся по соседству абсолютистским монархиям. Все это вовсе не означает, что претензии демократических публицистов по отношению к царю Ивану совсем не основательны, а его историческая роль заслуживает только позитивной оценки. Автор хотел бы лишь обратить внимание читателя на то, что если конкретная роль Ивана IV в развитии древнерусского общества и древнерусской государственности рисуется вполне ясно и определенно, то историческая оценка этой роли требует внимательного изучения широкого круга проблем не только русской, но и европейской истории. К исследованиям такого рода отечественные ученые лишь начинают обращаться".

Dorei: Леший пишет: Опять байки вместо фактов. Даже отрицательно настроенный к Ивану IV Скрынников признавал реальность всех антиивановских заговоров. И как писал историк Борис Флоря: Речь не о занговорах, а о поступках типа убийства Ивана Ивановича. То что вы описали -- это признаки не эпилептических, а паранояльных изменений в характере.

Леший: Dorei пишет: а о поступках типа убийства Ивана Ивановича. Упалпацтол. Иван Грозный НЕ УБИВАЛ своего сына, что доказано исследованием останков оного, полностью опровергнувших эту байку.

Dorei: Не знал. *не надо было лезть в этот спор... *

Вольга С.лавич: georg пишет: Карлу Седерманландскому. Обычно этот титул транслитерируюется на русский как Зюдерманландский. georg пишет: воевода, обычно имевший чин стольника (полковника). Вы ввели Табель о рангах? Как связана воинская должность полковник с придворным чином стольника?

georg: Вольга С.лавич пишет: Обычно этот титул транслитерируюется на русский как Зюдерманландский. В русском переводе "Путешествия Нильса с дикими гусями" название провинции пишется "Седерманланд". Вольга С.лавич пишет: Вы ввели Табель о рангах? Как связана воинская должность полковник с придворным чином стольника? Ввел. georg пишет: В следующие дни было издано несколько заранее заготовленных указов. Важнейшим было «положение о чинах», установивших иерархию и соответствие службы военной, дьяческой и придворной. Военный чин полковника был в частности приравнен к придворному чину стольника. Низшие придворные чины стали просто дополнительными знаками отличия. Пост 16.06.06 00:40 В реале же при росписях стольников писали в войско в чине полковника при Федоре Алексеевиче и Софье.

Mukhin: Ура! Продолжение! Правда, для меня полный разгром Турции в 1600 г. - несколько запредельно (вроде тогда они на пике погущества), но Георгу виднее.

georg: Mukhin пишет: Правда, для меня полный разгром Турции в 1600 г. - несколько запредельно (вроде тогда они на пике погущества) Отнюдь не пик. Да я вроде и бил ее очень постепенно, начиная с остановки турецкой экспансии на рубежах Венгрии (на то и развилка делалась). На 1590 она уже и внешне далеко не так сильна, как в реале - Венгрия с частью Сербии, Албания и Крым ей не принадлежат. А описанный мной выше внутреннний кризис Османской империи - экономический, финансовый и социальный (посты 17.06.06 18:46 - 17.06.06 18:48) - целиком списан с реала. И в реале Османы едва справились с восстаниями Кара-Язиджи (который 3 года правил Восточной Анатолией как независимый правитель) и Календер-оглу, причем масштабы междуусобной резни были впечатляющими - только за время борьбы с Календер-оглу за три года войны в Анатолии (1607—1609) было истреблено около 100 тыс человек. Восстание Михая Храброго в Валахии и Тырновское восстание 1598 в Болгарии так же взяты из реала. Османов спасло то, что в реале им в этот смутный период приходилось вести внешнюю войну лишь с одним противником - сначала с Австрией, а затем с Ираном, причем турок изрядно выручила Крымская орда, воевавшая за них в Венгрии, а затем в Закавказье. ИМХО сложись в те годы мощная антитурецкая лига - Османам бы и в реале весьма туго пришлось. Mukhin пишет: Ура! Продолжение! Глубоко извиняюсь, но с этого момента таймлайн заморожен примерно на месяц.

Mukhin: georg пишет: Глубоко извиняюсь, но с этого момента таймлайн заморожен примерно на месяц. Хе, на месяц. На месяц - это ещё вполне терпимо. МЦМ-4 заморожен на неопределённый срок.

Telserg: Mukhin пишет: МЦМ-4 заморожен на неопределённый срок. *ищет в ящиках стола веревку*

Mukhin: Telserg пишет: *ищет в ящиках стола веревку* Не надо. Я вернусь к нему. Когда нибудь. У меня родился сын. Поэтому я пьян от счастья от вина, но времени нет совершенно, и постоянно хочется спать.

georg: Mukhin пишет: У меня родился сын От всей души поздравляю. И поскольку у меня сейчас в руках бокал, пью за здоровье, счастье и перспективы новорожденного.

Telserg: Mukhin, поздравляю!!!

Dorei: Присоединяюсь к всеобщим поздравлениям.

Сварга: Присоединяюсь За сбычу мечт нового человека

Игорь: Mukhin пишет: У меня родился сын Поздравляю

Леший: Присоединяюсь к поздравлениям.

Крысолов: Mukhin пишет: У меня родился сын. Ить! Поздравляю!

Zag-Zag: Поздравляю с сыном ! Читал тему два дня,наконец дочитал.Монументально!!! Возникает вопрос о Сербии?Если почти все Балканы входят в Россию,какова ее судьба?Незахочет ли Московский Царь присоединить или хотя бы завассалить православную Сербию?Тем более в роду Ивана Иванвича есть сербсие корни.Пахнет войной с АВИ,а там глядишь и Трансильвания обломиться .

georg: Zag-Zag пишет: Возникает вопрос о Сербии? Все будет через месяц. Приоткрою - Сербия сбросит венгерский сюзеренитет уже в 1610ых, во время войны императора Рудольфа с мятежным братом Матвеем.

Крысолов: Не забудте греческое влияние на Руси и переориентацию на Средиземноморье. Уже неоднократно поднималась оная тема.

georg: Крысолов пишет: Уже неоднократно поднималась оная тема. Шиш гречишкам . Ромея выделится как отдельное государство с русской династией, основанной Дмитрием Ивановичем. Но и там военное дворянство будет славянским (потомки испомещенных на Балканах русских дворян и болгарских войников), и греки отнюдь не будут господствовать даже в восстановленной Ромейской империи.

Вольга С.лавич: Mukhin пишет: У меня родился сын. Мои поздравления.

Zag-Zag: Крысолов пишет: Не забудте греческое влияние на Руси и переориентацию на Средиземноморье Так уж оно велико ?Тем более после катания царя на нидерландских галеонах и посещение Строгановым Лондона нашим основным направлением,военным и торговым, будет Балтика. Пусть греки сами с венецианцами мучаются. Зря им царь свое государство делает что ли?Единстенное что я вижу на Средиземноморье для нас это пуск поставок шелка по маршруту Персия-Астрахань-Азов-Константинополь-Венеция.

Zag-Zag: Простие,у кого нибудь есть ссыллки по картам 15-16вв.

georg: Zag-Zag пишет: Простие,у кого нибудь есть ссыллки по картам 15-16вв. Я к сожалению утратил адреса, но все карты выкачены и лежат на моем харде. Давайте мыло - вышлю карту любого региона по данной эпохе.

Zag-Zag: georg пишет: Давайте мыло - вышлю карту любого региона по данной эпохе. kadian@mail.ru Если можно Венгрия и окрестности.Заранее благодарен .

Telserg: georg пишет: Я к сожалению утратил адреса, но все карты выкачены и лежат на моем харде. Могу выложить в архивах.

georg: Один отличный ресурс нашел здесь Отдельно высылаю еще одну карту Венгрии

Zag-Zag: georg пишет: Отдельно высылаю еще одну карту Венгрии Получил. Большое спасибо:).

Леший: georg пишет: Все будет через месяц. Приоткрою - Сербия сбросит венгерский сюзеренитет уже в 1610ых, во время войны императора Рудольфа с мятежным братом Матвеем. Georg, я так понял, что не смотря на замену властителей (Карла и Фердинанда) их потомки являются копиями своих РИ-прототипов. Т.е. ваш Рудольф есть копия Рудольфа из РИ?

georg: Леший пишет: Georg, я так понял, что не смотря на замену властителей (Карла и Фердинанда) их потомки являются копиями своих РИ-прототипов. Т.е. ваш Рудольф есть копия Рудольфа из РИ? Именно так. Обмен тронами повел и к обмену женами - Карл женился на Анне Ягеллон, дочери Владислава Казимировича, а Фердинанд на португальской инфанте. Будем считать, что материнские гены возобладали. Изменил я характеры только двух Габсбургов - Андрея (который в реале стал кардиналом) и (в таймлайне это еще не освещено) сына Леопольда Пассауского Карла-Фердинанда (на том основании что здесь Леопольд не становится епископом, женится гораздо раньше реала и на другой женщине). В остальном австрийские и испанские Габсбурги похожи на РИ прототипов.

Zag-Zag: georg пишет: Все будет через месяц. Приоткрою - Сербия сбросит венгерский сюзеренитет уже в 1610ых, во время войны императора Рудольфа с мятежным братом Матвеем Ох боюсь Петровичи начнут грезить о Далмации.Россию начнут подбивать на конфликт с Венецией.А оно нам надо? Кстати о Белграде.Он в Венгрии или венгры передали его вассальной Сербии?

georg: Zag-Zag пишет: Ох боюсь Петровичи начнут грезить о Далмации Для унии с Ромеей (а таковая планируется) в ситуации Тридцатилетней войны, не то что бы в подлиннике, но чего-то подобного в главе с Нидердандской ветью Габсбургов, (они исповедывали арминианство, и сделали его фактически гос. религией в большей части провинций Нидерландов, и шли на переговоры с католиками, и подерживали ФердинандаII в деле объединения Германии, и если бы он, блин, не издал реституционный эдикт.... но с этим и я ничего в данной АИ поделать не решился - у меня Габбурги РИ, а назвался груздем - полезай в кузов) так вот, для ситуации войны пусть претендуют - оторвут в союзе с протестантами все коренные сербские земли. Zag-Zag пишет: Кстати о Белграде.Он в Венгрии или венгры передали его вассальной Сербии? Он в Венгрии, и столица Сербии Смедерево (а по отсвоевании у турок всей Сербии - Крушевац). Но в Тридцатилетку венгры его утратят.

Скальд: Mukhin пишет: У меня родился сын. Отлично!!! Поздравляю!!! Ряды альтисториков растут

georg: Блин, тема чуть не ушла в архив. Придется продолжать, хотя бы в эти выходные. Народ, вы как, требуете продолжения банкета?

Han Solo: Он еще спрашивает!

Сварга: Всеми конечностями за!

Леший: georg пишет: Народ, вы как, требуете продолжения банкета? Ждем с нетерпением.

Mukhin: Я только вчера перечитывал часть I. Понастальгировал. Конечно, продолжать!!!

Крысолов: georg пишет: Народ, вы как, требуете продолжения банкета? ДА!!!

savage: Присоединяюсь к друзному хору: Шайбу, шайбу. Таймлайн, таймлайн.

georg: К 1602 году состояние здоровья царя Ивана Ивановича еще более ухудшилось. Царь уже не вставал с постели. Остро встал вопрос о судьбах империи после его смерти. До завоевания Константинополя наследником царя был его старший сын Юрий. Энергичный и деятельный старший царевич был надеждой отца. Царь подыскивал ему невесту среди княжеских домов Германии, но поиски затянулись благодаря непременному условию принятия невестой православия. Поэтому когда в 1598 году царевич испросил разрешения отца на брак с дочерью первого советника царя, 16-летней Ксенией Борисовной Годуновой, царь согласился. В 1599 у Юрия и Ксении родился сын, названный Иваном. Увлекавшийся военным делом Юрий Иванович во время русско-турецкой войны рвался на фронт, и царь потом долго не мог простить себе, что уступил, и позволил сыну отправиться в армию. Как упоминалось выше, Юрий Иванович в армии заболел дизентерией, и скончался в Адрианополе летом 1600 года. Наследником трона империи таким образом оказался годовалый сын Юрия и Ксении царевич Иван Юрьевич. Из других представителей царствующего дома имелись второй сын царя Ивана Василий Иванович и брат царя (хотя по возрасту ровесник его сыновей) Димитрий Иванович. Василий был слаб здоровьем и обладал слишком мягким характером. После смерти дяди, Федора Ивановича (который тихо скончался в Москве зимой 1598) Василий получил его Ростовско-Ярославский удел. Увлекаясь науками (в его подмосковной резиденции имелись обсерватория и лаборатория для химических опытов) царевич не интересовался государственными делами (к которым его как младшего и не пытались приобщить). Василий находился под полным влиянием своего дяди и бывшего воспитателя (дядьки) Федора Никитича Романова. Димитрий рос в Москве, будучи товарищем детских игр царевича Юрия. После смерти дяди, Афанасия Нагого (который умер как и в реале в 1594) его воспитанием занимался назначенный еще Грозным «дядькой» царевича Богдан Бельский. Позаботившись вместе с царицей Марией Нагой о достойном образовании царевича, Бельский, будучи шефом московского стрелецкого корпуса, сделал из Димитрия в первую очередь военного. Димитрий был назначен официальным главнокомандующим на Балканах после смерти Юрия. Его военными советниками были Богдан Бельский и Михай Храбрый, и по большей части им 18-летний царевич был обязан славой покорителя Царьграда. Зимой 1602 больной царь составил в Москве завещание, согласно которому в случае его смерти регентом при малолетнем царе Иване Юрьевиче становилась его бабушка царица Анна Стефановна. В помощь ей царь назначил «седьмочисленный» регентский совет. В его состав были включены оба царевича и 5 бояр: двое старых министров Грозного – Борис Годунов и Богдан Бельский, и трое бояр, начинавших карьеру в последний период правления Грозного, и зарекомендовавших себя как государственные деятели уже при Иване Ивановиче – князь Василий Иванович Шуйский, князь Василий Васильевич Голицын и боярин Федор Никитич Романов. Знатнейшие и богатейшие вельможи страны, не обладавшие однако способностями государственных деятелей – князья Иван Федорович Мстиславский и Иван Михайлович Воротынский – в состав совета не попали.

georg: Царь Иван Иванович скончался в марте 1602 года в возрасте 49 лет. На другой день на экстренно собранном совещании боярской думы и Освященного собора патриарх и царские душеприказчики огласили завещание, после чего столица присягнула царю Ивану Юрьевичу и правительнице Анне Стефановне. В правительстве никаких изменений при этом не приизошло, и государственный аппарат продолжал работать по прежнему, те же люди остались на прежних местах. Последовавший неурожай 1603 года стал первой проблемой правительства, но не имел катастрофических последствий. В отличии от РИ повинности крестьян были с трого регламентированы, а налоги, сильно выросшие во время войны, были уже снижены. Крестьяне имели запасы зерна, благодаря чему им не пришлось засевать поля «зяблыми» семенами. Продовольственное снабжение городов было налажено благодаря поставкам зерна из южных черноземных областей, Болгарии и дунайских княжеств. Тем не менее неурожай вызвал новую волну крестьянских переселений с Северо-Запада, главным образом из Новгородско-Псковских земель на черноземный юг. Началось бурное земледельческое освоение территорий позднейших Воронежской, Курской и Тамбовской губерний, и члены регентского совета и их приближенные изрядно попользовались этим, расхватывая себе в поместья эти земли и привлекая туда крестьян. На севере был призведен перемер обрабатываемой земли и крестьянских дворов, и местным помещикам увеличены оклады – переселение 5000 руских дворян на Балканы с наделением их поместьями во Фракии и Македонии давало такую возможность. Меж тем на Балканах Димитрий с помощью Бельского и Михая занимался устройством присоединенных Болгарии и Греции. В Болгарии управление было организовано в ходе восстания, и решающую роль в нем играли войники, получившие в поместье тимары изгнанных из Болгарии турецких сипахи и ставшие новым болгарским дворянством. Повинности крестьян были строго регламентированы и общины сохраняли самоуправление. По русскому образцу организовывались губная полиция и суды присяжных. Вождь восстания болярин Федор Балина получил наместничество в Тырнове. Тимары Фракии и Македонии были пущены в раздачу переселенным на Балканы русским дворянам, которые составили как элиту конного войска, так и офицерский корпус болгарской стрелецкой пехоты.

georg: В Греции условия были разнообразнее. Сипахийская система распостранялась там только на Фессалию и не затрагивала гористые земли Эпира, Средней Греции и Пелопонесса, а так же острова. Самостоятельно управлявшаяся греческая церковь сохраняла юрисдикцию над православными и служила центром, связующим греческих подданных Порты. Епископы имели значительные права – они были членами турецких провинциальных управлений – меджлисов, имели права суда (христиане, судясь между собой, могли не обращаться в турецкий суд, а судится у епископа), облагали общины церковной десятиной и владели (как и монастыри) землями. Общины управлялись выборными димогеронтами, которые, в свою очередь, выбирали начальников епархий, коджабашей. Права общин были так широки, что например даже подати, налагаемые на Морею, определялись на съезде димогеронтов в Триполице, конечно — при сильном участии турецкого правительства, а раскладка их по димархиям уже совершенно зависела от местных, то есть выборных, властей. Местами, именно, на севере (в Эпире, Фессалии и Македонии), греческие общины даже сохранили свою полицию, арматолов. Точно так же греки сохранили свои школы, руководимые духовенством; благодаря этому они во все время турецкого господства выделялись своим образованием из ряда других турецких подданных; многие из них, преимущественно фанариоты, достигали высоких ступеней на государственной службе. Несмотря на эти вольности, а отчасти, может быть, и благодаря им, ненависть греков к туркам всегда была сильна. Этому содействовало презрение, которое турки выказывали к «райам» (стаду) и которое выразилось, между прочим, в обязательных для греков форме и цвете платьев и домов. Еще важнее был политический и экономический гнет, достаточно тяжелый, чтобы вызывать протест, но недостаточно систематический, чтобы раздавить национальность и уничтожить стремление к свободе. Центральное правительство не преследовало злоупотреблений местных властей; даже льготы духовенству были парализованы системою бакшишей (взяток), разъедавшей турецкий государственный организм; свобода богослужения тоже вызывала бесконечные вымогательства и нарушалась по капризу любого паши. Необеспеченность собственности повела к упадку земледелия и распространила среди греков занятие торговлей; этому способствовали полная свобода торговли и отсутствие внутренних таможен. Мало-помалу торговля в Турции сосредоточилась почти исключительно в руках греков, из них очень многие составили себе крупные состояния. К моменту восстания торговый флот греков доходил до 600 судов. Тем сильнее стало стремление к иному режиму, обеспечивающему права личности и собственности. Все новые и новые победы России возбуждали надежду на освобождение. В монашеских пророчествах выражалась народная вера в освобождение от турецкого ига при поддержке «белокурого племени» — русских. Эти пророчества перекликались и с народной песней: «Этой весной, райя, райя, // придет московит, райя, райя, // пойдет на турок войной...». Греция восстала в начале 1600 года, когда большая часть турецких гарнизонов была выведена для подкрепления армии Мехмед-паши во Фракии. Восстала почти вся страна, причем в Эпире и Морее, следуя примеру Дионисия Тырновского, восстание возглавили местные митрополиты. Турецкие санджакбеи были изгнаны из городов, и вся власть перешла к общинным властям и их выборным правителям – коджибашам, переименованным теперь в архонтов. Таким образом до некоторой степени воскресла древняя полисная система, и эта система управления греческими областями была закреплена в дальнейшем.

georg: Константинопольские греки, великолепно разбиравшиеся в местных условиях, оказались для Димитрия ценными сотрудниками и не могли не приобрести влияния. Около патриарха, как мы сказали выше, сосредоточились остатки византийской аристократии; но эти остатки и с самого начала едва ли были особенно значительны, а с течением времени их еще больше поубавилось. Аристократия без сытого, но дарового хлеба немыслима. А в столице турок даром ничего не давалось. Древневизантийский аристократический элемент постепенно начал оскудевать и исчезать. Его место должна была занять греческая аристократия ума и таланта, аристократия труда и изворотливости. Такой аристократией и сделались те греки, которые известны с именем фанариотов. Некоторые фанариоты носят древние фамилии — Палеологов, Кантакузинов; но их единицы. К немногим остаткам действительно древней аристократии присоединилось много новых фамилий, достигших большого значения и влиятельности и сумевших разбогатеть. Сюда относятся фанариотские фамилии: Розетти, Суцо, Маврокордато, Кантарадо, Ипсилантисы, Мурузи, Караджа, Рали, Аргипуло, Панайотаки, Ромадани и др. Довольно рано, может быть в XV в., многие образованные греки получили почетные должности драгоманов (переводчиков) при различных турецких сановниках, не хотевших изучать греческого языка, но, однако же, имевших постоянно дело с греками, подданными падишаха. Без драгомана обойтись тут было невозможно. В особенности большим влиянием пользовался драгоман паши, высшего сановника по управлению пашалыком (генерал-губернаторством). Пашой всегда был турок, но он не мог обойтись без грека-драгомана. Все дела, какие поступали на рассмотрение паши, проходили через руки драгомана; он же смотрел за порядком дел, а потому грек-драгоман сделался истинным правителем пашалыка. Этο должностное лицо назначалось из Константинополя турецким правительством. Греки занимали и еще более значительную должность — должность великих драгоманов Порты. Первоначально это были не более как переводчики. Но вскоре они сделались влиятельнейшими советниками Порты, сделались членами министерства, а именно министерства иностранных дел, и пользовались великими милостями и привилегиями. После изнания турок из Константинополя все греческие драгоманы немедленно перешли на русскую службу и заняли значительные должности при наместнике. Советником Димитрия по греческим делам стал бывший вликий драгоман Димитрий Ралли, а скретарем – молодой Фома Кантакузин, сын покойного драгомана великого визиря Мехмеда Соколли Михаила Кантакузина, за пронырливость позванного турками "шайтан-оглы" (чертов сын). Бывший драгоман капудан-паши, уроженец Хиоса Николай Маврокордато стал теперь губернатором Архипелага. Города Балкан в ходе войны пришли в упадок, в Константинополе ряд кварталов обратился в руины. Но ликвидация турецкой системы плановой экономики и мелочной регламентации ремесленного производства наряду с гибкой налоговой и торговой политикой, проводимой Дмитрием Ралли, обеспечило быстрое возрождение городов. За несколько лет экономика края была реанимирована. Расширялось производство зерновых, оливкового масла, хлопка и шелка, возникали мануфактуры, особенно текстильные. «Шелковый путь» персидской компании перемещался на более короткий и рентабельный маршрут – по Дону и Черному морю в Средиземное.

Mukhin: Ура! Продолжение! georg пишет: «Шелковый путь» персидской компании перемещался на более короткий и рентабельный маршрут – по Дону и Черному морю в Средиземное. А вот это уже печальственно. Т.е. сосбственно росийские регионы оказываются на периферии основного транспортного потока...

georg: С турками продолжалась вялотекущая война. Овладев троном, Абдул-Халим, будучи плотью от плоти турецкого сипахийского сословия, следовал его интересам. Его трон окружают сипахи, оттеснив крестьянских повстанческих предводителей. Низложение династии Османов было для сипахи свержением правления ненавистных султанских капыкулу и преходом власти к сипахи, занявшим теперь все государственные должности. Во внутренней политике программой сипахи было не только сохранение тимарного землевладения но и превращенеие его в наследственное. Во внешней же политике был взят курс на восстановление империи. Патриотическое и религиозное сознание турецкого сипахийства испытывало шок от крушения Османской империи. Из великой империи в трех частях света Турция превратилась в среднее по размерам государство, включавшее в себя Малую Азию, Сирию и Верхнюю Месопотамию. Вражду к России подогревали европейские турки, бежавшие в Азию и оставшиеся ни с чем. Сипахи требовали отвоевать Истамбул, который проклятые неверные захватили, воспользовавшись междуусобной войной в Турции. Абдул-Халим, вознесенный из янычарских капитанов на вершину власти, явно не выдержал подобного испытания. Он искренне считал себя избранником Аллаха, предназначенным восстановить Османскую империю, и проявлял явные симтомы мании величия. Приняв титулы халифа и кайсар-ар-Рум, он заявил таким образом претензии на Константинополь и Египет. Он отказался заключить мир с Россией. Отступаясь от Болгарии и Греции, он требовал непременного возврата Фракии с Константинополем. В то же время он заявил претензии на Египет и Хинджаз. Султан МехмедIII, прибыв с флотом в Египет, немедленно начал подготовку к отвоеванию трона. Введенные им налоги быстро опустили популярность султана ниже ватерлинии. К тому же наместник Египта Ахмед-паша умер в этом же 1600 году. В начале 1602 года египетские мамклюкские беи отравили султана столь ловко, что никто не заподозрил его неестественной смерти. После этого они, опираясь на местные военные формирования, перебили прибывших вместе с султаном капыкулу и провозгласили несовершеннолетнего сына МехмедаIII, Ахмеда, халифом и султаном Египта под регентством своего лидера, бея Али-аги. Османы таким образом превратились в Египетскую династию. Турция, разоренная междуусобной войной, нуждалась в мире. Брат Абдул-Халима, Дели-Хасан, предложил заключить мир с Россией, и бросить все силы на завоевание Египта. Но султан отказался подисать договор, непременными пунктами которого был официальный отказ от Фракии. Абдул-Халим предложил Димитрию перемирие, от которого тот отказался. На протяжении следующих нескольких лет не только черноморское, но и средиземноморское побережье Турции стало целью морских набегов. Димитрий с флотом предпринял несколько экспедиций, завоевал и укрепил Скутари, Кизик и Абидос, и уничтожил в Смирне строящийся турецкий флот. Но эти экспедиции были ничем по сравнению с «частной инициативой». Украинские казаки в ходе войны освоили морское дело. С помощью присланных из Москвы мастеров они строили весьма быстроходные парусно-гребные суда, которые в бою оказывались гораздо эффективнее галер. Первым опытом морского похода был захват Варны гетманом князем Богданом Ружинским в 1599. В следующие несколько лет флотилии украинских и донских казаков терроризировали побережье Малой Азии. Турки, не имея флота, не могли эффективно защитить побережье, и казаки ежегодно высаживались на нем, грабя и разоряя. Синоп, Трапезунд, Эрегли и прочие города лежали в руинах. В 1602 году казацкий ватажек князь Роман Ружинский, племянник покойного гетмана Богдана (в реале ставший тушинским гетманом ЛжедмитрияII) с казацкой флотилией прошел с санкции Димитрия в Эгеиду и напал на Смирну. Во время этой экспедиции Роман достиг соглашения с губернатором Архипелага и фактическим владетелем острова Хиос Николаем Маврокордато. После этого казацкие походы в Средиземное море становятся почти ежегодными. К казакам примыкают островные греки – люди, имеющие достаточно средств, снаряжают корабли. Остров Делос становится базой этого казацко-греческого «островного братства». Цветущее побережье Антальи, Киликии и Сирии опустошаются пиратскими рейдами. Казаки и примкнувшие к ним греческие пираты нападали так же на побережье Египта, а затем начали грабить и венецианские купеческие флотилии (мамлюкское правительсво Египта восстановило древний торговый договор с республикой святого Марка), что вызвало дипломатические осложнения с Венецией.

georg: Mukhin пишет: А вот это уже печальственно. Т.е. сосбственно росийские регионы оказываются на периферии основного транспортного потока... Ну тут уж ничего не поделаешь, себестоимость ведь снижается в разы.

georg: После первых восторгов освобождения между греками и русскими начинают возникать осложнения. В XVI веке греческие иерархи ощущали себя богоизбранными хранителями православной традиции, "столпом благочестия". Как и во времена Византийской империи, они стремились управлять духовной и культурной жизнью единоверных стран. Так, например, борьба с католический унией в Польше и Литве координировалась из Константинополя, Афона и греческих монастырей Молдавии. В разное время в этом противоборстве принимали участие такие фигуры, как экзарх вселенского патриарха Никифор, умерший в польских застенках; талантливый полемист и проповедник патриарх Мелетий Пигас; его племянник Кирилл Лукарис, в 1590-е гг. - ректор православной коллегии в Остроге. В то же время, претензии поствизантийских греков на духовное предcтоятельство в православном мире отнюдь не разделялись на Руси. В кон.XV-XVI вв. русская мессианская идеология носила преимущественно изоляционистский характер, Московия считалась последним оплотом истинного вероучения, а те же греки воспринимались как православные "второго сорта", утратившие чистоту веры под владычеством мусульман. Для любого русского интилигента в 1600 году центром воссозданной вселенско-православной империи мыслилась Святая Русь – единственный в мире источник чистого и незамутненного православного вероучения, греки же почитались младшими братьями, нуждающимися в опеке и наставлении. При личной встрече подобный подход коробил представителей греческой интеллектуальной элиты, про себя не перестававших считать русичей варварами. Греки расценивали новую империю как воссозданную Вселенско-Православную Ромею времен Юстиниана, и считали, что политическое лидерство должно принадлежать им. Уже в 1602, после смерти царя Ивана, в близких к патриарху Мелетию фанариотских кругах возникает определенный план действий. Первым его пунктом было добиться переноса столицы в Константинополь. От имени греческой церкви и всех общин в 1604 была подана петиция с просьбой о посещении царем Эллады и ее святых мест, дабы греческий народ был осчастливлен лицезрением царя. Царица Анна, давно желавшая посетить родину – Сербию – благосклонно отнеслась к петиции, благо царю было уже 5 лет, и он мог предпринять столь дальнюю поездку. Летом 1604 двор отправился на юг. Государя везли судовым караваном по Оке, Десне и Днепру, а затем морем в Царьград. Управление Московским государством было поручено Совету, во главе которого Анна поставила Бориса Годунова. В сентябре 1604 востановленный Константинополь торжественно встречал своего юного императора.

georg: Анна и Ксения были очарованы тем приемом, что устроили им Димитрий и патриарх Мелетий – с торжественными пирами и приемами, поездками по достопримечательностям и пышными богослужениями в святой Софии. В те времена, для любого человека, получившего классическое образование, очарование Греции было неотразимо. Сам Димитрий Иванович, с детства не расстававшийся с томом Плутарха, влюбился в Элладу с первых лет пребывания. Даже взгляд на виноцветную гладь Пропонтиды с башни дворца вызывал в уме образы плывущих к Трое кораблей древних героев Эллады, или форсирующего Геллеспонт Александра. Для религиозного сознания Эллада так же давала чрезвычайно много обилием святынь Контстантинополя и Афона. Даже открывая Библию и читая послания Павла к Коринфянам или Солунянам, русич осознавал, что Коринф и Солунь – это здесь, в Греции, колыбели православия. А вкрадчивые греки были чрезвычайно услужливыми гидами для высоких гостей. Димитрий сам служил главным гидом, описывая святыни Царьграда и места боевой славы героев древней Эллады. При этом ни от Ралли, ни от Бельского не скрылось, что 22летние ровесники – царевич Димитрий и вдовствующая царевна Ксения – начинают испытывать друг к другу искреннюю симпатию. Мгновенно оценив ситуацию, греки стали делать все для того, чтобы эти двое общались как можно больше. Вскоре по приглашению племянника – Петра Петровича – царица Анна Стефановна выехала в Сербию, меж тем как юный царь в сопровождении матери и Димитрия отправился в путешествие по Греции. Они проехали Македонию, Фессалию, Фивы, и прибыли в Афины (с еще не разрушенным венецианцами древним Акрополем), где Димитрий торжественно объявил о восстановлении Платоновской Академии в садах Ликея. Димитрий описывал Ксении исторические места, известные обоим из классики, меж тем как его окружение делало все для обеспечения наиболее романтической атмосферы. Из московских вельмож в поездке участвовал только Богдан Бельский, но он, будучи чрезвычайно привязан к своему воспитаннику и желая ему высшей власти в империи (к чему брак с Ксенией и положение царского отчима были наиболее верным путем) совершенно согласился с греками и принял участие в их интриге. 28 октября 1604 года в Саламинском проливе Димитрий описывал Ксении место разгрома флота Ксеркса, и оба, ни в чем друг другу не признаваясь, уже с трудом удерживались от соприкосновения. А на баке царской галеры наблюдавшие издалека за парочкой Димитрий Ралли и Богдан Бельский переглядывались и усмехались в бороды – все шло по плану.

georg: Теперь окружение начало подталкивать Димитрия и Ксению к решающему шагу. В ноябре на Эвбее Димитрий сделал предложение, которое, разумеется, было принято. Греки ковали железо пока горячо, и по возвращении в Константинополь вселенский патриарх немедленно обручил царевну и царевича. Анна Стефановна, узнавшая об этом событии на обратном пути из Сербии, в Софии, была в гневе, и прибыла в Царьград с решительным намерением помешать этому браку. Но тут же поняла, что не смотря на свое звание регентши она здесь всего лишь гостья, и ее запреты и повеления в Царьграде ни на кого не оказывают действия. К тому же весь двор Димитрия тут же принялся за ее обработку. Придворные дамы подчеркивали, как привязан мальчик-царь к Димитрию (очаровавшему его во время поездки), врачи обращали внимание на явное улучшение самочуствия, которое пожилая и часто прибаливавшая женщина почуствовала в теплом морском климате, патриарх и его клир так же оказывали влияние на царицу, и в конце концов властная, но добрая женщина сдалась. Свадьба Димитрия и Ксении праздновалась в марте 1605. Вселенский патриарх со всем великолепием обряда венчал брачующихся в святой Софии. Весь Царьград праздновал целую неделю, народ под звуки музыки плясал на площадях. Фанариоты стремились перещеголять друг друга в устройстве роскошных пиров. Им было чему радоваться – император оставался в Царьграде насовсем. Медовый месяц был испорчен страшной для Ксении новостью – в апреле 1605 в Москве скончался ее отец Борис Годунов.

Леший: georg пишет: в апреле 1605 в Москве скончался ее отец Борис Годунов. Т.е. версию об отравлении Годунова в РИ вы отметаете? Или и тут его травят политические противники?

georg: Леший пишет: Т.е. версию об отравлении Годунова в РИ вы отметаете? Или и тут его травят политические противники? Здесь ситуация принципиально отличается от РИ. А по поводу его отравления в РИ - тоже весьма спорно, Тимофеев пишет, что Борис последние годы царствовал "непрестанно болезнуя", так что смерть скорее всего была естественной.

georg: Борис, имевший непререкаемый авторитет в московском правительсве, после отъезда регентши в Царьград фактически управлял Московским царством. После его смерти уже не осталось столь же авторитетного государственного деятеля. Во главе правления стали трое оставшихся в Москве членов Совета из бояр – Василий Шуйский, Василий Голицын и Федор Романов, но согласия между ними небыло. Началась фрагментация элиты. Местничество было уничтожено, но родовые предания были еще сильны и господствовали в умах правящего слоя. Вокруг Шуйского сплотились потомки Ростовско-Ярославских князей, чьи предки были лишены родовых владений при Грозном. Из знатных и богатых фамилий этих кланов только Сицкие, будучи близкими родичами Романовых, примкнули к Романовской партии. Василий Голицын был лидером Гедиминовичей. Вокруг Голицыных сплотились Трубецкие, Куракины, и даже оттертый от власти Иван Федорович Мстиславский примкнул к этой партии. В нее же входил единоутробный (от одной матери) брат Василия и Андрея Голицыных, талантливый и популярный воевода Петр Федорович Басманов, который потащил туда же за собой весь обширный старомосковский клан своих родичей Плещеевых. Вокруг Федора Романов сплотились его родичи – Шереметевы, Салтыковы, Морозовы, князья Сицкие и Черкасские. Эта партия была сильна поддержкой царевича Василия Ивановича, который так же являлся членом совета. Оставшиеся без лидера Годуновы и их сородичи Сабуровы и Вельяминовы не примкнули пока ни к какой партии. Между членами совета немедленно начались разногласия по поводу назначения на различные должности и раздачи поместий. Соданная Грозным и его сыном система слишком была завязана на единый координирующий центр в лице монарха, и с изчезновением этого центра начала давать сбои. В октябре 1605 года регентша царица Анна Стефановна выехала в Москву, для того чтобы приструнить «лебедя, щуку и рака». От Киева она ехала уже по зимнему пути, и простудилась в дороге. В Брянске царица слегла, и не смотря на все усилия медиков за три дня сгорела в лихорадке, не приходя в себя и не оставив никаких распоряжений. С ее смертью исчез единственный безусловно всеми признанный и легитимный правитель империи. Политический кризис стал неизбежен.

Han Solo: georg пишет: С ее смертью исчез единственный безусловно всеми признанный и легитимный правитель империи А разве Димитрий отрекся от престола?

georg: Han Solo пишет: А разве Димитрий отрекся от престола? Какого престола? Императором является 5-летний Иван Юрьевич, Димитрий - только наместник на Балканах. Хотя разумеется все эти самые Балканы горой за то, чтобы согласно византийской традиции Димитрий короновался в качестве соправителя. Но в Москве такой традиции нет, и там подобного действия боюсь не поймут.

Читатель: georg пишет: в Москве такой традиции нет Уже есть - Иван Третий и Иван Иванович Молодой

georg: Читатель пишет: Уже есть - Иван Третий и Иван Иванович Молодой Так то сын при отце, а не отчим-соправитель а-ля Фока и Цимисхий.

Леший: Читатель пишет: Уже есть - Иван Третий и Иван Иванович Молодой Еще Иван IV и его сын Иван Иванович. Когда Иван IV сочетался браком с Марией Темрюковной, то одновременно венчал на царство своего сына Ивана (см. А. Хорошкевич "Россия в системе международных отношений в середине 16 века").

cocoo: georg пишет: Свадьба Димитрия и Ксении праздновалась в марте 1605. Вселенский патриарх со всем великолепием обряда венчал брачующихся в святой Софии. Брак в третьей степени родства? Да развод Василия 3 по сравнению с этим - цветочки. Тут такая буча пойдет, что головы полетят.

georg: cocoo пишет: Тут такая буча пойдет, что головы полетят. Ну по крови они не родственники, Ксения просто вдова его племянника. Вселенский патриарх благословил. И все греческое духовенство дружно согласилось, ибо грекам это очень нужно. Московское духовенство может будет возражать, но кого это волнует?

Mukhin: georg пишет: Ну тут уж ничего не поделаешь, себестоимость ведь снижается в разы. А кстати - с кем торговать? Ведь с Венецией отношения испорчены - возможно, товары просто не дойдут до Франции и Испании...

georg: Mukhin пишет: Ведь с Венецией отношения испорчены - возможно, товары просто не дойдут до Франции и Испании... Ну не то чтобы испорчены. Осложнения будут урегулированы, убытки возмещены, Ружинскому приказано не допускать впредь подобных инцидентов.

georg: За прошедшие несколько лет вокруг Димитрия сформировалась Константинопольская правящая элита. В ее состав вошли как греческие фанариоты и верхушка болгарских войников – боляре, так и русские, пришедшие на Балканы вместе с Димитрием и получившие там земельные владения. Кроме Бельского и дядюшек Димитрия Нагих это были в основном молодые отпрыски знатных фамилий. Так, например, окончательно обосновался в Константинополе друг и ближайший соратник Димитрия князь Михаил Васильевич Скопин-Шуйский, которому женитьба на сестре секретаря Димитрия княжне Ирине Кантакузин принесла громадное состояние. Обосновался в Константинополе и приехавший вместе с Ксенией ее брат Федор, так же вскоре ставший ценным сотрудиком Димитрия и женившийся на гречанке (позднее в Константинополь перебрались и другие Годуновы). Среди русских офицеров, создававших болгарскую армию Димитрия и достигших впоследствии высоких чинов в Ромее были например дворяне Григорий Валуев или братья Прокопий и Захар Ляпуновы. Но все это были либо незнатные служилые дворяне, либо представители знатных фамилий, но совсем молодые, ровесники Димитрия. Московское боярство внезапно увидело себя на переферии. Оно понимало, что в случае если Димитрий закрепит свою власть, оно окажется в роли провинциальной московской элиты, принимающей повеления из новой имперской столицы, где на новом месте складывалась разноплеменная аристократия ума и таланта, не имевшая ничего общего с московскими родовыми преданиями. Сразу после получения известий из Константинополя в Москве была высказана мысль провозгласить правителем Московского государства до совершеннолетия императора царевича Василия Ивановича. Тем не менее Дума готова была признать правительницей Ксению. Дворянству и народу трудно было бы объяснить, почему нужно отстранить мать государя от власти (когда прецедент Елены Глинской делал ее права обоснованными) и даже воевать с ней (ибо никто не сомневался в том, что Димитрий будет отстаивать ее права силой оружия). Но Димитрий сам помог боярам неосторожным политическим ходом.

georg: Патриарх НеофитII предложил согласно византийской традиции короновать Димитрия как василевса-соправителя. В глазах греков Димитрий, будучи родственником отчимом царя и фактическим правителем страны имел на это неоспоримое право. Кроме того греки, болгары и валахи и считали его своим настоящим монархом – в народе Димитрия необинуясь называли царем. Что касается переселившихся на Балканы русских дворян, то они, оторванные от оставшихся на Руси местных и родовых связей, образовали особую консорцию, не обремененную традицией и постепенно сливавшуюся с болгарскими войниками. Димитрий был их военным и политическим вождем, в их глазах безусловно достойным власти и трона. Коронации Димитрия требовали буквально все. Со стороны Ксении возражений не поступило. 10 января 1606 года патриарх короновал в Святой Софии обоих «благоверных императоров» - Иоанна и Димитрия. Понимая возможную реакцию в Москве, Димитрий действовал быстро. Еще в декабре он направил в Москву двух полномочных представителей – Богдана Бельского и Михаила Скопина-Шуйского. Избранный недавно украинским гетманом князь Роман Ружинский должен был выделить им в помощь казачий корпус. Решив опереться на одну из московских партий, Димитрий назначил своим наместником в Москве в звании правителя князя Василия Шуйского, с которым Скопин успел договориться. В Москве коронация Димитрия вызвала однозначно негативную реакцию, проще говоря, ее сочли узурпацией трона. Оновным пропагандистским лозунгом стало «если позволим воцариться Димитрию, будут править нами греки», «пускай царствует над своими греками, а у нас один государь – Иван Юрьевич». Протест особо подогревало духовенство. Русских духовных страшно возмущал высокомерный и учительный тон греческих иерархов, тем более что греков помнили недавними униженными сборщиками милостыни, восхвалявшими русское благочестие. Русские иерархи, зная грекофильство Димитрия, опасались, что в случае его воцарения придется подчиниться вселенскому патриарху, а то и приводить обряд и канон в полное соответствие с греческим. Патриарх ДионисийII и освященный собор заявили, что Димитрий прав на трон не имеет, и что если уж провозглашать соправителя, то царевич Василий Иванович имеет куда больше прав. Сказано было и о том, что брак Димитрия и Ксении (на вдове племянника) с точки зрения канонов не законен, а если греческое духовенство его благословило, это только свидетельствует о невысоком уровне его благочестия. Некоторые духовные договорились до того, что Димитрий, рожденный от неканонического пятого брака, и вообще, собственно говоря, незаконнорожденный. Романов и Голицын пришли к соглашению и решили поддерживать кандидатуру Василия в регенты.

georg: Тем не менее старик Бельский пустил в ход весь свой талант политического интригана. Заседание Думы закончилось дракой с пусканием ход посохов и кулаков. После этого на протяжении недели в Москве творилось невообразимое. Посадские на улицах дрались дрекольем. Дворянская гвардия раскололась и перессорилась, утратив всякое подобие дисциплины, и по утрам на Чертолье и у Сивцева вражка находили гвардейцев, убитых в сабельных поединках. Бояре стягивали в Москву отряды боевых холопов. Басманов, командуя московским стрелецким корпусом, опасался действовать жестко – стрельцы были ненадежны, многие из них помнили Бельского в качестве своего шефа. Кремль однако удерживал Василий Голицын с верным ему отрядом дворянской гвардии. Романов успел подготовится. К концу недели в Москву вступили полки заранее отмобилизованного Ростовского, Ярославского и Галицкого дворянства – удельных вассалов царевича Василия Ивановича. Царевич, сопровождаемый большинством бояр и патриархом с его клиром, вступил в Кремль, и заявил, что берет на себя управление до созыва Земского собора, которому и должно «всей землей» определить образ правления до совершеннолетия императора. Бельский и Шуйские вынуждены были бежать из Москвы. Собор был созван ровно через месяц, при чем Романов с Голицыным и патриарх развернули мощную пропагандистскую кампанию за Василия. Как и следовало ожидать, Собор не признал Димитрия царем, и одобрил кандидатуру царевича Василия в качестве правителя до совершеннолетия царя Ивана Юрьевича. Одновременно для завоевания поддержки дворянства был принят закон, согласно которому введенное Грозным для колонизируемых земель юга право «родового поместья» было теперь распостранено на все поместное землевладение. Дворяне получили право передавать поместья по наследству, обменивать, отдавать в приданное (разумеется при условии несения службы), что обеспечило их массовую поддержку новому московскому правительству, сформированному Голицыным и Романовым.

cocoo: georg пишет: Ну по крови они не родственники, Ксения просто вдова его племянника. Вселенский патриарх благословил. И все греческое духовенство дружно согласилось, ибо грекам это очень нужно. В брачных вопросах считается муж=жене. Т.е. Дмитрий и Ксения имеют 3-ю степень родства. Такие браки категорически запрещены. Патриарх будет иметь ОООЧЕНЬ большие проблемы с благословением такого брака. И я сомневаюсь, что даст благословение на такое.

georg: По Моисееву закону, брак запрещался: 1) сыну с матерью, даже с мачехой; 2) брату с родной сестрой; 3) деду с внучкой; 4) племяннику с теткой; 5) свекру с невесткой; 6) деверю с невесткой; 7) отчиму с падчерицей; 8) зятю с тещей. Христианская церковь, приняв безусловно эти запрещения, простерла их еще дальше, в том числе и на третью степень двухродного свойства (не родства), в каковом и состоят Димитрий и Ксения, но в частном порядке от этого "еще дальше" допускались постоянные отступления, чему было немало прецедентов, особенно когда вмешивалась политика. В данном случае греческой церкви очень нужен этот брак. Народ как думаете, реально? cocoo пишет: Патриарх будет иметь ОООЧЕНЬ большие проблемы с благословением такого брака. Вопрос - кто эти большие проблемы создаст?

Кемель: georg пишет: Вопрос - кто эти большие проблемы создаст? Вот это правильно.

LAM: Тамлайн продолжается. Великолепно! Vielen Dank! Thank you very much! Le merci bien! Георг, примите моё искреннее восхищение. Но - ложка дёгтя. Некоторые детали портят картину неправдоподобием. georg пишет: Последовавший неурожай 1603 года стал первой проблемой правительства, но не имел катастрофических последствий. В отличии от РИ повинности крестьян были с трого регламентированы, а налоги, сильно выросшие во время войны, были уже снижены. Крестьяне имели запасы зерна, благодаря чему им не пришлось засевать поля «зяблыми» семенами. Продовольственное снабжение городов было налажено благодаря поставкам зерна из южных черноземных областей, Болгарии и дунайских княжеств. Не верю. Какие запасы после такой войны, которая к тому же не кончилась. Всё выгребли. И хватит ли зерна в южных областях, не уверен. Да и благополучие бедняков для российской бюрократии никогда не стояло на первом месте (если дело обстоит иначе – очень неправдоподобная альтернатива получается), не захотят казну тратить, да и денег там особых нет после такой войны. Ну может в Москве снабжение и наладят, чтобы бунтов не было. georg пишет: Государя везли судовым караваном по Оке, Десне и Днепру, а затем морем в Царьград А у турок, что, в Чёрном море кораблей совсем не осталось? Это или наглость, или преступное пренебреженье жизнью государя, или и то и другое вместе.

cocoo: georg пишет: Вопрос - кто эти большие проблемы создаст? Найдется много людей. georg пишет: Христианская церковь, приняв безусловно эти запрещения, простерла их еще дальше, в том числе и на третью степень двухродного свойства (не родства), в каковом и состоят Димитрий и Ксения, но в частном порядке от этого "еще дальше" допускались постоянные отступления, Брак безусловно запрещается до пятой степени родства. В шестой-седьмой возможны послабления. В случае Дмитрия и Ксении имеем не свойство, а родство. Женщина для родственников мужа считается в тойже степени родства, что и муж. Свойство - это ее родственники для родственников мужа.

georg: LAM пишет: Не верю. Какие запасы после такой войны, которая к тому же не кончилась. Всё выгребли. И хватит ли зерна в южных областях, не уверен. Вопрос проработан: "Лето 1601 года выдалось холодным и сырым, уже в начале сентября выпал снег, и крестьяне смогли собрать лишь малую часть урожая – а то, что собрали, – это была «зяблая», недозревшая и помороженная рожь. В прежние времена, когда у крестьян были запасы хлеба, один неурожай не смог бы вызвать голод. Теперь же сразу начались большие волнения, и под впечатлением этих волнений уже в ноябре 1601 года правительство издало указ о крестьянском выходе. Указ разрешал крестьянам уходить от бесхлебных провинциальных дворян, но не позволял уходить из монастырей, из дворцовых имений и от богатых московских дворян. Адрес грядущей беды был обозначен очень точно: правительство понимало, что крестьяне мелких провинциальных помещиков не имеют запасов, что им грозит голод. Голод еще не начался – но царь понимал, что грядущий голод будет следствием политики закрепощения. Годунов пытался спасти крестьян, отменив (хотя бы на время) крепостное право, разрешив им уходить от своих корыстных хозяев[90]. Дело в том, что в стране был хлеб: во-первых, неурожай был не повсеместным; к примеру, на Вологодчине в тот год урожайность ржи была сам-3,6, почти как обычно[91]. Во-вторых, сохранение запасов хлеба на случай голода было давней традицией, поэтому у помещиков побогаче, у монастырей, у некоторых крестьян были многолетние запасы хлеба. В Иосифо-Волоколамском монастыре были запасы хлеба на 3 года, в Кирилло-Белозерском монастыре – на шесть лет[92]. «Запасов хлеба в стране было больше, чем могли бы его съесть все жители в четыре года… – свидетельствует Исаак Масса, – у знатных господ, а также в монастырях и у многих богатых людей амбары были полны хлеба, часть его погнила от долголетнего лежания, и они не хотели продавать его… Многие богатые крестьяне, у которых были большие запасы хлеба, зарыли его в ямы и не осмеливались продавать…»[93] «Царь снарядил розыск по всей стране, не найдется ли запасов хлеба, – пишет Конрад Буссов, – и тогда обнаружили несказанно много скирд зерна в 100 и больше сажень длиной, которые 50 и больше лет простояли не вымолоченные в полях, так что сквозь них росли деревья»[94]. Авраамий Палицын говорит, что и после голода в полях стояли старые скирды хлеба[95]. Таким образом, при всех своих масштабах, голод имел избирательный характер – он поразил в первую очередь крепостных, принадлежавших мелким провинциальным помещикам, у которых их хозяева отнимали весь прибавочный продукт, и которые поэтому не имели запасов зерна. Годунов обращался с призывами к владельцам хлеба, требовал, чтобы хлеб продавали по более дешевой цене, но царь не мог настоять на выполнении своих распоряжений[96]. Богатые помещики ожидали дальнейшего повышения цен, а бедные помещики, в свою очередь, не отпускали своих крестьян. «Те дети боярские отказчиков бьют и в железа куют», – свидетельствует один их документов того времени[97]. Указ 1602 года, подтверждавший право выхода, признавал, что дети боярские силой держат за собой крестьян[98]. Голодная смерть крестьянина была выгоднее для помещика, нежели его уход со всей семьей и с имуществом. Холопов прогоняли со двора, чтобы они не просили хлеба, но при этом не давали им вольной – чтобы потом, если холоп выживет, предъявить на него свои права[99]. Повышение цен началось сразу же после неурожая, весной 1601 года четверть ржи в центральных районах стоила 30-32 деньги, а осенью – 60-70 денег. В феврале 1602 года цена достигла одного рубля (то есть 200 денег)[100]. Весной неожиданно грянувший мороз погубил посевы озимых – нужно было пересевать поля. Но у многих крестьян не оказалось запасов семенного зерна, и пересев производился «зяблыми семенами». Минимальный посевной запас семян старых урожаев мог бы спасти крестьян – теперь же наступила катастрофа. «Зяблые семена» не взошли, разразился страшный голод. Осенью 1602 года цена ржи достигла 3 рублей за четверть, и у многих крестьян попросту не было зерна для посева озимых. В 1603 году погода была хорошая – но поля стояли пустыми, и голод продолжался[101]. Таким образом, катастрофа не была следствием «трехлетних проливных дождей», как полагают некоторые авторы – в действительности дожди шли лишь один год и вызвали один неурожай (1601 года). Но поскольку у закрепощенных крестьян не было минимальных хлебных запасов, то один неурожай породил страшный трехлетний голод. Причина катастрофы была не только в погодных условиях; катастрофа была в значительной степени следствием введения крепостного права." Нефедов С. А. Демографически-структурный анализ социально-экономической истории России. Конец XV – начало XX века. -Екатеринбург: Издательство УГГУ, 2005 Таким образом запасы есть - в данной АИ повинности крестьян впользу дворянства строго регламентированы, но дворяне довольны - отсутствие демографической катастрофы и дворянская колонизация Дикого поля дают ему достаточно доходов. Налоги во время войны разумеется сильно выросли, но с момента их снижения по окончании войны один урожай уже снят, запасы есть. Неурожай приведет к новым миграциям крестьян на юг, но об этом у меня упомянуто. LAM пишет: Да и благополучие бедняков для российской бюрократии никогда не стояло на первом месте (если дело обстоит иначе – очень неправдоподобная альтернатива получается), не захотят казну тратить, да и денег там особых нет после такой войны. См. вышеупомянутые у Нефедова действия Годунова. Здесь он не царь, но глава правительства на тот момент. LAM пишет: у турок, что, в Чёрном море кораблей совсем не осталось? Это или наглость, или преступное пренебреженье жизнью государя, или и то и другое вместе Государя допустим везет целый флот. Что касается турок - да, неосталось. Весь флот МехмедIII увел с собой в Египет, остатки плавсредств ликвидировали казаки, опустошая побережье. У Абдул-Халима военного флота нет. Для того чтобы его создать, нужно закручивать налоговый винт в разоренной и сильно уменьшившейся Турции, а он пока не мог пойти на столь непопулярные меры.

georg: cocoo пишет: Брак безусловно запрещается до пятой степени родства. Вам приводить прецеденты? Иерархи сделают такую же мину, как при разрешении тоже "безусловно запрещенного" четвертого брака Льва Премудрого или Ивана Грозного. cocoo пишет: Найдется много людей. А поконкретнее. А то непонятно, какие "большие проблемы" могут создать патриарху эти люди. Особенно при том положении, каким пользовался в то время вселенский патриарх: "Права, даруемые бератом патриарху Константинопольскому по отношению ко всему высшему и низшему духовенству всего его патриархата чрезвычайно велики. В берате значилось: «Повелеваем митрополитам, архиепископам всех городов нашей обширной Империи, а равно всем игуменам, священникам и монахам и вообще всем подданным греческого обряда обращаться к нему (патриарху) по всем делам, подлежащим его юрисдикции, уважать его пастырский авторитет, быть послушными его увещаниям, повиноваться ему, согласно правам его сана и обязанностям религии. Патриарх имеет право избирать и поставлять митрополитов, архиепископов и епископов; свободно распоряжаться этими делами по своему усмотрению и делать постановления обо всем, что касается священников и монахов, может ставить на места и лишать мест, может замещать и смещать, как ему кажется лучше. Митрополиты, архиепископы и епископы не могут отправляться и являться в Константинополь без соизволения патриарха. Повелеваем, чтобы все касающееся управления церквей и монастырей, управления их экономикой, доходов и расходов относилось исключительно к компетенции патриаршей кафедры. Патриарх имеет право назначать уполномоченных и посылать их в провинции для сбора даней, которые обязаны платить в пользу патриаршей кафедры митрополиты, архиепископы, епископы, священники и пр. Согласно древнему обычаю, упомянутые лица обязаны беспрекословно платить обычные дани. Во всех случаях, когда явится надобность взять для целей правосудия какого-либо митрополита или другое лицо священного сана, арест его может состояться не иначе, как при участии патриарха». Эймон, приводя в более сокращенном виде содержание подобного же берата, с удивлением замечает: «Из содержания этого берата открывается, что едва ли найдешь другой род тирании, чем какая предоставлена греческим патриархам: смещение митрополитов, епископов, священников и монахов абсолютно зависит единственно от воли того, кто занимает патриаршую кафедру; этот последний может отнимать доходы у всех архиереев и других церковных лиц в случае, если они не покажут перед ним слепого послушания»."

Вал : Блестящий таймлайн, восхищен

cocoo: Вы считаете, что христиане всегда поступают только из политических соображений? А ведь есть еще такие вещи как вера и совесть.

georg: cocoo пишет: Вы считаете, что христиане всегда поступают только из политических соображений? Конечно же не считаю, что всегда. Но я ЗНАЮ, что христиане поступали так достаточно часто. cocoo пишет: А ведь есть еще такие вещи как вера и совесть. Для этих вещей как раз в данной ситуации непреодолимых препятствий нет. Вам знакомо такое понятие церковного права - диспенсация? "Все церковные законы обязательны для каждого члена Церкви. Незнание закона не может служить оправданием для его нарушения. В деле исполнения церковных предписаний Церковь допускает исключение лишь в отдельных случаях, когда нет физических или нравственных возможностей для исполнения. Подобные исключения сами должны носить характер отдельных определенных правил. Изъятие из общей обязательности правовой нормы называется привилегией (прономией) (если некоторое лицо наделяется теми или иными преимуществами) или диспенсацией (если оно освобождается от какой-либо общественной обязанности). Примером привилегии является практиковавшееся в синодальную эпоху разрешение почтенным престарелым лицам из мирян иметь домовые церкви. Примером диспенсации могут служить дозволения брака в степенях родства, являющихся, согласно церковным законам, препятствием для брака. Отступая от акривии - строгой точности в исполнении закона - и прибегая к привилегиям и диспенсациям, Христова Церковь поступает в соответствии с принципом икономии - ради духовной пользы своих чад." Владислав Цыпин "ЦЕРКОВНОЕ ПРАВО" Вселенский патриарх имеет право диспенсации, то есть дозволения нарушить каноны в частных случаях. Разумеется патриарх не может дозволить то, что запрещает Священное Писание. Но брак, подобный браку Ксении и Димитрия Писание не запрещает. Единственное предписание Писания по этому поводу содержится в законах Моисея (книга Левит), которые, безусловно запрещая брак племянника с теткой, совершенно не упоминают о браке дяди с племянницей (Ксения как вдова племянника по родству будет приравнена к племяннице). Лютеранская церковь, отвергшая авторитет соборов и признающая только Писание, допускает даже брак дяди с племянницей, правда по особому разрешению консистории (В.Г. Певцов Лекции по Церковному Праву Отдел III 3). То есть в данном случае вселенский патриарх имеет официальное право нарушить запрет канонов, неся ответственность за это только перед Богом. Основанием для применения патриархом права диспенсации должна быть "духовная польза чад Церкви". Для греков в данном случае она очевидна - дать малолетнему царю отца и соправителя означает обеспечить нерушимость ограды православного царства от внешних врагов, и обеспечить православному народу "всякое благоденствие и тишину" - соображения для греков весьма весомые, особенно в свете подготовки Абдул-Халимом нового вторжения в Грецию. Воцарение Димитрия обеспечивает им все это. В свете вышесказанного греческое духовенство признает применение диспенсации обоснованным. Среди монахов разумеется найдутся "шибко правильные", которые осудят это решение, но воспрепятствовать не смогут. На брачующихся наложат епитьмию для очистки совести, и брак будет заключен при всеобщем ликовании народа. НЕПРЕОДОЛИМЫХ препятствий с точки зрения "веры и совести" нет.

cocoo: georg пишет: НЕПРЕОДОЛИМЫХ препятствий с точки зрения "веры и совести" нет. Для кого как. А кроме Писания еще есть Правила.

georg: cocoo пишет: Для кого как. Вот именно. cocoo пишет: А кроме Писания еще есть Правила. По этому поводу все сказано выше. В отношении канонов применяется диспенсация, если есть обоснование (прецеденты в православной церкви имеются, хотя бы вышеупомянутые разрешения БЕЗУСЛОВНО запрещенного канонами четвертого брака для Льва Премудрого и Ивана Грозного). К тому же и сама третья степень родства в данной ситуации спорна, ибо Димитрий является дядей Юрия Ивановича только наполовину - Димитрий и царь Иван Иванович не родные братья, а сводные, от одного отца, но разных матерей. Получается уже не 3 степень, а, так сказать, 3,5 , которую хороший "адвокат от канонического права" сумеет свести к четвертой. А браки в четвертой степени достаточно часто разрешались Церковью (в порядке диспенсации). В реале в Доме Романовых был не единственный случай брака в четвертой степени родства. Дочь Императора Павла I Екатерина Павловна была замужем за своим двоюродным братом Георгом Ольденбургским, а родной брат Императора Николая II, Великий Князь Георгий Александрович был помолвлен, естественно с разрешения Императора, со своей двоюродной сестрой, греческой королевной Марией Георгиевной. cocoo пишет: Брак безусловно запрещается до пятой степени родства. В шестой-седьмой возможны послабления. Ну это вы батенька хватили. Например в соответствии с Указом св. Синода от 19 января 1810 года подлежат запрещению браки до четвертой степени родства включительно, браки при пятой, шестой и седьмой степенях кровного родства не расторгаются и даже при условии неотступности по увещевании от правящего архиерея могут заключаться.

georg: Московскому Собору так же пришлось рассматривать непростую ситуацию на юге. Бельский и Скопин бежали на юг, в Киев, который был захвачен гетманом князем Ружинским (стоявший в Киевском замке отряд служилых казаков впустил «гетьманцев», которые разоружили стрелецкий гарнизон и арестовали киевского воеводу Мосальского). Обосновавшись в Киеве, Бельский начал рассылать воззвания и стягивать войска. И самое главное – гетман Ружинский и все украинское казачество присягнули Димитрию, причем присягнули сразу же после получения известий о его коронации, не дожидаясь реакции Москвы. Дело в том, что в последние несколько лет благодаря непрерывным пиратским экспедициям на Средиземноморье, казаки оказались связаны с Константинополем гораздо теснее, нежели с Москвой. Разбогатевшая на разграблении прибрежных областей бывшей Османской империи казацкая старшина основывала земледельческие хозяйства, осаживала там крестьян, бегущих из польско-литовских владений от крепостной неволи, предоставляя им ссуду на обзаведение, либо нанимала батраков, а многие даже использовали подневольный труд захваченных в пиратских рейдах рабов-басурман. В своих «господарствах» казаки снимали огромные урожаи. Хлеб и прочие продукты сельского хозяйства и традиционных казацких промыслов казаки сбывали в Константинополь и далее – для казацкой торговли было теперь открыто все Средиземноморье. Когда начался конфликт Димитрия с Москвой, казаки осознали, что сюзеренитет Москвы уже не дает им ничего, а Константинополя – очень многое. Украинское войско присягнуло Димитрию в полном составе. Базировавшийся в Константинополе черноморский флот так же сразу присягнул Димитрию. Димитрий, увеличивая флот, комлектовал его греками, и теперь на большинстве кораблей флота были не только греческие экипажи, но и греческие офицеры. Экспедиция флота к берегам Крыма (предпринятая еще до бегства Бельского из Москвы) привела к тому, что не только греческие города Крыма, но и ногайский хан степного Крыма Мурад присягнули Димитрию. Утверждая Василия правителем «московского царства», московский Собор априори не включал в это понятие балканские земли. Дмитрий был признан царем-соправителем Ивана Юрьевича в Греко-Болгарском царстве, меж тем как в Московии должен был царствовать один государь – Иван Юрьевич – под регентством царевича Василия Ивановича. Собор требовал от правителя и его советников уладить дело с Димитрием миром и не допускать братоубийственной войны. Димитрий, стягивая на всякий случай войска в Брацлав, так же отнюдь не стремился к войне, котрая была бы братоубийственной – многие близкие родственники из дворянских фамилий оказались по разные стороны, так например двоюродный брат Ксении Иван Годунов – зять Федора Романова - выступал на стороне Василия. Ктому же из Малой Азии доносили о строительстве турками флота и подготовке вторжения. Но Димитрий твердо желал удержать под своей властью все присягнувшие ему регионы. Москва в свою очередь, признавая власть Димитрия на Балканах, в Валахии и Молдавии, требовала сохранить в составе именно Московского царства Украину и Крым, в первую очередь Киев. Переговоры тянулись почти пол-года, и завершились компромиссом – Украина (территории РИ Киевской и Полтавской губерний + Брацлавщина и вся территория между Днестром и Днепром до моря) и Крым должны были подчиняться Димитрию, но не как монарху, а как регенту, оставаясь формально в составе Московии, и воссоединиться с ней при наступлении совершеннолетия царя Ивана Юрьевича. Кубанские ногаи и адыгейцы остались под юрисдикцией Москвы – их удержал от присяги Димитрию своевременно посланный к своим родичам, адыгейским князьям, князь Дмитрий Мамстрюкович Черкасский. Димитрий и Василий договорились поддерживать друг друга и координировать внешнюю политику. Особо оговаривалось право свободной и беспошлинной торговли московского купечества через проливы. Впрочем этот пункт остался только не бумаге – завязанные на Балтику московские купцы не могли создать свой торговый флот на Черном море, и сбывали товары грекам в Азове. И даже государственные монопольные компании на юге осуществляли перевозки на зафрахтованных греческих кораблях.

georg: Народ, прошу внимания. Теперь, когда в полемике с коллегой Сocoo высказаны все доводы, прошу членов клуба быть арбитрами в вопросе о реалистичности брака Димитрия и Ксении при формальном наличии "третьей степени родства". Основной вопрос - примут ли патриарх и греческие иерархи участие в подобной интриге (не говоря уже о разрешении на брак). А так же как отнесется греческая "обчественность". В случае если брак будет признан нереальным, таймлайн будет переработан, уже без романтических сюжетов. Столп православия, оплот греческой учености, благочестивый и высокообразованный патриарх Мелетий Пигас мог в самом деле не одобрить брака, да и не принять участия в фанариотской интриге. Н в том то и дело, что я немного лоханулся - Мелетий Пигас умер еще в 1601. На тот момент на Константинопольском святительском престоле сидит выдвинутый фанариотской средой НеофитII (1602-1612). А П. Лебедев в своей "Истории Греко-Восточной Церкви под властью турок" пишет о нем: "В XVII в. к числу недостойных патриархов должен быть прежде всего отнесен Неофит II. Он был лишен кафедры по настоянию клира и народа за расточительность, которая побуждала его безрассудно тратить общественное достояние на обогащение своих племянников." Прошу членов клуба высказать свое мнение.

Han Solo: georg пишет: примут ли патриарх и греческие иерархи участие в подобной интриге (не говоря уже о разрешении на брак) Думаю да, в истории византийской церкви еще и не такое бывало. Ираклия вон на кузине поженили, а вы - третья степень :)

georg: Han Solo пишет: Ираклия вон на кузине поженили, а вы - третья степень :) Кузина - это четвертая степень (к которой при желании с натяжкой можно свести формально третью степень родства Димитрия и Ксении, пользуясь тем что он не родной, а сводный брат Ивана Ивановича). Но вы правы и неправы одновременно - неправы по поводу кузины, так как вторая жена Ираклия Мартина была ему не кузиной, а родной племянницей, а правы в том, что это был реальный исторический прецедент императорского брака в третьей степени родства - не формальной, как у Димитрия и Ксении, а настоящей, кровной (кстати брак был официально благословен патриархом Сергием).

Sergey-M: georg пишет: "В XVII в. к числу недостойных патриархов должен быть прежде всего отнесен Неофит II. Он был лишен кафедры по настоянию клира и народа за расточительность, которая побуждала его безрассудно тратить общественное достояние на обогащение своих племянников ну так даст ему дмитрий на лапу и прокатит свадебка

Кемель: georg пишет: это был реальный исторический прецедент императорского брака в третьей степени родства - не формальной, как у Димитрия и Ксении, а настоящей, кровной (кстати брак был официально благословен патриархом Сергием). Ну вот, собсно, и ответ. По монастырям шум, конечно, будет. Но нынешний Константинополь - не Константинополь VII или даже XI века. Вопросы в отношении ребенка от этого брака потом, конечно, могут возникнуть, но на конкретный момент все пройдет в лучшем виде.

Mukhin: Конечно, поженят. Георг, вы меня извините, но я слегка запутался в генеалогии. Юрий - это сын Ивана Ивановича, внук Грозного. А Василий и Дмитрий - кто?

georg: Mukhin пишет: А Василий и Дмитрий - кто? Василий - младший сын Ивана Ивановича. Мягкий характером и слабый здоровьем, больше философ и ученый, чем правитель (хотя и в этой роли себя еще покажет). Димитрий, как и в реале - младший сын Грозного от брака с Марией Нагой, по возрасту хотя и сводный дядя, но примерно ровесник сыновей Ивана Ивановича (сыновья Ивана Ивановича род. Юрий в 1580, Василий в 1585, тогда как Дмитрий, младший сын Грозного - в 1582, как в РИ).

cocoo: Да женятся они, женятся. Но шума при этом будет много. А вы этот шум никак не отражаете.

georg: cocoo пишет: А вы этот шум никак не отражаете. ОК. Опишу. Как только сподоблюсь продолжить.

Сталкер: Крысолов пишет: Окститесь, батенька! На святое покушаетесь! Да, мессир, на святое. Но названия гороов Новороссии давались при Катьке исключительно под влиянием античной традиции. Так и появился и Одессос, которому по требованию императрицы был ан женский род, но время еще не то, очарования античностью в этих землях еще не наступило, так что Георг совершенно прав, Кочубеев, Гаджубей или Кочубей - тут уж ничего не поделаешь, к сожалению. Будем реалистами. Георг, дочитываю Ваш таймлайн. Здорово, слов нет! Продолжайте! Используя метода создательницы падонской орфографии, Екатерины Великой: "аффтар, пищи исчо"!

Mukhin: 1. Какова, на Ваш взгляд, численность населения России в Вашем таймлайне на текущий момент? 2. Какова в таймлайне численность населения Москвы? 3. Каковы крупнейшие города России, и каковы их населения? Если поделитесь ещё и реальными данными по этим вопросам - буду ещё более благодарен. Кстати, подумалось. В свете размолвки между Россией и Грекорусью - отечественная экономика может сохранить волго-балтийский путь. Ведь начало его в Астрахани - в руках России. А путь на Царьград можно открыть, а можно...

georg: Mukhin Простите за опоздание, давно не мог выкроить время. Mukhin пишет: 1. Какова, на Ваш взгляд, численность населения России в Вашем таймлайне на текущий момент? 2. Какова в таймлайне численность населения Москвы? 3. Каковы крупнейшие города России, и каковы их населения? К концу 1550ых по оценке А. И. Копанева, население Московии составляло около 9-10 млн. По более ранним периодам к сожалению не имею данных. Демографическая катастрофа рубежа 1560ых-70ых унесла, судя по количеству запустевших обеж, 30-40% населения страны. Затем Смута. По переписи 1646 года население страны согласно оценке Володарского составляло 4,5-5 млн. На 1620 год численность населения согласно переписи Филарета была 3,5 млн. То есть две демографические катастрофы уменьшили население страны в 2,5-3 раза. Если сравнить данные на 1620 и 1646, получится прирост населения около 1% в год. При этом условия для роста были благоприятными – свободной земли много, ренты относительно низкие. С учетом полной ликвидации татарской угрозы и массовой колонизации Дикого Поля темп возможно будет больше. То есть на 1610 думаю 11млн. населения будем иметь как минимум – и это без Украины и Крыма, отошедших под Царьград. Наиболее перенаселенный Новгородско-Псковский Северо-Запад пострадал в реале больше всего. В Новгородской земле численность населения в 1620 году была вдвое меньше, чем в 1582 году и в 10 раз меньше, чем в 1500 году. В АИ население этого малоплодородного края тоже сократится по сравнению с 1560. Особенно сильное переселенческое движение с суглинка на чернозем вызовет голод 1603 года. По поводу городов – в РИ на 1560 в Москве проживало около 100 тыс.. На 1610 130тыс. будет всяко, а может и 150. В Новгороде и Пскове в РИ на 1560 было от 30 до 40 тыс., причем аграрного населения не было - только ремесленников и торговцы. Ключевые позиции этих городов в торговле с Западом, богатое и влиятельное купечество обеспечат и в дальнейшем их процветание. Усть-Невск так и останется погрузочно-разгрузочным портом-пригородом Великого Новгорода. Роста неселения особого в этих городах не предвидится – край не может прокормить мегаполисы, а везти хлеб с юга далековато. Из других городов несомненно важнейшим центром становится Нижний Новгород – «внутренний порт державы Российской». Через него идет не только торговля с Востоком и Сибирью, но и расцветающая хлебная торговля с колонизируемым черноземным югом – с юга водными путями сплавляют хлеб с Орловщины и Рязанщины по Оке, а с Тамбовщины, интенсивная колонизация которой начинается как раз в начале 17 века – по Цне. Далее хлеб идет Волгой и иными реками на север – в перенаселенные и испытывающие потребность в привозном хлебе северные регионы. ИМХО Нижний Новгород по численности населения догонит Новгород Великий – тем более что в отличии от сего последнего Нижний расположен в достаточно плодородной сельскохозяйственной зоне. В центральном густонаселенном регионе урбанизация будет несомненно нарастать, что будет сопровождаться развитием ремесла и промыслов. По тенденциям 1ой половины 16 века шансы на рост имеют «преславный и многонародный град» Ростов и его сосед Ярославль – оба будут иметь по 15 – 17 тыс. жителей, а так же Вологда. Крупным городом по тем временам был Можайск – в РИ 8 тыс., здесь может еще более вырасти, равно как Вязьма и Тверь, имевшие таковые тенденции в РИ. Хорошие шансы на рост и развитие имеют города по стратегическому «царьградскому пути» - Брянск и Чернигов. На юге крупными (10тыс) могут оказаться Рязань (административный) и Тула (промышленный) центры. Прочие города Черноземья, выросшие из основанных Грозным в процессе завоевания Дикого Поля крепостей ИМХО будут пока небольшими и полуаграрными. В данной АИ уже к середине 17 века будет складываться ситуация (реально возникшая ко 2ой половине 18 века) о которой писал Струве – «две России», Черноземье и Нечерноземье. Новгородский Северо-Запад, наиболее связанный с Европой, выделится в продвинутый по голландски и ориентированный на Запад промыслово-сельскохозяйственный регион, без значительных посевов хлеба (его на суглинке много не вырастишь), но с обширными пастбищами, развитым овцеводством и молочно-мясным скотоводством (я сам с Псковщины, все удобства налицо), зону больших промышленных посевов льна, конопли и прочих технических культур, с канатными и льнопрядильными вотчинными мануфактурами, с предпринимчивым «новым дворянством», крестьянами – «старожильцами», держащими землю на наследственном праве, но передающими эти участки только по прямой линии (отделившиеся сыновья и братья вынуждены идти батраками или переселятся на юг). Древний Владимиро-Суздальский центр останется самым густонаселенным регионом на грани перенаселения. В реале к 1760-м годам около двух третей крестьянского населения Московского уезда сидело на оброке и наряду с сельским хозяйством, занималось домашними промыслами. Здесь это начнется на столетие раньше. Крестьяне станут конкурентами посадских ремесленников, разовьется рассеянная мануфактура и промысловые села. Все это обеспечит в дальнейшем постепенное превращение центра в промышленный регион с развитым мануфактурным производством. Тем более что отсутствует крепостное право, в реале сдерживавшее урбанизацию края (крестьяне могли только идти «в отход», но не переселиться в город). Местные дворяне будут жить за счет ренты – густота населения обуславливает высокие оброки – и либо служить, либо втягиваться в промышленность. Крестьяне промысловых сел Центра питались покупным хлебом, привозимым из черноземных областей; таким образом, начала оформляться специализация Центрального региона и все ярче проявлялась роль Черноземья как житницы России. Черноземный юг станет зоной обширных латифундий новой, служилой аристократии (впрочем впитавшей в себя изрядную часть старой, родовой), разбирающей себе в поместье колонизируемые земли и имеющей средства на их освоение. В РИ в первой половине 18 века южные помещики из числа высшей знати владели обширными пространствами незаселенных земель – и, чтобы привлечь на них поселенцев, они требовали с крестьян лишь небольшой оброк: в переводе на хлеб около 2-3 пудов с души. На юге Черноземья, в Воронежской и Курской губерниях такой уровень оброков сохранялся и в 60-х годах. Крестьяне здесь имели большие наделы. «Великое число земель и легкая работа дают способ земледельцам великое число земли запахивать, – писал князь М. Щербатов, – так что во многих местах они четверть жатвы своей отдают приходящим из Московской губернии за то, что помогают хлеб их убирать». То же будет здесь в 17 веке. Только к концу 17 века отмена обязательной службы дворянства и государственной монополии на хлебный экспорт подвинет помещиков юга к организации товарного производства хлеба, а значит – к наступлению на крестьян, росту барщины и возможно попыткам введения крепостного права – тем более что крестьяне-колонисты, обычно отделившиеся сыновья, братья и «захребетники» из Севера и Центра, не имеющие средств и садившиеся на пашню «одной душой», со ссудой от землевладельца, уже превращаются в «засядлых». Но вряд ли дворянство Севера, заинтересованное в свободе труда, подержит в этом южан. Mukhin пишет: Кстати, подумалось. В свете размолвки между Россией и Грекорусью - отечественная экономика может сохранить волго-балтийский путь. Ведь начало его в Астрахани - в руках России. А путь на Царьград можно открыть, а можно... А не можно. Греческие купцы на раз организовывают альтернативный и гораздо более удобный путь на Восток через Грузию. Караваны из Ирана идут при этом прямо в черноморские порты Грузии. А с Багратидами поделятся.

Леший: Кстати, по демографии. Как-то читал, что накануне Смутного времени Смоленск насчитывал 80 тыс. чел. (Ф.Ф. Нестеров "Связь времен"). Так ли это?

georg: Леший пишет: Как-то читал, что накануне Смутного времени Смоленск насчитывал 80 тыс. чел. Ну и ну . Обкурился афтар. Нереально. По данным переписи, приводимым в книге Скрынникова "Смута в России" в Смоленске было в то время 6000 дворов. По его подсчету - получается 20000 населения. В данной АИ расцвет Смоленска пройдет позднее - после отвоевания Полоцка и Витебска у Литвы, когда он окажется на западнодвинском пути в Европу. И как в реале в 18 веке - центром единственного Российского региона, чье сельское хозяйство ориентировано в основном на хлебный экспорт.

Радуга: georg пишет: а так же Вологда Извините - а она-то почему? ЕМНИП в РИ её рост был связан с северной торговлей. Там она была ключевым пунктом (переход с санного на водный путь). Но здесь у Вас цел Новгород и прекрасная торговля по Балтике.. Будет ли северная торговля вообще?

georg: Радуга пишет: Извините - а она-то почему? Лоханулся. Слишком подсел на описанные у Зимина тенденции развития русских городов в середине XVI. Радуга пишет: Будет ли северная торговля вообще? Я вроде раньше описывал. Будет, но регионального масштаба. Лес, поташ (его производство сводит леса, а это без большого ущерба можно делать лишь на слабонаселенном севере) и прочие лесные товары, рыба, меха, рыбий зуб, строгановское железо.

Mukhin: А если не вологда - то кто займёт её место? И ещё. Вы же знаете, в процессе чего приходит аппетит;). У меня ещё вопросы наросли. Вот Вы пишете - Москва была 100-тысячной. А это много или мало? Сколько тогда проживало в Париже? Стамбуле? Вене? Какова была средняя численность крупного европейского города. Скажем - того же Полоцка? Кстати, раз уж Царьград наш - какова, на Ваш взгляд, будет численность населения грекороссии? 10-11 млн. чел в России - это опять-таки, много или мало? Сколько, скажем, проживало в ВКЛ?

Читатель: Mukhin пишет: 10-11 млн. чел в России - это опять-таки, много или мало? Много. Россия будет второй по численности населения страной Европы после Франции. В Испании, например, проживает не больше 6-7 млн. Mukhin пишет: Сколько, скажем, проживало в ВКЛ? 4 млн. Похоже население России будет больше чем в Польше и ВКЛ вместе взятых (в реале было меньше, отсюда в немалой степени и поражения)

Han Solo: Читатель пишет: В Испании, например, проживает не больше 6-7 млн. К началу 17 века, ЕМНИП, около 10.

Han Solo: Читатель пишет: В Испании, например, проживает не больше 6-7 млн. К началу 17 века, ЕМНИП, около 10.

georg: Mukhin пишет: А это много или мало? Сейчас на вскидку не скажу, данных под рукой нет. Помню только из курса всемирной истории, что Париж в 16 веке дорастал до 300000 (при 15 млн. общего населения страны). И был вроде бы как крупнейшей из европейских столиц. В Константинополе (вместе со Скутари) было в то же время 500000, но взятие города штурмом в 1600 и изгнание мусульманского населения ИМХО сократит эту цифру до 200000. Уцелевшие от геноцида турки покидают город, где остаются греки, армяне и евреи, позднее население города будет пополнятся греками, болгарми и русскими. К 1610 будет где-то 250000. Mukhin пишет: Скажем - того же Полоцка? Полоцк - не средний европейский город, а крупнейший город ВКЛ на 1550ые (Вильна рядом не стояла). Население - 50000.

Charles: Уважаемый georg , когда ожидать продолжения таймлайна, не сочтите за нескромность? И сдается мне, что прецедент близкородственного династического брака может иметь далеко идущие последствия именно в РУССКОЙ, а не византийской православной традиции... Хотя на полноценный церковный кризис сей прецедент не потянет

georg: Charles пишет: Уважаемый georg , когда ожидать продолжения таймлайна, не сочтите за нескромность? Mea culpa В ближайшие выходные возможно сподоблюсь (я надеюсь). Charles пишет: И сдается мне, что прецедент близкородственного династического брака может иметь далеко идущие последствия именно в РУССКОЙ, а не византийской православной традиции.. Поясните мысль.

Charles: Насколько я знаю, на Руси прецедентов подобной диспенсации на тот момент не было. Вот вам и удар по "греческому эталону благочестия"... Хотя с другой стороны, были незаконные с церковной точки зрения браки Иоанна Грозного.

georg: Charles пишет: греческому эталону благочестия В том то и дело, что в Московии XVI века отнюдь не считают греков "эталоном благочестия", а наиболее пламенные приверженцы идеи "Третьего Рима" утверждают, что это грекам нужно учиться у русских благочестию. В данном случае как раз таки в Греции, где на Димитрия чуть ли не молятся как на ангела-освободителя, все пройдет в лучшем виде. Даже тогдашняя "совесть Греции" - афонское монашество - не сможет выступить категорически против, ибо как раз накануне "Джелялийской смуты" в РИ (и в нашей АИ естественно тоже) турки конфисковали все земли, принадлежащие Афону, и обложили сами монастыри налогом, что привело их к значительному упадку. Так что афонское монашество тоже будет свято чтить Димитрия как избавителя, и хотя повозмущается, но с открытым осуждением не выступит, а с сокрушением сердец помолится о прощении согрешивших. Все шишки достанутся патриарху, который сам способствовал этому браку, а царя все будут максимально оправдывать. Учитывая моральный облик патриарха НеофитаII, его корыстолюбие и симонию, он в конечном итоге полетит с кафедры как в РИ, и на этом все успокоится. А вот в Москве как раз таки брак этот вызовет возмущение и будет осужден как беззаконный. И не столь ради благочестия, как по политическому моменту - русской церкви, вступившей в явный конфликт с греческой по поводу главенства в православном мире, нужно осудить беззаконные действия греческих иерархов, а Романовым и иже с ними - скомпрометировать Димитрия для утверждения своей власти и регентства Василия в Московии.

georg: Димитрий не мог активно действовать на севере и должен был искать там компромисса с московским правительством, потому что на юге ситуация становилась угрожающей. Султан Абдул-Халим снова закрутил налоговый винт и начал восстанавливать флот. В 1606 году Николай Маврокордато предпринял попытку прорваться в гавань Смирны и уничтожить турецкие верфи, но потерпел неудачу – мощные береговые батареи построенных турками фортов не дали греческому флоту прорваться в залив, а попытки десанта были отбиты турками, постоянно державшими в Смирне сильный корпус войск. Для нового вторжения в Европу султану было необходимо превосходство на море. Именно поэтому первой целью Абдул-Халим поставил захват Египта. Это не только дало бы ему богатства этой страны и резко увеличило бы доходы казны. Благодаря захвату Египта в его руках оказался бы старый османский флот, уведенный в Александрию покойным султаном Мехмедом. Великий визирь Египта Али-ага, фактически управлявший страной при юном султане Ахмеде, отлично понимал недостаточность мамлюкских сил для отражения турок. Единственным выходом был союз с неверными. Это конечно могло плохо отразиться на репутации халифа среди мусульман, но выбирать не приходилось. Особенно после того как летом 1606 Дели-Хасан разгромил мамлюков в Сирии и занял Иерусалим. Уже тогда Али-ага вступил в переговоры с Константинополем через посредство Венеции, успевшей заключить выгодное торговое соглашение с мамлюками и крайне незаинтересованной в падении Египта. Весной 1607 года русский корпус во главе с Прокофием Ляпуновым высадился у Газы и совместно с войсками мамлюков нанес поражение Дели-Хасану. Взбешенный султан решил поправить свой престиж победой над неверными. А поскольку добраться до Греции он не мог, решено было предпринять поход в Грузию. Обстановка в Грузии в это время стремительно менялась. Формально вся страна была под сюзеренитетом Греко-русской империи, но когда начались разногласия между Москвой и Константинополем, страна оказалась предоставленной самой себе, и все местные владетели начали проводить самостоятельную политику. Сильнейшим из Грузинских государств было царство Картли. Присоединение с помощью России Самцхе-Саатабаго, отвоеванного у турок, расширило территорию страны почти в два раза и дало Карли порт на Черном море - Батуми. Области Самцхе – Джавахети, Шавшети, Аджара, Артаани, Тао и Кларджети – были превращены в наместничества, управляемые картлийскими наместниками – моурави. Русскими инструкторами в Картли было создано небольшое, но отлично подготовленное войско. Карли, угрожаемое турками, поддерживало союз с Константинополем. В западной Грузии усилилось Одишское княжество, в состав которого входили Мегрелия и Абхазия. В 1605 году после смерти Имеретинского царя Ростома на трон Имерети вступил его племянник ГеоргийIII, сын царевича Константина, внук Баграта III, незаконнорожденный, прижитый царевичем Константином от служанки. Имеретинская знать была этим крайне недовольна. В 1606, когда молодой и энергичный князь Одиши-Мегрелии Леван Дадиани напал на Имерети, местные феодалы обратились в бегство. Георгий, отчаянно сражаясь, пал в бою (и с ним пресекся род имеретинских Багратидов), а Дадиани занял Кутаиси. Овладев Имерети, Дадиани атаковал княжество Гурию, требуя от ее князя Мамии Гуриели вассальной присяги. Но тут в игру вступило Картли. Великий моурави Картлийского царства и шурин царя ЛуарсабаII Георгий Саакадзе, сосредоточив свое войско в Ахал-Цихе, внимательно следил за событиями в западной Грузии, и выступил в решающий момент. Осадившее столицу Гурии войско Дадиани было атаковано Саакадзе и наголову разбито, сам князь попал в плен и был заточен в крепости Ардаган. Гурийский мтавар признал себя поданным Картли, а Саакадзе, стремительно двинувшись на север, захватил Имеретию, Мегрелию и Абхазию. Все это земли были присоединены к Картлийскому царству. Вся Грузия кроме Кахетии объединилась под властью царя Картли ЛуарсабаII. Царь Димитрий, заинтересованный в сильном сююзнике на востоке, заключил с Луарсабом оборонительный союз против турок. Именно в эту ситуацию решил вмешаться Абдул-Халим, потребовав освобождения пленного Дадиани и возвращения ему наследных владений. В ответ на отказ ЛуарсабаII выполнить требования турок последовало турецкое вторжение в Грузию. С огромными потерями турки одну за другой брали горные крепости Тао и Кларджети. Саакадзе, сосредоточив войска у Ардагана вел маневренные действия, неожиданно нанося удары турецким войскам в горных теснинах. Получив известия о высадке в Батуми согласно союзному договору 10тысячного русского корпуса, Саакадзе выступил навстречу армии султана. Используя условия местности, Саакадзе навязал туркам сражение на невыгодной для них позиции у крепости Гаани в Шавшети. Турецкая армия была разгромлена наголову в августе 1607 года, и сам султан едва спасся. Турки потеряли обоз и всю артиллерию. Поражение окончательно вывело султана из равновесия. Он приказал снаряжать новое войско и ускорить подготовку флота. Для изыскания средств снова были попвышены налоги, а для их сбора двинуты вооруженные отряды. Но Абдул-Халим к этому времни растерял последние остатки престижа, мало того, пользовался уже почти тотальной ненавистью. Турки, не так давно свергнувшие династию Османов, не намерены были терпеть подобное от бывшего янычарского капитана. В январе 1608 старый повстанческий крестьянский лидер, беглербег западной Анатолии Календер-оглу поднял в Кютахье знамя восстания «против нечестивого тирана». Мгонвенно вокруг Календер-оглу собралась мощная повстанческая армия. Вокруг него собрались крестьяне – ветераны прошлого восстания, недовольные не только повышением налогов, но и тем, что царствование Абдул-Халима обернулось господством сипахи, начавших наступление на права крестьян. Абдул-Халим, двинув армию во главе со своим братом Дели-Хасаном против повстанцев, сам занялся поисками заговорщиков и изменников среди своего окружения. Чуть ли не ежедневно колья, вбитые у ворот Сиваса, украшали новые головы. В это время в резиденцию Абдул-Халима прибыл его старый сподвижник, царевич Джанибек-Гирей. Султан, некогда за помощь в завоевании трона освободивший кочевавших в Диярбекре крымских татар от всех обязанностей, теперь обложил кочевников налогом. Джанибек, в свое время спасший Абдул-Халима от верного разгрома, явился отстаивать привилегию. Вспыливший султан приказал отрубить ему голову. На другой день султан выехал на охоту. Воспользовавшись удобным моментом один из офицеров султанской охраны, татарский мурза Урус-бек, подъехал к Абдул-Халиму, и со словами «я покажу тебе, пес шелудивый, как рубить головы Гиреям» разрядил пистолет в голову султану. Дели-Хасан, узнав о гибели брата, провозгласил себя султаном. Уже на другой день Дели-Хасан узнал, что крымские татары восстали во главе с племянником покойного Джанибека Мурад-Гиреем, а египетские войска перешли в наступление и заняли Дамаск.

Кемель: Ах как печально! И у Вас русские повторяют ужастную ошибку Александр Палыча.

georg: Ситуация была как нельза благоприятной для обеспечения безопасности Греции. Дели-Хасан, готовя операцию против Календер-оглу, вынужден был вывести охранный корпус из Смирны. Воспользовавшись этим, Николай Маврокордато предпринял новое нападение. Высаженный десант овладел фортами, а затем и городом. Пользуясь междуусобной войной в Турции, Маврокордато укрепил Смирну, превратив ее в опорный пункт на побережье. Новопостроенные турецкие корабли пополнили греческий флот. Сам Димитрий весной 1608 года начал наступление от берегов Босфора в Вифинию. Никомидия, а затем Никея были взяты и заново укреплены. Затем Димитрий осадил Бурсу, а Николай Маврокордато продолжил наступление вдоль побережья, занимая прибрежные города. В марте 1608 года кочевые племена восточной Анатолии провозгласили султаном Анатолии Мурад-Гирея. Он немедленно вступил в переговоры с Каиром в в апреле достиг соглашения, согласно которому признавал султана Ахмеда халифом и повелителем правоверных. Вся Сирия передавалась под власть Египта, а Мурад-Гирей был от имени халифа пожалован инвенститурой на султанат Анатолии (Малая Азия и Верхняя Месопотамия). Мамлюкские беи сами предложили Мурад-Гирею султанский титул, ибо желали, чтобы центр халифата оставался в Каире; возращение же Малой Азии под непосредственную власть Османов грозила тем, что центр державы переместится в Турцию. Отдельный Анатолийский султанат, признававший верховный авторитет Каира, был, с их точки зрения, оптимальным вариантом. Переход турецких войск, противостоявших в Сирии египтянам, на сторону Мурад-Гирея, окончательно решил участь Дели-Хасана. В июне 1608 он был разгромлен при Эрегли в Карамане и бежал в горы Тавра. Вскоре собственное окружение, спасая себя, выдало его Мурад-Гирею. Мурад отослал пленника в Каир, где тот был казнен. Верховная власть законной династии была восстановлена, а в Анатолии под ее сюзеренитетом воцарились потомки Чингиз-хана. Календер-оглу, имея у себя в тылу армию Димитрия, так же признал Мурад-Гирея султаном. В августе 1608 их объединенная армия двинулась к Бурсе, которую героически оборонял старый повстанческий военачальник и сподвижник Календер-оглу, бывший мулла Ашик-Мустафа. В ожесточенном сражении ни одна из сторон не одержала победы, но осаду пришлось снять. Египетский флот, присланный в Архипелаг, был разбит Николаем Маврокордато у Самоса. Мурад-Гирей осознавал, что для полного разгрома Димиртрия сил недостаточно, а разоренная Турция не выдержит еще одной тяжелой войны. Со своей стороны Димитрий, стремившийся вмешаться в разворачивавшиеся в это время события в Европе, особенно в монархии Габсбургов (об этом позже) так же склонялся к переговорам. Мир был заключен весной 1609. К Византии отошла часть Вифинии до реки Сакарии с Никомидией и Никеей, Кизик, полуостров Троада и ряд опорных пунктов на Эгейском побережье Малой Азии, в том числе Смирна и весь Измирский полуостров. В Турции в результате новой революции окончательно рухнула созданная Османами администрация и сипахийская система. Изрядная часть сипахийства погибла в войнах, преуспевшие стали наследственными землевладельцами, и сословие «мужей меча» перестало играть в Турции решающую роль. Турция первых Гиреев по своему устройству напоминала Иран Исмаила Великого. Кочевые племена Анатолии играли теперь решающую роль, а их вожди получали во владение целые санджаки. Население резко уменьшилось, многие земли запустели и перешли в сектор кочевого хозяйства. Города пришли в упадок, но положение крестьян значительно улучшилось, земли были закреплены за общинами, а рента строго зафиксирована. Казалось, что Турция вернулась в первую половину XV века.

georg: Кемель пишет: И у Вас русские повторяют ужастную ошибку Александр Палыча. Наоборот. Сильная и независимая Грузия, создаваемая Саакадзе, будет выгодным партнером и союзником на востоке и не будет нуждаться в постоянной поддержке и защите. Присоединять ее к России в данной АИ не придется.

Леший: georg пишет: как рубить головы Гиреям» разрядил пистолет в голову султану. Может лучше саблей рубанул?

georg: Леший пишет: Может лучше саблей рубанул? Не суть. Если кто вздумает писать рассказ по данному сюжету, может выбирать оружие по вкусу.

georg: Одержанные победы укрепили престиж Димитрия еще более. Умонасторение греческого общества смирилось окончательно с его браком, но тем большее негодование вызывал патриарх Неофит. Тонкий дипломат и интгриган Димитрий Ралли позаботился о том, что бы информация о роли патриарха в этом браке была разглашена. Все максимально оправдывали Димитрия и Ксению и поносили патриарха, ввергшего во грех благочестивого царя. Но главное – Неофит вызывал все больше нареканий своим корыстолюбием, симонией и присвоением церковной собственности. В начале 1609 года группа клириков и мирян подала императору петицию с просьбой о созыве собора. Димитрий, сам уже весьма косо смотревший на недостойного пастыря, сразу согласился. Ралли же и Кантакузин считали, что Неофит сделал свое дело и от него пора избавится. К тому же в окружении Димитрия в это время появился человек, снискавший его полное доверие своей ученостью, церковным и дипломатическим опытом и личными качествами, человек, ставший советником Димитрия в том числе и по церковным вопросам. Это был племянник покойного патриарха Мелетия Пигаса Кирилл Лукарис. Кирилл родился в 1572 году в греческой семье, жившей на острове Крит, и получил при рождении имя Константин. Будучи сыном состоятельных родителей, Кирилл (мы будем называть его только так, чтобы не путаться) в юношестве отправился на учебу в греческую коллегию в Венеции и в университет города Падуи, где его учителями были известные ученые-рационалисты Яков Забарелла и Чезаре Кремонини, а так же знаменитый Галилео Галилей. В Падуе Лукарис овладел древнегреческим, латинским, итальянским, сербским языками, прошел полные курсы философии Платона и Аристотеля, диалектики и риторики, метафизики, богословия, этики, истории и эстетики. Вернувшись с учебы Кирилл, около 1593 года, принимает иночество в Александрии, патриархом которой был тогда Мелетий Пигас, дядя Кирилла, оказавший большое влияние на него в детстве и юношестве, и вскоре избирается архимандритом одного из монастырей Крита. В 1596 году Пигас посылает его, в качестве патиаршего экзарха в Брест, на собор провозгласивший знаменитую Унию. После собора Лукарис остался в Остроге, где князь Константин Острожский назначил молодого гречекого ученого ректором своей Острожской академии. Мелетий Пигас, временно управляя константинопольской церковью, объявил русских епископов, приявших унию, низложенными, а до поставления новых епископов назначил Лукариса одним из наместников вселенского престола в Литовской Руси. Кирилл проводил антикатолическую политику так активно, что через 2 года должен был спастись бегством из Литвы. Он не отправляется домой сразу, а, получив такую возможность, посещает Европу. Он направляется прежде всего в Женеву, столицу тогдашнего протестантизма. Кирилл проводит там время в диспутах, общениях и едет дальше; он посещает также Германию, Нидерланды и Англию. Впоследствии у него будет множество знакомых и корреспонентов из числа протестантов в этих странах. В Нидерландах он свел близкое знакомство с известным богословом Арминием и знаменитым философом и юристом Гуго Гроцием. Когда противоречия, вызванные унией в западной Руси, накалились до предела, и православные готовы были поднять оружие, король Казимир обратился к Мелетию Пигасу за содействием к умиротворению Руси. Патриарх в 1600 г. послал в качестве своего уполномоченого Кирилла, посредством которого было заключено компромиссное соглашение. На протяжении нескольких лет Лукарис в звании патриаршего экзарха фактически руководил православной церковью в польско-литовских владениях. В 1608, после смерти князя Константина Острожского, Лукарис возвращается в Константинополь, и быстро входит в доверие к Димитрию. Собор, созванный летом 1609 года, низложил Неофита «за симонию и расхищение церковных имений». Собор подтвердил брак Димитрия и Ксении – всем было ясно, что его расторжение теперь невозможно даже по соображениям государственной безопасности. К тому же Лукарис, блестящий знаток канонического права, сумел перетолковать положения Трулльского собора и свести степень родства супругов к четвертой. Димитрий в данной ситуации не мог давить на Собор, и не решился пока поставить 37-летнего Лукариса на патриаршую кафедру. Патриархом стал игумен одного из столичных монастырей РафаилII.

georg: В то время как в Константинополе и Москве решали проблему взаимоотношений, обстановка в Европе накалялась все больше и больше. Франция, несколко десятилетий охваченная религиозными войнами, теперь, благодаря воцарению ГенрихаIV и компромиссному Нантскому эдикту пользовалась наконец миром и восстанавливала силы (впрочем сам компромисс стал возможен все же именно потому, что за несколько десятилетий войны самые упертые с обоих сторон взаимно перебили друг друга). Зато в Германии и Ягеллонской федерации конфессиональные противоречия обострялись все более и более. Последний Ягеллон, КазимирV, приблизил иезуитов и пытался религиозно унифицировать свои государства на основе католицизма. Иезуиты становятся его ближайшими советниками. Усиливая католическую Церковь, Казимир рассчитывал с ее помощью усилить и королевскую власть. В Великом Княжестве Литовском после реформ ВладиславаV была введена шляхетская конституция, но весьма ограниченная, которая помогала великому князю обуздывать магнатов руками шляхетских сеймиков. Власть великого князя в Литве оставалась достаточно сильной и наследственной. В Польше действовала Радомская «конституция nihil novi», на «скасование» которой и были направлены усилия короля. В Чехии же ситуация была особенно острой, так как протестантсткое большинство сейма находилось в оппозиции политике Казимира по рекатолизации страны, и блокировало любые королевские инициативы. Положение осложнялось вопросом престолонаследия. Не имея детей, Казимир назначил своим наследником в Литве – единственном из своих государств, где он имел право передачи власти по наследству – шведского экс-короля Сигизмунда Вазу. Дворянство ВКЛ ничего не имело против – Сигизмунд был для них своим, почти наследственным, внуком великого князя Сигизмунда Старого и племянником Сигизмунда Августа. Но поляки, ссылаясь на свою конституцию, заявили что вопрос о новом короле не может решаться при жизни царствующего. Хуже всего было в Чехии, сейм которой заявил, что никогда не признает королем Сигизмунда. Литовская ветвь Ягеллонов, к которой по матери принадлежал Сигизмунд, была для Чехии совершенно посторонней, а меж тем существовал гораздо более законный наследник – курпринц Пфальцский Фридрих, родной племянник царствующего короля Казимира. Сестра Казимира была замужем за курфюрстом Пфальцским Иоганном Казимиром, который перешел в кальвинизм и стал вождем лиги протестантских князей Германии. Для Польши, уже в основном католической, король кальвинист был непреемлем, тогда как чешское протестантское большинство считало само собой разумеющимся, что Фридрих Пфальцский после смерти дяди займет трон Чехии. Это угрожало распадом Ягеллонской федерации, чего Казимир изо всех сил стремился недопустить. В Польше Казимир пытался ликвидировать конституцию nihil novi, вернуться к ограниченной конституции наподобие литовской, и ввести если не наследственность королевской власти, то избрание сеймом наследника трона при жизни царствующего короля. Магнатерию король при этом надеялся удовлетворить, сделав сенаторское достоинство наследственным по образцу английской палаты лордов. Иезуиты развернули мощнейшую пропагандистскую кампанию за реформу, но она не имела успеха. Наоборот, намерения короля стали всем ясны, что резко обострило его отношения с сеймом. В то же время церковная Уния вызвала политический кризис в ВКЛ. Поскольку большая часть епископов перешла в унию, начался захват церквей униатами при полной поддержке властей. Православные же оказались фактически вне закона. В 1599 году в Вильне православное дворянство во главе с Острожским заключило альянс с протестантами, возглавляемыми Радзивилом, и потребовало «скасования» унии. На местах уже начинались вооруженные столкновения, и обстановка ВКЛ была на грани гражданской войны. Король вступил в переговоры, обратившись за посредничеством к патриарху Константинопольскому. В 1600 был заключен компромиссный договор, согласно которому половина епископских кафедр в ВКЛ передавалась православным, но не сразу, а по мере смерти занимающих их епископов-униатов. Каждому приходу вольно было признать юрисдикцию либо православной, либо униатской иерархии.

georg: В Чехии король создал католическую партию, пополненную молодыми магнатами – воспитанниками иезуитов. Преданными католиками стали Ружомберки, Лобковицы, Мартиницы, Славяты. В 1599 году король сместил с важнейших должностей в Чехии протестантов и назначил членов католической партии. Зденек Войтех Попел, граф Лобковиц, стал верховным канцлером и начал проводить последовательную рекатолизацию и централистскую политику, ущемляя права сейма. Ситуация в Чехии накалялась с каждым годом. Положение в Польше обострилось после смерти канцлера Замойского, поддерживавшего подобие компромисса. В 1608 король попытался провести на сейме закон, согласно которому наследник трона должен был избираться при жизни правящего короля. Сейм оказался очень шумным. Королеские планы по упразднению Радомской конституции уже не были тайной, и шляхта восприяла этот законопроект как начало ликвидации «златых вольностей». Сейм был разорван. Но уже через две недели в Сендомире собирается вооруженный съезд шляхты – конфедерация, во главе с краковским воеводой Николаем Зебржидовским. Конфедерация потребовала чтобы король публично просил извинения в своих ошибках, оставил мысль ввести самодержавие и удалил от себя своих главных советников: на таких условиях конфедераты соглашались положить оружие. В ответ на отказ короля конфедерация объявила о низложении Казимира с престола. Настал момент решающей схватки. Король призвал к оружию великое княжество Литовское, собираясь силами литвинов разгромить рокошан и провести реформы вооруженной рукой. Но тут выяснилось, что он может рассчитывать только на 6-тысячное литовское регулярное войско гетмана Ходкевича. Лидеры диссидентов – Острожский и Радзивилл – считали что король, утвердив авторитарный режим в Польше, затем силами этой же Польши задавит религиозную оппозицию в Литве. Собравшись на съезд, они потребовали переговоров с сенатом польской короны. В это же время пришли известия из Чехии, которые окончательно доконали короля. При известии о событиях в Польше активисты оппозиции объявили о созыве сейма. Канцлер Лобковиц запретил его, а когда депутаты начали съезжаться в Прагу, произвел аресты. В ответ в Праге вспыхнуло восстание. Королевский гарнизон был разоружен, канцлер и министры-католики вынуждены спасаться бегством. Сейм взял власть в свои руки и сформировал новое правительство во главе с протестантским лидером Вацлавом из Будовиц. Казимиру пришлось вступить в переговоры с польскими магнатами и заключить с сенатом короны польской соглашение, согласно которому король отказывался от своих реформаторских намерений. Только после этого польское кварцяное войско во главе с Жолкевским и частные армии магнатов встали на сторону короля, и в кровавой битве под Гузовой недалеко от Сандомира рокошане были разгромлены. Казимир усидел на троне Польши, но план реформ был навеки похоронен. Кроме того, сейм отказался помогать королю в Чехии, и потребовал соглашения с чешскими сословиями. Скрепя сердце, Казимир вынужден был и здесь вступить в переговоры с мятежными подданными и подписать закон о свободе вероисповедания в Чешском королевстве, для наблюдения за соблюдением которого протестантские сословия избирали теперь особо уполномоченных лиц – дефензоров. Казимир был сломлен. Дело его жизни рухнуло. С этого момента престарелый король постепенно отходит от дел, и хотя он царствовал еще 7 лет, но все меньше уделял внимания государственным делам. Обосновавшись в Тракайском замке, он ревностно посещал богослужения в костеле, писал мемуары, собирал произведения исскуства да охотился в литовских пущах. В 1613 году он подпишет соглашение с новым императором Матвеем, согласно которому император обязался оказывать помощь его наследнику Сигизмунду Вазе в достижении чешской короны, дабы не допустить воцарения в Чехии курфюрста Пфальцского и соответственно – присоединения Чехии к протестантской лиге, что дало бы протестантам перевес сил в Германии. Вопрос о чешском престолонаследии стал заложенной под Европу миной замедленного действия, которая должна была взорваться в момент смерти старого короля КазимираV.

georg: Еще более острые конфликты разворачивались в Германии и Нидерландах. Политика рекатолизации, проводимая Рудольфом II встретила мощное сопротивление. Как упоминалось выше, в правление его отца Максимилиана в австрийских землях царила религиозная свобода и практически каждому австрийскому барону дозволено было проводить реформацию в своих владениях. Весьма важное значение имело для Германии то обстоятельство, что в 1596 и 1597 годах, почти одновременно, один за другим наследовали власть два очень умных и энергичных человека: герцог Фердинанд (внук императора Фердинанда I), от отца своего, эрцгерцога Карла, в Габсбургских землях: Штирии, Каринтии и Крайне, а герцог Максимилиан I - от Вильгельма V, в Баварии. Эрцгерцог, который вместе с герцогом слушал когда-то лекции иезуитов в Ингольштадте, поспешил исполнить то, в чем он клялся, целуя туфлю папы Климента VIII - уничтожил евангелические и лютеранские храмы, выселил их проповедников и отдал приказ всем своим подданным - либо обратиться в католичество, либо оставить его владения. Такие решительные меры побудили императора Рудольфа II к еще более активным действиям. В 1600 году, когда русские брали Константинополь, в Австрии вспыхнуло восстание протестантстких сословий, подавленное в этом же году при помощи венгерских войск, после чего протестантизм был запрещен в Австрии и Тироле. Но всякие границы терпения перешло то, что случилось в имперском городе Донауверте. В этом городе, населенном исключительно протестантами, аббат по предварительному уговору остановил процессию, впереди которой несли церковные знамена и хоругви. Народ воспротивился этому (1605 г.). Епископ Аугсбургский при поддержке герцога Максимилиана пожаловался на горожан государственному совету в Вене. В следующем 1606 году, при повторении празднества, произошли те же беспорядки. Город был объявле в опале и на герцога Максимилиана Баварского было возложено ее выполнение. Ему пришлось сначала взять город военной силой и лишь потом уже предъявить свои требования. Сначала они ограничились лишь несколькими церквами для католического богослужения, а потом приказано было и все без исключения храмы уступить католикам. Для большей острастки солдат разрешено было расквартировать по домам мирных обывателей, а потому и не мудрено, что вскоре был достигнут полный успех.

georg: Донаувертский сценарий послужил репетицией того, что вскоре началось в целой стране – Нидерландах. Правивший там ранее эрцгерцог Эрнст продолжал политику религиозной толерантности, проводимую покойным императором Максимилианом II. Кальвинисты оказались его ценными сотрудниками, особенно в морском деле. Иезуиты имели свои коллегии в Брюсселе и Намюре и вели активную литературную полемику с протестантами, но никаких ущемлений в оправлении культа не было. После смерти Эрнста в 1600 году Рудольф, занятый подавлением восстания в Австрии, не мог активно действовать в Нидерландах, и вынужден был назначить генеральным штатгальтером сына Эрнста Андреаса, прославленного имперского адмирала, победителя португалцев и турок. Но в 1606 Андреас умер, успев основать Лейденский университет. С его смертью ветвь Эрнста пресеклась. Новым генеральным штатгальтером Рудольф назначил своего брата Максимилиана. Максимилиан прибыл в Брюссель окруженный советниками иезуитами. В первые же недели он уволил всех кальвинистов из государственного и финансового советов. Вслед за тем был издан императорский закон, запрещавший протестантам занимать какие-либо должности. Целью императора была не только рекатолизация Нидерландов, но и ограничение полномочий Штатов в первую очередь их права вотировать налоги. Сломав нидерландскую конституцию, можно было выкачать из страны дополнителные средства, на которые совершенно разгромить протестантов в Германии, и не только рекатолизировать Германию, но и добиться ее объединения под властью императора. Таковы были далеко идущие планы Рудольфа и его советников – иезуитов. Для обеспечения плана на территорию Нидерландов была введена венгерская армия, во главе с прославленным имперским маршалом графом Иоганном Черкласом фон Тилли. Тилли был назначен не только как лучший военачальник империи. Будучи сам природным нидерландцем, происходя из знатного брабантского рода, Тилли мог сплотить местное католическое дворянство и противопоставить его протестантам. Сторонникам политики императора можно было пообещать обогащение за счет конфискации имений ее открытых противников. Тилли, великолепно зная условия родной страны, прекрасно справился с задачей. Законы императора Карла против еретиков – плакаты – не применялись уже несколько десятков лет, но формально отменить их не позаботились – о них просто забыли. Теперь простым юридическим актом они были введены в действие. Генеральные штаты, опротестовавшие акт, были разогнаны. Тилли так ловко рассредоточил войска, что сумел весьма оперативно задавить возникающее сопротивление в зародыше, а официальные лидеры оппозиции, которые не успели спастись бегством, были арестованы. В города были введены гарнизоны, во все провинции назначены штатгальтеры из окружения Тилли. Нидерланды в несколько недель увидели себя завоеванной страной.

georg: Протестанты уверились в существовании католического плана искоренения их веры. Медлить было нельзя, и наиболее встревоженные кальвинистские князья и протестантские города немецкого Юго-Запада в 1608 г. организовались в союз с общей военной кассой и постоянным войском для готовности к немедленному отпору католическим проискам и с тем, чтобы освободить от баварцев Донауверт. Уния была заключена между протестантскими владениями: курфюршеством Пфальцским, Пфальц-Нейбургом, Вюртембергом, Баденом, Гессеном и двумя бранденбургскими маркграфами в Ахаузене (Франконии). Эта Уния, или оборонительный союз, была заключена в мае 1608 года с официальной целью «поддержать государственное устройство». Поводом к тому послужил рейхстаг в Регенсбурге, на котором эрцгерцог Фердинанд Штирийский замещал императора и показал, чего можно было ожидать от центрального правительства. Во главе Евангелической унии (так называли новый союз) стал пфальцграф Рейнский, курфюрст Фридрих IV. Фактическим организатором был его друг и советник, небогатый князь Христиан Ангальтский, неугомонный авантюрист, носившийся с грандиозными планами общеевропейской коалиции протестантов для ниспровержения Габсбургов. Он был боевым товарищем французского короля Генриха IV и находился в родстве со многими немецкими князьями. Среди вождей дворянской оппозиции в Чехии он имел друзей, поддерживал с ними оживленную переписку и сам заезжал туда. Уния легко нашла сочувствующих за рубежом, хотя законы Империи и запрещали немецким князьям и городам вступать в союз с иностранцами. Англия и Франция, традиционные защитники протестантизма, обещали свою помощь. Английский король Иаков I выдал дочь за наследника пфальцграфа Фридриха. Генрих IV, король Франции, не порвал связей с немецкими протестантами, начавшихся еще тогда, когда он во главе французских гугенотов завоевывал себе престол. Надежды возлагались и на Венецию, враждовавшую с австрийскими Габсбургами. Но и со стороны католиков не было недостатка в решимости, да к тому же и руководящего начала здесь было больше, чем в стане последователей евангелического учения. В июле 1609 года Максимилиан Баварский заключил союз с семью духовными владыками: епископами Вюрцбургским, Констанцским, Аугсбургским, Пассауским, Регенсбургским, к которым присоединились еще и три духовных курфюрста – Майнцский, Кельнский и Трирский. Цель этой Лиги была та же, что и предыдущей – «охранять государственный строй», но последняя была настолько сильнее первой, что могла вести не только оборонительные, но и наступательные действия. На средства этого союза герцог Максимилиан снарядил целое войско, стал во главе его и симпатии всех католиков - испанцев, папы и эрцгерцога Фердинанда - оказались на его стороне.

georg: В том же 1609 году, в марте месяце, скончался, не оставив после себя потомства, последний из герцогов Клэве, Юлих и Берг - граф Маркский и Равенсбергский. Из многочисленных наследников этих прекрасных земель - весьма важных по своему положению на Рейне и по близости своей к Нидерландам - наибольшие права оказались на стороне пфальцграфа Нейбургского и курфюрста Бранденбургского. Бранденбург стал протестантским при Иоахиме II, которому наследовал его сын, Иоанн Георг, с 1571 по 1598 год. Это был человек ограниченного ума и такого же ограниченного политического значения. Он был верен политике Гогенцоллернов и держался поближе к "достославному австрийскому дому". Слабохарактерный Иоанн Георг, который дал слишком большую волю дворянству, оставил завещание, по которому все его владения должны были раздробиться по рукам его многочисленного потомства от трех браков. На это решение последовало полное согласие императора. Но сын и преемник завещателя, курфюрст Иоахим Фридрих (1598- 1608 г.), отказался следовать воле своего родителя и восстановил в прежней силе закон о престолонаследии курфюрста Альбрехта ( 1486 г.): "Dispositio Achillea". За свое кратковременное правление, Иоахим значительно поправил дела государственного управления, запущенные его отцом. Сын же его, Иоанн Сигизмунд (1608- 1619 гг.) должен был теперь вступить в борьбу за Клевское наследство. Император объявил земли Юлихского герцога выморочными, т. е. не имеющими законных наследников, и отправил войска, чтобы установить здесь свою власть. На спорной территории завязалась вооруженная борьба. Однако Тилли легко сломил сопротивление и оккупировал Юлих и Клеве. Эрнст Гогенцоллерн удерживал Марк и Равенсперг, а в Клеве – крепость Везель, которую войска Тилли никак не могли взять. Генрих IV счел юлихский конфликт удобным поводом, чтобы, используя свои связи в Германии, Италии и Нидерландах, нанести сокрушительный удар по Габсбургам, тем более что Испания, предпринявшая завоевание Египта, не могла оперативно вмешатся. Юлихские земли прилегали к Нидерландам и были удобны для развертывания наступления как в Нидерланды, так и в глубь Германии. Особенно важным было то, что при дворе Генриха укрылись спасшиеся от репрессий вожди нидерландской оппозиции. Во главе их стоял принц Морис Оранский. Еще при жизни своего отца, принца Вильгельма Морис, назначенный отцом управлять их родовым владением во Франции – княжеством Оранж – примкнул к Генриху Наваррскому и стал его боевым товарищем в его борьбе за трон. Именно в этой войне Морис применил во французской армии свои тактические новации – линейные построения пехоты, расчлененные по фронту и в глубину подобно римским манипулам. Морис обеспечил связь с Францией задавленной нидерландской оппозиции. Ситуация в Нидерландах напоминала пороховой погреб, готовый вспыхнуть от первой искры, и Морис при содействии Генриха и короля Англии Иакова деятельно готовил этот взрыв в северных провинциях.

georg: А теперь исследуем эффект бабочки, порожденный развилкой. Бабочка взмахнула крыльями, и взмах породил фактор, а он – еще один фактор. Непрерывная цепь взаимообусловленных факторов неслась через пространство и время, и в 1610 году заставила парижскую собаченку, укушенную шальной блохой, с громким лаем бросится под копыта коней кареты его королевского величества. Испуганные лошади понесли в галоп, и прежде чем берейторы сумели их успокоить, лошади сбили и замесили коваными копытами закутанного в плащ человека с кинжалом за пазухой. Человека звали Жан Равальяк…

Telserg: georg пишет: Человека звали Жан Равальяк….. Вот это правильно!

Mukhin: Ура! продолжение! Георг, я тут подумал... было бы весьма забавно перенаправить в Россиию волну протестантских эмигрантов. Скажем - гугенотов. Но тут я, очевидно, уже опоздал. А не получится пополнить население России за счёт беженцев из Нидерландов? А перенацелить в Россию поток иммигрантов-пуритан?

georg: Mukhin пишет: Скажем - гугенотов. Но тут я, очевидно, уже опоздал. Да. Mukhin пишет: А не получится пополнить население России за счёт беженцев из Нидерландов? При текущем раскладе им бежать не придется. Mukhin пишет: А перенацелить в Россию поток иммигрантов-пуритан? Только этого добра нам для полного счастья и не хватало. При первых Стюартах в Новую Англию эмигрировали самые узколобые фанатики, строить там "Царство Божие". Хм. А вот насчет чешских протестантов надо будет подумать. Горное дело, металлообработка, ремесла, профессорский состав Пражского университета, насквозь гуситский. Заманчиво...

Сталкер: georg пишет: После собора Лукарис остался в Остроге, где князь Константин Острожский назначил молодого гречекого ученого ректором своей Острожской академии. А куда Вы Петра Могилу предлагаете деть? georg пишет: В 1599 году в Вильне православное дворянство во главе с Острожским заключило альянс с протестантами, возглавляемыми Радзивилом, и потребовало «скасования» унии. В РИ, собственно, Петро Сагайачный фактически односторонне разорвав унию, собственно поставил короля перед фактом, а здесь какую роль Вы ему отводите? Интересен путь и еще одного борца за православие, Северина Наливайко - в РИ этот товарищ, бывало, собственных единоплеменников-русинов селами вырезал за то, что предали "веру истинну и в бесовску унию подались".

georg: Сталкер пишет: А куда Вы Петра Могилу предлагаете деть? Коллега, на дворе 1600ые годы. Петр Могила еще в колыбели. Сталкер пишет: В РИ, собственно, Петро Сагайачный фактически односторонне разорвав унию, собственно поставил короля перед фактом, а здесь какую роль Вы ему отводите? Интересен путь и еще одного борца за православие, Северина Наливайко - в РИ этот товарищ, бывало, собственных единоплеменников-русинов селами вырезал за то, что предали "веру истинну и в бесовску унию подались". Вспоминаем таймлайн. Собственно Украина (Брацлавщина и Киевщина по Ирпень) перешли под Москву еще при Грозном в обмен на возврат Полоцка и захваченных территорий в Белоруссии. Южнее Киева до самого моря - территория войска с управлением аналогичным Дону и выборным гетманом под сюзеренитетом Царьграда. Но оно - за пределами ВКЛ. Туда бегут с Волыни и Галичины "крипаки". Когда Димитрий выступит против Польши - войско наведет шороху в Волыни и Галичине. Но пока борьба с унией ведется силами братств, православных магнатов и шляхты. Сагайдачный и Наливайко скорее всего в это время пиратствуют, торгуют или нанимаются к кому на службу в Средиземноморье, куда казаком ход свободный.

Сталкер: Telserg пишет: Вот это правильно! Вы хотите продлить жизнь Наваррского? Ню-ню... Mukhin пишет: А перенацелить в Россию поток иммигрантов-пуритан? Ой, а это зачем? georg пишет: При первых Стюартах в Новую Англию эмигрировали самые узколобые фанатики, строить там "Царство Божие". Ия, и я, и я того же мнени-я! georg пишет: Горное дело, металлообработка, ремесла, профессорский состав Пражского университета, насквозь гуситский. Заманчиво... Угу, после той памятной пражской дефенестрации, случившейся почти 2 века до описываемых событий... Впрочем, и в этой таймлайне 30- или -сколькототам-летней войны не избежать, и начнется она, полагаю, даже ранее 1619 (память не поводит, правильно год назвал?), но место для ее начала опять же может быть тем же, что и в реале - окрестности Праги...

Сталкер: georg пишет: Коллега, на дворе 1600ые годы. Петр Могила еще в колыбели. Да, с Могилой я поторопился малёхо. Чей-то думал, что в начале 1600 ему было уже под тридцать, а он еще совсем мальчишка... Насчет Наливайко согласен, а вот Сагайдачный - птица государственного полета, дворянин и воин. Он и в этой реальности олжен стать гетманом, помяните мои слова. И, кстати, коллега, не авите его персиком, в этом реале, он будет надежнейшим слугой православного отечества и, с его талантами, еще может сыграть в таймлайне отнюдь не маленькую роль... За Сагайдачного прошу особо.

georg: Сталкер пишет: За Сагайдачного прошу особо. Принято.

Mukhin: Сталкер пишет: Ой, а это зачем? Дык, земли у нас много, а населения - мало. Если учесть, что туркам - кирдык, на приток угнетённого христианского населения с Балкан надежды нет...

Сталкер: Mukhin пишет: Дык, земли у нас много, а населения - мало. Что правда - то правда. Но "меня терзают смутные сомнения" (с), а не погорячились ли Вы именно с пуританами, уважаемый коллега. Типчики еще те. Православная твердолобость и не меньшая протестантская твердолобость этих "чистюль", плюс еще более агрессивная сама по себе... Они ж просто не уживутся бок о бок. Или Вам хочется устроить стэндовые испытания внедрения протестантской этики в лице самых, пожалуй, самых твердолобых ее преставителей на наших необъятных просторах?

Читатель: Сталкер пишет: не погорячились ли Вы именно с пуританами, уважаемый коллега. Типчики еще те. Картина Сурикова "Пуританин Фелтон убивает боярина Морозова"

Charles: Читатель пишет: Пуританин Фелтон By the way, будет ли в этом мире "карьерный рост епископа Люсонского" при живом Беарнце? Он-то протеже Марии Медичи, если мне память не изменяет.

LAM: Н-да, дело идёт к Тридцатилетней войне лет на десять раньше. Однако, есть возражение. Гибель Османской империи - это событие, которое должно сотрясти всю систему тогдашних международных отношений. А в Европе никто на это внимания не обращает, все занимаются своими делами, никаких телодвижений в эиту сторону. Никто не озабочен таким усилением России (даже когда Ромейская империя отделяется - она же династический союзник России, как Испания - союзник Австрии), никто даже не требует доли при разделе . Ни мощная Испания, ни Венеция, которой не так давно принадлежала немалая часть греческих земель, ни оправлюющаяся от гражданской войны Франция. Да и Англия интересы в этом регионе, кажется, уже имеет.

georg: LAM пишет: Ни мощная Испания А я не писал, что война с Аль-Мансуром в Магрибе закончилась. LAM пишет: Да и Англия Далеко. LAM пишет: оправлюющаяся от гражданской войны Франция Именно оправляющаяся. Флот слаб, а сухопутная армия не доберется. LAM пишет: ни Венеция Силенок маловато. Война грозит потерей Албании. Да и ее интересы в основном в Египте, где она снова прочно обосновалась в качестве главного торгового партнера и кредитора. LAM пишет: никто даже не требует доли при разделе Ситуация такова, что никто не может осуществить силовое вмешательство (это РИ кроме Испании). Рудольф давит протестантов в Австрии, у Казимира в ВКЛ чуть ли не восстание диссидентов, Испания увязла в Магрибе. Остальные просто не потянут успешную войну с Россией. P.S. Россия и Византия пока придерживаются ставшего за столетие традиционным союза с Габсбургами, и те действуют в Европе не опасаясь ничего с востока.

georg: Charles пишет: By the way, будет ли в этом мире "карьерный рост епископа Люсонского" при живом Беарнце? Он-то протеже Марии Медичи, если мне память не изменяет. Возможно еще быстрее, чем в реале. "Сан епископа давал возможность появиться при королевском дворе, которой Ришелье не замедлил воспользоваться. Очень скоро он совершенно очаровал своим умом, эрудицией и красноречием короля Генриха IV. Генрих называл Ришелье не иначе как "мой епископ"."

Крысолов: georg пишет: Сильная и независимая Грузия, создаваемая Саакадзе А что Аббас? Он на это спокойно смотрит? Кстати, неужто шах не захочет под шумок разжится чем-то в Сирии и Мессопотамии?

georg: Крысолов пишет: Кстати, неужто шах не захочет под шумок разжится чем-то в Сирии и Мессопотамии? Он ЕМНИП как раз в эти годы воюет с Моголами, разживаясь Кандагаром.

LAM: georg пишет: Испания увязла в Магрибе Вы полагаете у хозяйки американского золота не хватит средств на две войны одновременно? Такой приз из под носа уплывает. Но даже если так, это маловероятное везение для России. Что, обстоятельства у вас будут всегда складываться столь благоприятно для России? Теория вероятности в вашем мире не действует совсем?

georg: LAM пишет: Что, обстоятельства у вас будут всегда складываться столь благоприятно для России? Если они благоприятно складывались в реале, будут складываться и здесь. К тому же не вижу особого везения. Балканы никогда не были зоной интересов Испании (все они в западном средиземноморье), а Россия - уже почти 100 лет традиционный союзник. Инерция мышления тоже сыграет свою роль. К тому же Испания, имеющая большой геморррой в Магрибе с мусульманами, боится возрождения Турции (что возможно при нападении на Россию).

Крысолов: georg пишет: Он ЕМНИП как раз в эти годы воюет с Моголами, разживаясь Кандагаром. Аббас I успешно завершил войны с Бухарой и Турцией, восстановив иранское господство в Закавказье (в т. ч. в Азербайджане) и Хорасане. Завоевал Бахрейнские острова (1601—02), Кандагар (1621), отвоевал у португальцев с помощью английского флота остров Ормуз (1622), на время завоевал Ирак (1623—38). Хм. К тому же он не может не видеть какой разврат творится на Западе. С Кандагаром можно и повременить...

georg: Крысолов пишет: Хм. К тому же он не может не видеть какой разврат творится на Западе. С Кандагаром можно и повременить... Хм. Идея. Не охота конечно менять таймлайн, но.. Если он прорвется в Средиземноморье, шелк пойдет напрямую в Европу без посредников, чего не хотелось бы. Но верхнюю Месопотамию отдать можно. Попозже опишу.

Крысолов: georg пишет: Если он прорвется в Средиземноморье, шелк пойдет напрямую в Европу без посредников, чего не хотелось бы Кстати да. И шах должен это понимать.

georg: Крысолов пишет: И шах должен это понимать. Принято. Внесу исправления в тот же пост, чтобы не разрушать композицию.

LAM: georg пишет: Балканы никогда не были зоной интересов Испании В зону испанских интересов может попасть Египет или Левант (Святой Иерусалим тоже). И что-бы прихватить что-то из этих территорий не надо воевать с Россией. Просто "скомпенсировать" её чрезмерное усиление расширением собственных владений

georg: LAM пишет: Просто "скомпенсировать" её чрезмерное усиление расширением собственных владений Ситуация там по моим предварительным наметкам такова: после заключения мира Турции со Священной лигой в 1597 командующий турецким корпусом в Тунисе Гусейн-паша отказался эвакуироваться и провозгласил себя эмиром Туниса. Испания вынуждена была вести военные действия на широком фронте от Туниса до Сеуты, удерживая лишь узкую полосу побережья от Орана до Голеты, подверженную набегам в любой точке. Используя золотые копи завоеваного Сонгай Аль-Мансур закупал оружие и вербовал специалистов в Европе. Англия оказывала ему поддержку. Заблокировать побережье не удавалось и марроканские пираты гуляли по Атлантике (в РИ они разграбили даже Исландию). В 1600 испанцы взяли Фес, и только к 1605 был снова завоеван Тунис, который Испания анексировала до горной цепи Великого Телля и начала колонизировать. Военные действия еще возобновлялись и затухали и закончились разгромом Марокко в 1610. Испания напрямую присоединила территории в границах РИ Испанского Марокко а западнее - РИ королевства вандалов по Триполи включительно. Завевеванные территории заселялись колонистами, на востоке в основном итальянцами. Было образовано два вице-королевства - Мавритания (от Сеуты до Орана) и Африка (от Алжира до Триполи). На алжирском плато сохранилось независимое эмирство Тахерт. Ваши предложения по действиям Испании в восточном Средиземноморье.

Magnum: Mukhin пишет: А не получится пополнить население России за счёт беженцев из Нидерландов? Это здесь: http://alternativa.fastbb.ru/?1-16-0-00000126-000-10001-0 georg пишет: Если кто вздумает писать рассказ по данному сюжету, может выбирать оружие по вкусу. -- Наших резать?! Да кто ты такой?! Получи, извращенец ты гадкий! И с пробитой навылет башкой Наш султан навернулся с лошадки.

georg: georg пишет: Ваши предложения по действиям Испании в восточном Средиземноморье. Да, вредно забрасывать таймлайн. Перечитав его, обнаружил, что Португалия воевала там в союзе с Испанией против Марокко. Тогда в самом деле союзники прижимают к ногтю аль-Мансура уже к 1607, и у Испании свободные руки для вмешательства на востоке. Но тогда..... Османов снесут до основания.

georg: Итак, пост 01.10.06 20:25 данной темы денонсируется. С подачи коллег Крысолова и LAM`а события на востоке после смерти Абдул-Халима пускаются по альтернативному сценарию. Ситуация была как нельза благоприятной для обеспечения безопастности Греции. Дели-Хасан, готовя операцию против Календер-оглу, вынужден был вывести охранный корпус из Смирны. Воспользовавшись этим, Николай Маврокордато предпринял новое нападение. Высаженный десант овладел фортами, а затем и городом. Пользуясь междуусобной войной в Турции, Маврокордато укрепил Смирну, превратив ее в опорный пункт на побережье. Новопостроенные турецкие корабли пополнили греческий флот. Сам Димитрий весной 1608 года начал наступление от берегов Босфора в Вифинию. Никомидия, а затем Никея были взяты и заново укреплены. Затем Димитрий осадил Бурсу, а Николай Маврокордато продолжил наступление вдоль побережья, занимая прибрежные города. В марте 1608 года кочевые племена восточной Анатолии провозгласили султаном Анатолии Мурад-Гирея. Он немедленно вступил в переговоры с Каиром в в апреле достиг соглашения, согласно которому признавал султана Ахмеда халифом и повелителем правоверных. Вся Сирия передавалась под власть Египта, а Мурад-Гирей был от имени халифа пожалован инвенститурой на султанат Анатолии (Малая Азия и Верхняя Месопотамия). Мамлюкские сами предложили Мурад-Гирею султанский титул, ибо желали, чтобы центр халифата оставался в Каире; возращение же Малой Азии под непосредственную власть Османов грозила тем, что центр державы переместится в Турцию. Отдельный Анатолийский султанат, признававший верховный авторитет Каира, был, с их точки зрения, оптимальным вариантом. Переход турецких войск, противостоявших в Сирии египтянам, на сторону Мурад-Гирея, окончательно решил участь Дели-Хасана. В июне 1608 он был разгромлен при Эрегли в Карамане и бежал в горы Тавра. Вскоре собственное окружение, спасая себя, выдало его Мурад-Гирею. Мурад отослал пленника в Каир, где тот был казнен. Верховная власть законной династии была восстановлена, а в Анатолии под ее сюзеренитетом воцарились потомки Чингиз-хана. Календер-оглу, имея у себя в тылу армию Димитрия, так же признал Мурад-Гирея султаном. Но тут же новоиспеченный султан получил страшные известия с востока. Шах Аббас давно внимательно следил за событиями на западе. Разгром турок в Грузии продемонстрировал слабость Турции Абдул-Халима. Шах вдруг вспомнил о том, что и верхняя Месопотамия – святая святых Абдул-Халима – принадлежала его прадеду Исмаилу Великому, и была завоевана у него подлым османом Селимом Явузом. Огромная армия Ирана начала стягиваться в Ван. Известие о смерти Абдул-Халима и последующих событиях уничтожило все колебания шаханшаха. Признание Мурад-Гиреем сюзеренитета Османов стало удобнейшим поводом для войны – с Османской империей у Ирана мирного соглашения не существовало. Две персидские армии, наступая от Вана и Шехризора, вторглись на турецкую территорию. Нападение было внезапным. Мурад-Гирей, собрав все наличные силы двинулся на восток, поручив Календер-оглу сколь возможно сдерживать византийцев. Султан собрал все силы в кулак у Диярбекра, на землях принадлежавших крымским татарам. Шах Аббас, захватив Мосул и Низибин, стремительно двинулся туда же. Турки сражались упорно, особенно крымские татары, отстаивавшие родные кочевья. Но минули времена, когда Селим Явуз и Сулейман Кануни одерживали победы над Ираном благодаря техническому превосходству своей армии. Теперь уже армия Ирана по технической оснащенности и тактической подготовке превосходила турецкое войско. Шах одержал победу, правда далась она нелегко. Персы понесли значительные потери и не могли продолжать наступление теми же темпами. Тем не менее успехи Аббаса за кампанию 1608 были огромны – завоевана была вся верхняя Месопотамия. В руки персов перешли Мосул, Диярбекр, Эрзурум и бывшая столица Абдул-Халима Урфа (Эдесса). На западе Календер-оглу в сентябре предпринял отчаянную попытку деблокировать Бурсу, но был разгромлен Димитрием. Вскоре истощенный гарнизон Бурсы капитулировал, и Димитрий торжественно вступил в древнюю столицу Османов. Мурад-Гирей, отступив за Ефрат, предложил шаху мир с уступкой всего завоеванного. Все древние владения Сефевидов и Ак-Коюнлу на западе были возвращены, но, начитавшись на ночь Шах-наме, Аббас вспомнил, что при великих Ахеменидах....... Иран торговал со странами Средиземноморья без посредников. Получивший отказ Мурад воззвал за помощью к Каиру. Юный султан Ахмед собрал все наличные силы и выступил в Сирию.

Сварга: georg пишет: Юный султан Ахмед собрал все наличные силы и выступил в Сирию. Если проиграет, то пусть продаст права на Сирию испанцам и столкнёт их с Аббасом. Персы и испанцы ослабят друг друга и рано или поздно придут к некоему паритету, а султан Ахмед спокойно продолжит править в Египте (возможно под покровительством Константинополя).

georg: Сварга пишет: Если проиграет, то пусть продаст права на Сирию испанцам и столкнёт их с Аббасом. Хорошо, но нереально. Испанцам нужен в первую очередь сам Египет. И он, почти беззащитный, сам просится в руки. Можно по разному относится к Лерме, но он отнюдь не идиот.

georg: Весной 1609 года военные действия возобновились. Турецко-мамлюкское войско отбило ряд попыток персов перейти Ефрат. Халифу удалось привлечь на свою сторону шейхов аравийских бедуинов, начавших набеги в Месопотамию, в тыл Аббасу. Сам шах третий месяц безуспешно осаждал крепость Ракка на Ефрате. В это же амое время Димтрий методично наступал в Лидию, овладевая городами санджаков Сарухан и Айдын и укрепляя их. Календер-оглу делал все что мог, обороняя крепости и горные перевалы. Но тут в игру вступил еще один партнер. Первый министр (privado) короля Испании ФилиппаIII, герцог Лерма, внимательно следил за событиями в восточном Средиземноморье. Еще в 1604 году ему удалось заключить мир с новым королем Англии Иаковым I (в чем немалую роль сыграло появление марокканских пиратов в Ла-Манше), а в 1606 после смерти аль-Мансура новый Марокканский султан Myли эль-Шейх, не имея сил продолжать войну, подписал мир с Испанией и Потругалией, уступив ряд завоеванных ими городов на средиземноморском и атлантическом побережье. Слабость Османов не была секретом, а захват Египта обещал огромные доходы и преимущества. Сверх того идея освобождения Гроба Господня должна была найти живое сочувствие у благочестивых испанцев, а успех этого дела – поднять престиж privado на высоту, недосягаемую для интриг противников. Юный король ФилиппIII принял план своего министра с восторгом. Еще осенью 1608 в Сиракузах и Мессине начали готовить военный и транспортный флот. Остатки османского флота, разгромленного Николаем Маврокордато при Самосе, не могли оказать испанской армаде серьезного сопротивления. Армия во главе с лучшим полководцем Испании маршалом Спинолой сосредотачивалась на Сицилии. Атака на Египет была произведена совершенно внезапно в июне 1609. Испанский адмирал герцог Осуна ворвался в гавань Александрии и уничтожил остатки турецкого флота, после чего испанский десант захватил город. В Каире царила паника. Войск для обороны столицы практически небыло, ибо все отряды мамлюкских беев выступили в Сирию против Аббаса. Через неделю после высадки Спинола начал штурм Каира, закончившийся разгромом и разграблением испанцами богатейшего города арабского востока. Султан Ахмед срочно двинулся на юг, спасать Египет. Оставленный без поддержки Мурад-Гирей был в августе разгромлен Аббасом при Айнтабе и отброшен в предгорья Тавра. Шах захватил Алеппо, а в сентябре вступил в Антиохию и помыл сапоги в лазурных водах Средиземного моря. Армяне, населявшие Киликию, и беспощадно обдираемые турками как неверные, коим положено платить дополнительные налоги, давно завидывали положению своих соплеменников в Иране, где шах Аббас покровительствовал армянам, продвигавшим в его державе торговлю, ремесло и мануфактуры. Поэтому армянская Киликия немедленно изгнала турецкую администрацию и отдалась под власть Ирана. Не осталась в стороне от событий и маленькая, но гордая Грузия. Георгий Саакадзе предпринял поход вдоль побережья, и, вытеснив турецкие гарнизоны из санджака Трапезунд, возложил на голову своего повелителя Луарсаба II Багратида корону Трапезундского царства. В Константинополе испанское вторжение в Египет произвело шок. Всем было ясно, что полный разгром Османов – вопрос пары месяцев. Выход Аббаса к Средиземному морю означал потерю доходов от посреднической торговли с Ираном. Мало того, в перспективе оказывался возможным полный разгром персами Мурад-Гирея, и Византия рисковала получить в качестве соседа в Малой Азии вместо ослабевшей Турции Великий Иран в границах империи Тамерлана. Мирные переговоры были начаты немедленно. Турки были готовы на уступки, и мир был подписан в течении месяца. Согласно договору Византия получала все завоеванное - Вифинию с Бурсой, а так же санджаки Айдын, Кареси, и часть Сарухана с Маниссой (Магнесией) - (то есть Троаду и прилегающие к Эгейскому побережью районы, которые в РИ Греция получила по Севрскому договору 1918).

georg: georg пишет: Итак, пост 01.10.06 20:25 данной темы денонсируется. С подачи коллег Крысолова и LAM`а события на востоке после смерти Абдул-Халима пускаются по альтернативному сценарию. Коллеги, вы бы хоть сказали, какой вариант больше нравится. И мнения - захватят ли испанцы Египет, удержат ли, и вообще как поделить Восток.

Крысолов: второй вариант. Вопрос удержания Египта... Без понятия. Вопрос - кто их оттуда выбьет?

georg: Крысолов пишет: Вопрос - кто их оттуда выбьет? Из европейцев в ближайшее время никто.

Крысолов: georg пишет: Из европейцев в ближайшее время никто. А всех остальных они вероятно задавят. Аббусу не до Египта. Только восстание бедуинов и прочих суданцев...

Magnum: "Испанский Египет - наше все еще со времен Пропавшей Армады"(С).

georg: Крысолов пишет: Только восстание бедуинов и прочих Ну, за столетие войн в Магрибе испанцы я думаю выработали методы борьбы с таковыми. ИМХО обопрутся на коптов, надавав им разных привиллегий (и не будут первое время склонять их к унии с Римом). А на Ливане есть в качестве опоры марониты - их Церковь вступила в унию с Римом еще при крестоносцах (и до сих пор в литургическом общении с католиками). Короче похоже по братски поделят Сирию с Киликией Ирану, а Палестину с Ливаном испанцам. А Венеция без мыла влезет в Иран и станет его основным торговым партнером в Средиземном море. Хотя.... греческим купцам подсуетится самое время.

Сварга: georg пишет: захватят ли испанцы Египет, удержат ли, Египет, ПМСМ, завоевать и удержать гораздо легче, чем Магриб. Мамелюков и турок к ногтю, а феллахи уже давно индифферентны ко всяким завоевателям.

Сварга: Интересное положение у Испании этого мира вырисовывается. С одно стороны, круче только яйца, а с другой, благодаря новоприобретённым территориям она становится уязвимей, да и ресурсов для вмешательства во внутриевропейские дела меньше.

georg: Султан Ахмед сумел вернуться в Египет до оккупации испанцами всей страны. Летом и осенью 1609 в дельте произошло несколько сражений, в которых испанцы благодаря введенной в Нил хорошо вооруженной флотилии имели явный перевес. Отряды мамлюкских беев были почти истреблены. Меж тем Лерма начал вторую часть запланированной операции. В августе испанскй копус во главе с генералом Кастальдо высадился в Бейруте. Марониты немедленно восстали и признали власть испанской короны. В течении недели весь Ливан был под властью Испании. Аббас, ведущий бои с турками в Киликии, не мог вмешаться. Организовав и вооружив маронитов, и заняв Ливанские крепости местными силами, Кастальдо двинулся на юг. Штаны благочестивых воинов католического короля сильно пострадали в этом походе от частого падания на колени на каменистую почву. Ведь им довелось пройти берегами озера Генисаретского, где некогда возвышались Тивериада, Магдала и Назарет. При этом полковые проповедники – иезуиты произносили пламенные проповеди. Воодушевленные воины Христовы буквально сметали незначительные отряды турок и мамлюков. 11 сентября испанцы вступили в Вифлеем и приняли причастие в храме Рождества Христова. А через неделю войско католического короля подошло к стенам святого Града. Защищать Иерусалим было некому, а вести о разгроме и гибели султана Ахмеда уже дошли из Египта. Мусульмане сдали Иерусалим, предварительно покинув город с имуществом. Испанский кардинал, назначенный папой католическим патриархом Иерусалима, вступил в Храм Гроба Господня, вежливо устранив оттуда православного патриарха Софрония. Остатки османской армии после гибели султана Ахмеда рассеялись. Часть ушла в Хиджаз и поступила на службу к шерифу священных городов, провозгласившему себя халифом. Духовный авторитет нового халифа признали только в Аравии – ведь большая часть мусульманского Ближнего Востока попала под власть шиитского Ирана. Аббасу испанцы предложили раздел территорий, согласно которому вся Сирия отходила к Ирану, а Палестина и Ливан – к Испании. Аббас согласился, ибо понимал, что в противном случае испанцы могут вступить в союз с турками против него. В октябре полководец Аббаса Караджугай-хан занял Дамаск – последний вилайет исчезнувшей с карты мира Османской империи. Весной 1610 Аббас подписал мир с султаном Турции Мурад-Гиреем, согласно которому граница прошла по Тавру. В резултате войны к Ирану отошли вся Верхняя Месопотамия, Сирия, Киликия, Малатья, Эрзурум и Эрзинджан. Иран получил порты на Средиземном море и мог теперь торговать напрямую со всей Европой. Аббас отверг домогательства отдельных европейских держав о монопольных соглашениях и объявил, что корабли и купцы всех государств могут посещать сирийские порты и торговать с Ираном. Внутри же Ирана предпринимчивые армяне уже основали несколько компаний для торговли с Западом. В Турции в результате новой междуусобной войны окончательно рухнула созданная Османами администрация и сипахийская система. Изрядная часть сипахийства погибла в войнах, преуспевшие стали наследственными землевладельцами, и сословие «мужей меча» перестало играть в Турции решающую роль. Турция первых Гиреев по своему устройству изрядно напоминала Иран Исмаила Великого. Кочевые племена Анатолии играли теперь решающую роль, а их вожди получали во владение целые санджаки. Население резко уменьшилось, многие земли запустели и перешли в сектор кочевого хозяйства. Города пришли в упадок, но положение крестьян значительно улучшилось, земли были закреплены за общинами, а рента строго зафиксирована. Казалось, что Турция вернулась в первую половину XV века. Испанские войска зимой 1609-1610 совершили марш вверх по Нилу до первой катаракты, присоединив весь Египет к владениям его католического величества. На завоеванных землях было образовано «королевство Египта и Иерусалима», вице-королем которого стал герцог Осуна. Осуна старался опираться на лояльные испанской власти местные христианские силы. В Ливане и Палестине таковыми стали марониты, а в Египте – копты. Из этих этнических групп набирались чиновники, их принимали на службу в войска. Марониты, будучи догматически почти католиками, стали вернейшей опорой испанской власти, но и в отношении монофизитов-коптов испанцы не позволяли себе выпадов, подчеркивая христианское единство. В их отношении был взят курс на медленное внедрение иезуитской пропаганды и образования и постепенное склонение коптской церкви к добровольной унии с Римом.

Han Solo: Сварга пишет: благодаря новоприобретённым территориям она становится уязвимей Наоборот. Завоеванная Африка будет пожалуй самоокупаемой как минимум (т.е. до определенного момента доходы от ее эксплуатации не уступят военным расходам на ее удержание). Минус берберское пиратство, создававшее испанской торговле море проблем. Это не считая геостратегического плюса - Африка - мост между пиренейскими и итальянскими владениями Испания здесь безусловно мировая держава #1 и судя по всему еще долго будет таковой являться

Mukhin: Манифик... А вот я помню, что в прошлый раз нашёлся добрый самаритянин, и нарисовал карту мира АВИ-16. А вдруг он и теперь сыщется?;)

Руслан: Где же продолжение.Читал с огромным удовольствием, один из немногих доведенных до ума тамлайнов, жалко если на этом и закончиться.

georg: Народ, пощады. На работе горячий период, проект нужно ввести к новому году. Ну никак пока.

Нико Лаич: Руслан пишет: Где же продолжение. Всем привет! Австро-Венгрия 16 века променена на Италию 21 века...

georg: Нико Лаич пишет: Австро-Венгрия 16 века променена на Италию 21 века... Ну вот. Ничего рассказать нельзя

Сталкер: Георг, не сочитте за давление, но сами виноваты, что начали жутко интересную тему в жутко интересной форме. Ждем продолжения...

Нико Лаич: Нико Лаич пишет: Австро-Венгрия 16 века променена на Италию 21 века... georg пишет: Ну вот. Ничего рассказать нельзя "Не сказал ли я чего лишнего?" - подумал Штирлиц. Извините!!! Я больше не буду!!!

Нико Лаич: Сталкер пишет: Георг, не сочитте за давление, но сами виноваты Вот, вот, золотые слова! Вы сами ВИНОВАТЫ!!!

Mukhin: Георг, работайте спокойно - но помните! МЫ ЖДЁМ! И нас много!!!

Игорь: Mukhin пишет: Георг, работайте спокойно - но помните! МЫ ЖДЁМ! И нас много!!! Присоединяюсь.

Сварга: Игорь пишет: Присоединяюсь. Аналогично.

Han Solo: Сварга пишет: Аналогично. Юрий Генрихович, ну мое мнение вы знаете Даешь продолжение!

georg: Han Solo пишет: Юрий Генрихович, ну мое мнение вы знаете Уж лучше зови(те) по нику, чем так официозно. Особенно т... Особенно вы, Дмитрий.

Нико Лаич: georg пишет: Уж лучше зови(те) по нику, чем так официозно. Особенно т... Всем привет! А лучше вообще по званию! Так ведь товарищ комиссар государственной безопасности третьего ранга?!

georg: Нико Лаич пишет: товарищ комиссар государственной безопасности третьего ранга?! Нету у меня альтисторического звания, нету.

Нико Лаич: georg пишет: Нету у меня альтисторического звания, нету. Привет, привет! А я про специальное...

georg: Начало здесь. ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ. ПЛАМЯ НАД ЕВРОПОЙ. Священным текстом служит им Пальбы ружейной треск и дым, И разрешает спор любой Непогрешимых пушек вой. Разоблачить еретика Всегда готова их рука. Сэмюэл Бетлер «Гудибрас»

georg: К 1610 году, после разгрома Марокко и завоевания Египта, Испанское королевство достигло вершины могущества. Средиземное море фактически было под его контролем. От Гибралтарского пролива тянулись его обширные африканские владения – «Заморская Гранада» в границах РИ Испанского Марокко+часть побережья Алжира, имевшая статус собственно кастильской провинции; вице-королевство Ливия в границах РИ древнего королевства вандалов (большая чать Туниса с прибрежными районами Алжира и Триполи); и наконец вице-королевство Египта и Иерусалима. Заморская Гранада, заселенная испанцами при ФилиппеII, считалась частью собственно Испании и пользовалась всеми благами метрополии. На колонизацию Ливии у Испании людских ресурсов небыло (колонисты направлялись в основном в Америку), и при ее освоении испанское правительство в массовом порядке призывало переселенцев из Италии (не только из испанского Неаполя но и с севера). Немало прибыло в Ливию и немцев-католиков, из которых набирали солдат и военнопоселенцев, но вообще в крае возобладал итальянский язык, а итальянские литераторы приветствовали восстановление древней Римской Африки. В Египте испанского населения кроме Александрии почти небыло - Испания огрничивалась посылкой туда войск и администрации.

georg: Экономика Испании (в противоположеность реалу) процветала. Эмиграция в Америку значительно уменьшила демографическое давление и позволила Месте обратить обширные земли в Кастилии в пастбища, но отсутсвие унии с Нидерландами и таможенные законы ФилиппаII направляют шерсть преимущественно на внутренний рынок. В то же время с одной стороны ограничение полномочий инквизиции и введение ее судопроизводства в рамки гражданского судебного процесса, предпринятое Фердинандом, а с другой – военно-политическое крушение ислама в Средиземноморье превратили морисков в лояльных подданных испанской короны, и их молодые поколения вырастали добрыми католиками. Именно мориски в Андалузии не только широко применяли ирригацию и выращивали виноград, оливки, сахарный тростник, финиковые пальмы и цитрусовые культуры, но и занимались традиционным в крае выращиванием хлопка и разведением тутового шелкопряда. Доступность сырья обеспечивало массовое производство сукон, шёлковых и хлопковых тканей, отличавшихся высоким качеством. Севилья, расцвет которой покоился в первую очередь на её положении центра торговли с американскими колониями, являлась крупнейшим центром торговли, банковского дела и промышленности. В её предместьях производились сукна, мыло, фарфоровые изделия и шёлк, который все более захватывал европейский рынок, вытесняя более дорогой персидский и китайский. Толедо — одном из крупных промышленных городов — в начале XVII в. выработкой сукон и шёлковых тканей было занято более 50 тыс. ремесленников и наёмных рабочих. Толедо славился также производством оружия и обработкой кож. По объёму производства и в особенности по качеству своих тонких сукон одно из первых мест занимала Сеговия – в ряде ее мастерских было занято по 200—300 рабочих. Керамическая промышленность была развита, кроме Севильи, в Малаге, Мурсии, Талавере и других городах. В северной части Испании благодаря обилию месторождений развивалось горное дело. Представители немецкого банкирского дома Фуггеров, управлявшие испанскими рудниками по контракту при Фердинанде, принесли туда наиболее продвинутые в то время германские технологии горного дела и металлообработки. Испанская металлургия не только удовлетворяла потребностям страны, ее армии и флота, но и направляла железо на экспорт, в частности в соседнюю Францию. По соседству, на верфях Бильбао, Сантадера и Ла-Коруньи строились и оснащались сотни морских судов различного тоннажа. В сельском хозяйстве преобладали скотоводство, садоводство и технические культуры, и строго говоря, сельское хозяйство Испании не удовлетворяло собственной потребности в зерновых. Хлеб ввозился из Сицилии и Африки, затем из Египта. Впрочем, благодаря обилию скота мясо с овощами и пикантными приправами преобладало на испанском столе.

georg: Важное место в финансовой системе Испании занимают банки, служащие поддержанию финансов огромной империи и их беспрерывному фунционированию. Испанская армия, состоявшая по большей части из чрезвычайно многочисленного мелкого дворянства – идальго – обеспечивалась высоким денежным жалованием, и в обстановке частых войн нужно было регулярно, ежемесячно платить войскам и флотским экипажам. Банкиры были необходимы Католическому королю, ибо они преобразовывали в постоянный поток поток прерывистый, доставлявший в Севилью американский белый металл. Эту нишу в Испании заняли итальянцы, в первую очередь генуэзские аристократы - Гримальди, Пинелли, Ломеллини, Спинола, Дориа. Все они принадлежали к старому дворянству (nobili vecchi) республики св. Георгия., и в значительной степени сливались с испанской знатью, получив титулы грандов и пребывая по большей части при испанском дворе (из них кстати вышел наиболее прославленный испанский полководец эпохи – маршал Спинола). Эти несколько фамилий контролируют финансовый рынок империи. Для своих все более и более широких операций они организовали ярмарки денег и ценных бумаг, так называемые безансонские, которые с 1579 г. будут долгое время проходить в Пьяченце. С того времени они одновременно стали и хозяевами богатства Испании, государственного и частного (кто в Испании — дворяне, служители церкви, предприниматели – не доверял им свои деньги?), и как бы рикошетом—хозяевами всего богатства Европы, по меньшей мере поддававшегося мобилизации богатства. В Италии каждый будет играть на безансонских ярмарках и ссужать испанским банкирам деньги, даже не ведая об этом.

georg: Ограничение влияние инквизиции приводит к тому, что испанские университеты отнюдь не ограничиваются теологией и правом. На испанскую систему образования оказал огромное влияние личный секретарь, а затем министр покойного короля Фердинанда Хуан Луис Вивес. Отвергая средневековую схоластику, Вивес выдвигает на первый план опыт: наблюдение и эксперимент позволяют проникнуть в глубь природы, открывают путь к познанию мира. Таким образом, Вивес предвосхитил Френсиса Бэкона. Вивес явился основателем новой педагогической системы, включавшей изучение классических языков, истории и естественных наук, и теоретически разработанной им в памфлете «Мудрец». Заложенная Вивесом традиция живет в испанских университетах. Во время пресловутого «дела Галлилея» в Ватикане, сам папа (личный друг Галилея и ученый -математик) и главный богословский авторитет кардинал Беллармин (писавший " тогда нам надлежало бы с вящей осмотрительностью толковать те места Свяшенного Писания, в коих говорится об этом, и уж лучше допустить, что мы неверно понимали эти слова, нежели ложным объявлять то мнение, истинность коего наглядно доказана"), склонялись к оправданию ученого, но страх перед критикой протестантских богословов, занявших на тот момент непримиримую позицию относительно концепции Коперника, и яростное сопротивление профессоров-аристотеликов в сочетании с шаткой политической позицией папы заставили осудить Галилея. В данной же АИ именно мнение испанских кардиналов заставляет Ватикан принять обратное постановление: «Может ли считаться ересью мнение, не имеющее никакого касательства к спасению души? Или Святой Дух не сообщил нам всего, что относится к спасению? В намерения Святого Духа входило сообщить нам, как идут на небеса, а не то, как идут небеса». Невиданная роскошь и тонкий вкус испанской знати делают Мадридский двор законодателем мод. Художники школы Эль-Греко благодаря обилию богатых меценатов создают новые шедевры мировой живописи, а на сценах великолепных театров Сервантес и Лопе де Вега состязаются в драматургическом искусстве.

georg: Испанские предприниматели отличаются традиционалистким корпоративным духом. Владелец мануфактуры поддерживает патриархальные отношения со своими рабочими, уровень жизни и заработной платы которых для их английских или нидерландских коллег является недостижимой мечтой. Особый деловой кодекс испанских предпринимателей, сформировавшийся в значительной степени под влиянием дворянства, изображен Потоцким в романе «Рукопись, найденная в Сарагосе»: «Вернувшись в Кадис, я присоединил еще один корабль к моим двум, которые посылал каждый год на Филиппины, и перестал о них думать. На следующий год бедный Ливардес умер, и Санчо Моро написал мне, что нашел в бумагах покойного упоминание о том, что он поместил миллион в мое предприятие и теперь просит меня вернуть этот капитал. Может быть, мне следовало уведомить его о нашем уговоре и о деле покойного в предприятии, но, не желая иметь никаких сношений с этим проклятым домом, я без всяких объяснений отослал миллион. Через два года корабли мои вернулись, утроив вложенный в их груз капитал. Таким образом, я должен был бы выплатить покойному Ливардесу два миллиона и, помимо своего желания, вынужден был написать братьям Моро о наличии у меня двух миллионов, которые - в их распоряжении. Они мне ответили, что вот уже два года капитал внесен в книги, и они слышать не хотят об этих деньгах. Ты понимаешь, мой сын, как воспринял я это жестокое унижение? Они явно хотели подарить мне два миллиона. Я посоветовался с несколькими кадисскими негоциантами, которые, как назло, признали, что мои противники правы, так как, вынув за два года перед тем из моего дела миллион, дом Моро не имеет ни малейшего права на то, чтобы теперь получать проценты. Я готов был с документами в руках доказать, что капитал Ливардеса действительно был вложен в товары, находящиеся на кораблях, и что если бы последние затонули, я имел бы право требовать у Моро возврата переданного им миллиона. Но я видел, что само имя Моро действует против меня и что если б я передал дело на рассмотрение третейского суда негоциантов, их решениебыло бы не в мою пользу. Я обратился к адвокату, который сказал мне, что, так как братья Моро потребовали возвращения миллиона, не имея на то разрешения умершего дяди,я же употребил этот миллион согласно желанию этого дяди, означенный капитал, по существу, находится у меня, миллион же, два года тому назад внесенный в книги дома Моро, - это другой миллион, не имеющий никакого отношения к первому. Адвокат посоветовал мне призвать братьев Моро в Севильский трибунал. Я последовал его совету и повел против них процесс, тянувшийся шесть лет и стоивший мне сто тысяч пиастров. Несмотря на это, я проиграл во всех инстанциях, и два миллиона остались у меня. Сначала я думал употребить их на какую-нибудь благотворительную цель, да побоялся, как бы заслуга эта не была зачтена в какой-то степени проклятым братьям Моро. До сих пор еще не знаю, что с этими деньгами сделать, но каждый год, подводя баланс, вывожу на стороне кредита на два миллиона меньше. Так что ты видишь, мой сын, у меня достаточно оснований запрещать тебе всякое общение с домом братьев Моро.»

georg: Процветание Испании и высокий уровень жизни ее населения обеспечивались не только выгодным положением страны и обилием денег в обороте. Испания стала первой в Европе классической колониальной империей, строившей благополучие метрополии за счет колоний. Шла ненавязчивая игра в саранчу, где саранчой была Испания, а обжираемыми полями - провинции вне Пиринейского полуострова. С одной стороны налоги в этих провинциях были на порядок выше, чем в Испании, с другой стороны – устанавливались высокие цены на испанские товары с одновременным запретом на ввоз аналогичных иностранных товаров. Именно на этой системе строились и роскошь испанской знати, и процветание испанских мануфактуристов, и относительно высокий уровень жизни их наемных рабочих.

georg: В средиземноморских провинциях – Неаполе с Сицилией и Сардинией, Ливии, Египте – система фунционировала безотказно. Но не столь просто оказалось в Америке, куда через открытый океан устремился поток на несколько порядков более дешевых контрабандных товаров из Англии и Нидерландов. Испанские власти вели беспощадную борьбу с контрабандистами, но среди населения все равно находились желающее взяться за это ремесло – уж больно доходным оно оказывалось. Испанцы топили у берегов Америки проникавшие туда иностранные торговые суда – в ответ англичане и голландцы снаряжали пиратские экспедиции. Война на море с англичанами была перманентна всю вторую половину XVI века. С момента, когда ФилиппII по требованию кастильских кортесов запретил нидерландским купцам торговлю с испанскими колониями, сюда прибавилась еще и конфронтация с Нидерландами. При этом император СРИ был верным союзником Испании, но Нидерландские штатгальтеры – эрцгерцоги Эрнст и Андреас – игнорировали требования императора и почти открыто покровителствовали пиратам. Конфронтация особенно обсотрилась, когда Испания взяла под защиту разгромленную англичанами и нидерланцами и лишенную торгового господства в Индийском океане Португалию, которая превратилась в испанского саттелита. С 1598 года Нидерланды взяли под контроль Пунта-де-Арайю — богатую месторождениями соли прибрежную полосу венесуэльского побережья. Именно на это время приходится начало освоения Голландской Гайаны между Ориноко и Амазонией.

georg: Воглавивший испанское правительство при воцарении ФилиппаIII герцог Лерма считал средиземноморье главным направлением испанских интересов, и здесь ему удалось добиться блестящего успеха – завоевания Египта. Но игнорировать угрозу испанской монополии в Америке он не мог. Был запущен грандиозный проект создания океанского «Флота наветренной стороны» (Armada de Barlovento), который должен был обеспечить защиту побережья американских колоний от европейских корсаров. Пересмотр конструкции кораблей, произведенный еще при ФилиппеII, дал результаты. В 1600 был заключен официальный мир с Англией, при чем Иаков I обязался не допускать пиратских экспедиций. Англия переносила сферу своих интересов в Индийский океан, где у нее начася конфликт с Нидерландами. Что касается самих Нидерландов, то именно под давлением Испании и при ее финансовой помощи РудольфII осуществил оккупацию Нидерландов и ликвидацию их самоуправления, причем так же обязался пресечь пиратские и контрабандные действия нидерландцев. Настал момент, когда казалось что Испания навела порядок в океане. Pax Hispanica казался реальностью, и по выраженю Шиллера «судьбы Европы решались за Пиринеями».

Крысолов: Первыйнах! Уряяяяя! Продолжение!

Леший: Наконец-то!!!!!

Tim: georg пишет: введение ее судопроизводства в рамки гражданского судебного процесса, Мне что-то тут не нравится, по существу на Ваше усмотрение (я лично не верю в реформу процесса, тут проще идти по пути ограничения юрисдикции в пользу других судов, по-моему, или смягчения наказаний, в крайнем случае на смягчение инквизиционного процесса, типа ограничения пыток, повышения ответственности за ложный донос, введения апелляционной инстанции (хотя бы королевского помилования), но вводить открытое судоговорение и адвокатов к отцам-инквизиторам - в такое мне не верится), но и формулировка немного чудная. Может, что-то типа "замена инквизиционного судопроизводства на состязательное"?

Tim: georg пишет: Сервантес и Лопе де Вега состязаются в драматургическом искусстве. Т.е. Сервантес не напишет "Дон Кихота" ?!! Вроде в РИ как драматург он славы не снискал.

georg: Tim пишет: Может, что-то типа "замена инквизиционного судопроизводства на состязательное"? Я кажется неясно выразился. В этом мире в отношении инквизиции Фердинандом в отличии от Карла был реализован этот проект. Я и использовал то, что имелось в реале, а не то что красиво, но маловероятно. Tim пишет: Т.е. Сервантес не напишет "Дон Кихота" ?!! Вроде в РИ как драматург он славы не снискал. Напишет, напишет. Драматургические произведения у него есть, и очень приличные ("Осада Нуманции" например). Хотя в РИ Лопе де Вега его со сцены вытеснил. Ну добавим ему успеха

Сталкер: Тэ-экс. Наконец-то дождались от уважаемого георга продолжения. Я рад!

Леший: georg пишет: В этом мире в отношении инквизиции Фердинандом в отличии от Карла был реализован этот проект. Прочитал. ИМХО, это ухудшит правосудие. Где-то читал, что даже во времена Филиппа II арестованные предпочитали суд инквизиции, гражданскому суду, поскольку "отцы-инквизиторы" действительно вели дело серьезно и у невиновного был шанс быть оправданным. А в гражданских судах царил полный произвол и всеобщая коррупция.

Tim: georg пишет: Я кажется неясно выразился. В этом мире в отношении инквизиции Фердинандом в отличии от Карла был реализован этот проект. А, понятно. Это ближе к тому, что у меня в скобках - инквизиционный процесс смягчается, доносчики несут ответственность, вводятся некоторые права обвиняемых, в т.ч. по участию в следствии, апелляция, облегчение условий содержания арестованных, отмена наиболее тяжких наказаний и проч. В общем, коротко это будет что-то типа "реформа инквизиционного судопроизводства на основе естественного права, с введением значительных гарантий прав обвиняемых от произвола и состязательных начал". Сам-то инквизиционный процесс там отменять не предполагается (что разумно по-моему).

Tim: Леший пишет: Прочитал. ИМХО, это ухудшит правосудие. Тут главное насколько сами инквизиторы будут считать себя связанными этими правилами и насколько королевская власть будет следить за соблюдением ими оных. Законы-то какие угодно написать можно, главное, будут ли их соблюдать. В этом случае королю, боюсь, придется учреждать какое-то "око государево" для жесткого контроля за инквизицией, по крайней мере на первых этапах реформы, если он хочет, чтобы что-то реально изменилось.

georg: Леший пишет: А в гражданских судах царил полный произвол и всеобщая коррупция. Когда я читаю "полный" и "всеобщая", я автоматически перестаю доверять этому источнику. А с книжечкой Лорьенте не худо бы познакомится. Среди отцов-инквизиторов так же встречалось прилично произвола. Мориски оттого и не мирились со своим положением, что иквизиторы регулярно хватали их на основании скажем неупотребления в пищу свинины. Но в отличии от гражданских судов их судопроизводство было ТАЙНЫМ, и в случае "произвола" выкарабкаться было нереально. Фердинанд Католик некогда с помощью такого судопроизводства разгромил арагонскую знать, до которой обычным путем дотянутся не мог в силу ее судебных иммунитетов (собственно ради этого он и ввел инквизицию в Испании). Но теперь данная задача выполнена, и самое время ввести в рамки Святую Службу. Леший пишет: арестованные предпочитали суд инквизиции, гражданскому суду А кто не дает? Состязательность процесса зависит от желания обвиняемого. При полном доверии обвиняемого к инквизиционному трибуналу он может от нее отказаться. Кстати уровень инквизиционных трибуналов это наоборот подтянет. Tim пишет: какое-то "око государево" для жесткого контроля за инквизицией Там предлагался двойной контроль - со стороны гражданского суда и со стороны местного епископа.

Tim: georg пишет: Напишет, напишет. Тогда это, наверное, будет оптимистический Дон Кихот. У Вас ведь Испания на подъеме, в отличие от РИ (по кр. мере на момент написания второго тома).

Tim: georg пишет: Там предлагался двойной контроль - со стороны гражданского суда Вот это в принципе реально, но не очень продуктивно. Когда органу, имеющему энные фуннкции поручают контроль над органом, имеющим те же функции, он или подомнет подконтрольного под себя без остатка, или будет воевать с ним насмерть до полной утраты работоспособности обеими сторонами. georg пишет: и со стороны местного епископа. А вот это - епископу типа больше делать нечего, как ссориться с инквизицией из-за нарушения прав марранов. То есть за взятки от оных марранов он, конечно, в некоторые дела полезет, но в очень некоторые. Реально очень скоро на этой основе придется при епископах учредить специальную контрольную должность, возможно - с двойным подчинением - епископу и с отчетом королю/губернатору (возможно, на королевском/местном жаловании). Во что это все потом разовьется - слабопредсказуемо, м.б. если оно окажется удачным - в некое подобие французских интендантов.

Читатель: georg пишет: завоевания Египта я так понимаю, египетская торговля на Красном море, и что более важно, муссонная торговля с Индией немедленно перейдут под контроль испанцев. Уж не начнется ли испано-португальская война из за столь явного нарушения Тордесильясского договора?

georg: Там сказано: "Приказ о заключении в тюрьму может быть дан лишь при участии епархиального епископа и королевских юрисконсультов, и только после того, как последние сами подвергнут новому допросу каждого свидетеля." Tim пишет: епископу типа больше делать нечего Зря смеетесь. Как раз таки епископ будет следить за инквизиторами "аки цербер". В РИ отношения между епископами и Святой Службой были весьма натянутыми в силу того что инквизиция вмешивалась в сферу компетенции епископа, сама ему не подчиняясь. В РИ когда причину возмущений морисков Филип поручил раследовать епископу Кадиса, тот не жалея черной краски расписал в докладе королю злоупотребления инквизиторов.

georg: Читатель пишет: Уж не начнется ли испано-португальская война из за столь явного нарушения Тордесильясского договора? Португальцев нидерландцы уже разделали на море под орех и прорвались в индийский океан, основав колонии в Индонезии. За ними пожаловали англичане. В плане монополии португалцам уже терять нечего. Португалия здесь мягко сползает к роли испанского саттелита. А начнись такая война - Испания раздавит Португалию максимум за месяц, что в Лиссабоне отлично понимают.

Читатель: georg пишет: В плане монополии португалцам уже терять нечего. Португалия здесь мягко сползает к роли испанского саттелита. ага... тогда дело идет к выступлению испанцев на стороне португальцев против англо-голландской экспансии в Индийском океане!

Tim: georg пишет: Зря смеетесь. Как раз таки епископ будет следить за инквизиторами "аки цербер". У епископа нет ни аппарата, ни кадров (точнее, они есть - кое-какая юрисдикция у него есть и своя, я так понимаю, но мало) для регулярного контроля за. Последствия отращивания же контрольной службы могут быть самыми разными и неожиданными для учредителей контроля. Я просто Вам предлагаю их предусмотреть в таймлайне.

georg: Читатель пишет: тогда дело идет к выступлению испанцев на стороне португальцев против англо-голландской экспансии в Индийском океане! Вот испанцам больше деньги девать некуда, как кроме атлантического и средиземноморского флотов заводить еще и индийский ради португальских интересов. Там интереснее. На тот момент Англия и Нидерланды уже в контрах по поводу островов Пряностей (в РИ дело кончилось тем, что голандцы выдавили англичан из Индонезии). ЕМНИП Иаков I в РИ не только заключил с Испанией мир, но и пытался сговорится с Испанией на антиголландской почве.

Tim: georg пишет: Приказ о заключении в тюрьму может быть дан лишь при участии епархиального епископа и королевских юрисконсультов, и только после того, как последние сами подвергнут новому допросу каждого свидетеля Ну вот Вы себе представляете сколько епископ продержится в роли младшего оперуполномоченного, допрашивающего каждого свидетеля перед каждым арестом? И как скоро он поспешит свалить эту обязанность на какого-нибудь заместителя? И что этот заместитель будет со своими полномочиями делать? Если да - опишите это в следующих главах, это ж интересно (по-моему).

georg: Tim пишет: Я просто Вам предлагаю их предусмотреть в таймлайне. Ваши предложения могу принять лишь задним числом, поскольку в таймлайне реформа уже 80 лет как проведена. А епископский аппарат вполне може быть использован для контроля за - юристы от канонического права состоят при каждой кафедре, аппелировать к епископу может каждый. Не говоря уже о королевских прокурорах. Я все же склоняюсь к мысли, что современникам, в реале составлявшим этот проект (кстати одобренный кортесами Кастилии) было виднее как решить данную проблему.

georg: Tim пишет: допрашивающего каждого свидетеля перед каждым арестом? Не обязательно сам каждого. georg пишет: юристы от канонического права состоят при каждой кафедре

Tim: georg пишет: Я все же склоняюсь к мысли, что современникам, в реале составлявшим этот проект (кстати одобренный кортесами Кастилии) было виднее как решить данную проблему. (в последний раз, чесслово!-)) ) Ну вот, они ее решили, а последствия-то у этого были ведь? Университеты - это хорошо, это благородоно, а как там насчет ба... э-э-э, более прозаических вещей? Чем больше в процессе гарантий прав сторон, свободы и состязательности, тем он сложнее, дольше, дороже (для всех - и сторон, и суда) и менее доступен для бедных людей. Не получится ли так, что реально гарантии действуют только для очень богатых еретиков? Каков будет ответный ход инквизиторов, где и на чем они попытаются отыграться - не доказав ли свою полезность раскрытием заговора против короля, например, в котором участвуют епископы или открытием новой опасной ереси? Какое место займут свободные от инквизиции марраны в разививающемся испанском протокапитализме ? Не будут ли простые испанцы пытаться защититься от конкуренции с ними более прямыми методами, раз инквизиция больше не работает по-старому?

georg: Tim пишет: придется при епископах учредить специальную контрольную должность, возможно - с двойным подчинением - епископу и с отчетом королю/губернатору Возможно в конечном итоге так и сделают, и каноники-юристы и станут "генеральными контролерами". Tim пишет: в некое подобие французских интендантов Интендант-монах - это оригинально. Хотя вполне по испански

georg: Tim пишет: Какое место займут свободные от инквизиции марраны в разививающемся испанском протокапитализме ? Коллега, марранов в Испании уже нет, их всех того, выселили в Марокко еще при Фердинанде Католике. А мориски (крещеные арабы) ростовщичеством не занимались, только ремеслом и сельским хозяйством. И в данной АИ с учетом покровительства смешанным бракам, которое в РИ проводил ФилиппII - быстро ассимилируются.

Tim: georg пишет: Возможно в конечном итоге так и сделают, и каноники-юристы и станут "генеральными контролерами". Тогда это начнет работать на усиление королевской власти (ну вот хотя бы кто за эту радость платит - кортесы - королю, тот - контролерам, так?), и кортесы через некоторое время схватятся за головы - "за что боролись?!" - и, может, будут блокироваться уже с инквизицией?

georg: Tim пишет: и кортесы через некоторое время схватятся за головы - "за что боролись? Кортесы на текущий (1600ые) момент в Испании уже не всесословный орган (а на момент реформы еще были им). После освобождения дворянства от налогов в составе кортесов остались лишь депутаты от городов (дворяне раз не платят, то и права голосовать лишились). Кортесы сохраняют право вотировать налоги, но львиная доля поступлений в казну идет с внеиспанских территорий. ФилиппII в РИ с этой ситуацией великолепно игрался, противопоставляя кортесы (теперь чисто буржуазные) дворянству и наоборот, и утверждая абсолютизм.

Mukhin: Ура! Продолжение!!!! АВИ16 навсегда!!!!!

Mukhin: Кстати, а 2 часть ещё одним куском не выложена? Может, я от жизни отстал?

LAM: georg пишет: Экономика Испании (в противоположеность реалу) процветала. А "революция цен" что, никак себя не проявила? georg пишет: Коллега, марранов в Испании уже нет, их всех того, выселили в Марокко еще при Фердинанде Католике. Неужто ни один не зацепился и ни один не вернулся? Не верю-ю-ю!. А кроме того, у вас Марроко - уже часть Испании.

LAM: georg пишет: устанавливались высокие цены на испанские товары с одновременным запретом на ввоз аналогичных иностранных товаров. georg пишет: В средиземноморских провинциях – Неаполе с Сицилией и Сардинией, Ливии, Египте – система фунционировала безотказно. Опять не верю. Никакие таможенные запреты не устоят перед выгодой, которую приносит в таких условиях ввоз дешёвых заграничных товаров. Вышеупомянутые марраны постараются.

Крысолов: LAM пишет: Никакие таможенные запреты не устоят перед выгодой, которую приносит в таких условиях ввоз дешёвых заграничных товаров Кроме желания есть еще и возможности. Как вы планируете массово завозить контрабанду в Испанскую африку? Телепортировать? LAM пишет: Вышеупомянутые марраны постараются. Как? В эти провинции товары в большом количестве минуя таможенные кордоны завести невозможно. География не позволяет...

LAM: Крысолов пишет: Как вы планируете массово завозить контрабанду в Испанскую африку? А так как в Америку её завозят. Средиземное море уже чем Атлантический Океан. Крысолов пишет: В эти провинции товары в большом количестве минуя таможенные кордоны завести невозможно. География не позволяет... Но человеческая натура позволяет. А на таможенных кордонах часть прибыли можно и оставлять.

Крысолов: LAM пишет: А так как в Америку их завозят. Средиземное море уже чем Атлантический Океан. Перечитайте эту фразу и найдите свою ошибку. LAM пишет: Но человеческая натура позволяет. А на таможенных кордонах часть прибыли можно и оставлять. Забавно это слышать. Скажите, отчего же сегодня в странах допустим Евросоюза контрабанда практически не развита по сравнению с положением в той же России и Украине? Человеческая натура-то и тут и там одинакова.

LAM: Крысолову- ошибку исправил, спасибо. Крысолов пишет: сегодня в странах допустим Евросоюза контрабанда практически не развита Утверждение не соответствует действительности. Например, контрабанда сигарет в Германию - "вечная" проблема. А то, что контрабанда не выходит за определённые рамки - так потому,что даже из стран в ЕС не входящих почти всё можно ввести легально или полулегально, а пошлины, как правило, не превышают расходов на контрабанду. А в случаях, когда это правило не действует, контрабанда имеет место. В альтернативе уважаемого Георга я такой ситуации представить себе не могу. Потому что импорт здесь( как и в реальной Испании того времени) выгоден всем, кроме испанских производителей, а у последних средств отстаивать свои интересы маловато. Доходы казна получает не от них, а из других источников. В таких условиях импорт- легальный или контрабандный неизбежно будет процветать.

Крысолов: LAM пишет: Крысолову- ошибку исправил, спасибо. Это не та ошибка. Я имею ввиду ошибку не грамматическую, а смысловую. LAM пишет: Например, контрабанда сигарет в Германию - "вечная" проблема Это ерунда. Та кустарная контрабанда - ничто по сравнению с промышленными масштабами контрабанды в страны СНГ. LAM пишет: в случаях, когда это правило не действует, - контрабанда имеет место Послушайте, я знаю о чем говорю, а вы нет. Контрабанда неистребима, факт. А вот масштабы контрабанды могут разнится. Примеры приводить не буду, не обессудте. LAM пишет: а у последних средств отстаивать свои интересы маловато. В этом вы ошибаетесь. LAM пишет: Доходы казна получает не от них, а из других источников Поразительно. Георг написал за счет чего казна получает доходы.Именно поэтому вопрос импорта в колонии архиважный. LAM пишет: контрабандный неизбежно будет процветать Если с ним не будут боротся - будет процветать. Если боротся будут - тогда контрабанда будет ютится по углам и никогда не достигнет глобальных масштабов. Теперь по вашей фразе Крысолов пишет: А так как в Америку их завозят. Средиземное море уже чем Атлантический Океан Пожалуйста обратите внимание на страну-производитель контрабанды. Это Англия и Голландия. В Америку импорт завозить легче. Она большая, контролировать ее невозможно. А в Африке и египет эту контрабанду завести невозможно - через Гибралтар невозможно перелететь. Да и побережье Северной Африки контролировать не в пример проще. Для того чтоб контрабанда в эти провинции стала реально угрожать ввозу испанских товаров наддо чтоб вся властная вертикаль Испании прогнила до основания и различные кланы элиты были заинтересованы в промышленно масштабе контрабанды. Так по таймлайну ничего подобного нет.

Леший: Крысолов пишет: Скажите, отчего же сегодня в странах допустим Евросоюза контрабанда практически не развита по сравнению с положением в той же России и Украине? Вы явно не смотрите Евроньюс.

stupidmongol: georg пишет: более дешевых контрабандных товаров из Англии и Нидерландов Я чего-тто не пойму : а что, слабо было завершить святое дело Рагнара Мохнатые Портки и зачистить эти вонючие острова (ну, шотладцы здесь ни причем, но полная стерилизация англо-саксонской нечисти - самое то!) ? Ведь удайся полная зачистка - Голландия станет чисто технической проблемой и легко разрешимой проблемой. И к варианту "Павана" тоже не прикатит...

LAM: Крысолов пишет: А в Африке и египет эту контрабанду завести невозможно - через Гибралтар невозможно перелететь. Ну да, привезти товар в Марсель и погрузить на корабли - неразрешимая проблема. А кроме английских-голландских товаров есть ещё и французские.Крысолов пишет: Георг написал за счет чего казна получает доходы.Именно поэтому вопрос импорта в колонии архиважный. Важно, чтобы американское золото не проходиило мимо королевской казны. К кому оно попадёт пройдя через казну - к испанским производителям или к иностранным - дело для испанского государства десятое. Испанским потребителям тоже хочется заплатить за товар подешевле.

LAM: georg пишет: Коллега, марранов в Испании уже нет, их всех того, выселили в Марокко еще при Фердинанде Католике Я не заметил сразу. Вообще -то в реале при Фердинанде Католике выселили не марранов, а иудеев, не пожелавших перейти в христианскую веру. Марраны - это как раз те, кто перешли. Что-то вы здесь, Георг? Или это я опять чего-то не понял?

georg: Mukhin пишет: а 2 часть ещё одним куском не выложена? Нет. Не озаботился.LAM пишет: А "революция цен" что, никак себя не проявила? В РИ Испания доблестно выдержала этот процесс - при Карле в Испании были весьма продвинутые мануфактуры и ремесло. Загнулось все позднее, к концу XVI века - Испания разорилась под бременем роли жандарма Европы (которую в этом мире не несет). К тому же через "безансонскую" биржу в Пъяченце испанские благородные металлы оборачиваются по всей Европе. LAM пишет: Вообще -то в реале при Фердинанде Католике выселили не марранов, а иудеев, не пожелавших перейти в христианскую веру. Марраны - это как раз те, кто перешли. Про Фердинанде выселяли свех заподозренных в лицемерном крещении выкрестов. Конечно, достаточно много перешедщих в христианство евреев осталось в Испании (еврейская кровь текла даже в жилах Торквемады, а великий инквизитор Антонио Деза был внуком раввина). Но еврееи эти как и в РИ стали добрыми католиками и совершенно ассимилировались, утратив иудейский менталитет. На конец 16 века евреев как какой-то особой группы в Испании нет - как и в РИ. LAM пишет: Марроко - уже часть Испании Марокко - независимое государство, я в предыдущей части писал о мире Испании с султаном Мули-эль-Шейхом. Заморская Гранада - это то же самое, что и позднеейшее Испанское Марокко реала - то есть неширокая прибрежная полоса от Танжера до Орана. В процессе войны опустошено и заселено испанцами. LAM пишет: испанских производителей, а у последних средств отстаивать свои интересы маловато Достаточно. Эти средства - кортесы Кастилии. На тот момент существовали и в РИ и загнулись с полным упадком городов. А поскольку здесь такового не происходит, а наоборот - влияние кортесов не уменьшается. Они необходимы королевской власти, дабы уравновесить влияние могущественной знати. На тот момент как и в РИ дворянское землевладение освобождено от налогов, но и лишено права выдвигать депутатов в кортесы, которые таким образом представляют собой чисто буржуазный орган (хотя как и в РИ депутатами городов нередко являются дворяне-горожане, каковых в Испании было много, и в данной АИ они принимают участие в торговых и промышленных предприятиях, в этом случае уплачивая налоги в рамках "вида деятельности"). Как и в РИ кортесы Кастилии состоят из представителей от 18 городов, а именно: Бургоса, Сории, Сеговии, Авилы, Вальядолида, Леона, Саламанки, Саморы, Торо, Толедо, Куэнки, Гвадалахары, Мадрида, Севильи, Кордовы, Хаэна, Мурсии и Гранады. Кроме того их представители заседают в качестве экспертов в Финансовом Совете и в Совете Индий. LAM пишет: Доходы казна получает не от них, а из других источников Не совсем верно. Во-первых в случае финансового напряга (например тяжелой войны) только кортесы могут вотировать экстраординарный налог в самой Испании. А во вторых - как и в РИ очень значительную долю поступлений в казну дает испанский 10процентный НДС с каждой продажи - знаменитая алькабала. При этом цены в провинциях выше чем в метрополии - соответсвенно выше и поступления от алькабалы. Хорошо и казне, и производителю. По поводу контрабанды Крысолов все же прав. Хотя в РИ она и имела место в Неаполе и Сицилии (и на этом и поднялись знаменитые сицилийские bandito) - но только после того, как в середине 17 века испанский флот приходит в упадок. Здесь испанцы достаточно прочно контролируют средиземноморье. В давно цивилизованных и населенных местах легче организовать контроль. Гибралтар здесь контролируется Испанией столь же жестко, как Зунд Данией. Риск при занятии контрабандой слишком велик, и ощутимых масштабов она не примет. В отличии от Америки с ее огромными просторами и пустынными слабоконтролируемыми участками побережья.

LAM: georg пишет: В РИ Испания доблестно выдержала этот процесс - при Карле в Испании были весьма продвинутые мануфактуры и ремесло. Революция цен продолжалась примерно до 20-ых годов 17-го века. georg пишет: На конец 16 века евреев как какой-то особой группы в Испании нет - как и в РИ. тайное исповедание иудаизма сохранялось в Испании вплоть до 18 в. и даже позднее. До наших дней сохранили обособленность марраны острова Мальорка (испанская провинция Балеарес), называемые чуэтас (см. Шуэтас). click here georg пишет: как и в РИ очень значительную долю поступлений в казну дает испанский 10процентный НДС с каждой продажи - знаменитая алькабала. Налог с продаж может с тем же успехом взиматься с импортной продукции georg пишет: При этом цены в провинциях выше чем в метрополии - соответсвенно выше и поступления от алькабалы. Выше цены - ниже объёмы продаж

georg: LAM пишет: Революция цен продолжалась примерно до 20-ых годов 17-го века. И что это меняет в сюжете? LAM пишет: тайное исповедание иудаизма сохранялось в Испании вплоть до 18 в "расследования, проводимые инквизицией и часто завершавшиеся казнью, а также возникший в 16 в. вопрос «чистоты крови», — все это приводило ко все большей замкнутости круга марранов, сохранявшего верность иудаизму в строгой тайне". Незначительные группы тайных иудеев, которых постепенно отлавливает инквизиция - фактор несущественный. А здесь он будет еще меньше - ибо нет вышеупомянутого принципа "чистоты крови". В приведенном мной постановлении кактильских кортесов относительно инквизиции, в этом мире вступившем в силу, есть требование, чтобы происхождение от евреев не являлось основанием для какого-либо ущемления. Поощрение смешанных браков с испанцами морисков, в РИ проводимое ФилиппомII (ссылаюсь на того же Льорьенте) здесь естественным путем распостранится и на марранов. В 17 веке "криптоиудеи" почти исчезнут - либо через ассимиляцию, либо под воздействием Святой Службы. LAM пишет: Налог с продаж может с тем же успехом взиматься с импортной продукции Теоретически да. Но в XVII веке - а это век оголтелого протекционизма и господства меркантилизма в экономической мысли - такое может сделать только полный клинический идиот, а таковых у власти в Испании не планируется. LAM пишет: Выше цены - ниже объёмы продаж Это легко просчитывается - торгует все же не государство, а испанские купцы. Но в РИ описанная мной сиситема монопольной торговли в отношении той же Америки была для Испании весьма выгодна.

LAM: georg пишет: И что это меняет в сюжете? То, что в конце концов "революция цен" неизбежно приведёт к краху испанской обрабатывающей промышленности. При этом другие отрасли могут находится в приличном состоянии, и страна может сохранять военно-политическое могущество. Благодаря американскому золоту.georg пишет: XVII веке - а это век оголтелого протекционизма и господства меркантилизма в экономической мысли - такое может сделать только полный клинический идиот, а таковых у власти в Испании не планируется. По моим сведениям в реале протекционистская политика стала проводиться в Испании только во времена Филиппа 4-го и Оливареса, т.е. с 20-ых годов 17-го века.click here . А меркантелизм ставит во главу угла увеличение запасов драгметаллов. И в этом смысле положение Испании - уникальное. Здесь золото и серебро приобретаются не за счёт экспорта, а из недр американской земли. Протекционизм с этой точки зрения - не обязателен. georg пишет: в РИ описанная мной сиситема монопольной торговли в отношении той же Америки была для Испании весьма выгодна. Так то "золотая Америка". А будет ли она выгодна в Северной Африке -большой вопрос.

georg: LAM пишет: "революция цен" неизбежно приведёт к краху испанской обрабатывающей промышленнос Это почему? Я не понял механизма. LAM пишет: По моим сведениям в реале протекционистская политика стала проводиться в Испании только во времена Филиппа 4-го и Оливареса В РИ первые памфлеты на эту тему стали появляться еще в 1590ых. Лерма не сделал этого и-за сопротивления знати, уже подсевшей на иностранные товары. В данной АИ этого подсаживания нет, ибо нет породившей его унии с Нидерландами. Соответсвенно протекционистская политика уже вступила в силу. LAM пишет: Так то "золотая Америка". А будет ли она выгодна в Северной Африке -большой вопрос. Ну в РИ испанцы утверждали монополию даже в Неаполе и Сицилии. Очевидно определнная выгода имелась. Думаю что и в отношении того же Египта схема вполне себя оправдает.

georg: Продолжим. Оккупация Нидерландов императорскими войсками и ликвидация их как самостоятельной политической силы была крупным успехом Испании – по воле императора немедленно были прекращены все антииспанские действия голандцев. Император Рудольф, упразднив нидерландскую конституцию и распустив Штаты, значительно повысил налоги. Тилли должен был создать в Нидерландах новую генерацию дворянства, обогащенную за счет конфискации земель у противникой режима. Тем не менее Тилли не удалось создать новому режиму в Нидерландах никакой опоры. Власть императорского наместника держалась лишь на пиках венгерских солдат. Ликвидация традиционных свобод, рост налогов и произвол австрийской администрации привели к закономерному результату – католики и протестанты сплотились против режима. В апреле 1610 на севере страны – в Голландии – вспыхнуло восстание во главе в графом Эгмонтом (сын того Эгмонта, что в РИ был казнен ФилиппомII; одно время в РИ соперничал с Морисом Оранским за штатгальтерство в Голландии). Самым опасным было то, что к мятежу почти в полном составе примкнул нидерландский военный флот во главе с адмиралом де Люмэ. Мятежники обратились за помощью к Англии и Франции. Король Франции Генрих IV уже заключил союз с Протестантской Лигой верхнегерманских князей и готовил армию для вмешательства в Юлих-Клевский конфликт на стороне Бранденбурга. Посланцы мятежников встретили в Лувре самый радушный прием (тем более что при дворе Генриха высокое положение занимал состоявший на тот момент на французской службе принц Морис Оранский, которого Рудольф после смерти его отца Вильгельма не допустил к наследованию отцовских поместий в Нидерландах). С Англией было сложнее. Еще в 1600 году начался острый конфликт английской и нидерландской Ост-Индских компаний в Индонезии, в ходе которого голландцы разгромили английские фактории на Островах Пряностей. Король Иаков зкалючил мир с Испанией и даже начал преследовать поощрявшееся Елизаветой корсарство в Атлантике. Но это не всегда ему удавалось, и нападения на испанские владения имели место. После оккупации Нидерландов армией Тилли партия «ястребов» в Мадриде требовала «зачистить этот вонючий остров», раз и навсегда покончив с пиратством и контрабандой. Лидер «ястребов» герцог Осуна даже разработал обсуждавшийся в королевском совете проект разгрома Англии. Согласно ему испанский «Флот Наветренного Моря» должен был объединится с флотом Нидерландов и уничтожить английский флот. После этого армия Тилли доложна была высадится в Англии, поднять английских и ирландских католиков, низложить Стюартов и возвести на трон Англии одного из австрийских эрцгерцогов, для обоснования прав женив его на английской аристократке, находившейся в родстве с угасшим домом Тюдоров. Проект был положен под сукно – вместо Англии Лерма предпринял завоевание Египта. Однако известия о «проекте Осуны» просочились в Англию и вызвали там страшный переполох – объединенным военно-морским силам Испании и Нидерландов английский флот противостоять однозначно не мог. Англичане ждали что как только военные действия в Египте и Палестине завершатся, Испания приведет проект в действие. Понятно какой восторг вызвало в Лондоне известие о восстании в Голландии (в подготовке которого английская агентура приняла не последнее участие) и о переходе флота на сторону мятежников. Английский парламент немедленно высказался за отправку войск в Нидерланды и ассигновал крупную субсидию повстанцам. На снаряжение экспедиционного корпуса был введен экстраординарный налог. В Италии на стороне Франции должна была выступить Савойя. В союз с Францией вступила и Венеция, зажатая в клещи австрийскими владениями. Между этими двумя союзниками предполагалось поделить герцогство Миланское. Даже папа, страдая от диктатата Габсбургов, тайно держал сторону Франции. Французская и венецианская дипломатия приложила максимум усилий для того, чтобы вовлечь в войну Греко-Русскую империю. Димитрию сулили всю Сербию с Боснией и даже Египет. Но Димитрий, только что закончивший тяжелую войну в Малой Азии, имея пустую казну и натянутые отношения с московским правительством, предпочел сохранить дружественные отношения с Габсбургами и занял позицию нейтралитета.

Mukhin: Не мытьём, так катаньем, а 30-летней войне быть

georg: Mukhin пишет: Не мытьём, так катаньем, а 30-летней войне быть При более сильной по сравнению с РИ Испании - быть обязательно, ибо половине Европы не нужна галактическая империя дома Габсбургов, подмявшая под себя всю эту самую Европу.

LAM: georg пишет: Я не понял механизма. А чего тут не понимать? Цены на иностранные товары ниже, чем на испанские, вот и всё. И никакие таможни не помогут. Дешевые цены ее товаров — вот та тяжелая артиллерия, с помощью которой она разрушает все китайские стены и принуждает к капитуляции самую упорную ненависть georg пишет: В данной АИ этого подсаживания нет, ибо нет породившей его унии с Нидерландами. Есть революция цен - есть и подсаживание Насчёт марранов тоже недостоверно, но не хочу сегодня поднимать еврейско-антисемитскую тему. А в остальном -таймлайн замечательный С наступающим! Желаю здоровья,счастья, успехов!

Игорь: LAM пишет: Цены на иностранные товары ниже, чем на испанские, вот и всё. И никакие таможни не помогут. Это смотря насколько ниже и как эффективны таможни. Если разница даже на десятки процентов таможни вполне эффективны.

georg: Игорь пишет: А чего тут не понимать? Ну справедливости ради, вы писали об обрабатывающей промышленности. Испания в данной АИ с сохранившимися промыслами морисков и уникальным для остальной Европы благоприятным климатом, располагает такими видами отечественного сырья (шелк-сырец, хлопок, их еще можно ив Ливии выращивать), благодаря обработке которых может даже завоевывать иностраные рынки - стоимость таких тканей при продаже по Европам вполне себе будет ниже, чем стоимость вывозимых англичанами и голландцами с востока, из Индии и Китая. (Прорыв персов к средиземному морю в таймлайне будет быстро ликвидирован, ибо и отечеству нашему и Испании он не выгоден, а путь через Египет испанцы сами же и перекроют.) Ввоз во Францию испанского железа на протяжении всего XVI века - есть исторический факт. То есть о крахе обрабатывающей промышленности речи идти просто не может. LAM пишет: Цены на иностранные товары ниже, чем на испанские, вот и всё. И никакие таможни не помогут. Колега, ну обсуждали уже. Колега Игорь кстати добавил. Испанские купцы оптимально рассчитывают уровень цен и объем реализации. Да, себестоимость того же английского сукна ниже чем испанского (ибо английский рабочий, загнанный законами о бродяжничестве на мануфактуру, подыхает с голоду, а испанский кушает баранину, хотя баранина благодаря Месте дешева). Но разница все же не такова, чтобы с условием контрабандного риска дать решающее преимущество иностранным товарам. LAM пишет: Есть революция цен - есть и подсаживание Не выжу жестко детерминированной связи. LAM пишет: поднимать еврейско-антисемитскую тему. А она и не поднимется при полной ассимиляции марранов в состав титульной нации LAM пишет: С наступающим! Желаю здоровья,счастья, успехов! Огромное спасибо, коллега - везение с учетом сделанных начинаний в этом году мне понадобится. Вам всего того же в геометрической прогрессии.

Крысолов: Леший пишет: Вы явно не смотрите Евроньюс. Евроньюс идет лесом. Работайте с первоисточниками

georg: В начале мая 1610 года союзники были готовы к выступлению: в Италии сорок тысяч человек и сорок шесть пушек, французские войска, папские, савойские, венецианские, под общим командованием француза маршала Ледигьера. На границе Испании, на обоих концах Пиренеев, сосредоточились две армии по двадцать пять тысяч человек каждая. Тринадцатого мая король возвел в маршалы назначенного командующим на пиринейский фронт герцога де ла Форса. На Нидерланды надвигалось двадцать пять тысяч французов с двенадцатью тысячами швейцарцев и немецких наемных ландскнехтов, под начальством короля Генриха. Англия с Шотландией поставляла в Голландию на помощь повстанцам двадцать пять тысяч солдат, протестантские князья в Германии выдвинули тридцать пять тысяч. В совокупности антигабсбургская коалиция собрала: сто шестьдесят пять тысяч солдат с двумя сотнями пушек. На долю Франции пришлось две пятых. Военный фонд союзников превышал сто пятьдесят миллионов ливров. Силы СРИ явно уступали столь мощной коалиции. Содержащаяся под ружьем армия императора Рудольфа составляла в среднем шестьдесят тысяч, причем половина армии во главе с Тилли размещалась в Нидерландах. Католическая Лига в Германии, возглавляемая герцогом Максимилианом Баварским могла выставить двадцать пять тысяч. Таким образом коалиция имела почти двухкратное превосходство. В сложившейся ситуации вся надежда императора возлагалась на Испанию. Но та оказалась явно неготова к большой европейской войне. Собрав свои обширные силы, сверхдержава могла выставить почти стотысячную армию, но за вычетом крайне необходимых для содержания в африканских провинциях гарнизонных частей в военных действиях в Европе могло принять участие не более семидесяти тысяч, из которых тридцать были в это время в Египте. В Европе таким образом могло быть задействовано только сорок тысяч, и учитывая то, что только в Пиринеях на испанской границе Франция сосредоточила пятидесятитысячную армию де ла Форса, на быстрый успех рассчитывать не приходилось.

Леший: Превосходно Жду продолжения!

georg: По просьбам телезрителей выкладываю вторую часть таймлайна единым файлом. Ну и заодно повторю ссылку на первую часть.

Mukhin: Ух, пошла крррровищщщща!!!! Ожидается поток беженцев в невоюющую (хочется верить) Россию. Может, всё же заселим пустущие земли?

cobra: Круто........

georg: Mukhin пишет: Ожидается поток беженцев в невоюющую (хочется верить) Россию. Может, всё же заселим пустущие земли? Коллега, все бы вам еретиками немецкими казенные земли заселять. На 1600 год в России у нас 11 миллионов населения. По отвоевании у Польши Волыни, Подолья, Галичины и Белоруссии сколько будет? Благоприятные условия, свободной земли много, а значит высокий уровень жизни крестьян и высокая рождаемость, татарских набегов нет... Коллега Читатель считал, и утверждает что такими темпами нам угрожает аграрное перенаселение в Европейской России уже в начале XVIII века. Без всяких немцев. А к середине XVIII - революция

Леший: georg пишет: А к середине XVIII - революция А Заволжье?

georg: Леший пишет: А Заволжье? Там калмыки, а война с ними - война по фронту "от Волги до Енисея". И самое главное - их разгром автоматически усиливает Цинов. Да и удобных для земледелия земель в Заволжъе негусто - одна Самарская губерния. Колонизационные потоки XVIII века пойдут в Южную Сибирь - но там нужно строить укрепленные линии от казахов, и... все же турок в Малой Азии придется геноцидить. Но вообще по тоиу времени все еще смутно. Нескоро еще.

Леший: georg пишет: Там калмыки, а война с ними - война по фронту "от Волги до Енисея". И самое главное - их разгром автоматически усиливает Цинов. Если мне не изменяет память, то за Волгой сначала шла Большая Ногайская орда, затем казахи, атолько потом ойраты. А калмыки (ойраты) появились на Волге только в 1630-х гг. И то, не как авангард Джунгарского государства, а лишь часть племен ушедших на запад. Т.е. отличного от РИ ослабления Джунгарии не предвидется. georg пишет: Да и удобных для земледелия земель в Заволжъе негусто - одна Самарская губерния. Можно как и в РИ - напротив Саратова. В принципе потоки немецких беженцев будут, только, ИМХО, в основном они будут идти в Польшу (так что готовте там революцию ), а в Россию устремятся, скорее "ручейки".

georg: Леший пишет: Если мне не изменяет память, то за Волгой сначала шла Большая Ногайская орда, затем казахи, атолько потом ойраты. А калмыки (ойраты) появились на Волге только в 1630-х гг. И то, не как авангард Джунгарского государства, а лишь часть племен ушедших на запад. Калмыки появились на Яике в 1620ых Большую Ногайскую Орду калмыки снесли в 1630ых. Не вижу причин, почему этого здесь не произойдет - ведь Иван Юрьевич скорее всего будет уделять все внимание средиземноморью. С Джунгарией волжские калмыки поддерживали прочные связи. Дайчин еще принимал участие в своетах тайшей, ездя для этого в Джугнарию, а Аюка поддерживал отношения с Галданом.

Сталкер: georg пишет: Коллега Читатель считал, и утверждает что такими темпами нам угрожает аграрное перенаселение в Европейской России В дефографии катастрофический максималист. georg пишет: По отвоевании у Польши Волыни, Подолья, Галичины Петро Сагайдачный под Хотиным отравленную стрелу не поймал. Что, встанет за круля, которому присягал или за веру православную?

georg: Сталкер пишет: Что, встанет за круля, которому присягал или за веру православную? В 1648 многие мелкие галицкие шляхтичи примкнули к Хмелю. "Ще перед появою козаків по ріжних місцях людність орґанїзувалась по козацьки, формуючи сотнї, вибераючи старшину, зброячи ся по можности: так було напр. в Теребовлї, Хоросткові, Яновi). В деяких околицях сей рух розвинув ся навіть дуже широко: на карпатськім Підгірю, в Калущинї, і ще більше на Покутю, де орґанїзовані сили повстання під проводом місцевої шляхти рахують ся на 15 тис. люда (головним провідником був шляхтич Семен Височан, а його штаб-кватирою Отинїя)." Грушецкий. История Украины-Руси. Но на Сагайдачного у меня особые планы. Сейчас начнется его деятельность.

Сталкер: georg пишет: Грушецкий Может, Грушевский?

georg: Сталкер пишет: Может, Грушевский? Фамилию Михаила Сергеевича приходилось читать в обоих транскрипциях. Не знаю что там - опечатка или "полонизация".

Сталкер: georg пишет: Не знаю что там - опечатка или "полонизация". Георг, неправильное цитирование, ничего более. Только Грушевский, и никак иначе. Поэтому-то я и удивился.

georg: Итак, внимание. Авторским произволом и самодурством отменяю весь описанный ранее ход войны. Концепция полностью пересмотрена. Просьба к администрации удалить из темы мои сообщения 03.01.07 20:06, 03.01.07 23:32, 03.01.07 23:33, 03.01.07 23:33 (вторую); 04.01.07 00:06; 04.01.07 02:33; 07.01.07 04:00; 08.01.07 22:26; 08.01.07 23:56; 09.01.07 22:51; 09.01.07 23:58; 11.01.07 22:10; Вчера 00:42. Только после этого будет выложен иной вариант событий войны, и таймлайн будет продолжен.

Крысолов: georg пишет: Только после этого будет выложен иной вариант событий войны, и таймлайн будет продолжен. Считаю нецелосообразным. Полагаю сперва должно быть вывешен иной вариант, а только после этого будут стерты соответствующие посты.

georg: Крысолов пишет: Полагаю сперва должно быть вывешен иной вариант, а только после этого будут стерты соответствующие посты. Блин, каша ведь получится. Если бы осталась возможность правки без ограничения, которую убрали после "самореза" Читателя - вопрос бы и не встал

Крысолов: Каша не получится. Я хочу избегнуть ситуации когда читатели захотят перечитуть тему, а тут раз - и изчезло описание войны. Так что выкладывайте, а я потом исправлю.

Сталкер: Я смотрю, противоречия полностью не разрешены - жди новой войны...

georg: Сталкер пишет: противоречия полностью не разрешены Щас решим. Крысолов пишет: Так что выкладывайте Приступаю. Крысолов пишет: а я потом исправлю Ловлю на слове.

georg: В начале мая 1610 года союзники были готовы к выступлению: в Италии сорок тысяч человек и сорок шесть пушек, французские войска, папские, савойские, венецианские, под общим командованием француза маршала Ледигьера. На границе Испании, на обоих концах Пиренеев, сосредоточились две армии по двадцать пять тысяч человек каждая. Тринадцатого мая король возвел в маршалы назначенного командующим на пиринейский фронт герцога де ла Форса. На Нидерланды надвигалось двадцать пять тысяч французов с двенадцатью тысячами швейцарцев и немецких наемных ландскнехтов, под начальством короля Генриха. Англия с Шотландией поставляла в Голландию на помощь повстанцам двадцать пять тысяч солдат, протестантские князья в Германии выдвинули тридцать пять тысяч. В совокупности антигабсбургская коалиция собрала: сто шестьдесят пять тысяч солдат с двумя сотнями пушек. На долю Франции пришлось две пятых. Военный фонд союзников превышал сто пятьдесят миллионов ливров. Силы СРИ явно уступали столь мощной коалиции. Содержащаяся под ружьем армия императора Рудольфа составляла в среднем шестьдесят тысяч, причем половина армии во главе с Тилли размещалась в Нидерландах. Католическая Лига в Германии, возглавляемая герцогом Максимилианом Баварским могла выставить двадцать пять тысяч. Таким образом коалиция имела почти двухкратное превосходство. В сложившейся ситуации вся надежда императора возлагалась на Испанию. Но та оказалась явно не готова к большой европейской войне. Собрав свои обширные силы, сверхдержава могла выставить почти стотысячную армию, но за вычетом крайне необходимых для содержания в африканских провинциях гарнизонных частей в военных действиях в Европе могло принять участие не более семидесяти тысяч, из которых тридцать были в это время в Египте. В Европе таким образом могло быть задействовано только сорок тысяч, и учитывая то, что только в Пиринеях на испанской границе Франция сосредоточила пятидесятитысячную армию де ла Форса, на быстрый успех рассчитывать не приходилось.

georg: Для Австрии складывалось критическое положение. Оно обострялось еще и тем, что у Рудольфа прогрессировала шизофрения с явными симптомами паранойи. Из-за страха перед покушением он начал скрываться, перестал кого-либо принимать, и в конце концов совсем перестал разговаривать. С императором общалось только несколько камердинеров, ставших теперь всесильными, и управление оставалось в значительной степени парализованным. При грозных вестях Максимилиан Баварский примчался в Вену и буквально прорвался на прием к императору. Рудольф встрепенулся, и собрал имперский совет. На нем было предложено во-первых немедленно пойти на уступки нидерландской оппозиции, восстановить официально конституцию и обещать созыв Штатов, назначить вновь генерального штатгальтера, а так же немедленно направить туда подкрепления, так как противник по всей видимости направит туда главный удар, а потеря Нидерландов будет означать и потерю власти в Германии. Но Рудольф, который уже не в состоянии был адекватно оценивать обстановку, категорически отказался пойти на уступки «бунтовщикам и еретикам». Он только распорядился направить на помощь Тилли 10тысячный корпус. Для прикрытия от атаки протестантов Австрии и Баварии оставалось таким образом всего 5000 императорских войск (за вычетом корпуса, сосредоточенного в Милане и крепостных войск) и 25тысячная армия католической лиги во главе с Максимилианом Баварским. Для того чтобы получить достаточно сил и перейти в наступление, оставалось одно – призвать к оружию венгерское дворянство. Рудольф крайне неохотно пошел на этот шаг – он добился почти абсолютной власти в Венгрии. Созыв же дворянского ополчения означал практически созыв вооруженного сейма, и не подлежало сомнению, что венгерская знать выставит свои требования. Но иного выхода не было. Для переговоров с венгерским сеймом в Буду направился эрцгерцог Матвей.

georg: Тилли прекратил осаду Везеля в герцогстве Клевском и двинулся в Голландию. Предполагая, что французы вторгнутся традиционно в Артуа, он заранее позаботился о том, что бы сделать крепости этой пограничной провинции неприступными, снабдить их огромными запасами и мощными гарнизонами. Он предполагал, что пока французы ломают зубы о крепости Артуа, он всеми остающимися силами разгромит повстанцев в Голландии. Но Генрих атаковал восточнее и вторгся в Люттих. Эта нидерландская провинция не входила в состав габсбургских владений, а была самостоятельным княжеством-епископством, и там не было ни крепостей, ни гарнизонов. Столица епископства, Льеж, была захвачена французами сходу, после чего французская армия почти беспрепятственно оккупировала Лимбург. После этого французы выгнали австрийскую администрацию из Юлиха, и передали княжество герцогу Пфальц-Нейбургскому. Имея в тылу союзный Пфальц, король Франции с завоеванного плацдарма мог атаковать любую точку Нидерландов. Люксембург, отрезанный и окруженный силами коалиции со всех сторон был обречен и капитулировал осенью. На севере повстанцы заперлись в крепостях и упорно оборонялись при продолжающейся высадке английских войск. После ряда яростных штурмов Тилли удалось захватить Гарлем, но сильно укрепленный Лейден, где уже высаживались английские войска, отбил при поддержке с моря все штурмы. Известия об успехах короля Франции на юге, заставили Тилли снять осаду и двинуться в Брабант. Генрих в это время уже стянул свои части к Льежу, готовя поход на жемчужину Нидерландов – Антверпен.

georg: В сентябре армии Тилли и ГенрихаIV сошлись у города Дист на границе Брабанта и Люттиха. Состоявший на французской службе Морис Оранский уже попытался провести во французской армии тактическую реформу. Число шеренг было сокращено с 40-50 до 10, и сделана попытка воскресить манипулярный боевой порядок римского легиона в виде построения поротно. Пикинеры составляли 2/3, а мушкетеры — 1/3. Пикинеры представляли центр, мушкетеры — крылья тех небольших единиц, на которые разбился боевой порядок Морица Оранского. Строились преимущественно в три линии с интервалами по фронту, придававшими боевому порядку шахматный вид. Мушкетеры могли прятаться за пикинеров, пикинеры второй и третьей линии могли запирать образующиеся в первой линии интервалы. Прочность этого хрупкого боевого порядка основывалась исключительно на дисциплине и доверии солдат к начальникам, на большой подвижности мелких частей, на уверенности управления и длительной строевой муштровке. В перспективе данный боевой порядок имел преимущество над испанскими пехотными колоннами – терциями. Но обучить французскую армию, состоявшую из навербованных дворянами – ветеранами религиозных войн – полков, Морису не удалось, ибо жесткая дисциплина и строевая муштра была для них неприемлема. Поэтому только часть французской армии, состоявшая из немецких наемников, была обучена новой тактике. Моральные качества испанской и венгерской пехоты, имевшей хорошее национальное ядро, были по природе выше качеств пехоты Морица, не имевшей такого ядра и составленной исключительно из наемников-иностранцев. Тем не менее Морис мог гордится успехом своих новаций. После 3-х часового боя сражение окончилось таким образом, что Мориц Оранский мог утверждать, что он не потерпел неудачи; его фронт выдержал, не был прорван бурным натиском венгров, а контратака французских «жандармов», возглавляемых самим королем, заставила Тилли отступить. Сражение закончилось вничью со значительными потерями с обоих сторон, и через день Генрих отошел к Льежу, а Тилли – к Антверпену. В это же время в Голландии заканчивалась высадка 25тысячной англо-шотландской армии герцога Гамильтона. Кампания 1610 в Нидерландах заканчивалась и войска располагались на зимние квартиры.

georg: В Швабии армия Протестантского союза, возглавляемая Христианом Ангальтским, потеснила австро-баварскую армию герцога Максимилиана, и освободило Донауверт, выйдя на границу Баварии. В Италии же 10тысячная армия эрцгерцога Леопольда, атакованная со всех сторон французами, савойцами и венецианцами, была разгромлена. Большая часть герцогства Миланского была завоевана союзниками, и хотя Милан еще держался, но сил помочь ему у Австрии не было. Но главные события развернулись в Венгрии. Собравшееся в Буде вооруженное поместное дворянство и магнаты со своими «бандериями», образовали внушительное войско. С прибытием Матвея они предъявили свои требования, среди которых было избрание в каждом комитате дворянских инсигнаторов, ограничивающих власть королевской администрации, и регулярный созыв сейма. Эрцгерцог согласился с требованиями сейма и направил декларацию в Вену, на утверждение императору. Но Рудольф, у которого прогрессивно ехала крыша, подписал соглашение. Матвей, получив весть об этом, впал в ярость. Наутро он выступил перед вооруженным дворянством, где объявив об отказе императора, открыто заявил о сумасшествии старшего брата, подкрепляя свое заявление свидетельствами и поступками императора. Венгерское дворянство, у которого Рудольф давно сидел в печенках, отреагировало бурно – сейм объявил короля Венгрии Рудольфа недееспособным, и провозгласил Матвея (Матьяша) регентом королевства. Возглавив венгерское дворянское ополчение, Матвей в сентябре стремительно двинулся к Вене – низлагать спятившего брата. Защищать Вену было некому. Рудольф бежал в Баварию, ища спасения у Максимилиана, а Матвей вступил в Вену, где наспех собравшийся австрийский ландтаг вынес постановление, аналогичное венгерскому сейму. Максимилиан так же на собирался защищать свергнутого императора. В конце октября в Линце Рудольф вынужден был подписать указ, которым передавал Матвею венгерскую корону и власть во всех наследных землях Габсбургов. За ним оставался собственно только титул императора СРИ. Заточенный в роскошную резиденцию в Вене, он оставался там вплоть до своей смерти в январе 1612.

georg: В ноябре 1610 капитулировал Милан. Теперь 40тысячная армия Ледигьера в Италии – войска французские, савойские, мантуанские, тосканские и венецианские – высвобождалась, и готова была атаковать земли Габсбургов. Первоначально планировался поход на Неаполь, но не задолго до начала войны скончался союзник Франции, папа Климент VIII. При вновь избранном ПавлеV возобладала доминиканская линия контрреформации, строгое и аскетическое направление, и новый папа вовсе не склонен был поддерживать войну, которая явно привела бы к торжеству ереси в Германии. ПавелV явно дал понять союзникам, что вторжение их войск в Папскую область будет рассматривать как враждебное, а иметь при вторжении в Неаполь в тылу мощные и хорошо защищенные папские крепости Ледигьеру не улыбалось. Тогда Венеция предложила нанести удар в сердце австрийских владений и вторгнуться из Фриуля в Каринтию и Крайну. Владетель этих земель, эрцгерцог Фердинанд Штирийский дал клятву истребить ересь в своих землях и как раз в это время беспощадно преследовал протестантов. Венецианцы утверждали, что те восстанут немедленно по переходе союзниками Альп. В Испании вопрос о помощи Австрии вызвал разногласия. Вот уже более чем полстолетия Испания совершенно не вмешивалась в дела Европы к северу от Пиринеев и Альп, преследуя исключительно свои собственные интересы в Средиземноморье. Лерма был убежденным сторонником подобной политики и не очень-то склонен был к чрезмерным родственным чувствам в отношении австрийского дома. Но вскоре стало очевидно, что избежать вмешательства не удастся – захват союзниками Франции Милана мог легко привести к потере Неаполя, а утверждение Англии в Нидерландах создало бы на севере морскую сверхдержаву, которая представляла бы серьезную угрозу Испанской колониальной империи. Решение об объявлении войны Франции было принято в июне 1610. Все наличные силы были двинуты в Пиринеи. Впрочем вторгаться во Францию испанцы реально не собирались – армия де ла Форса превосходила их наличные силы. К тому же главный военный авторитет в королевском совете, «великий адмирал» герцог Осуна счел, что даже при накоплении превосходящих сил вторжение во Францию через Пиринеи бесперспективно – французы скорее всего используют ту же тактику «выжженной земли» в сочетании с активной партизанщиной, каковую столь успешно применял коннетабль Монморанси во время войн Карла и Фердинанда с Франциском I. Войска, выдвинутые в Пиринеи, должны были сковать армию ла Форса и не допустить переброски ее частей на другие фронты, в то же время не вступая в генеральное сражение (и в дальнейшем все испано-французские бои в Пиринеях приняли позиционный характер). Основную задачу должна была выполнять египетская армия Спинолы, которую предстояло перебросить в Италию. Из Испании на соединение с ней направлялся 20тысчяный корпус Бальтазара де Маррадас. Задачу обороны Египта должен был решать Мальтийский орден, великим магистром которого был в это время еще один брат императора Рудольфа, эрцгерцог Венцель (в РИ дослужился до великого приора и умер молодым). С разгромом береберийских государств в Средиземноморье и ликвидацией мусульманского пиратства пребывание Ордена на Мальте теряло смысл. Орден в полном составе принял участие в отвоевании Иерусалима, после чего ему была переданы Галилея и Акра с обязанностью охранять Палестину от арабских набегов. При опоре на коптов, встретивших испанцев как освободителей, в Египте были оставлено 15000 солдат гарнизонных частей. Таким образом, 30000 лучших полевых войск Испании весной 1611 готовы были к переброске в Италию. Для обеспечения этой задачи Осуна вывел в средиземное море большую часть испанского флота, даже пренебрегая возможными диверсиями англичан в Атлантике. При столь явном превосходстве испанцев на море венецианцы так и не решились воспрепятствовать переброске войск.

georg: События в Нидерландах в 1611 разворачивались весьма неблагоприятно для Австрии. Зимой нидерландские повстанцы подписали соглашение с Англией и Францией. Согласно договору Франция должна была получить южные, франкоязычные и католические провинции – Артуа, Генненгау и Намюр. Англия получала Фрисландию с Гронингеном и Западно-Фризскими островами, и Острова Пряностей в Индонезии. Остальные провинции – Брабант, Фландрия, Лимбург, Гельдерн, Голландия, Зеландия, Оверсейл – должны были образовать самостоятельное государство в составе Священной Римской Империи, правителем которого становился Морис Оранский с титулом «великого герцога». (Аналогичный проект в РИ был некогда выдвинут отцом Мориса – Вильгельмом Оранским). Сражение при Дисте произвело большое впечатление на короля Генриха. Он решил ввести линейную тактику во всей своей армии, и всем своим авторитетом способствовал этому. Всю зиму Морис и офицеры из его частей обучали французскую пехоту и конницу действиям в линейном строю. К весне французская армия, пускай и на время (после войны ее большая часть будет распущена) превратилась в подобие «армии будущего». Весной 1611 года Гамильтон с 30тысячной армией из англичан, шотландцев и голландских кальвинистов двинулся на восток и захватил Утрехт. В это же время король Генрих во главе своей армии двинулся к Брюсселю. Тилли преградил ему путь у города Лувена. Произошедшее сражение стало триумфом новой линейной тактики. К середине дня войска Тилли охватили противника с обоих флангов, но сами разорвались на три части. Сражение вступило в самую драматическую фазу развития: три пехотные австро-венгерские терции атаковали центр французской армии. Орудия тяжелой артиллерии Мориса так накалились от стрельбы, что из них нельзя было стрелять. Тогда Морис выдвинул артиллерийский резерв, а король во главе тяжелой кавалерии, составленной из цвета французского дворянства, бросился в тыл неприятеля. Французская артиллерия стреляла при этом с дистанции 300 метров, нанося противнику большие потери. Французские мушкетеры с близкого расстояния «нидерфалами» расстреливали имперскую пехоту. К вечеру армия Тилли обратилась в бегство. Только небольшой части пехоты удалось уйти на юг, причем сам Тилли погиб. Разгром Тилли при Лувене решил судьбу Нидерландов. Брюссель был занят французами. Города Фландрии восставали один за другим. Осенью король Франции вступил в Антверпен. Австрийское владычество в Нидерландах пало. Остатки венгерских войск отступили в Артуа и Генненгау. Но лишившись авторитетного командующего, они лишились и дисциплины. Их грабежи быстро возмутили население этих до сих пор наиболее лояльных Австрии провинций. Города один за другим стали сдаваться французам. В июне 1612 в Нидерландах не осталось ни клочка земли, признающего власть Австрии. Уже летом 1612 Штаты, собравшиеся в Антверпене, провозгласили «героя дня» Мориса Оранского суверенным государем Нидерландов. При этом Артуа, Генненгау и Намюр отошли к Франции, а Фрисландия и Гронинген – к Англии. Полное отпадение Нидерландов ознаменовало конец владычества Габсбургов в Германии.

georg: Совершенно по иному в этом году разворачивались события на юге. Весной армия Ледигьера перешла Альпы и вторглась в Каринтию. Венецианцы направили наступление в данном направлении с целью вернуть потерянную 20 лет назад Градишку. Предполагался выход к Вене с юга, разгром баварцев и победоносное завершение войны. Местные протестанты в Каринтии оказали самую оживленную поддержку вторжению. Каринтия была достаточно быстро оккупирована. Матвей вынужден был двинуть на юг венгерские войска. Во главе был поставлен воевода Трансильвании Бетлен Габор – могущественнейший магнат Венгрии и успешный военачальник в последней турецкой войне. Этот примечательный персонаж и в РИ прославился своей энергией, воинским талантом, беспощадными расправами с врагами и инцестуальной любовью к своей сестре Изабелле (которая кстати отвечала ему взаимностью). Бетлен Габор отступал не принимая сражения, но непрерывно тревожа противника ударами легкой венгерской конницы, до самого Граца, ожидая благоприятных известий с юга. Известия пришли в начале июня. Испанский маршал Спинола с переброшенной из Египта 27000 армией высадился в Италии. И не в Неаполитанском королевстве, как ожидали союзники, а прямо на генуэзской Ривьере, где Спинола имел родовые владения. Стремительно перейдя Лигурийские Альпы, Спинола вступил в Пьемонт и отдал владения герцога Савойского на разграбление своим солдатам. Известие о появлении испанцев в Ломбардии повергло итальянских союзников в шоковое состояние. Все они потребовали от Ледигьера немедленного отступления. Отступление это оказалось чрезвычайно тяжелым – Габор со своей конницей не оставлял армию союзников в покое ни на минуту. Ответные удары французов проваливались в пустоту – стремительные венгры легко уходили от боя. Потрепанная армия союзников перешла наконец Альпы. Габор отослал половину войск в Баварию, в помощь Максимилиану, а с остальными продолжал нападения на Венецию Венецианские войска остались оборонять от венгров проходы Фриульских Альп (хотя кое-где венгерские отряды все же прорвались и пограбили цветущую венецианскую Терраферму). Остальная армия союзников (около 30000) двинулась к Милану. Спинола дал сражение у города Крема. Итальянские союзники первыми не выдержали свирепого натиска испанских терций и обратились в бегство. Атакованные вслед за тем в открытый фланг французы были так же разгромлены. Ледигьер с остатками своих войск прорвался в Пьемонт и совместно с герцогом Савойским начал готовить Турин к обороне. Теперь Спинола обратил внимание на венецианские владения и вторгся в них с запада. Венецианцы так и не осмелились дать сражение. В октябре Спинола взял Брешию. Напуганные испанскими успехами герцоги Мантуи и Тосканы поспешили выйти из антигабсбургской коалиции, умоляя не грабить их земли. Венецианская Терраферма меж тем испытывала все ужасы иноземного вторжения.

georg: В сентябре Макс Баварский, получив в свое распоряжение венгерский корпус, перешел в наступление против протестантов, захвативших к этому времени Регенсбург. Наметившиеся разногласия между курфюрстом Пфальским и герцогом Вюртембергским привели к несогласованности действий Протестантского союза и к поражению их войск от Макса Баварского. Перейдя в наступление, войска императора и Лиги вновь захватили Донауверт, а отряды венгерской конницы прорвались в Швабию, беспощадно опустошая Вюртембергские, Баденские и Ансбахские земли. В октябре герцог Осуна во главе испанского флота при поддержке Дубровника и наемной флотилии украинских казаков разгромил венецианский флот при Корфу и вошел в Адриатическое море. К зиме разбитая Венеция подписала мир и вышла из войны, что бы сохранить по крайней мере Далмацию. Республика Святого Марка сохраняла все свои земли, но должна была выплатить серьезную контрибуцию, до уплаты которой захваченные Спинолой Бергамо и Брешия оставались под испанской окупацией. Выход из войны Венеции высвободил все силы Венгрии. Бетлен Габор со своей конницей зазимовал в Штирии, чтобы весной выступить в Швабию. Кампания 1611 завершилась.

georg: В январе 1612 скончался сумасшедший император Рудольф. Матвей постарался скорее организовать новые выборы. Большинство было на стороне Габсбургов – голоса короля Чешского Казимира Ягеллона и трех курфюрстов-архиепископов против трех курфюрстов-протестантов. Матвей выслал гонцов в Литву, к Казимиру, с призывом срочно прислать уполномоченных. Ответ поразил Матвея и его министров как громом. Король Казимир скончался 1 февраля 1612 года, передав перед смертью великое княжение в Литве Сигизмунду Вазе. Корона Священной Римской империи впервые за столетие видимо ускользала из рук дома Габсбургов. На собравшемся в Праге Сейме протестантские дворяне и бюргеры оказались в подавляющем большинстве. Фридрих Пфальцский, сын сестры покойного Казимира и глава Протестантской Унии, был их кандидатом. Клезель, срочно прибывший в Вену, угрозами и посулами пытался отстоять кандидатуру Сигизмунда, или по крайней мере убедить чехов не выбирать Фридриха, но безуспешно. После отъезда Клезеля король Матвей распорядился двинуть венгерские войска к границам Чехии. Вожди протестантов Вацлав из Будовиц и Карел из Жеротина сумели в этой обстановке внушить членам сословий, что остался только один выход: с оружием в руках отстоять независимость королевства и свободу религии. Сейм объявил «дефензию» (военное положение) и постановил созвать ополчение, а также набрать наемное войско. Была избрана «директория» в качестве нового правительства страны из 30 человек, по 10 от каждого сословия — панов, рыцарей и горожан. Директория отправила королю Франции ГенрихуIV послание с просьбой о поддержке. Протестантская уния, получив известие о смерти Казимира, сразу же сформировала для отправки в Чехию отряд в 5000 солдат под командованием графа Эрнста фон Мансфельда. Мансфельд был незаконным сыном прославленного имперского маршала Карла фон Мансфельда. Отец не признал его и лишил наследства. Эрнст, став взрослым, самовольно присвоил себе громкое имя графа фон Мансфельда, но, чтобы завоевать признание этого титула, ему пришлось много лет гоняться за воинской славой в качестве командира наемников. Когда он воевал во время Юлихского конфликта на стороне императора, Тилли жестоко оскорбил незаконнорожденного. Тогда Мансфельд со своими солдатами перешел на сторону противника — протестантов. Ныне Уния послала его в распоряжение директории. Затем и силезский сейм отправил на помощь чехам трехтысячный отряд во главе с заклятым врагом Габсбургов и Сигизмунда маркграфом Егернсдорфом, который присоединился в октябре к главным чешским силам под Чаславом. Турн, осуществлявший здесь главное командование, смог перейти в решительное наступление. Вступивший в Чехию австрийский генерал лотарингец Дампьер был разбит и бежал к границе.

georg: В это же время в Варшаве польский сейм провозгласил Сигизмунда королем Польши. Сигизмунд призвал польское шляхетство к войне с мятежной Чехией, обещая возврат Польской короне исконно польской Силезии. Но категорически против выступили литвины. Присоединение Силезии к Польше ВКЛ ничего не давало, но зато, как утверждал гетман Ходкевич, «вступление наше в войну на западе – слишком удобный повод для московита напасть на нас». Протестанты и православные ВКЛ, возглавляемые Радзивиллом и Острожским, опасались, что победа Габсбургов приведет к торжеству воинствующего католицизма и новому наступлению на диссидентов в Литве. В Польше ряд оппозиционных шляхетских деятелей заявил, что сломав чешские вольности, Сигизмунд возьмется и за польские. Религиозные чувства польской шляхты, насчитывавшей в своем составе много протестантов и православных, не играли решающей роли в ее отношении к событиям в Чехии. Часть шляхты, стремившаяся к ограничению власти польского короля, сочувствовала чехам, сторонники же укрепления королевской власти решительно поддерживали Сигизмунда. В конечном итоге охваченный распрями сейм не принял никакого решения. Тогда Сигизмунд, получив испанскую субсидию, начал вербовку добровольческого корпуса из польской шляхты, который должен был вторгнуться в Чехию, формально находясь на венгерской службе.

georg: Тем временем десятитысячная австрийская армия Дампьера попыталась вторгнуться в Моравию. Моравские повстанцы приняли энергичные меры против многочисленных здесь сторонников Сигизмунда. В рядах моравского ополчения сражался отряд крестьян под собственным знаменем. Дампьер был встречен на границе и после кровопролитного боя, в котором он был ранен, отброшен в Австрию. В Праге продолжал работу Чешский сейм. Как и следовало ожидать, большинство чешского сейма решило, что королем Чехии станет пфальцграф Рейнский, курфюрст Пфальца Фридрих V, внучатый племянник покойного короля Казимира, сын и преемник основателя Протестантской унии, женатый на дочери английского короля и давно мечтавший о чешской короне. Фридрих немедленно поспешил в Прагу и 30 апреля был торжественно коронован в соборе святого Вита. Армия Протестантской Унии вступила в Чехию. Королю Фридриху Пфальцскому нелегко пришлось на новом престоле. Приехав из Пфальца, где давно установился самодержавный режим и правительство контролировало даже личную жизнь населения, он и его приближенные никак не могли привыкнуть к той роли, которую им приготовили чешские дворяне. Пришельцы из Пфальца нашли, что государственное хозяйство в Чехии крайне запущено, тогда как чешская знать сочла нового государя и его придворных людьми заносчивыми, не умеющими уважать местные порядки. Чешского языка они не знали, немецким — который был знаком многим чехам — не пользовались, так как при пфальцском дворе в обиходе был французский язык. То и дело возникали трения. Придворный духовник Фридриха Скультетус начал уничтожать в пражских церквах изображения святых. Многие чехи были возмущены. Командующим объединенной армии Чехии и Протестантской Унии Фридрих назначил графа Ангальта, ближайшего доверенного лица короля Фридриха и фактического руководителя Унии. Это привели к конфликту с Мансфельдом, так же претендовавшим на пост командующего. В конечном итоге Мансфельд был направлен в Силезию.

georg: Бетлен Габор после освобождения венгерских войск с итальянского фронта направился против Чехии. Ему противостояла состоявшая из чешских, пфальцских и немецких войск Протестансткой Унии армия графа Ангальта, ближайшего доверенного лица нового короля Фридриха и фактического руководителя Протестантской Унии. Ангальт начал отход в Моравию. Католические войска стали испытывать недостаток в провианте; трудности возрастали по мере удаления от Дуная. Но в Ческе Будейовице австрийская армия пополнилась присланным из Италии Спинолой испанским корпусом генерала Балтазара де Маррадас(с ним Спинола направил почти половину своей армии). После этого Бетлен взял штурмом Писек, вырезав все мужское население города. Наступление австрийской армии заставило Ангальта поспешить к Праге. Бетлен стал тогда заходить западнее чешской столицы У Раковника, западнее Праги, Ангальт укрепился на пути вражеских войск и отразил попытки сбить его с занимаемых позиций. Бетлен быстро отвел армию на некоторое расстояние и решительно устремился к Праге, обходя Ангальта. Протестантам пришлось поспешить кратчайшим путем к столице, наперерез врагу. Ночью обе армии прошли одна мимо другой, едва не столкнувшись. Произошел ряд схваток, в которых значительный урон понесли немецкие кавалеристы Ангальта. К Праге протестанты подошли раньше неприятеля и расположились на Белой горе, в нескольких километрах от столицы. Ангальт надеялся, что противник не решится атаковать сильную позицию, тем более, что католическая армия была измотана изнурительным походом.

georg: Мастер маневров Бюкуа предлагал новое обходное движение, чтобы еще раз заставить Ангальта покинуть свои позиции, но Бетлен Габор настоял на немедленной атаке. Бетлен и Бюкуа выстроили свои силы по «испанской» системе, которую разработала в XVI веке испанская армия. Большие квадратные колонны пехоты («баталии» или «терции») наступали тремя неровными рядами так, чтобы, когда первые терции завяжут бой, следующие за ними могли выбрать наиболее подходящее место для удара. Утром 8 ноября 1620 г. австрийские войска переправились по единственному мосту через речку, у подножья Белой горы, и начали развертывание. Монахи обходили ряды, раздавая причастие и принимая исповедь. Ангальт решил применить линейную тактику, созданную знаменитым Морисом Оранским. Он построил войска небольшими и неглубокими колоннами, чтобы лучше использовать стрелков, которых в ротах было вдвое больше, чем пикинеров. Для свободы движений колонны находились на значительном расстоянии друг от друга. За первой линией колонн выстроились еще две, чтобы подоспеть на помощь в случае прорыва противника в интервалы первой линии. Большинство офицеров считало нововведения Ангальта неудачными и несвоевременными. Старый испанский боевой порядок был хорош своей простотой, линейная же тактика требовала четкого выполнения сложных перестроений в ходе боя и предварительной подготовки солдат и командиров. Некоторые офицеры предлагали Ангальту контратаковать и опрокинуть переправляющиеся части прежде, чем через мост пройдет вся вражеская армия. Ангальт не решился менять план боя на ходу. Правое крыло, которым командовал Бюкуа, с криками «Санта Мария!» начало подниматься по отлогому скату Белой горы. Завязались первые стычки: чешские пехотные части были смяты, но рейтары под предводительством Ангальта Младшего, сына главнокомандующего, смелой атакой разгромили конницу и одну пехотную колонну австрийцев. Бетлен прислал с левого фланга своих венгерских кавалеристов, которые заставили рейтаров Ангальта Младшего отступить, а самого его, раненного, захватили в плен. Находившиеся сзади чешских рейтаров немцы решили, что битва проиграна. Они еще не пришли в себя после неудачной ночной схватки, а при виде мчащихся во весь опор венгров — с уздой в зубах и по сабле в каждой руке — немецкая рейтарская конница, составлявшая четвертую часть протестантской армии, обратилась в паническое бегство. Между тем все новые и новые колонны австро-испанских войск взбегали на Белую гору и вступали в сражение. Протестантами начало овладевать смятение. Ангальт не справился с управлением своей многоязычной армии. Взаимодействия частей не получилось; небольшие, оторванные друг от друга колонны не устояли против натиска вражеских терций. Началось повальное бегство. Лишь один отряд моравской пехоты — пикинеры и мушкетеры, — прижатый к ограде большого парка на вершине Белой горы, упорно защищался и отбил атаку кавалерии. С большим трудом испанской пехоте Бальтазара де Маррадаса удалось прорваться через живую стену моравских пикинеров. Пощады не было никому. Многие утонули, пытаясь переправиться на другой берег Влтавы.

georg: В РИ дворяне и бюргеры Чехии после поражения потеряли веру в победу и волю к борьбе. В чисто военном отношении после поражения на Белой Горе еще отнюдь не все было потеряно. Война показала, что даже небольшие силы могут длительное время выдерживать осаду численно превосходящего противника. Если бы Прага решилась на борьбу, австрийские войска, потерявшие от невзгод осеннего похода более половины состава, оказались бы в разгар зимы в разоренной и враждебной стране на краю гибели. Даже после занятия Праги неприятелем борьбу могли бы продолжать войска, расположенные на западе и юге Чехии — в районах Пльзеня и Табора. Кроме того в руках сторонников короля Фридриха оставались еще Моравия и Силезия. Но здесь – сохранялась надежда на помощь Франции. Остатки чешских войск отступили в Прагу, заранее приготовленную к обороне. Бюкуа во главе австрийских и испанских частей обложил город и предпринял штурм, но не мог преодолеть мощные укрепления Праги и приступил к осадным работам. А Бетлен Габор с венгерской конницей выступил во Франконию, на соединение с Максимилианом Баварским Вскоре положение армии Бюкуа под Прагой оказалось критическим. Мансфельд под Ополе разгромил вторгшихся в Силезию поляков, почти не имевших пехоты и артиллерии. После этого разбитое польское войско, не имевшее официальной поддержки Польши, рассыпалось на ряд разбойничьих шаек, которые пустились гулять по краю, но постепенно истреблялись отрядами Мансфельда. С другой стороны принявший командование над остатками разбитых под Прагой мораван граф Валленштейн (который в данной АИ не служил Австрии, не принял в юности католичества, оставшись протестантом, и сражается на чешской стороне) перерезал коммуникации армии Бетлена. Наиболее страдавшие от грабежей венгров крестьяне южной Чехии, из-под Табора и других мест организовались в многотысячные отряды с пушками и знаменами. Бюкуа оказался блокированным под Прагой. Рассыпавшиеся по Чехии для фуражировок австрийские отряды уничтожались один за другим. Продовольствие в лагере осаждающих заканчивалось. А с запада приходили грозные известия.

georg: Еще в июле, закончив завоевание Артуа и Генненгау, король Генрих выступил на восток. Кроме собственной 35тысячной армии с ним был 20тысячный англо-шотландский корпус, который король Джеймс направил на помощь своему зятю, Фридриху Пфльцскому. Наступлению короля Франции противостояли Макс Баварский с армией Католической Лиги и Бетлен Габор с венгерским войском. Судьбоносная битва произошла в сентябре при Амберге. Фактическое командование король Генрих поручил Морису Оранскому, и тот вполне оправдал доверие короля. Вымуштрованные им части, выставленные в качестве опоры боевого порядка, снова выдержали все атаки австро-венгерских пехотных колонн. Критический момент боя наступил, когда Бетлен Габор, собрав в кулак тяжелую венгерскую конницу, прорвал фланг союзников. В этот момент престарелый король Генрих лично повел в атаку своих «жандармов». Дворянские историографы надолго запомнили этот легендарный кавалерийский бой, участниками которого оказался цвет французского и венгерского дворянства. «Не было слышно ни выстрела – лишь ломались копья и сверкали палаши да сабли». Ведомые своим королем французы все же опрокинули венгров, а Бетлен Габор пал в бою. К вечеру армия Бетлена и Максимилиана отступила в относительном порядке, оставив поле боя за французами и протестантами. Венгры бежали к границам Австрии, а Максимилиан отвел остатки своих войск в Баварию. При известии о битве при Амберге Бюкуа немедленно снял осаду Праги и ретировался в Австрию, отбиваясь от нападающих со всех сторон партизанских отрядов. Король Генрих вступил в Прагу при всеобщем ликовании ее населения. В Италии получивший подкрепления из Испании Спинола удерживал ситуацию под контролем, но не мог больше прислать ни единого солдата в Австрию, ибо опасался, что Венеция возобновит военные действия. Но окончательно доконало Матвея известие, что Максимилиан Баварский вступил в сепаратные переговоры с Францией. Хитрый Виттельсбах счел дело Габсбургов проигранным, и решил обеспечить статус Лиги и сохранность церковных земель в Германии договором с католической Францией. Герцог Баварский вступил с Францией в союз и присоединился к антигабсбургской коалиции. Измена Максимилиана сломила короля Венгерского. Силы были теперь слишком неравны. Матвей решил пойти на мир. Давно болевший Матвей был окончательно сломлен поражением и умер вскоре после начала переговоров.

georg: Смерть Матвея еще более изменила ситуацию. Прямая линия дома Габсбургов, шедшая от МаксимилианаII, пресеклась. Из Австрийских Габсбургов оставались двое – эрцгерцог Фердинанд, герцог Штирии, Каринтии и Крайны, и эрцгерцог Леопольд, герцог Тирольский. Старшим был Фердинанд, и он должен был унаследовать трон. Но его абсолютистский стиль и религиозные гонения в Штирии возбуждали сильные опасения. Тяжелые налоги, введенные Матвеем и разочарование в Габсбургах, своей политикой в Германии и Нидерландах разваливших империю, еще более усугубили недовольство. Собравшийся в Пожони венгерский Сейм, состоявший в основном из вооруженного дворянства, той самой армии, что сражалась во главе с покойным Бетленом, высказался за ограничение королевской власти. А так как военная сила в Австрии была у венгров, лидеры сейма вступили в переговоры с австрийской оппозицией, во главе которой стоял небезизвестный граф Чернембль, человек республиканских убеждений, и в конечном итоге способствовали созыву австрийского ландтага, разогнанного Рудольфом в 1601. Сословные представительства Венгерского королевства и австрийского герцогства постановили объединиться в конфедерацию. Конфедерация направила Фердинанду «кондиции», на которых он мог занять оба трона. Кондиции заключались в коренной перестройке «дунайской монархии» на началах широкого самоуправления, причем королю предстояло сделаться чем-то вроде пожизненного выборного президента этой дворянской республики, весьма напоминающей Речь Посполитую того времени. Новый государственный порядок, зафиксированный в торжественных актах конфедерации, обеспечивал феодальному дворянству полное преобладание. Предусматривалось, что король будет лишен возможности делать замечания по поводу решений сеймов и ландтагов и рассматривать жалобы крепостных на своих господ. Выбора у Фердинанда не было – вооруженная сила была на стороне конфедератов. Он вынужден был подписать кондиции и на этих условиях получил корону Святого Стефана. Австро-Венгрия превратилась в аналог Речи Посполитой.

georg: Зимой 1613 начался мирный конгресс во Франкфурте-на-Майне. Мир был подписан в июне 1613. Подтверждалась конституция империи и Аугсбургский религиозный мир. Церковные земли, захваченные протестантскими князьями уже после этого мира, были обойдены молчанием – Габсбурги не согласились утвердить их захват, но сохранность существующих была гарантирована всеми участниками соглашения, в том числе Францией. Юлих отошел герцогу Пфальц-Нейбургскому, а все остальные Клевские земли – курфюрсту Бранденбургскому. Протестантский союз и Католическая лига получили официальный статус. Власть императора в Германии была сильно урезана – без санкции рейхстага он не мог сделать ничего. Князья получили право организации любых союзов. Фердинанд был вынужден отказаться от всех бургундских владений Габсбургов, признать независимость Нидерландов, а Мориса Оранского – их государем и князем империи. Франция получила три южные провинции Нидерландов – Артуа, Генненгау, Намюр, а так же Франш-Контэ и три лотарингских епископства – Мец, Туль и Верден. Англия получила 2 самые северные провинции Нидерландов – Фрисландию и Гронинген. Но главным выигрышем Англии в этой войне были все же острова Пряностей в Индонезии. Положение империи было сильно осложнено и тем, что благодаря полученным землям короли Англии и Франции стали князьями империи, и могли теперь участвовать в ее делах и внутриимперских княжеских союзах. Курфюрст Баварский, в последний момент переметнувшийся к Франции, получил свою долю – чтобы привязать его к Франции и получить «рычаг быстрого воздействия», король Генрих настоял на передаче герцогу Баварскому Люксембурга. Таким образом дом Габсбургов утратил все бургундское наследие Карла Смелого. Вековые усилия королей Франции в борьбе за эти земли были наконец победоносно завершены ГенрихомIV. Сразу же после подписания мира тут же, на Франкфуртском конгрессе были произведены выборы нового императора. С переходом Чешской короны к Фридриху у протестантов оказалось большинство голосов. Этим большинством король Чешский и курфюст Пфальцский Фридрих был избран императором Священной Римской империи. Корона империи, бывшей символом всемирной католической монархии, оказалась на голове протестанта. Что бы успокоить католиков, неприкосновенность церковных земель и официальный статус Католической Лиги были подтверждены конституцией. Мало того – король Франции как пфальцграф Бургундский (Франш-Контэ) вскоре вступил в Лигу, став как бы официальными протектором католической Церкви в Германии (и перетягивая под свое крыло немецких католиков). Отдельный мирный договор был заключен между Францией и Испанией. Границы остались без изменений. Негласно было утверждено преимущественное влияние Испании в Италии, а Франции – в Германии. В Северной Италии было сохранено довоенное положение. Герцогство Миланское было отделено от Австро-Венгрии и превращено в самостоятельное итальянское княжество, переданное одному из Габсбургов – эрцгерцогу Леопольду, а фактически оказалось под испанским сюзеренитетом.

georg: По результатам войны центральноевропейская империя Австрийских Габсбургов пала. Испания, во времена Карла и Франциска оказывавшая Австрии эффективную помощь в Италии, не смогла помочь ей в войне чуть-ли не со всей остальной Европой. Преобладание на континенте переходило к Франции, сумевшей организовать мощную коалицию против стремившихся к «мировой империи» Габсбургов. Король Франции отлично понимал, что ресурсы Испании превосходят французские, и что закрепив за собой новейшие завоевания в восточном Средиземноморье, Испания может осуществить успешный реванш. Для предотвращения этого сохранение коалиции было необходимо. Генрих предпринял попытку создания паневропейской лиги. В замыслы Генриха IV, в том виде, как они излагаются в мемуарах его министра М. Сюлли, входил проект христианской республики, предполагающий объединение европейских государств. «Король, – пишет мемуарист, – говорил мне о политической системе, посредством которой можно было бы поделить Европу и управлять ей, как одной семьей. Он узнал секрет, как убедить всех своих соседей в том, что его единственная цель заключается в сбережении для себя и для них тех огромных сумм, в которые обходится содержание людей на войне, чтобы освободить их навсегда от страха перед кровавыми катастрофами, столь частыми в Европе, обеспечить нерушимый покой и, наконец, соединить всех неразрывными узами, так чтобы все государи могли жить после этого между собой как братья и навещать друг друга, как добрые соседи, без церемониальных трудностей и без расходов на выезд, которые служат только для того, чтобы ослепить, нередко скрывают при этом нищету». Для установления подобной идиллии необходимо было решить два вопроса: религиозный и политический. Религиозный вопрос решался следующим образом: в Европе существуют две христианские конфессии: католицизм и протестантство. Поскольку протестантство не представляет чего-то единого, то оно в свою очередь подразделяется на собственно протестантство и реформацию (кальвинизм). Таким образом, Европа делится на три региона: в одном преобладает католицизм, в другом – протестантство, в третьем – реформация. В результате оказывается, что в масштабах всей Европы каждая из конфессий занимает сильную и слабую позицию одновременно. Это должно навести государей на мысль, что никакая из трех конфессий не может быть уничтожена, а, следовательно, религиозные войны бессмысленны. Для решения этой задачи Генрих IV вступил в переговоры с папой Павлом V и предложил ему быть «общим посредником, для того чтобы установить мир в Европе. Европейское равновесие будет достигнуто образованием 15 государств с различной формой правления: шесть великих наследственных монархий (Франция, Испания, Англия, Дания, Швеция и Нидерланды), пять выборных монархий (Римская империя, Папство, Польша, Венгрия и Чехия) и 2 республики (Венеция и Швейцария). Для поддержания внутреннего и внешнего порядка будет создан Европейский генеральный совет по образцу древнегреческой Амфиктионии. Для единения Европы необходим был образ общего врага. Для создания этого образа автор проекта герцог Сюлли ловко исключает из "столь желанного союза всехристианской Европы" "этого могущественного императора Скифии, господствующего более абсолютно, чем какой-либо иной государь на земле, над своими подданными, состоящими из людей разнообразных народов, наций, языков, нравов, телосложений, в этих обширных и необозримых пространствах северной Скифии, которого различно называют - императором, королем или великим князем России". Правда, рассуждает Сюлли, он давно принадлежит к числу христианских государей, но ведь "дикость, варварство и свирепость" его народов затрудняют его объединение с "нашей Европой", так же как интересы, постоянно связывающие его с другими государствами Азии, да и подданные его частью пребывают в "язычестве и идолопоклонстве", частью же исповедуют "азиатское христианство" (так Сюлли обозвал православие). Россия, исключенная таким образом из европейского союза, далее оказывается уже врагом: Европа должна поддерживать сильную Польшу как "оплот против московита и татарина". Тайной мыслью проекта было перенесение "империи" как европейского лидерства из Германии во Францию.

Руслан: Несколько вопросов Георгу. Вы хотите устроить вариант ВМВ лет на 10-20 в 17 веке? Россия - главный враг ,а Испания ее естественный союзник против Франции, Англии, Нидерландов и пр немцев? Хватит ли сил против соединеного флота Англии и Нидерландов, а если французы заведут собственный? Не ударит ли Иран в спину? Кем будет нейтрализована Польша, не допустив при этом нейтрализации Московии? Будет ли возрождена АВИ или она тихо скончается как Речь Посполитая? И многое др.

Charles: georg пишет: Европейское равновесие будет достигнуто образованием 15 государств с различной формой правления: шесть великих наследственных монархий (Франция, Испания, Англия, Дания, Швеция и Нидерланды), пять выборных монархий (Римская империя, Папство, Польша, Венгрия и Чехия) и 2 республики (Венеция и Швейцария). Для поддержания внутреннего и внешнего порядка будет создан Европейский генеральный совет по образцу древнегреческой Амфиктионии. Европейский Союз в 17 веке, воюющий против России? Гламурно;)

georg: Руслан пишет: Вы хотите устроить вариант ВМВ лет на 10-20 в 17 веке? Столь круто не получится. Руслан пишет: Россия - главный враг ,а Испания ее естественный союзник против Франции, Англии, Нидерландов и пр немцев? За неимением Турции - на роль врага по проекту Сюлли подходит только Россия. Война начнется нападением России и "Грекороссии" на Польшу, когда Сигизмунд устроит аналогичное РИ преследование православных, и разгромом Польши. Старик Наваррец, пиаря идею Евросоюза, поможет Польше, прислав войска, Фридрих Чешский, напуганный перспективой падения Польши - тоже, и некоторых немецких князей привлечет. Что же касается морских держав - собственно ни одна из них не заинтересована в войне с Россией, особенно Нидерланды. К тому же Англия и Нидерланды подерутся буквально в следующих строчках таймлайна - голландская Ост-Индская компания и не подумает уйти из Индонезии, что бы там в метрополии не решали. Гораздо опаснее при таком сюжете то, что Швеция скорее всего присоединится к антируской коалиции - а там как раз молодой Густав Адольф ставит эксперименты с развитием линейной тактики и переворужает армию облегченными медными батальонными орудиями и облегченными мушкетами. У нас же как водится не чешутся и воют по старинке. Да и во главе войск Фридриха станет гетман королевства Чешского Альберт Валленштейн. Испания нам не поможет - там сильно обижены, что Димитрий не помог во время предыдущей войны, а папа благословит войну как крестовый поход во спасение католической Польши. Получается скорее аналог Крымской, с главным театром на территории ВКЛ и Ливонии. И вряд ли Россия при таком раскладе войну выиграет. Ну так не все же одни победы. Будем реалистичны Руслан пишет: Не ударит ли Иран в спину? Очень даже может - для возвращения Грузии и Дербента. К тому же Аббас вот-вот умрет, а его преемник Сефи - не семи пядей во лбу. Но против него можно выставить Турцию, которая как раз маленько оправилась. Руслан пишет: Будет ли возрождена АВИ или она тихо скончается как Речь Посполитая? В смысле возрождена? Прикидок еще нет. Но после отпадения Нидерландов АВИ - аграрная страна со слабыми городами, могущественным феодальным дворянством, с/х экономикой, ориентированной на экспорт.. Короче полный аналог Речи Посполитой. Но поддержка Испании, хотя бы просто финансовая, удержит там королевскую власть на плаву, и в будущем может создать платформу для нового ее усиления. Charles пишет: Европейский Союз в 17 веке, воюющий против России? Гламурно;) Откровенно говоря, в релистичность этой затеи Наварца (а это РИ проект) я никогда не верил. Но Генрих будет этот проект реально пиарить. И устроить крестовый поход во спасение Польши как бастиона европейской цивилизации вполне может.

Крысолов: georg пишет: Откровенно говоря, в релистичность этой затеи Наварца (а это РИ проект) я никогда не верил. Но Генрих будет этот проект реально пиарить. И устроить крестовый поход во спасение Польши как бастиона европейской цивилизации вполне может. Согласен. Но потом все посыпется.

Леший: georg пишет: Гораздо опаснее при таком сюжете то, что Швеция скорее всего присоединится к антируской коалиции А им-то зачем? ИМХО, куда выгоднее для шведов на тот момент попытаться отхватить Померанию. Да и датчан пощипать. Кроме того, главное - Сигизмунд Ваза, на защиту которого поднимется Франция и часть Европы для Густава-Адольфа враг №1. Еще в середине 17 века противостояние польских (пытавшихся вернуть шведскую корону) и шведских Ваза было весьма острым. А тут вы предлагаете, что бы Густав-Адольф кинулся на защиту своего главного врага, который всячески оспаривает его власть? Так что, ИМХО, тут будет иной вариант. Скорее всего Россия и Швеция выступять против Польши совместно. Русские ударят с востока, а шведы высадят десант в Польском Поморье.

georg: Леший пишет: куда выгоднее для шведов на тот момент попытаться отхватить Померанию. В герцогстве Померанском им делать нечего - при данном раскладе немцы при поддержке Франции попросту объединятся и вышвырнут шведов обратно, ибо всем ясно, что они пришли грабить. Всю Померанию по закону СРИ унаследует курфюрст Бранденбургский. Леший пишет: Сигизмунд Ваза Загнанный за Вислу Сигизмунд не только быстро отречется от любых претензий на шведский трон, но еще и Ригу шведам уступит. Леший пишет: Польском Поморье. Ливония, как плодородная сельскохозяйственная страна гораздо более лакома. А в Москве по прикидкам. Хм. Банкротство Персидской компании вызовет стремление компенсировать потерю путем расширения хлебного экспорта - он же в России госмонополия. И Ливония, как один из основных поставщиков хлеба в Европу, становится конкурентом. А политический переворот в СРИ предоставляет удобный повод покончить с автономией Ливонии (считавшейся ранее субъектом СРИ) и заодно распостранить на нее хлебную госмонополию. Что вызовет резкое недовольство ливонских дворян и бюргеров. ИМХО Густав посмотрит в первый год войны, кто одолевает, и примкнет к одолевающей стороне. А одолевать будет Валленштейн. И не беспокойтесь так. Освобождение Константинополя вызовет в России по старой отечественной традиции такое "головокружение от успехов" и ощущение себя пупом земным, что быть побитыми самое время. Стимул для далнейшего прогресса.

Леший: georg пишет: И не беспокойтесь так. Я не беспокоюсь. Просто у меня вызывает сомнение позиция Швеции заявленная вами. Во-первых, у Швеции нет "за спиной" победы в Ливонской войне (т.е. свои шансы против русской армии Густав-Адольф будет оценивать весьма низко). Во-вторых, как я уже указал, война России с Польшей, ИМХО, скорее всего будет в союзе с Швецией (причем заинтересованность в союзе обоюдная - как Россия заинтересована в шведской "диверсии" против Польши, так и Швеция заинтересована в разгроме польских Ваза и в "прихватизации" хотя бы Данцига, через который идет основной польский хлебный экспорт). В-третьих, вспомним РИ, когда даже в разгар Смуты, но существовании в Москве центрального правительства (в лице Василия Шуйского), Густав-Адольф не лез в русские земли (наоборот, предлагал помощь), и полез только когда в стране окончательно рухнула власть и все вокруг решили, что России наступил полный писец (даже Дания и Англия стали строить планы оккупации и присоединения отдельных русских земель).

georg: Леший пишет: Во-первых, у Швеции нет "за спиной" победы в Ливонской войне (т.е. свои шансы против русской армии Густав-Адольф будет оценивать весьма низко). Не довод. По таковой идее и свои шансы против польской армии после страшного поражения своего отца при Кирхгольме, где 3тысячная армия ВКЛ вдребезги разнесла 12000 шведов, Густав Адольф должен был оценивать крайне низко. Но он наплевал на оценки, напал на РП и разгромил ее. Леший пишет: Швеция заинтересована в разгроме польских Ваза Нет. Только в ослаблении - иначе придется оставаться один на один с Россией. Несравненно более могущественной, чем в РИ. Леший пишет: "прихватизации" хотя бы Данцига, через который идет основной польский хлебный экспорт Прихватизация плодороднейшей Ливонии, могушей стать житницей бедной Швеции, выгоднее в разы (хотя всю не дадим ). Леший пишет: Густав-Адольф не лез в русские земли А вы случаем не забыли, что в это время Кальмарская война шла . А потом выплата выкупа за Скараборг, не оставлявшая до 1615 средств для нового вторжения в Россию. Для вашего сценария "Победоносной Ливонской" доводы весомы, ибо там Ливония анексирована Грозным, в городах поселены русские посадские, часть земель роздана русским дворянам, и страна исольется к началу 17 века с Россией в единое тело. А у меня то Ливония полунезависима, и являясь вассалом России, одновременно входит в СРИ. И попытки ликвидации ее автономии вызовут ориентацию на Швецию.

Леший: georg пишет: А вы случаем не забыли, что в это время Кальмарская война шла Спасибо что напомнили. Действительно забыл. Еще один аргумент в пользу невмешательства Густава-Адольфа в русские дела (тем более, что без Ливонии и доходов с нее Швеция в этой АИ слабее).

georg: Леший пишет: более, что без Ливонии и доходов с нее Так и на начало войны Густава с РП у него была только Эстляндия, с которой доходов неахти. А львиную долю доходов Густав получал не с Ливонии, а с основанных им металлургических мануфактур, Фалунских рудников, лесных концессий голландцам в Норланде и Финляндии (лес, смола, поташ и прочие "лесные товары") и с торговли железом, медью и новым оружием шведского производства (основную часть закупала та же Голландия). Весьма оборотистый был король. Леший пишет: Еще один аргумент в пользу невмешательства Густава-Адольфа в русские дела Увы. Война с Данией кончилась в 1612, а война России с европейской коалицией планируется в 1618.

Леший: georg пишет: а война России с европейской коалицией планируется в 1618. А коалиция сохранится до этого момента? Все таки, к этому времени Европе может надоесть французская гегемония. А Австрия успеет оправитья от поражения и начнет мечтать о реванше. К тому же экономических интересов у европейских стран в участии в войне против России (в отличие от войны 1812 г. и Крымской войны) нет.

georg: Леший пишет: Все таки, к этому времени Европе может надоесть французская гегемония. Гегемонии собственно нет. Остается могущественая Испания, которая контролирует Италию, Англия, влияние которой в Германии не сильно слабее французского, Нидерланды, которые отнюдь не захотят становится вассалом "освободителя". Проблема в том, что Генрих и в РИ, готовя антигабсбургскую коалицию, это понимал. На роль "силового" гегемона Франция слабовата, и поэтому он попытается стать добровольно признанным лидером. Нападение России на Польшу и преход русским Вислы - лучший шанс на такое лидерство. Криками о "нашествии новых гуннов" он может поднять всех соседей Польши - Чехию, король которой император СРИ (и будет сильно озабочен появлением казаков и татар неподалеку от границ Силезии), Бранденбург, боящийся за Пруссию, ну и Швецию. Леший пишет: А Австрия успеет оправитья от поражения и начнет мечтать о реванше. Уже нет. Там все понимают, что Нидерланды не вернуть. А оттого, что их король - император СРИ, венгерскому дворянству ни жарко ни холодно. А вот земли на Балканах очень даже привлекают многочисленное но бедное дворянство в Венгрии. К тому же Фердинанд - католический фанатик, и на призыв папы спасать католическую Польшу от варварского нашествия вполне откликнется. Склоняюсь к мысли, что АВИ в этой войне выступит против России.

Леший: georg пишет: Нападение России на Польшу и преход русским Вислы - лучший шанс на такое лидерство. Криками о "нашествии новых гуннов" он может поднять всех соседей Польши Одними криками? Сомневаюсь. К тому же, какие экономические причины этой войны? В РИ поднять Европу на Россию можно было двумя способами: 1-й, заставить своим полным военным и политическим доминированием европейские нации двинуться на восток (вариант Наполеона и Гитлера). 2-й, Россия своими действиями сильно ущемила экономические интересы нескольких сверхдержав; причем настолько сильно, они не смотря на противоречия между собой временно объедили свои усилия (вариант Крымской войны). Ни одного из этих условий тут нет. Да, Франция сильно пострадала из-за падения своей "левантийской" торговли. Но это проблемы Франции. Какое до них дело СРИ или Бранденбургу? Кроме того, от войны сильно пострадают торговые интересы Нидерландов, которые будут обвинять в этом не русских, а французов. На чьей стороне, по вашему, они выступят? Дания... Тоже еще одна страна не заинтересованная в войне против России. Наоборот, русско-датская торговля одна из основ процветания Датского королевства. Учитывая, что на тот момент это отнюдь не третьестепенная страна, то... georg пишет: Чехию, король которой император СРИ (и будет сильно озабочен появлением казаков и татар неподалеку от границ Силезии), Чем для чехов соседство русских хуже соседства поляков? Тем более, что русские в отличие от поляков не будут требовать возвращения Силезии (в РИ поляки регулярно поднимали этот вопрос).

georg: Леший пишет: Нидерландов, Леший пишет: Дания... Эти несомненно. И в дальнейшем - союзники России. Но их выступление на стороне России (по крайней мере сразу) - это вряд ли. Тем более Нидерландам предстоит война с Англией. Леший пишет: Чем для чехов соседство русских хуже соседства поляков? Тем, что отмечал Данилевский - "Россия слишком большая и давит на нас". Чехия здесь не угнетенная славянская нация, а страна на пике, центр СРИ. Соседство относительно слабой Польши безопаснее, чем мировой империи. А Фридрих как император СРИ в глазах общественного мнения Германии будет обязан вступится за попранные права Ливонии.

Леший: georg пишет: А Фридрих как император СРИ в глазах общественного мнения Германии будет обязан вступится за попранные права Ливонии. И по вашему чешские сословия будут финансировать эту войну только "за красивые глаза"? От этой войны Чехия ничего не выигрывает, а раскошеливаться надо. А оно им надо? Даже если чешский король и император СРИ воспылает воинственным гневом, то на какие средства он вести войну будет?

georg: Леший пишет: то на какие средства он вести войну будет Гневом за попранные права Ливонии воспылает вся Германия. Чехия просто внесет свою долю. На деньги Франции заряжаются на полную мощность все немецкие типографии, печатаются широким тиражем несколько памфлетов с красивыми картинками, на которых варвары в мохнатых шапках поддевают детей на копья - и общественное мнение готово (таким же путем в свое время собирали наемную армию для Батория). И чешские бюргеры занервничают от близости варваров к границам Силезии. Рейхстаг выделит единоразовый имперский налог. Правда оплатить таким путем удастся не более двух кампаний - и то направленный в Польшу корпус Валленштейна будет небольшим. Но будет еще такой же французский корпус и армия Густава Адольфа.

Леший: georg пишет: Гневом за попранные права Ливонии воспылает вся Германия. В РИ это не прокатило. georg пишет: Рейхстаг выделит единоразовый имперский налог. Не верю!!! (Станиславский). По большому счету Германии было начхать на Ливонию. Даже если они и испытывали некоторые душевные муки, то экономически они ничего не теряли (ну спрашивается, какого..., например Тюрингии, финансировать (при том, что денег и на свои нужды в обрез) некую компанию на востоке?) Я могу поверить в французские деньги, на которые император наберет наемников (а у французов пупок не развяжется?). Возможно субсидии римского папы (не очень большие - максимум на одну компанию для одной (небольшой) армии). Но в выделение средств германским княжествами не верю. Ну поплачутся. Ну попроклинают "прокляты московитов". После чего хлебнут пива и на боковую. Поскольку в Германии не мощной силы для которой война с Россией необходима. А для, к примеру Любеку и Штральзунду, она сто лет ненужна. И они будет противиться вотированию налогов на нее всеми своими конечностями. И чешским бюргерам русские у границ не мешают. Русские что, торговать им не дают? Или напали на Силезию и разоряют ее земли? Лично я сторонник тезиса В. И. Ленина о том, что Политика - это концентрированное выражение экономики. А тут я не вижу ее. Опора возможной антирусской коалиции пока только в основном на эмоции. А этого, ИМХО, недостаточно. Да, еще: а доживет ли Генрих IV до 1618 года? Он и к 1610 году не молодой уже был. И здоровьем не блистал.

georg: Леший пишет: В РИ это не прокатило. Леший пишет: По большому счету Германии было начхать на Ливонию. Смотрим РИ: "Но по предложению Пруссии на Рейхстаге открылись дебаты по ливонскому вопросу и московитской опасности, так живо всех интересовавшей. Любек подчеркнул безнадежное политическое положение империи и невозможность новой войны за Ливонию, отметив, что главнейшее затруднение в столь важной нарвской торговле купцы испытывают от Польши и Швеции, а не Москвы. Датские послы представили обширный меморандум на тему о неизбежности датско-русской дружбы. Но крайнюю позицию в русском вопросе заняли восточные окраины империи - Пруссия, Мекленбург, Бранденбург, Померания. Поддержанные польскими послами, они рисовали полные ужаса картины московского господства в Ливонии. По рукам во время рейхстага ходила агитационная брошюра польского происхождения “о страшном вреде и великой опасности для всего христианства, а в особенности Германской империи и всех прилежащих королевств и земель, как скоро московит утвердится в Ливонии и на Балтийском море"." Т.е сторонники войны были. Решающей стала на рейхстаге именно позиция императора, которому союз с Москвой против турок был в сто раз важнее Ливонии. Остутсвие турецкой опасности меняет дело в корне. Если не удастся объявить войну от имени СРИ, воевать будет сам император и "Северо-Восточный Союз" князей. Леший пишет: а у французов пупок не развяжется С чего. Даже если придется субсидировать немцев - все равно это не набор масштабной армии, как в предыдущую войну, а посылка экспедиционного корпуса - тысяч 10 французов и столько же немцев. Главное - то что они, как и шведская армия, обучены новой линейной тактике и вооружены новым оружием - облегченными полевыми медными пушками и более скорострельными мушкетами. Как в Крымскую А с дальнейшим снабжением - Валленштейну только выйти на оперативный простор. Там он развернет свой любимый принцип - "война кормит войну". Поляки такой помощи будут очень не рады Леший пишет: а доживет ли Генрих IV до 1618 года? Он и к 1610 году не молодой уже был. Родился в 1553. В 1615 65 лет. Леший пишет: И здоровьем не блистал. А вот о проблемах со здоровьем слышу впервые. Судя по амурным похождениям - вполне здоров. Бурбоны вообще отличались долголетием - Людовик XIV 77 лет прожил, ЛюдовикXV - немногим меньше.

georg: Леший А вообще, коллега, изложите свое видение событий в этом мире. Ситуация отличается от РИ кардинально и по всем направлениям - Османской империи нет, на троне СРИ протестант, Средиземноморские прибрежные районы Африки и Египет в руках Испании. Как дальше пойдет история Европы? Какая может быть геополитика, какие блоки? Всех остальных участников тоже касается.

georg: Кстати, как вам новый император СРИ ФридрихIV:

Крысолов: georg пишет: А вообще, коллега, изложите свое видение событий в этом мире Сложно. Я вообще-то несовсем понимаю отсутствия религиозных войн только под влиянием авторитета Генриха. Вообще, скорее всего после войны с Россией будет большая европейская война всех против всех.

georg: Крысолов пишет: Я вообще-то несовсем понимаю отсутствия религиозных войн только под влиянием авторитета Генриха. Причем тут авторитет Генриха? Процитирую Алексеева, автора наиболее подробного из доступных в Рунете исследований о Тридцатилетней войне: "Многим современникам и их потомкам казалось, что основным содержанием Тридцатилетней войны был поединок между протестантской и католической религиями. Так говорили короли, дипломаты, проповедники, публицисты и историки. Одни восхваляли священную борьбу за древнюю католическую веру против безнравственного блока врагов христианства и любителей чужого, другие ратовали за войну в защиту чистого евангелического учения и свободы против реакционного и погрязшего в суевериях католичества. Прожженные политики лучше понимали, чего хотят воюющие стороны. «Христианнейший король» Франции, поддерживаемый «святейшим отцом» — римским папой,— вцепился в горло «опоре католицизма» — Габсбургам. Этим последним время от времени подставляла ногу и Католическая лига немецких князей. «Защитники протестантской свободы» — Швеция и Дания — были рады сжить друг друга со света, немецкие протестантские князья были готовы в любой момент всадить собрату по религии нож в спину. Конечно, каждый кричал, что действует лишь в общих интересах. На самом деле, религиозная борьба (вернее, борьба из-за церковного имущества) не была единственным, и даже основным конфликтом Тридцатилетней войны. Важную роль сыграли отношения немецких князей с императорской властью и между собой, испано-французская борьба за гегемонию в Западной Европе, испано-голландская борьба, борьба за Балтику, борьба за преобладание на юго-востоке Европы, борьба Польши с Россией. Эти конфликты возникли не во время Тридцатилетней войны и не накануне ее." Произошедшая война разрубила основные противоречия, сокрушив империю австрийских Габсбургов при ее попытке рекатолизации и жесткого объединения Германии (как сокрушила бы и в РИ, останься Генрих жив - ему тогда удалось сплотить против Габсбургов чуть ли не всю остальную Европу). В данной АИ восстание Нидерландов против Габсбургов приводит к гарантированной их потере - как потеряла бы их в РИ Испания, если бы КарлIX осуществил тогда план Колиньи по французскому вторжению в Нидерланды. Теперь единый сильный центр в Германии исчез, СРИ децентрализована и начнутся княжеские дрязги и союзы князей с иностранными державами. У Габсбургов после потери Нидерландов нет шансов на восстановление гегемонии в Германии. При отсутсвии турецкой угрозы Австрия князьям не нужна. Генрих скоро умрет. После его смерти начнется, как и в РИ новый виток конфронтации с гугенотами - королевская власть не сможет долго терпеть их "государство в государстве". Соответсвенно поддерживать дружбу с протестантами далее будет затруднительно. К тому же Генрих стал протектором католической церкви в Германии. Поскольку с возобновлением борьбы с гугенотами воияние католической партии во Франции возрастает, поддержка немецких католиков будет реальнО осуществлятся. Вспоминаем, каков был самый острый вопрос в начале Тридцатилетней войны. Большое возмущение католиков вызывало то, что и после 1555 года протестанты не перестали захватывать имущество католической церкви. При удобном случае сильные протестантские князья добивались избрания своих родственников, таких же протестантов, на должности епископов и архиепископов. Управляемые ими земли оставались католическими духовными княжествами, так что формально «церковная оговорка» не нарушалась. Такие «архиепископы» и «епископы» не признавались папой, но выполняли все административные функции обычных архиепископов и епископов и получали причитающиеся этому сану доходы. Их называли иногда «администраторами». Понятно, что подобные уловки со стороны протестантов вызывали ярость католиков. За шестьдесят лет после заключения религиозного мира католическая церковь потеряла более ста духовных княжеств, в том числе такие крупные, как архиепископства и епископства Магдебургское, Бременское, Гальберштадтское, Любекское и другие. Хотя неприкосновенность прочих церковных земель гарантирована Франкфуртским договором, но протестантские князья могут продолжать эти попытки, и Католическая Лига будет защищать церковные земли оружием, требуя поддержки Франции. И скорее всего получая ее. Смуты после смерти Генриха нет - он передаст власть уже подросшему ЛюдовикуXIII. Франция на подъеме, ее экономика развивается, силы растут. Французская экспансия неизбежна. Она очевидно пойдет в двух направлениях - в Германии король Франции будет прилагать все усилия, чтобы быть избранным императором, в Италии - чтобы установить свою гегемонию хотя бы на севере, причем папа, зажатый между испанскими вице-королями в Неаполе и Милане, и Венеция, стиснутая между Австрией и испанскими владениями - союзники Франции (для Рима уже не Испанский, а Французский король станет "любимым сыном Церкви"). Часть немецких князей Франция банально скупит. Другая часть - кстати исключительно протестантская - образует антифранцузский союз во главе с Нидерландами, которым Французская гегемония в Германии грозит потерей независимости. И логика событий толкает этот союз на блок с Испанией. На морях это выльется в испано-нидерландский союз против той же Англии. Мнения?

Крысолов: georg пишет: Французская экспансия неизбежна Вам не кажется что Людовик XIII сможет стать этаким отдаленным аналогом Фердинанда Австрийского РИ-Тридцатилетней войны? georg пишет: причем папа А причем папа? Может папа полностью переориентируется на Испанию? georg пишет: И логика событий толкает этот союз на блок с Испанией. На морях это выльется в испано-нидерландский союз против той же Англии. Союз Испании и протестантов? Возможно. Главное чтоб в Испании отморозка у власти не было. Вырисовывается вполне себе АИ-Тридцатилетняя война против французского галактизма. Думаю более понятно будет после окончания войны с Россией. Тогда станет ясно и поведение Густава-Адольфа, и позиция Польши и позиция той же России.

Сталкер: georg пишет: Всех остальных участников тоже касается. Я с удовольствем читаю, но вря ли могу что-либо дельное посоветовать. Единственно, что замечу, что Густав-Адольф, ИМО, сразу в мясорубку не полезет, а действительно будет внимательно слеить за тем, чья начнет брать. Брать начнет естественно европейская коалиция, а значит вступление Швеции в войну состоится на ее стороне, но, наверное, только на втором году войны.

LAM: А Аббаса за всеми этими событиями вы не забыли?. Не попытается ли он, воспользовавшись тем, что испанцы отвлеклись на Италию, оттяпать ещё и Палестину?

georg: Крысолов пишет: А причем папа? В РИ папа всю первую половину XVII века из-под полы поддерживал Францию. Определялось это его интересами как светского государя - как таковой, он, зажатый между испанским вице-королями в Неаполе и Милане оказался фактически в положении испанского вассала. Голубой мечтой папства было изгнание испанцев из Италии. Крысолов пишет: Главное чтоб в Испании отморозка у власти не было. У власти будет Оливарес - отнюдь не отморозок. LAM пишет: А Аббаса за всеми этими событиями вы не забыли? Я-то не забыл

Крысолов: georg пишет: Определялось это его интересами как светского государя Так в реале Испания послабее была. Я имею ввиду некое "Авиньонское пленение"...

Mukhin: Я чего-то недопонял. все постоянно говрорят "Россия то, Россия это..." Но ведь тут Россий - 2. есть собственно Россия с центром в Москве, а есть ГрекоРоссия с центром в Константинополе. Вопрос - война будет против обеих? А каковы взаимоотношения между Москвой и Царьградом в ходе этой войны?

georg: Mukhin пишет: Вопрос - война будет против обеих? К моменту начала войны Иоанн будет совершеннолетним и возьмет власть в Москве. Сответсвенно - возникает (пока) - двуединая монархия Димитрия и Иоанна, действующая согласованно.

Леший: ИМХО, начнется русско-польская война (или, можно сказать, русско-греко-польская война) в которой Польшу "выносят" за Вислу. Впрочем, против Речи Посполитой сражались не только Россия и Грекороссия, но и Швеция, король которой Густав-Адольф увидел в этой войне уникальный шанс не только избавиться от своих польских соперников на трон, но и возможность прибрать к рукам богатую польскую хлебную торговлю. И пока русские будут атаковать с востока, он высадит десант на в Зап. Пруссии и захватит все Польское Поморье, кроме Данцига, который не видя никаких выгод в шведском господстве будет ожесточенно сопротивляться, что заметно задержит короля (но в то же время это скует большие польские силы, которые при ином условии могли бы быть брошены против русских). Разгром Польши встревожит Европу (согласен с Георгом). И одной их первых выступит Франция, которая вполне возможно попытается организовать "Крестовый поход на восток". И тут вырисовываются два пути дальнейшего развития событий, вероятность которых, ИМХО, 50/50. Один. Франция начнет пропагандитскую шумиху призывая остановить "Московита". Но до войны дело не дойдет. Во-первых, под боком у Франции есть сильная Испания, которая хоть и не будет открыто угрожать французам, но само наличие под боком отнюдь не дружественной страны, которая хоть и не демонстрирует на данный момент враждебных намерений, но неизвестно как поведет себя в дальнейшем заставляет Генриха IV в любом держать в резерве две армии - в Пиренеях и Альпах. Во-вторых, такие европейские страны, как Нидерланды и Дания будут от перспективы войны не в восторге (их торговля завязана на Россию). В-третьих, есть трудности с привлечением союзников по борьбе с русскими. Священная Римская империя, как государственный институт отпадает сразу. Немцам просто нечего делить с Россией. Вероятно удасться привлечь на свою сторону императора СРИ, но по сути его армию придется держать на содержании Франции (рейхстаг не выделит денег на войну, да и чешские сословия пошлют куда подальше). Другой кандидат Австро-Венгрия. Венгерские сословия будут за войну против Грекоросии (в надежде разживиться новыми землями), но австро-венгерский Государь больше будет хотеть войну-реванш с Францией (чья возьмет?). Римский папа вполне может разразиться какой-нибудь гневной энцикликой в адресс схизматиков, но "сколько он может выставить дивизий?" (с) Да, он может выделить некую сумму австрийцам, но маленькую (максимум на небольшую армию на одну компанию). Есть еще Карл де'Невер имеющий права на константинопольский престол (в РИ он пытался их реализовать и даже собрал флот для этого, но тот сгорел). Иран - какова будет его позиция неизвестно. Швеция стремиться вступить в антироссийский союз стремиться не будет. Ее присоединение возможно только после успехов коалиции, не ранее. Таким образом дело ограничится "Холодной войной". Второй. Франции удастся сколотить коалицию из императора СРИ Фридриха (но без участия империи и Чехии), части северо-восточных германских земель (если их не припугнет Дания), Карла де'Невера, Австро-Венгрии и Ирана. Сначала дело ограничится простым вторжением "вспомогательных сил" в Польшу на помощь Сигизмунду Ваза, но потом конфликт расшириться. На первых порах возмжны успехи (например, русских заставят снять осаду с Кракова и отступить за р. Сан). У "союзников" будет "рулить" Валленштейн, но у русских тоже сеть Михаил Скопин-Шуйский и Дмитрий Пожарский. Если французам удастся перетащить на свою сторону Густава-Адольфа (в чем сомневаюсь, но и полностью отвергать этот вариант нельзя), России поплохеет. Густав может высадиться в Ливонии и занять Ревель (в связи с успехами в Польше русские вполне могут начать "давить" Орден с целью его полного присоединения), но застрянет под Нарвой (анналог осады Севастополя в Крымской войне). Австро-Венгрия будет пытаться воевать Балканы. Но в отличие от РИ, тамошние народы не находясь более под Турцией, не стремятся под Габсбургов. И если в прямых схватках венгерская кавалерия может одерживать победы, но в их тылах будет "гореть земля" - все эти четники и гайдуки, в общем богатый опыт местного населения в подобных действиях. Так что больших успехов АВИ не светит. В результате для России сложится не очень хорошая ситуация "размазанности" сил. Ни на одном из фронтов противник не может достич решающего успеха, но и русские не могут сосредоточить свои силы на ком-то одном. Грекороссии придется одновременно воевать против Австро-Венгрии, Карла де'Невера и Ирана. России против Польши, императорской армии, французского "экспедиционного корпуса" и Швеции. В конце концов русские могут пойти на соглашение со шведами, уступив им Эстляндию (как в РИ), но без Нарвы. Хотя возможно с Перновым и Ригой. Или вместо них "Кемска волость" - Северная Финляндия, но в любом случае лишь в обмен на предоставление шведской помощи против поляков и французов. После чего сконцентрировать силы на западе.

Крысолов: Леший пишет: и Ирана. А что Ирану с русскими делить?

Леший: Крысолов пишет: А что Ирану с русскими делить? Шелк, в первую очередь.

Крысолов: Леший пишет: Шелк, в первую очередь. А в чем собственно проблема? Единственное что - шелк идет в Европу напрямую. Ну так и что? Это повод для войны?

Леший: Крысолов пишет: А в чем собственно проблема? Единственное что - шелк идет в Европу напрямую. Ну так и что? Это повод для войны? Тогдашняя торговля шелком это очень большие деньги. В РИ, не желая обогащать перепродажей своего основного соперника - Турцию, персидские шахиншахи экспортировали шелк через Россию, за счет чего Москва получала огромные доходы. Но тут Турция "вынесена", Иран захватил Мессопотамию и явно будет стремиться экспортировать шелк в обход России (например через Сирию). Что, в свою очередь, не выгодно России.

Крысолов: Леший пишет: Но тут Турция "вынесена", Иран захватил Мессопотамию и явно будет стремиться экспортировать шелк в обход России (например через Сирию). Что, в свою очередь, не выгодно России. Все правильно. Только зачем в этом случае Ирану нападать на Россию? Тут только Россия может напасть на Иран, но с руки ли ей это? Далее. Что-то тут не так. С одной стороны - разгромить Иран и монополизировать его торговлю шелком единственный выход, но как-то мне не верится в его реализацию. Для этого Иран надо оккупировать и колонизировать. Либо надо изгнать флоты конкуренты из Восточного Средиземноморья. А это ведет не к столкновению с Ираном, а к столкновению с Венецией и Испанией.

Леший: Крысолов пишет: Только зачем в этом случае Ирану нападать на Россию? На Россию может и нет (хотя в РИ шахиншахи пытались вытеснить русских с Терека - не очень упорно, но попытки были), а вот на Грекороссию...

Леший: Крысолов пишет: А это ведет не к столкновению с Ираном, а к столкновению с Венецией и Испанией. Испания, ЕМНИП, на торговле иранским шелком не особенно завязана (тут больше Франция старалась). А вот Венеция да, вполне может примкнуть к Франции против Греко-России (или назвать ее Юго-Россией?).

georg: Крысолов пишет: Либо надо изгнать флоты конкуренты из Восточного Средиземноморья. Нет. Просто отнять у персов Сирию, лишив их выхода на Средиземное море. И не своими руками. Не забываем - Турция не испарилась с карты мира, она постепенно отходит от разгрома, и все ее население живет реваншистской мечтой. Вынос сбил спесь с турок, и сделал их более воспринимчивыми к инновациям, особенно военным - тактическим и техническим. По поводу Ирана - не забываем, что Россия удерживает Дербент и Кубу, уступленные некогда Аббасом за помощь против турок. И покровительствует Грузии - половина территории которой - Картли, Кахети, Шекинское ханство - ранее принадлежали Ирану. Иран может воспользоваться войной для нападения на Грузию - и Георгию Саакадзе, не смотря на его военные таланты, тяжко придется (хотя в РИ он при Марткоби разгромил армию Ирана). Примерный сценарий - вторжение персов в Грузию (единую и обладающую небольшой, но вооруженной и обученной русскими армией), война на измот в горах и долинах, затем Саакадзе в выгодном месте дает сражение и выносит персов. Разгневанный Аббас собирает новую армию - но тут в войну вступает Турция (при негласной греко-русской поддержке). К концу войны Аббас умирает (ему и в РИ недолго оставалось). Иран теряет Сирию и Верхнюю Месопотамию.

georg: Крысолов пишет: Вам не кажется что Людовик XIII сможет стать этаким отдаленным аналогом Фердинанда Австрийского РИ-Тридцатилетней войны? Хм. Людовик все же не похож на Фердинанда - он никогда не жертвовал политикой в пользу религии. Людовик XIII был фанатиком законности и правопорядка. По его поведению в ранние годы правления - эпоху смут и мятежей знати - видно, что молодой король сразу хватался за оружие, когда ему казалось, что его авторитету наносится ущерб, и никогда не шел не компромисы с мятежниками. Решение проблем он видел скорее в абсолютной дисциплине подчиненных, чем в лавировании между различными интересами (почему так и пришелся ко двору Ришелье - их убеждения совпадали, а кардинал блестяще умел разворачивать королевские мысли, выраженные в виде рекомендаций, в проработанные проекты). Людовику и в голову не приходило притеснять гугенотов или препятствовать им в религиозных отправлениях - он стремился к ликвидации их политической автономии. Он многократно стремился воздать обеим конфессиям по справедливости, и это было в его понимании осуществлением принципов Нантского эдикта. Во внешней политике - Людовик отличался в РИ ненавистью к Испании, но не питал галактических замыслов. Впрочем в РИ Испания застила белый свет Франции, окружив ее со всех сторон, и ее сокрушение было первоочередной задачей, а здесь - нет, Франция вышла на оперативный простор. ИМХО поначалу Генрих постарается достичь компромисса с Испанией с разделом сфер влияния - во французскую Германия (без Австрии), в Испанскую Италия. Возможно так же женит сына на инфанте. Компрмисс можно поддерживать довольно долго - в 1620ые Франция будет решать проблему гугенотской конфедерации. Но вот в 1631 после пресечения в Мантуе прямой линии Гонзага начнется война за Мантуанское наследство, где Франция поддержит Невера, а Испания - раздел Мантуи между Миланом и Савойей. Дело может перейти прямехонько в войну Франции и Испании. А в 1634 умрет император Фридрих... Да вот еще. Совсем забыл сказать. В Нидерландах Морис - наследственный правитель с титулом имперского курфюрста. Но детей-то у него нет. В РИ его сменил его брат Генрих. Но я вношу поправочку - у меня Генрих гибнет в битве при Амберге в 1612 (его сын Вильгельм, продолживший Оранскую династию, родился в РИ только в 1626, так что род Нассау пресекается). Кто унаследует Нидерланды? У Мориса в РИ была сестра, которая вышла замуж в Пфальц и стала матерью... да, нашего императора Фридриха. Он - законный наследник Мориса. Но поскольку Нидерланды не пожелают вновь подчинятся чужим интересам - наследником Мориса станет второй сын императора Фридриха - небезызвестный принц Руперт (под регентством канцлера Гуго Гроция до совершеннолетия).

Крысолов: Леший пишет: а вот на Грекороссию... Все равно не понимаю зачем Ирану нападать на Грекороссия. Кстати, может Грекороссию все же в Ромею переименуем? Леший пишет: А вот Венеция да, вполне может примкнуть к Франции против Греко-России (или назвать ее Юго-Россией?). Это уже другой вопрос. Значит зачинщиком войны может стать Венеция либо Франция, недовольные запорожскими пиратами с Додеканеса georg пишет: И не своими руками. Вот именно! Только не своими руками! georg пишет: Просто отнять у персов Сирию, лишив их выхода на Средиземное море Хм. Испанцы из египетских портов в Красном море будут спокойно плавать в Бендер-Аббас. Не выйдет монополизировать торговлю. georg пишет: К концу войны Аббас умирает (ему и в РИ недолго оставалось). Иран теряет Сирию и Верхнюю Месопотамию. А как на это посмотрит Испания?

Сталкер: Леший пишет: против Греко-России (или назвать ее Юго-Россией?). Священная Римская Империя Славянского Народа. Как-никак Второй Рим - столица этой державы.

georg: Крысолов пишет: Испанцы из египетских портов в Красном море будут спокойно плавать в Бендер-Аббас. Испанцы закроют проход наглухо. У них в Андалусии и на Сицилии производится свой шелк. И его продавать надо Крысолов пишет: А как на это посмотрит Испания? Исходя из вышесказанного - положительно.

Han Solo: georg пишет: и сделал их более воспринимчивыми к инновациям, особенно военным - тактическим и техническим. Это да, вот только средств на реализацию этих инноваций у них стало гораздо меньше, не говоря уж о мобресурсе...

georg: Han Solo пишет: средств на реализацию А вот этого заинтересованные в обуздании персидских амбиций (и похерении персидской торговли на Средиземном море) лица могут подкинуть.

Леший: Георг, планируете вы в будущем слияние России и Юго-России? Или они у вас останутся двумя отдельными державами?

georg: Леший пишет: планируете вы в будущем слияние России и Юго-России? Или они у вас останутся двумя отдельными державами? До середины XVIII века - отдельными. Но следуя законам жанра, одна из ветвей династии когда-нибудь вымрет. Еще не продумано. Есть идеи?

Крысолов: georg пишет: До середины XVIII века - отдельными Это как раз когда должен наступить очередной кризис по Мальтусу? georg пишет: Есть идеи? Галактическая империя получается. Читатель будет доволен...

georg: Крысолов пишет: Это как раз когда должен наступить очередной кризис по Мальтусу? Угу. Малую Азию придется колонизировать. Крысолов пишет: Галактическая империя получается. Не факт что будет личная уния - может просто посадят своего царевича. Для России гораздо проще не иметь Черноморско-Балканских и тем более Средиземноморских проблемм, а иметь там дружественное и союзное государство, обеспечивающее безопасность и свободный проход судов через Босфор и Суэц на тот же Дальний Восток. Сосредоточится на Балтике, и главное - на экспансии в Азию. Но в случае сохранения раздельных государств предвижу полет табуреток - Украина и Крым ведь так и останутся в составе "Царьградской" империи.

Крысолов: georg пишет: Но в случае сохранения раздельных государств предвижу полет табуреток Да, я наверное тоже побросаюсь. Ибо не верю я в такое здравомыслие московских царей. Обязательно ведь объединятся с Грекорусью. С другой стороны - так даже интереснее будет.

Нико Лаич: georg пишет: И не беспокойтесь так. Освобождение Константинополя вызовет в России по старой отечественной традиции такое "головокружение от успехов" и ощущение себя пупом земным, что быть побитыми самое время. Стимул для далнейшего прогресса. Привет, привет! Вы все же оставляете повод для оптимизма.

georg: Освобождение Нидерландов от власти Габсбургов стало рубежом европейской истории – наступала эпоха торгово-промышленного господства Нидерландов, и вместе с ней – эпоха капитализма. В 1595 году на голландских верфях в заливе Зейдер-Зее были построены первые флайты - суда с удлиненным изящным корпусом, оснащенные штурвалом и совершенным парусным вооружением; это было новое Фундаментальное Открытие, которое подарило голландцам господство на всех морях. Три года спустя флот из 22 кораблей прорвался в Индийский океан, в воды, где до тех пор господствовали португальцы; началась война за торговое преобладание, за прибыль от торговли пряностями, индийскими тканями, шелком, фарфором. К удивлению португальцев войну за торговлю вело не голландское государство, а Ост-Индская торговая компания - сообщество купцов, имевшее свой флот, свои войска и не признававшее никаких государственных договоров; корабли компании грабили и топили без разбора все суда, плававшие в Индийском океане. В 1605 году голландцы укрепились на "островах пряностей", и вскоре голландский флаг стал господствовать над морями от берегов Африки до берегов Японии. По условиям Франкфуртского договора Острова Пряностей должны были быть переданы Англии, но голландская Ост-Индская компания не только не признала соглашения, но и уничтожила посланную в Индонезию английскую эскадру. В ответ король Джеймс, еще удерживавший гарнизоны в некоторых крепостях Нижней Голландии, отказался их выводить. Разразившаяся война показала полное преимущество Нидерландов – как на суше, где Морис Оранский один за другим захватил удерживаемые англичанами города и крепости Нижней Голландии и Фрисландии, так и на море. Английский флот при Джеймсе пришел в упадок. Количество боевых единиц оставалось то же, но искусство хорошо управлять кораблями, стоявшее так высоко во времена Елизаветы, почти совсем утратилось. Довольствие нижних чинов и обращение с ними было так плохо, что морская служба стала всем ненавистной. Построенные при Якове I суда оказались очень крепкими, но тяжелыми и часто перегруженными, из-за чего они были тихоходны и малоповоротливы. Надо еще прибавить, что англичане килевали суда, то есть отчищали их подводную часть, раз в 6 месяцев, тогда как голландцы это делали раз в 2-3 месяца; более легкие голландские корабли имели преимущество в ходе перед английскими. Англичане сделали ставку на перехват торговых флотилий, идущих в Амстердам, чем вынудили голландский флот выйти на их защиту. В июле 1614 в Ла-Манше состоялось генеральное сражение. Голландский командующий, используя преимущество в скорости и маневренности, прорезал боевую линию противника и взял английскую колонну «в два огня». Английские суда выходили из строя один за другим. К вечеру английский флот по большей части погиб. Победа в этой войне отдала Голландии торговую гегемонию. Голландский флот снова двинулся в Индийский океан. В течение десяти лет голландцы изгнали оттуда всех соперников, овладели рядом португальских опорных пунктов в Индии и Африке, и захватили в свои руки почти всю морскую торговлю. Огромные караваны судов с азиатскими товарами приходили в Амстердам - новую торговую столицу мира; отсюда товары развозились по всей Европе. Колоссальные прибыли от монопольной посреднической торговли подарили Голландии богатства, сделавшие ее символом буржуазного преуспевания. Голландия процветала: доходы крупнейших компаний были сравнимы с доходами европейских государств, и даже чернорабочие были обеспечены приличной зарплатой; немецкие батраки толпами приходили из-за границы, чтобы наниматься к голландским фермерам.

georg: Все это было не ново: Амстердам повторял историю Афин, Сиракуз, Карфагена - новыми были лишь масштабы торговли, океанские парусные корабли и далекие торговые плавания. Торговля Голландии распространилась на весь мир и создала то, чего раньше не существовало: Мировой Рынок, подчинивший себе экономику многих стран. Экономика всегда определяла политику, поэтому появление голландских кораблей изменило ход истории многих государств - прежде всего тех, которые располагались на берегах Балтики. Главным богатством южного побережья Балтики был хлеб, в котором нуждалась как сама Голландия, так и многие другие страны. На востоке Европы демографическое давление было низким и было много свободной земли, поэтому, когда голландские купцы стали предлагать за хлеб хорошие деньги, местные дворяне стали расширять посевы пшеницы. Им требовались работники, и поначалу они платили своим крестьянам, а потом силой заставили их отбывать барщину, год от года увеличивая повинности - так что, в конце концов, превратили крестьян в рабов, которые не имели своей земли, которых можно было продать и убить. В Польше, Пруссии, Дании, Лифляндии появились огромные хлебные плантации, "фольварки", на которых работали барщинные рабы, - а рядом с фольварками посреди парков располагались дворцы помещиков, наполненные той роскошью, которую предлагали голландские купцы в обмен на пшеницу. Огромные караваны из барж с зерном спускались по Висле, Одеру, Неману, Двине к портовым городам - Данцигу, Штеттину, Кенигсбергу, Риге; здесь зерно перегружали на голландские корабли, уходившие в Амстердам. Помимо зерна, из Прибалтики везли лен и пеньку для парусов и канатов, смолу и деготь для корабельных верфей. На северном побережье, в Швеции, суровый климат не позволял выращивать пшеницу, но там была железная руда и древесный уголь - все, что необходимо для выделки железа. Нидерландский предприниматель Луи де Геер привез в Швецию мастеров со своей родины и основал здесь большие мануфактуры с домнами и литейными мастерскими. На своих мануфактурах де Геер отлил тысячи тяжелых пушек для голландского флота, но главным его достижением было создание легких гаубиц, которые могли передвигаться по полю боя с запряжкой из двух лошадей. Гаубицы де Геера имели столь тонкие стенки ствола, что могли стрелять лишь картечью - крупной дробью, которой поражали пехоту, - однако они отличались удивительной по тем временам скорострельностью: они делали три выстрела в минуту и буквально засыпали картечью противника. Железо, пшеница, лен, все богатства Балтики доставлялись на огромные промежуточные склады в Амстердаме; из Норвегии сюда привозили корабельный лес, а из Англии - шерстяные ткани. Англичане постепенно переняли у фламандцев навыки сукноделия, и оно стало самым распространенным ремеслом; английские ткани продавались голландцами по всей Европе. Мануфактуры требовали все больше шерсти, поэтому английским помещикам было выгодно сгонять своих арендаторов и превращать поля в пастбища. Дороги Англии были переполнены нищими, страну сотрясали голодные бунты, но англичане нашли способ избавиться от десятков тысяч голодных бедняков: по совету известного ученого Фрэнсиса Бэкона были основаны компании для переселения их в Америку. В оплату за возможность уехать в Америку бедняки должны были семь лет работать на американских плантаторов - это было все равно что продать себя в рабство, однако муки голода были таковы, что нищие с легкостью продавали свою "свободу". Десятки тысяч эмигрантов устремились за океан - таким образом, в Англии повторялась история Древней Греции: массовая эмиграция снижала демографическое давление и избавляла страну от социальных взрывов, позволяя аристократии продлить свое пребывание у власти.

georg: Похожее положении сложилось в Испании: здесь тоже "овцы поедали людей". Огромные стада, принадлежавшие испанским грандам, герцогам и маркизам, дважды в год меняли пастбища и двигались через всю Кастилию, затаптывая крестьянские поля. Испанские короли ничего не могли поделать со своим дворянством: ему было выгодно продавать шерсть мануфактуристам. Крестьяне покидали свои наделы и десятками тысяч уезжали в Америку и Африку. Масштабы испанского сукноделия нарастали, и цены на сукно начали снижаться. Позднее, к середине XVII века, более дешевые испанские мануфактурные сукна разорили итальянское сукноделие; мастерские недавно процветавших городов Италии закрывались, рабочие просили милостыню на улицах. Купцы покупали землю и превращались в дворян - история как бы повернула назад: когда-то, в XIII веке, дворяне становились купцами и переселялись в города - теперь эти города вымирали от голода и чумы, и их жители перебирались в деревню. Италия беднела, а Испания – богатела. Мировой Рынок властно определял судьбы стран и народов, дарил одним благополучие, а другим - беды. Государства тех времен были еще слишком слабы, чтобы защитить себя от диктата рынка, - и даже если короли устанавливали таможенные пошлины, то контрабандистам ничего не стоило обойти порты и заставы. Французский король Генрих IV жаловался, что все богатства Франции уходят на оплату шелковой одежды, и французские деньги утекают в Испанию. Он издавал законы против роскоши, но ничего не мог поделать со своими разодетыми, как павлины, дворянами. . Естественно, что происходившие на Западе революционные перемены не могли обойти стороной Россию. Мировой рынок - это был новый лик Запада, обращенный к России, это был Вызов - и России предстояло найти Ответ.

Леший: georg пишет: Французский король Генрих IV жаловался, что все богатства Франции уходят на оплату шелковой одежды Кстати о шелке. Ведь Греко-Россия идеальное место для шелководства (например п-ов Пелопонес, который из-за его развитого шелководства называли Мореей). Где оно в мире АВИ?

georg: Леший пишет: п-ов Пелопонес, который из-за его развитого шелководства называли Мореей То когда было, при Комнинах. В этом мире сей центр несомненно восстановится - у Димитрия нет другого выхода. Балканы, начисто разоренные в ходе антитурецких войн, еще не оправились и не расцвели, налоговые поступления невелики, нормальных армии и флота Ромея на них содержать не может. Москва не дает ни копейки. Последние войны финансировались за счет того, что Димитрий монополизировал торговлю с востоком, направив путь через Константинополь, Черное море и Грузию в Иран. Но выход Ирана на Средиземное море через Сирию свел эту статью доходов к нулю. В общем, василевсу тяжко придется. И естественно он будет всеми силами развивать промыслы.

Леший: "На некоторых островах существовало и шелководство. Центром его был Хиос — самый населенный остров Архипелага. Население его в 30-х годах XVIII в. составляло 100 тыс., из них 5 тыс. турок. Помимо собственного шелка-сырца, его привозили с других островов Архипелага, а также из Пелопоннеса и Загоры (Фессалия). На этом сырье работали мастерские Хиоса, вырабатывавшие различные виды шелковых тканей, в том числе дамассе, составлявшую конкуренцию аналогичному венецианскому товару". Г. Арш, "Греция: Торговля. Просвещение. Война 1768-1774 гг. Восстание в Морее" http://kazy.narod.ru/r/Publ/Morea_2.htm

georg: Леший пишет: На некоторых островах существовало и шелководств Это все понятно, но конкурировать с огромным потоком дешевого шелка из Ирана вряд ли получится успешно. Как ни крути, а надо отобрать у персов Сирию

Крысолов: georg пишет: Как ни крути, а надо отобрать у персов Сирию А силенки? Че-то не верится мне, что испанцы помогут военной силой. Не до того им. Зато как расцветут пиратские республики Додеканеса

georg: Крысолов пишет: Зато как расцветут пиратские республики Додеканеса Это кстати будет одной из причин вышеупомянутого выступления Франции и Венеции (главных торговых партнеров Ирана на Средиземном море) против России (и Ромеи) во время войны в Польше. Ведь в сложившейся ситуации Димитрию придется поддерживать "Островное братство" чуть ли не на государственном уровне.

Крысолов: Согласен. georg пишет: "Островное братство" Нет, ей богу. Как представлю себе внешний вид додеканских пиратов, так прям в экстазе валяюсь.

Вольга С.лавич: georg пишет: Голландский командующий, используя преимущество в скорости и маневренности, прорезал боевую линию противника и взял английскую колонну «в два огня» Это анахронизм. Линейной тактики ещё нет. Корабли сражаются "кучками", группируясь вокруг флагманов.

georg: Вольга С.лавич пишет: Линейной тактики ещё нет. Но ведь в РИ до первой англо-голландской в XVII веке и крупных морских войн небыло. А здесь есть. Почему линейная тактика не может возникнуть раньше, по крайней мере быть примененной голландцами?

georg: В восточной Европе к началу XVII века сложился тип государства и общества, принципиально отличный от формировавшегося на Западе. Иван Грозный и сын его Иван Иванович вдохновлялись идеями Ивана Пересветова, и при реформировании России брали за образец Османскую империю времен Сулеймана Великолепного. Что не удивительно - известные философы европейского Возрождения, Жан Боден, Ульрих фон Гуттен и Томазо Кампанелла находили в Османской империи образец для подражания. Господство государственной собственности и значительное государственное регулирование в экономике, равенство сословий перед законом, поддержание государством и религиозное освящение социальной справедливости и социального обеспечения, абсолютная дисциплина и самодержавная власть монарха – все эти характерные черты Оттоманской Порты времен Сулеймана теперь характеризовали и Русское государство. Реформы Ивана IV превратили Россию в восточное государство, основанное на заимствованных из Турции законах «справедливости», "адалет". Преобладала государственная собственность, в частной собственности согласно мысли тогдашних русских философов могли находиться лишь имущества, созданные личным трудом (патриарх ДионисийII (1615-1633), бывший Троицкий архимандрит и ректор Академии, настойчиво высказывал подобные идеи в своих проповедях). Земельной собственности в России в то время фактически не было, ибо собственность означает свободу распоряжения ею. Поместные и черносошные земли вообще не могли служить объектом купли-продажи, вотчинники и Церковь имели право на таковые операции с землей только при наличии специальной санкции царя. Земля считалась государевой и находящейся в «вечной аренде» у крестьянских общин, ее обрабатывающих. Помещики имели право только на получение ренты, размер которой был строго фиксирован в «переписных листах». При этом барщина и натуральные повинности отсутствовали, все они были коммутированы в денежный оброк. При Иване Грозном эти порядки распространились и на вотчины. Таков же был и принцип управления церковными землями – монастыри и епископские кафедры являлись только получателями фиксированного оброка, на доходы от которого обязаны были содержать школы, больницы и богадельни. Впрочем источниками церковной благотворительности были не только доходы с земель, но и многочисленные пожертвования верующих. Гражданским управлением руководили чиновники – дьяки, рекрутировавшиеся в основном из «поповичей», и имевшие обязательные образовательный ценз – т.е. выпускники Славяно-Греко-Латинской академии. Дети выслужившихся чиновников, получивших дворянство, поступали уже на чисто дворянскую военную службу. В результате во главе административного аппарата стояли люди, в основном ничем не связанные с интересами дворянства, и государство жестко держало в руках военную элиту. Горожане и крестьяне объединялись в городские и сельские общины. Хозяйственным управлением и сбором налогов ведали в городах и уездах выборные "излюбленные головы", а гражданский суд - присяжные целовальники. Земские выборные действовали в посадах, станах, волостях и слободах. Каждый округ выбирал одного, двух или больше излюбленных старост с несколькими присяжными целовальниками. Крестьянская волость выбирала одного присяжного целовальника в окружной суд, а сбором податей ведал общинный староста при круговой поруке общины. Обложение было подворным, и перепись проводилась раз в пять лет. В ведомство суда присяжных входили судные дела исковые, т. е. гражданские, которые велись состязательным, исковым порядком, а не губным, следственным. Уголовные дела - поджог, душегубство, разбой и татьба - ведались присяжными земскими судьями совместно с губными старостами. В городах и волостях часть местных налогов шла в казну общины – и каждый из ее членов мог в случае нужды рассчитывать на ее беспроцентную ссуду. В волостях и станах создавались общественные склады зерна – так же для выдачи ссуд и на случай стихийных бедствий. Государевы наместники имели право в чрезвычайной ситуации (например неурожая) указом регулировать рыночные цены, и в этих случаях закон предусматривал драконовские наказания для нарушителей. Внутри страны государство удерживало монополию на некоторые товары, но эти монополии (как например на производство и продажу спиртного) сдавались на откуп общинам. Во внешней же торговле государство прочно удерживало монополию на целый ряд товаров – в первую очередь пушнину и хлеб. Реализацией этих товаров на внешних рынках занимались полугосударственные торговые компании, большая часть доходов которых принадлежала государству, и деятельностью которых распоряжалось ограниченное количество купеческих семейств, принятых на гос. службу – так называемых «гостей» или «коммерции советников», имеющих в компаниях свою долю дохода. Агенты компаний скупали хлеб, лен, пеньку, деготь и прочие товары на местах, грузили на принадлежащие компаниям речные суда, и доставляли в порты Нарвы и Невска (переживавшего расцвет), где продавали иностранным купцам. При этом наиболее доходные монопольные товары – пушнина и хлеб – доставлялись на Запад на «государевых кораблях», что позволяло снимать всю прибыль в пользу Российской казны. Компании «гостей» были мощным экономическим орудием самодержавия – с помощью их разветвленного аппарата государство имело возможность организовать массовую скупку любых товаров в любом регионе страны, дабы потом использовать его для своих нужд или выбросить на рынок. Особенно это касалось хлеба, «стратегические запасы» коего после неурожаев 1602-1603 государство создавало регулярно. Сами собой вырабатывались мощные рычаги государственного регулирования, хотя те, в чьих руках эти рычаги находились, еще не осознавали всех их возможностей. «Гости» заняли по своему значению в государстве положение, до некоторой степени сходное с положением генуэзских банкиров в Испании и откупщиков-«финансистов» во Франции. Всевластие государства в экономике на первый взгляд надежно защищало Россию от экспансии Мирового Рынка и от судьбы западных соседей России, все экономические, а затем и социальные структуры которых были безжалостно перестроены европейским спросом.

georg: Регентство Василия Ивановича было для России периодом мира и благоденствия. Сам регент не являлся человеком энергичным и властным (и «продавливать» решения предоставлял своему «первому министру» Федору Романову), но был умен и весьма образован. В нем Россия впервые столкнулась с типом государя-философа. Главной целью власти Василий видел благоденствие подданных. Налоги поддерживались на низком уровне, создавалась общинная система хлебных запасов, кредита и взаимопомощи, продолжалась активная колонизация Черноземья. Первая половина XVII века стала золотым веком русского крестьянства. Южные помещики из числа высшей знати владели обширными пространствами незаселенных земель – и, чтобы привлечь на них поселенцев, они предоставляли им выгодные «ссуды и помоги» и длительные льготы. Шла массовая миграция на юг, тысячи телег из густонаселенных областей Новгородчины и Центра катились на юг, в благодатную лесостепь. «Великое число земель и легкая работа дают способ земледельцам великое число земли запахивать, – писал современник, – так что во многих местах они четверть жатвы своей отдают приходящим из Замосковных уездов за то, что помогают хлеб их убирать». Средний крестьянский двор имел 5 лошадей, 5 коров и чистый сбор в 300 пудов хлеба – в 3-4 раза больше, чем нужно для потребления. «Денег было мало, и они были почти не нужны. Продавая за 3 алтына меру пшеницы в городе, за 300 или 400 верст, они клали алтыны в горшки. Из алтынов составлялись у них сотни рублей. Кто имел 100 рублей, считался богатеем беспримерным. «Не наживи, – говаривали, – 100 рублей, а имей 100 друзей». Пчеловодство, множество хлеба и скота дозволяли варить для себя мед, пиво, водку. Изобильная жизнь, пышные и обильные общинные праздники южных сел позднее, когда наступили худшие времена, стали крестьянской «легендой о золотом веке». Банкротство Персидской компании и прекращение доходов от посреднической торговли нанесли мощный удар по русским финансам. Поскольку повышать налогообложение Василий категорически не желал, возникла идея начать активную хлебную торговлю. Но значительно увеличить ее масштабы не удалось – прилегающие к Балтике области России были мало плодородны и сами себя не обеспечивали хлебом. Доставка же хлеба из Черноземья через систему рек и Вышневолоцкого канала была достаточно долгой и дорогой. Редко удавалось доставить зерно в срок, то есть до окончания навигации в Финском заливе. Организовать же хранение огромных партий зерна до следующего года было достаточно сложно. Доходы от расширения монопольной хлебной торговли так и не покрыли целиком потерь от банкротства Персидской компании, но по большей части позволили заткнуть брешь.

georg: Князь-регент, будучи «великим любителем наук», заботился о распространении просвещения в России. В 1615 ректор Академии и Троицкий архимандрит Дионисий Радонежский был при поддержке Василия избран патриархом Московским. При дворе сложился ученый кружок, во главе которого стояли кроме патриарха новый ректор Арсений Глухой и «восприявший внешние науки от немец» придворный священник Иван Наседка. Они развернули проект широкой сети высших учебных заведений – филиалов Академии – во всех крупных городах России. Жители Ростова, столицы личного удела Василия, первыми били челом об открытии в их городе высшего училища с преподаванием "грамматической хитрости, языков славенского, греческого и латинского, математики и прочих свободных учений". Указ об открытии Ростовской «гимнасион» был выдан Василием на характерном для тогдашней русской интеллигенции языке, насыщенном греческими терминами - "да трудолюбивии спудеи радуются о свободе взыскания и свободных учений мудрости и собираются во общее гимнасион ради изощрения разумов от благоискусных дидаскалов". Подобные училища появились в Новгороде, Пскове, Смоленске, Нижнем Новгороде, Казани, и наконец в Курске, постепенно становившемся главным городом Черноземья. В год низложения Рудольфа именно посланник Василия в Вене, дьяк Луговской, сманил в Россию оставшегося после свержения императора без работы и денег Кеплера. В письме, переданном ученому дьяком, говорилось: "известно учинилось, что ты гораздо научен и извычен астрономии, и географус, и небесного круга, и землемерию, и иным многим надобным мастерствам и мудростям, а нам, великому государю, такой мастер и годен". Жалование было предложено огромное, и Кеплер, оставшийся без средств к существованию, быстро согласился. Вскоре немецкий астроном уже читал лекции на латыни в Московской Академии, а обсерватория, оборудованная в Москве, породила затем легенду о «колдуне на Сухаревой башне».

Dorei: Впереди у России чую очень нехилый застой (как и Османов в РИ) и нечто среднее между Мэйдзи исин и Смутным временем РИ в XVIII веке (с прелюдией в конце XVII). Особенно интересна судьба РИ инициаторов раскола (Аввакум и др.), а также Петра Алексеича и его сына Алексея Петровича.

georg: Dorei пишет: Впереди у России чую очень нехилый застой (как и Османов в РИ) Как у Османов в РИ не получится - все же Россия более развернута к Европе в плане отсутсвия непроницаемого идеологического барьера. Поражение в предстоящей войне с европейской коалицией вызовет новую волну модернизации. Dorei пишет: нечто среднее между Мэйдзи исин и Смутным временем РИ в XVIII веке Это по другой причине. Высокий уровень жизни крестьянства, ликвидация набегов и пр. вызовут на Руси такой демографический взрыв, что к середине XVIII века население Европейской России достигнет РИ уровня конца XIX века. Ну и все прелести - малоземелье, масштабное разорение крестьянства, города, наполненные полуголодными пролетариями..... Короче, картинка типа Китая времен падения династии Мин Dorei пишет: судьба РИ инициаторов раскола (Аввакум и др.), Ну, строго говоря, инициатором раскола был Никон, начавший свои "реформы" не смотря на предостережения Константинопольского патриарха Дионисия, утверждавшего что при догматическом единомыслии обрядовые расхождения неважны. Здесь вопрос урегулирован в подобном духе еще Стоглавым Собором. Но подумаем, что будет, когда Руси достигнут церковно-организационные реформы в протестантском духе, проводимые Константинопольским патриархом Кириллом Лукарисом (в данной АИ он вполне развернется). Dorei пишет: Петра Алексеича Вице-король Дальнего Востока, создавший Тихоокеанскую эскадру и построивший Петроград в заливе Петра Великого руками многотысячной трудовой армии пленных китайцев

Dorei: georg пишет: Это по другой причине. Высокий уровень жизни крестьянства, ликвидация набегов и пр. вызовут на Руси такой демографический взрыв, что к середине XVIII века население Европейской России достигнет РИ уровня конца XIX века. Ну и все прелести - малоземелье, масштабное разорение крестьянства, города, наполненные полуголодными пролетариями..... Короче, картинка типа Китая времен падения династии Мин Так. Значит рост буружуазии, как городской так и сельской (дешевая рабочая сила). Буржуазия вступает в конфликт с госаппартом, пытающимся поддерживать "святую Русь". В головах у буржуазии -- как бы не идеи анаологичные крайнему расколу РИ ("Царь -- антихрист, патриарх -- лжепророк, последние времена и т. д.") Пролетариат и крестьянство в принципе согласны. Казачьи окраины волнуются и ищут кого бы порезать. Мелкие в конец разоренные дворяне примыкают к буружуазии. Лет на 5 всеобщая резня. И приведение отношений в остветсвие силам. Будеут ли после такой встряски цари -- сомнительно. Патриархи может и уцелеют. А чего -- теократическая Россия. georg пишет: Вице-король Дальнего Востока, создавший Тихоокеанскую эскадру и построивший Петроград в заливе Петра Великого руками многотысячной трудовой армии пленных китайцев Во-первых, Петропавловск. Во-вторых. Почему пленных? Скорее всего там уже казачье войско смешанного характера будет. С включением беглых китайских крестьян. В-третьих залив скорее всего Ситенский (от кит. Цинтянь).

georg: Dorei пишет: Значит рост буружуазии, как городской так и сельской (дешевая рабочая сила). На счет городской - согласен. На счет сельской - нет. Разорение крестьян будет вызывать их масштабную задолженность и переход земли к тем, кому они должны - а должны они в основном помещикам, которые традиционно предоставляют "ссуды и помоги". В то же время рост городов и промышленности делает чрезвычайно выгодным товарное производство хлеба, и следовательно - стремление к расширению "боярской запашки". С начала этот процесс пойдет завуалированно, а затем - не вечно сильные представители "народной монархии" будут сидеть на троне. Любое ослабление центральной власти приведет к тому, что дворянство легализует свое новое положение - и Россия покроется фольварками, на которых будут трудится правда не крепостные, а разорившиеся безземельные батраки. Dorei пишет: Мелкие в конец разоренные дворяне примыкают к буружуазии. На оборот - с ней согласны как раз преуспевающие. Dorei пишет: Пролетариат и крестьянство в принципе согласны. Как они могут быть согласны с теми, кто их угнетает, против тех, кто их защищает? Dorei пишет: Буржуазия вступает в конфликт с госаппартом, пытающимся поддерживать "святую Русь". Коллега, извините, но в этих ваших утверждениях я усматриваю не только не понимание законов истории, но и отсутсвие логики. Сделаем небольшой теоретический экскурс. Государства типа "Святой Руси" данной АИ в истории появлялись неоднократно. Это социалтстические государства, так как в их идеологической основе лежит поддержание социальной справедливости. Такого рода государство основано на государственной собственности, государственном регулировании и управляется государственными чиновниками. (По существу эта интерпретация совпадает с понятием государственного социализма, которое широко использовалось – и продолжает использоваться – в западной историографии так называемого “модернизаторского” направления.) В работах этих и многих других исследователей признавалось, что социалистические гocyдapствa существовали как в Древнем мире, так и в Средневековье. В качестве классических примеров ученые приводили Египет времен Древнего царства и Шумер конца III тысячелетия до н. э. – это были общества с весьма сложной и совершенной организацией государственного хозяйства. В Шумере огромные государственно-храмовые хозяйства владели почти всей землей; крестьяне работали в составе ”рабочих отрядов” и получали за работу продуктовые пайки [Шарашенидзе, 1986; Козырева, 1988]. Однако с течением времени в государствах древности происходил переход от крупных государственных хозяйств к обработке земли индивидуальными арендаторами – что, впрочем, не меняло существа социальной системы. В Египте государства социалистического типа сменяли друг друга до времен Птолемеев (305-30 гг. до н. э.). Крупнейший исследователь эпохи эллинизма Ростовцев описывал Египет эпохи Птолемеев как “просвещенную социалистическую монархию”, обладавшую развитой плановой экономикой. Египетские крестьяне хозяйствовали на выделенных им государством (и регулярно переделяемых) землях, они получали от государственных управляющих высококачественное семенное зерно и трудились в соответствии с разработанным учеными агрономами “посевным расписанием”. Весь собранный урожай свозился на государственные тока, где проверялось качество зерна, после этого крестьянину передавалась положенная ему доля [Rostovtzeff , 1928; 1941]. Порядки Египта после мусульманского завоевания, и в частности, во времена Фатимидов (X–XII века), по существу, оставались теми же, что и во времена Птолемеев – господствовала регулируемая государственная экономика. Нашествия тюрок и монголов нанесли новый удар мировому социализму, но позже он возродился под красными знаменами Османской империи. В этой империи вся земля считалась государственной, крестьянские семьи обеспечивались стандартными наделами (“чифт” – надел, который можно обработать парой быков; если у крестьянина не было быков, то их предоставляли власти). “Примеры, взятые из образа действий Пророка вместе с некоторыми местами Корана послужили основой странному учению, стремящемуся не больше не меньше, как к полному отрицанию даже самого принципа личной частной собственности”, – писал известный правовед И. Нофаль [Нофаль,1886, с. 4,7]. Все земли, недра и другие источники богатства рассматривались как общее достояние мусульманской общины. Воины получали право на сбор налогов с небольших поместий, “тимаров”, однако они не имели никакой власти над крестьянами, а собираемые налоги были весьма скромным вознаграждением за тяжелую службу. Османская империя долгие века оставалась могущественным государством, и ее порядки были заимствованы многими соседними странами, в том числе Ираном и до некоторой степени, Россией [Алексеев, Нефедов, Побережников, 2000]. В XVIII веке нарушение принципов государственного регулирования привело к разложению Османской империи, проявившемся, прежде всего, в распространении крупного частного землевладения. В XIX столетии египетский правитель Мухаммед Али предпринял попытку восстановления традиционного государственного социализма. Помещичья собственность была уничтожена, крестьяне стали арендаторами государственной земли, создана крупная государственная промышленность. Характерно, что в процессе подготовки и проведения реформ Мухаммеда Али принимали участие французские социалисты во главе с Б. Анфантеном. Однако усиление Египта вызвало мощное противодействие европейских “великих держав”; подчиняясь военному диктату, Мухаммед Али оказался вынужден открыть страну для иностранного капитала; вслед за этим последовало разорение государственной промышленности и развитие частной собственности в деревне. Социалистическая традиция вновь проявилась на Ближнем Востоке в середине ХХ века, во времена Г. А. Насера. В период его правления наблюдались попытки к сближению марксизма и исламской традиции социальной справедливости, что проявилось в широком распространении понятия “исламский социализм” [Игнатенко, 1988]. Хотя несколько позже лидеры “исламской революции” в Иране отвергали на словах внутреннюю связь ислама с марксизмом, на деле они, точно так же как Насер, призывали к социальной справедливости и национализировали крупные промышленные предприятия. Аятолла Хомейни в речи, посвященной первой годовщине исламской революции 1979 года, говорил, что она означала “победу обездоленных над угнетателями” (цит. по: [Иванов, 1982, с. 40]). Государства социалистического типа существовали и на Дальнем Востоке. Великий апостол конфуцианства Мэн-цзы некогда предложил ввести систему равных наделов, ”цзинь-тянь”; в соответствии с этой системой вся земля считалась государственной и всем крестьянам выделялись одинаковые участки в 100 му. В самом начале новой эры император Ван Ман пытался претворить эту идею в жизнь – но неудачно. Позднее, в эпохи Цзинь и Тан, система равных наделов была реализована на практике и на несколько столетий стала экономической основой китайского государства. Воспетая великими поэтами, эпоха Тан вошла в дальневосточную культурную традицию как символ справедливого и процветающего общества, где крестьяне избавлены от угнетения и обеспечены землей, а чиновники отличаются познаниями и высокой моралью, так как их выдвижение связано с победой на экзаменах, открытых для любого желающего. Окружающие страны брали пример с империи Тан – в Корее и в Японии были проведены реформы, преобразовавшие эти страны по китайскому образцу. Империя Тан многие века оставалась идеалом конфуцианских “ученых-чиновников”. “Династия Тан поровну дала народу землю и владела Поднебесной 300 лет ... – писал корейский реформатор Чо Джун. – Нужно начать все это снова, чтобы были достаточны доходы государства и зажиточна жизнь народа, чтобы стали еще лучшe придворные сановники и были обеспечены воины [армия]” (Цит. по: [История, 1974, с. 237]). В XIV веке порядки империи Тан в основных чертах возродил “красный император” Чжу Юаньчжан, но основанная им новая империя Мин впоследствии переродилась в общество, в котором господствовали помещики. В ХVII веке вождь крестьянской революции Ли Цзычен пытался снова переделить землю, но революция была подавлена помещиками с помощью маньчжурских завоевателей. Ученые-конфуцианцы дискредитировали себя поддержкой иноземцев, захвативших власть в стране. Поэтому, когда в середине XIX веке китайские крестьяне снова поднялись на восстание, на их знаменах были написаны лозунги одной из западных версий социализма: “Все же верующие были вместе и разделяли всем, смотря по нужде каждого...” Восставшие тайпины были христианской сектой, они изгнали помещиков, разделили земли между крестьянами и пытались создать коммуны, подобные коммунам ранних христиан. Революция тайпинов была подавлена, но через семьдесят лет началась новая революция – теперь уже под заменами марксизма. И эта революция в Китае одержала победу. Таким образом, одна и та же идея принимала различные формы: “марксистский социализм”, “христианский социализм”, “конфуцианский социализм”, “исламский социализм” – все это различные проявления одного учения, основами которого являются государственная собственность и социальная справедливость. Однако в истории форма столь же важна, как и содержание: человек не может одновременно поклоняться Христу и Мухаммеду, Марксу и Конфуцию. Это привело к тому, что социалисты разных направлений, как правило, не признавали друг друга, – а иногда и вступали в ожесточенную борьбу. Таким образом, социализм присутствовал в истории всегда – но он одевался в разные одежды, говорил на разных языках, и его приверженцы часто не понимали друг друга. Вся история человечества была историей борьбы социализма и капитализма, социалистические государства рождались на свет, одерживали победы и погибали, сраженные внешними врагами или внутренними социальными болезнями. Итак, какие же потрясения ожидают нашу "Святую Русь"? ИМХО - по тому же сценарию, что и социалистические государства древности – внутреннее разложение государства. Причиной внутреннего разложения обычно является неспособность государства справиться с последствиями роста населения в ходе демографического цикла. В условиях существования надельной системы такой рост приводил к измельчанию крестьянских хозяйств; в годы голода крестьяне (несмотря на запреты) продавали свой земли, чиновники пользовались властью и положением для скупки этих земель, и, таким образом, снова возникало и стремительно расширялось помещичье землевладение – иногда в скрытых, "теневых" формах. Разложившееся и коррумпированное чиновничество фактически приватизировало земли и доходные должности; социалистическое общество разлагалось, на смену коллективизму и взаимопомощи приходили индивидуализм и стремление к обогащению. Помещики сдавали свои земли в аренду или нанимали батраков для их обработки; полученную продукцию они продавали на рынке; эта деятельность была ни чем иным как частным предпринимательством. Таким образом, процесс разложения социалистического государства был тесно связан с нарождением буржуазии. "Теневая", не имевшая легальных прав, буржуазия нуждалась в защите своей собственности, помещики и ростовщики нанимали вооруженных слуг, создавали "отряды самообороны" или подчиняли своему контролю местные полицейские формирования. Используя подкуп, представители буржуазии проникали в центральную администрацию, где всегда находились люди, стремившиеся к личному обогащению. В конечном счете, новая буржуазия добивалась легализации своего положения, и социалистическое общество превращалось в буржуазное. Такова была эволюция Империй Тан и Мин. Так же шло разложение Османской империи. (Хм. Кстати с СССР произошло тоже что-то похожее). Так будет и в России этого мира - где-нибудь к концу XVII века. А далее - демографическое давление будет нарастать, и вместе с ним - "относительное и абсолютное обнищание народных масс". Неизбежная в этом мире революция будет вдохновлятся именно идеалами утраченной "Святой Руси" - как и в Китае крестьянские революции средневековья вдохновлялись "праведными" империями древности (и наша революция будет похожа на китайскую революцию Ли Цзы-Чена). Русь Иванов и Василиев останется в народной памяти "легендой о золотом веке". Буржуазия примкнет разве что пост-фактум, ибо ей и так хорошо - по началу движущими силами будут казачество, на земли которого пойдет настоящее наступление, разорившаяся традиционалистская часть дворянства (аналоги тех, что в РИ России XIX века шли в народники), крестьянство и городские низы. Вот только марксизьма-то еще нет в природе. Идеолгическими вождями станут нищенствуюшие монахи-отшельники из нового монашеского движения - некие воскресшие нестяжатели, аналог западных францисканцев, бичующие пороки разложившегося и погрязшего в наживе высшего духовенства. И разумеется, революция приведет на трон "праведного государя", в котором народ увидит воплощение царей "золотого века" - Иванов и Василиев.

Леший: georg пишет: И разумеется, революция приведет на трон "праведного государя", в котором народ увидит воплощение царей "золотого века" - Иванов и Василиев. Иосифа I?

georg: Леший пишет: Иосифа I? Нет, его я зарезервировал для Испании (короны которой Бурбонам в этом мире не видать). А на трон России - ПетраIII. Который по матери действительно будет сыном Анны Петровны Романовой. А по отцу - из царевичей византийской ветви Рюриковичей.

Dorei: Георг, вы меня отчасти не так поняли. Я согласен, что всё пойдет примерно так вы сказали. Несогласие по двум пунктам: а) Царь. Я не говорил, что повстанцы установят республику. Скорее я имелл ввиду иранскую систему (там глава государатва де юре "сокрытый имам"). То есть жизнь в вечном ожидании прихода "Праведного царя". Просто не вижу кандидатуры достаточно праведной с точки зрения масс. Что северная, что южная династия в грязи по уши. Что с Петровичами -- непонятно: тут у них родомсловная координально другая. Нет не Марты Скавронской, не Софьи-Фредерики Ангальт-Цебстской. Учитывая, что у Петра Алексеича скорее всего просто гарем будет... б) Буружуазия -- вы модернизируйте промышленную буружуазию дореволюционной эпохи. ИМХо изрядно нищую и национально ориентированную. Внешних рынков нет, а внутриенний нищ настолько, что его покупательная способность равна нулю. Насколько помню японская в таких условиях Мэидзи исин поддержала. Финансовую да -- развешают на первых попавшихся деревьях.

georg: Dorei пишет: жизнь в вечном ожидании прихода "Праведного царя" Эта вы рассказов с последнего конкурса начитались Dorei пишет: Что северная, что южная династия в грязи по уши. С чего вы взяли? На юге ситуация принципиально иная - там удобны комуникации для миграций переселенцев (попробуйте вы без железных дорог крестьян из Европейской России массово в Сибирь переселять - а на юге-то море кругом, переселяй сколь угодно), и проблема нехватки земли решается за счет мусульманских соседей. В Ромее сложится милитаризированная самодержавная монархия, которая будет перманентно наступать на восток, и отгеноцидив тюрков, заселять "лишними людьми" все новые и новые области Малой Азии (которая ко второй половине XVIII века будет завоевана целиком). Обедневшие крестьяне Балкан и Украины мигрируют туда. Проблемы малоземелья и крестьянского разорения не возникнет вообще. К тому же Царьградские императоры во время войны за Испанское наследство завоюют Египет, превратив эту плодороднейшую страну в дойную корову для снабжения хлебом промышленных городов Эллады. В глазах русского крестьянства "южная династия" будет вполне себе "праведной". Dorei пишет: Что с Петровичами -- непонятно: тут у них родомсловная координально другая. Нет не Катерины Скавронской, не Софьи-Фредерики Ангальт-Цебстской. Учитывая, что у Петра Алексеича скорее всего просто гарем будет... Ну почему - у меня же в этом жанре жесткий детерминизм. Н обвинения отклоняю - никто не докажет мне, что сын Федора Романова не может в этом мире женится на дворянке Стрешневой, а крупнейший землевладелец страны Алексей Михайлович Романов - влюбится в юную красотку Наталью Нарышкину. Катерина Скавронская - дочь нишего белорусского шляхтича, перебравшегося в поисках карьеры в "Русское Эльдорадо" - богатое золотыми приисками и мехами Дальневосточное наместничество. Возлюбленнная Петра, брак с которой позднее узаконен. А вот явно искуственного, навязанного мамашей брака Петра с Евдокией Лопухиной в этом мире небудет - в место него юный Петр уйдет в дальнее плавание Dorei пишет: не Софьи-Фредерики Ангальт-Цебстской А мы приведем ее папашу на Российскую службу. Или - чего лучше - он и в РИ претендовал на герцогство Курляндское, будучи каким-то боком в родстве с Кеттлерами, но его послали. А здесь получит. Dorei пишет: Буружуазия -- вы модернизируйте промышленную буружуазию дореволюционной эпохи. ИМХо изрядно нищую и национально ориентированную. Внешних рынков нет, а внутриенний нищ настолько, что его покупательная способность равна нулю. Дело в том, что на момент подъема русской промышленности (а это середина XVII века) внутренний рынок вполне себе, и те же текстильщики и прочая легкая промышленность будут процветать. Затем обнищание крестьянства разорит их и вполне может получится по вашему. Но многие перепрофилируются на выработку предметов роскоши, которые зажравшаяся элита будет потреблять в изобилии. Металурги найдут внешние рынки - те же Иран и Среднюю Азию, Польшу - в РИ в XVIII веке русское железо и на запад вывозили. Да и госзаказ никуда не денется. Но тяжелой промышленностью будет рулить ограниченное количество могущественных семейств горно-заводских магнатов типа Демидовых, и "новые дворяне". Мелкие мануфактуристы, ремесленники и прочие разоряющиеся производители - да, легковоспламенимый материал.

Вольга С.лавич: georg пишет: Но ведь в РИ до первой англо-голландской в XVII веке и крупных морских войн небыло. А здесь есть. Почему линейная тактика не может возникнуть раньше, по крайней мере быть примененной голландцами? Были шведско-датские и испано-голландские разборки во время 30 летней. Впрочем, в первую англо-голландскую линии были скорее эпизодом, чем правилом. Более-менее эта тактика установилась к концу второй англо-голландской. Для линейной тактики нужно, что бы государство строило десятки крупных военных кораблей со схожими ТТХ. В вашей АИ я предпосылок для этого не вижу.

georg: Вольга С.лавич пишет: Для линейной тактики нужно, что бы государство строило десятки крупных военных кораблей со схожими ТТХ. А не предложите свой сценарий для данного судьбоносного сражения (как оно могло бы протекать)? Учитывая данные в теме характеристики английских и голандских судов (взятые мной у Штенцеля).

Dorei: 1) Уральские заводы -- по сути те же фольварки. Рекомендую их отдать Яицкому войску. Получается концерн покруче Мицубиси. 2) Если вам нужен святой царь, нужно чтоб первый брак был. :) Условно Петр женится на Лопухитной. Его направляют воеводой на Амур. Рождатается сын от первого брака. На востоке Петр буйствует, сдружается с монголами (как в РИ с немцами). Рождается сын (= РИ Алексей Петрович). Характером он напоминает деда -- Алексея Михайловича: никакой государственный деятель, зато весьма продвинутый книжник. При петровском дворе раздрай, пьянство, многоженство. Рядом старцы экстремального направления или минимум их сочинения.Попыткеа переместится в европейскую Россию -- мерзость еще большая, фольварки, дичающие мастеровые Урала, измываетельство над посадскими. Тут царевич скорее всего начнет открыто юродствовать (предложение боярам мяса в великий пост). Батоги, ссылка к отцу. Папа в сути обвинения не разбирается и отпускает сына на все четыре стороны. Сын начинает писать. Писать он умел насколько я понимаю весьма неплохо. Результат "О запустении в царстве Российском". Думаюдщая молодежь Дальнего востока принимает книгу к сведению. Лет на 10 позже РИ умирает Петр. В Петропавловск присылают нового воеводу. Елисавета Петровна приводит к новому воеводе (будет ли здесь Скавронская -- не важно, вполне можно заменить японской гейшей) берет в руки посох Петра и с криком "Помните ли вы чья я дочь?!" натравливает на новополучившего казачью ватагу. После чего правят ее любовники в ранге гетманов. Доедет ли Анна Петровна до Царьграда -- большой вопрос. Хотя если ей просто захудалого Рюроковича пришлют... все возможно. За неименением лучшего племянника воспитывает Алексей. (Если конечно Петр не наделает тайчжей от наложниц.) В голове у племянника зреют соответсвующие идеи. Дальше -- дело техники. :)

Вольга С.лавич: georg пишет: А не предложите свой сценарий для данного судьбоносного сражения (как оно могло бы протекать)? Учитывая данные в теме характеристики английских и голандских судов (взятые мной у Штенцеля). Возьмите за образец разгром Тромпом Окендо. Или пусть голландцы воспользуются плохой манёвренностью англичан и натравят на них брандеры.

georg: Вольга С.лавич пишет: Возьмите за образец разгром Тромпом Окендо. Ситуация не та. Тромп атаковал Окендо в гавани, испанцы в основном не успели ни сняться нормально с якорей, ни построится. На классический морской бой не тянет (а хочется). Вольга С.лавич пишет: пусть голландцы воспользуются плохой манёвренностью англичан и натравят на них брандеры. Пожалуй идея, но... в открытом море? В РИ подобные случаи были?

georg: Dorei пишет: Доедет ли Анна Петровна до Царьграда -- большой вопрос. Доезжать не надо. Царевич из боковой линии. После завоевания ромеями Египта командует созданной ими в Индийском океане эскадрой, и совершает "дружественный визит". С Петром они быстро скорефанятся как фанаты-флотофилы. Далее играют роль и чувства, и немеренное приданное любимой дочери Дальневосточного "вице-роя". Dorei пишет: Елисавета Петровна Я думаю, Петр здесь наделает сыновей, и бабе места не будет. Dorei пишет: В Петропавловск присылают нового воеводу. Если тянет на подробности, то у меня в порядке прикола и альтисторического бреда рождается маленько иной сюжет, более достойный пера авторов грядущих рассказов . Старший брат Петра, Федор Романов, канцлер Российской империи - в начале века возглавляет движение "честных чиновников", аналогичное группировке Дуньлинь в Минском Китае (Алексей в плане политической публицистики будет верным последователем дяди). Федор пытается провести реформы, снижающие социальное напряжение. Одновременно организуется выселение безземельных крестьян на Дальний Восток. Их везут морем и почти кругосветом, но зато "одной душой" - расходы на их обзаведение финасируются за счет доходов с золотых приисков Приамурья, на них же покупается у монголов скот для переселенцев. Затем умирает поддерживавший Федора царь. Власть берет камарилья, и "великий канцлер" (как и его сотрудники), обвиненный во всех смертных грехах, складывает голову на плахе. Петру объявлено о смещении и приказано явится в столицу. Петр, понимая что его ожидает, объявляет, что покойного государя "уморили" и поднимает мятеж при поддержке своего старого союзника, велкого хана Джунгарии (к этом времени присоединившему Халху, Тибет, Восточный Казахстан и Бухару). Попытки московского правительства подавить мятеж проваливаются (располагая Восточно-Сибирским золотом, Петр может привлечь какие угодно ресурсы). В конце концов заключается хрупкий мир, по которому Петр формально признает власть Москвы, но фактически правит самостоятельно в своей казацко-морской республике к востоку от Байкала. И передает власть сыну, тоже Петру (впрочем единогласно избранному кругом). Можете делать его хоть сыном дочери японского дайме княжества Муроран Далее примерно ваш сценарий. Внук Петра от Анны и ромейского царевича провозлашается царем на Дальнем востоке, когда в Европейской России разгорается революция. В то время как идут бои в районе Дона и Яика (примерно по сценариям РИ Булавинщины и Пугачевщины), новый царь занимает Сибирь, и выходит на уже восставший Урал. Далее - бросок к Казани. Dorei пишет: нужно чтоб первый брак был. Вот уж на то, от какого брака рождена его мать, вряд ли будут смотреть. Главное - царь настоящий, природный Рюрикович. А на московском троне будет сидеть какой-нибудь фактически лишенный дворянством власти Иоанн Антонович Брауншвейг, получивший трон по женской линии.

Вольга С.лавич: georg пишет: Пожалуй идея, но... в открытом море? В РИ подобные случаи были? При Гравелине, когда Армада испугалась брандеров и петряла якоря. Позднее голландцы и англичане неоднократно топили таким образом отдельные корабли. Но! Поздние более мощные корабли могли быстро топить брандеры - у вас этого нет. И позднее была выше дисциплина - сожгите пару адмиральских кораблей - у противника будет большой бардак.

Кемель: Несколько вопросов, если можно: 1) а чего у Вас хлеб из черноземья не отправляют в Европу через Черное море? Не ромейский же василевс Дмитрий Иваныч мешает? Напомню, что очень немалый вывоз хлеба через Черное море в РИ имел место при турецком контроле над проливами и до появления всяких железных дорог. 2) представление о богатстве восточно-сибирских золотых приисков очень сильно преувеличено. Для разработки тех месторождений, которые эксплуатируются сейчас, в 17 - 18 веках не было технологий. Да и залегают многие из них достаточно глубоко.

georg: Кемель пишет: а чего у Вас хлеб из черноземья не отправляют в Европу через Черное море? Спроса в данной АИ там нет - Средиземноморье само себя обеспечивает хлебом. Испанцы располагают Египтом и Ливией - богатейшими житницами Средиземноморья, и Италию снабжают. Кемель пишет: Для разработки тех месторождений, которые эксплуатируются сейчас, в 17 - 18 веках не было технологий. Речь идет не о тех приисках, которые эксплуатируются сейчас, а о золотых приисках Приамурья и Забайкалья. С 1839 по 1861 годы было открыто 33 россыпных месторождений. Золото было россыпное, и добыча велась просто артелями старателей. Правда уже к 1905 амурские прииски были почти выработаны - но Петр успеет снять самые сливки. Вольга С.лавич пишет: И позднее была выше дисциплина - сожгите пару адмиральских кораблей - у противника будет большой бардак. Принято.

Dorei: georg пишет: Вот уж на то, от какого брака рождена его мать, вряд ли будут смотреть. Главное - царь настоящий, природный Рюрикович. А на московском троне будет сидеть какой-нибудь фактически лишенный дворянством власти Иоанн Антонович Брауншвейг, получивший трон по женской линии. Я в том смысле, что должен быть Алексей. Я забыл вписать, что Лопухина в районе дальнего востока скорее всего долго не протянет. Просто боюсь без наличия оного Петр Петрович Молодой будет скорее Чингисханом вдохновляться, чем "социализмом". С соответственными последствиями. georg пишет: Далее примерно ваш сценарий. Внук Петра от Анны и ромейского царевича провозлашается царем на Дальнем востоке, когда в Европейской России разгорается революция. В то время как идут бои в районе Дона и Яика (примерно по сценариям РИ Булавинщины и Пугачевщины), новый царь занимает Сибирь, и выходит на уже восставший Урал. Далее - бросок к Казани. Простите не удержался. "На душе у Афанасия было радостно. Не столь далекая жизнь татя, сидение в острогах, а уже тем более голод под Тверью остались далеко в прошлом. Теперь под властью Соколова оказалась одна из боагтейших земель России. Хозяева заводов давно разбежалрись кто куда, распуганные своими же восставшими мастеровыми, приказчики давно оправились на тот свет, либо присоеденились к восставшим, мастеровые, водушевленные подметными письмами и участием в круге работали за троих. Некторую трудность представляло общение с попадавшимися время от времени растеряными немцами, но постепенно удалось договориться и с ними. Но время от времени эта радость сменялась самыми темными сомнениями. Уже второй год пугачевцы клялись именем царя Петра и ставили на своих указах его печать. Но каждый из руководителей мятежа знал, что Емельян Пугачев казцкого царя в глаза не видел, а царская грамота, назаначавшая Емельяна воеводой сочинена яицким войсковым писарем. Что делать если Петр Петрович не поладит с ними повстанцы не думали. Старались не думать. Впрочем обратной дороги уже не было. Внезапно Хлопуша зашлышал какие-то крики на дворе. Он выглянул в окно и увидел в тусклом вечернем свете увидел казаков, но каких-то стиранных, невиданных ему раньше. Возлавля толпу человек лет сорока, похожий издали на кыргыза. Соколов сглотнул, накинул шубу и вышел во двор, не слишком гордо, но и не торопясь. Начальства он более не боялся. По пути он пытался пончть, как приветсвовать чужака, но ничего не приходилов голову. В то, что пришедшие оттуда Соколов уже не сомневался. Кыргыз окинул его взяглядом. -- Так ты и будешь воевода Соколов?" (Хорошего кончания придумать не смог.)

Леший: georg пишет: Испанцы располагают Египтом и Ливией - богатейшими житницами А французы? Согласно Броделю они хлеб в то время ввозили.

Сварга: Если у Вас целая череда высокорелигиозных царей, то пусть возрастает так же число и размер монастырей. Это даст два положительных момента - снижение демографического давления и увеличится число прогрессивных земледельческих и ремесленных центров.

Сталкер: georg пишет: Пожалуй идея, но... в открытом море? В РИ подобные случаи были? Гм, сражение у Гравелина? В виду берега, правда.

Вольга С.лавич: Подумалось, что неправомочно распростронять тенденции 19 века на 17, потому что в 19 в любом случае больше врачей, чем в 17, да и медицина куда действеннее. А значит больше смертность рожениц и младенцев (причём в разы). Похоже к началу 18 века всё ещё будет нормально.

Seedlitz: georg пишет: Кемель пишет: цитата: Для разработки тех месторождений, которые эксплуатируются сейчас, в 17 - 18 веках не было технологий. Речь идет не о тех приисках, которые эксплуатируются сейчас, а о золотых приисках Приамурья и Забайкалья. С 1839 по 1861 годы было открыто 33 россыпных месторождений. Золото было россыпное, и добыча велась просто артелями старателей. Правда уже к 1905 амурские прииски были почти выработаны - но Петр успеет снять самые сливки. Так россыпными месторождениями и стали заниматься только в 19 в., когда их обнаружили - т.е. появились технологии разведки и добычи россыпного золота. До этого времени его даже и не искали, разрабатывали "коренное золото" в рудниках. Так что надо внедрять технологии на 2 века раньше.

georg: Seedlitz пишет: появились технологии разведки и добычи россыпного золота А что это за технологии такие? И чем так сложна добыча россыпного золота? Просто артель старателей с помощью примитивных лотков промывает золотой песок. Извините, но сия "технология" известна с античных времен (и к ним же относятся первые обнаруженные археологами промывочные лотки). Сварга пишет: Если у Вас целая череда высокорелигиозных царей, Это коллега Дорей так полагает. Я в понятие "праведный царь" вкладываю смысл "поддерживающий правду", то есть справедливость (так и понимался термин "правда" в древнерусской литературе). Леший пишет: А французы? Согласно Броделю они хлеб в то время ввозили. При Сюлли они точно ничего не ввозили - он это прямо запрещал. А где у Броделя об этом? Вроде я у него прочитал все что можно. Вольга С.лавич пишет: Подумалось, что неправомочно распростронять тенденции 19 века на 17 Позже сделаю подробный рассчет.

Mukhin: Коллеги, я что-то упустил? Что у нас на дальнем востоке? Дошла ли Русь до ТО? Каковы взаимоотноешения с Китаем?

georg: Mukhin пишет: Коллеги, я что-то упустил? Да нет. Просто с подачи коллеги Дорея обсуждение ушло на 100 лет вперед от последней точки таймлайна.

georg: Dorei пишет: Так ты и будешь воевода Соколов? Петр Петрович - не царь. Я так думаю, что отпав от России, Петр будет искать контактов с Царьградом (ромеи как раз захватили Египет и вышли в Индийский океан). Ромеи поддерживают контакты с мятежным вице-роем, и Петр направляет некоторых своих отпрысков к Царьградскому двору. Анну выдаем за одного из представителей Ромейской династии. Ваш Петр Петрович - это прееемник Петра на Амуре, допустим его сын от дочери Джунгарского хун-тайджи. Он собственно и возглавит новое правительство, и провозгласит византийского племянника царем, и вызовет его в Россию. Без родства нового царя с домом Романовых можно было и обойтись, но это уже для красоты.

Dorei: georg пишет: Да нет. Просто с подачи коллеги Дорея обсуждение ушло на 100 лет вперед от последней точки таймлайна. Простите.georg пишет: Ваш Петр Петрович - это прееемник Петра на Амуре, допустим его сын от дочери Джунгарского хун-тайджи. Он собственно и возглавит новое правительство, и провозгласит византийского племянника царем, и вызовет его в Россию. В каком году?

georg: Dorei пишет: Простите За что? Мы же обсуждаем "беллетристический" вариант Как будет в таймлайне все равно еще отнюдь не ясно. Dorei пишет: В каком году? Поживем-увидим

Dorei: georg пишет: Поживем-увидим Просто реальный третий с 1728. И в отрывке фигурирует как раз его отражение (действие в 1771).

Леший: georg пишет: А где у Броделя об этом? Возможно тут: http://www.tuad.nsk.ru/~history/Author/Engl/B/BraudelF/france/index.html (Когда-то читал статью Броделя под названием "Сельские инфраструктуры", где об этом говорилось. Набрал в поисковике, тот выдал это.)

georg: Леший пишет: Возможно тут: Там нигде не сказано о ввозе Францией зерна в XVII веке. Может позже?

Seedlitz: georg пишет: А что это за технологии такие? И чем так сложна добыча россыпного золота? Просто артель старателей с помощью примитивных лотков промывает золотой песок. Извините, но сия "технология" известна с античных времен (и к ним же относятся первые обнаруженные археологами промывочные лотки). ДОбыча как раз простая (у меня прадед этим до революции занимался время от времени ). Только не знали на Руси ее до 19 в. - вот и все. И разведывать такие месторождения не знали как - в европейской части их нет. А как началась развиваться горнорудная промышленность - так и методики новые появились - и то через 100 лет после Петра I. А до этого искали только самородное золото, золотые жилы - это знали и умели, но оно редкое самородное то.

georg: Seedlitz пишет: не знали на Руси На Руси много чего не знали, да узнали. На Амуре при Петре было бы на службе иноземцев немерено (ибо он строит флот и Нерчинские заводы). Как из Европы, так и из Испанской Америки. А так же китайцев (беглых противников манчжурского режима) и японцев. "Знатоки" обнаружились бы не из тех, так из других. Во всяком случае "развития горнорудной промышленности" для этого всяко не требуется.

Seedlitz: georg пишет: На Руси много чего не знали, да узнали. На Амуре при Петре было бы на службе иноземцев немерено (ибо он строит флот и Нерчинские заводы). Как из Европы, так и из Испанской Америки. А так же китайцев (беглых противников манчжурского режима) и японцев. "Знатоки" обнаружились бы не из тех, так из других. Во всяком случае "развития горнорудной промышленности" для этого всяко не требуется. Почему в Забайкалье за 100 лет золота не нашли, а серебра наплавили немеряно? Потому что серебро из руд плавили - дело привычное и отработанное, а золото мыть надо было, и почему-то знатоков не нашлось, ни европейских, ни китайских

georg: Seedlitz пишет: а золото мыть надо было Вы же понимаете, что если автор таймлайна хочет, мыть будут И знатоки найдутся

georg: Seedlitz пишет: а золото мыть надо было Вы же понимаете, что если автор таймлайна хочет, мыть будут А как - он придумает

Mukhin: Как всегда - блестяще. Но - есть несколько вопросов. georg пишет: При этом наиболее доходные монопольные товары – пушнина и хлеб – доставлялись на Запад на «государевых кораблях», что позволяло снимать всю прибыль в пользу Российской казны. georg пишет: Государства тех времен были еще слишком слабы, чтобы защитить себя от диктата рынка, - и даже если короли устанавливали таможенные пошлины, то контрабандистам ничего не стоило обойти порты и заставы. Так почему западные государства ничего не могли сделать с контрабандистами, а на Руси р-р-раз - и ввели монополию? И - кстати - так вывозили с Руси хлеб или нет? Если нет - откуда монополия на то, что не экспортируем? А если да - то не вызовет ли это развития крепостничества? Крысолов пишет: Это уже другой вопрос. Значит зачинщиком войны может стать Венеция либо Франция, недовольные запорожскими пиратами с Додеканеса Родосское морское казацкое войско! Наказной атаман Кристос Пропадаки! georg пишет: Да нет. Просто с подачи коллеги Дорея обсуждение ушло на 100 лет вперед от последней точки таймлайна. Я не совсем про то. Меня интересует, как развиваются события на ДВ в 1590-1620-х гг. Я это пропустил, или это ещё не рассматривалось? По идее, пора вступать в контакт с Китаем...

georg: Seedlitz пишет: Почему в Забайкалье за 100 лет золота не нашли, а серебра наплавили немеряно? Так месторождения золота вроде севернее, в редко населенных местах. Да и не искали, как вы справедливо заметили, тогда на Руси россыпей. Но внедрить "знатоков" лостаточно просто и естественно - в РИ Забайкалье было редко населенной окраиной, Амур - вообще за пределами России, а здесь край активно осваивается. Уже в 1761 г. было написано и подано «В Правительствующий сенат нижайшее доношение от коллежского советника и профессора Михаилы Ломоносова», в котором рекомендуется: «Пески промывать и пробовать новоизобретенным мною способом, коим самый малый признак золота показать можно и, уповательно, что в толиком множестве рек, протекающем в различных местах по России, сыщется песчаная золотая руда, которая будет служить признаком, что вверху той реки надлежит действительно быть золотой руде в жилах». У нас Россия развивается быстрее, и проект такой появится быстрее

georg: Mukhin пишет: И - кстати - так вывозили с Руси хлеб или нет? Вывозили. И в РИ вывозили весь XVII век. И в РИ была государственная монополия Весь XVII век. Mukhin пишет: Так почему западные государства ничего не могли сделать с контрабандистами, а на Руси р-р-раз - и ввели монополию? Короткая протяженность береговой линии (Нарва - Невск), а по суше по Российсим дорогам нихрена не увезешь. Контрабанда в подобных условиях прокатывает с грузом, котрый обладает высокой ценностью, но занимает мало места (аналог современной наркоторговли). Хлеб к таким товарам не относится. Таможенной страже достаточно охранять всего несколько бухт, где можно пристать на русском участке Балтийского побережья, и судоходные реки - иных маршрутов для контрабанды нет. На западе кстати тоже продовольствием контрабандно не торговали - не выгодно. Но что касается "раз и ввели" - то Русская государственная власть этого мира именно что может "р-р-раз - и ввести" подобные вещи - сил и возможностей у нее для этого достаточно. Я бы сравнил в этом плане Россию данного этапа таймлайна с Турцией времен Селима Явуза. Государство держит все ресурсы страны в своих руках, дворянство не имеет никакой власти над крестьянами, являясь лишь получателем фиксированной ренты. Это – политика сильных автократических государств, держащих в узде военную элиту. Примеры такой политики дают Япония эпохи Токугава, Египет при тюркских мамлюках (середина XIII-середина XIV века), династии Старшая Хань и ранняя Мин в Китае, Османская империя в XV-XVI веках, Византия эпохи Македонской династии. Mukhin пишет: то не вызовет ли это развития крепостничества? Не вижу никакой жестко детерминированной связи между данными явлениями. Там где это произошло - Польша, Ливония, Венгрия, Пруссия - дворянство на тот момент уже держало власть в государстве. У нас ситуация обратная - в плане государственного и социального устройства Россия - аналог сокрушенной ею Османской империи эпохи расцвета (как я неоднократно отмечал ранее, Грозный в своих реформах и в РИ, и в АИ стремился именно к переустройству России по турецким образцам - и здесь ему это удалось). Небольшая иллюстрация - как это выглядело: "Все завоеванные земли считались принадлежащими государству, поэтому прежние собственники этих земель теряли все права. Часть населения – прежде всего знать и многие горожане - выселялась с завоеванных земель в коренные османские области, это переселение называлось «сургун», что в современных словарях переводится как «изгнание». Сразу после завоевания производилась перепись населения и земельный реестр («дефтер»), в котором указывалось число хозяйств в деревне и перечислялись полагающиеся с деревни платежи по налогам. Крепостные крестьяне сразу же получали свободу. Все повинности, которые прежде несли крестьяне в пользу своих господ, заменялись одним небольшим денежным оброком, выплачиваемым государству. По окончании переписи утверждалось провинциальное «Канун-наме», сборник законов новой провинции, в котором, в частности, фиксировались налоги и правила землевладения. Некоторые деревни выделялись в тимар воинам-всадникам, и в дефтере (на основе законов) указывались платежи, следующие тимариоту-сипахи. Все действия тимариота контролировались государством, и если он пытался брать лишнее, то крестьяне могли пожаловаться судье-кади и тимар мог быть отнят. Крестьяне были свободными людьми и их повинности были невелики; основной налог мусульман, «ашар», составлял десятину урожая; немусульмане платили еще «джизью», которая считалась откупом от военной повинности; в целом налоги немусульман составляли примерно четверть урожая – для примера, в Боснии до мусульманского завоевания оброки отнимали 3/5 дохода крестьянина. Султан Сулейман Законодатель (1520-1566) требовал от своих пашей «обращаться с нашими подданными так, чтобы крестьяне соседних государств завидовали их судьбе». Сипахи и санджакбеи должны были следить за состоянием крестьянских хозяйств и, по возможности, обеспечивать их стандартными наделами земли, «чифтами». Многие турецкие историки считают, что отношения в османской деревне основывались на принципах социальной справедливости и классовой гармонии, что сипахи и райаты в конечном счете одинаково работали на государство, а государство всемерно заботилось о своей «пастве». Лорд Кинросс называет реформы, проводившиеся османами на завоеванных землях, не иначе, как «социальной революцией». «Балканские крестьяне вскоре пришли к пониманию того, что мусульманское завоевание привело к его освобождению от феодальной власти христиан. - пишет Кинросс. - Османизация давала крестьянам невиданные ранее выгоды». Центральное управление Империей осуществлялось «диваном», советом, в который входили главы военной, финансовой и судебной администрации, и который возглавлял великий визирь. Все члены администрации были сменяемыми по воле султана, который сохранял за собой функции главнокомандующего, «меча правоверных», и хранителя справедливости. Османский суд был суровым и скорым; чиновники, обвиненные в вымогательствах, во взяточничестве или казнокрадстве безоговорочно предавались смерти. Во времена Сулеймана Законодателя ко двору ежедневно доставлялось 40-50 голов казненных за преступления такого рода; эти головы выставляли для всеобщего обозрения у входа во дворец Топкапа. Молва о могуществе и справедливости турок распространилась и на Западе. Угнетаемые православные в Литве и Польше представляли жизнь в Турции, как райское блаженство. Когда в 1463 году турки вступили в Боснию, крепостные крестьяне поднялись против своих господ. «Турки… льстят крестьянам и обещают свободу всякому из них, кто перейдет на их сторону», - писал боснийский король Стефан Томашевич. Крестьяне ждали прихода турок и в других странах Европы. «Слышал я, что есть в немецких землях люди, желающие прихода и владычества турок, - говорил Лютер, - люди, которые хотят лучше быть под турками, чем под императором и князьями». Разыгрываемые на немецких ярмарках «масленичные пьесы» обещали народу, что турки накажут аристократов, введут правый суд и облегчат подати. Итальянские философы-утописты призывали к переустройству общества по османскому образцу; Таммазо Кампанелла пытался договориться с турками о помощи и поднять восстание. Османская империя XVI века была символом справедливого и могущественного государства не только для Азии, но и для Европы. Известные философы европейского Возрождения, Жан Боден и Ульрих фон Гуттен, находили в Османской империи образец для подражания." А теперь примените все это к России Mukhin пишет: или это ещё не рассматривалось? Будет дальше.

georg: Вольга С.лавич пишет: Подумалось, что неправомочно распростронять тенденции 19 века на 17, потому что в 19 в любом случае больше врачей, чем в 17, да и медицина куда действеннее. А значит больше смертность рожениц и младенцев (причём в разы). Похоже к началу 18 века всё ещё будет нормально. К началу возможно. По переписи 1646 года население Московской Руси (без окраин) составляло 551 тысячу крестьянских и 31 тысячу посадских дворов. Если принять среднюю населенность двора в 6 человек, то получится 3,5 млн., а с поправкой на недоучет (который Я. Е. Водарский оценивает в 25%) – 4,5-5 млн. На 1620 год численность населения, была, конечно, меньше; если считать ежегодный прирост около 1%, то получится 3,5 млн. В 1550-х годах, по оценке А. И. Копанева, население составляло 10 млн., то есть две демографические катастрофы уменьшили население в 2,5-3 раза. Итак, пляшем от отсутсвия этих обеих катасроф, и от 10млн населения при Грозном. Прибавим к этому численность населения русских областей, отвоеванных у Польши в данной АИ (в таймлайне этого еще не было) - это 4 млн. на тот же момент. Итого 14млн в середине XVI века. Как раз с этого момента начинается колонизация черноземов, обилие свободных земель, благоприятные факторы для роста. За примером далеко ходить не будем - возьмем РИ XVII век. В РИ с 1646 по 1678 год численность населения (без учета территориальных приращений) возросла с 4,5 до 8,6 млн. Имеем средний прирост на 1.5% в год. Отчаливаем от 1550. За 100 лет население вырастет на 150%, за 200 - на 300%. Получается что такими темпами к середине XVIII века в Европейской России будет 56млн населения. Но это - самый скромный подсчет, ибо стартовые условия для демографического роста у нас гораздо круче РИ XVII века - Крым уничтожен, набегов нет, черноземы колонизируются беспрепятсвенно.

georg: Продолжим. В Сибири продолжалась экспансия на восток. Описанная в предыдущей части война с калмыками временно приостановила русское наступление на рубеже Енисея, заставив бросить силы сибирских гарнизонов на оборону южного степного рубежа. Кучумовичи являлись серьезным дестабилизирующим фактором на южных границах от Уфы до Томска. В своей антирусской политике Кучумовичи старались - и небезуспешно - использовать военные силы ногаев и калмыков. Отдельные ногайские мурзы и беки, несмотря на отдаленность кочевий, время от времени участвовали в грабительских набегах царевичей. К 1616 году Алей Кучумович все же попал в русский плен и был пожалован поместьем в Ярославле, где и жил, сохраняя титул "царя сибирского". Военные действия в степи отвлекали внимание сибирских воевод от востока, куда направлялись казацкие экспедиции за ясаком, но не делалось попыток закрепится, пока наконец русские не вынуждены были это сделать. В 1608 году тунгусский князец Данул «воевал» Кузнецкую волость остяцкого князца Тюметки, подчиненную в то время Кетскому острогу, и собирался идти на р. Кеть. Далее тунгусы предполагали идти к Кетскому острогу с целью подчинения себе местных остяков: «воевать ясачных людей… чтоб оне государю ясаку не давали, а давали ясак им».Разумеется, кетский воевода Григорий Федорович Елизаров не мог мириться с подобными действиями тунгусов, попытавшихся выступить в качестве конкурентов «государевых служилых людей». 6 мая следующего 1609 года Г. Елизаров отправил на тунгусов объединенный отряд стрельцов и казаков, находившихся в Кетском остроге промышленников-зырян, остяков с низовьев Кети (селькупов) и остяков князцов Урнука и Намака (кетов). Тунгусы были разбиты. Однако полученный урок не остановил воинственного Данула. В конце декабря 1610 года вновь поступило известие об осеннем нападении тунгусов на остяков Кузнецкой волости. В последующие годы тунгусы не менее активно совершали набеги на левый берег Енисея, держа в постоянном страхе остяков. Стало очевидным, что противостоять воинственным тунгусам и защищать от них ясачные остяцкие волости можно не совершая периодически карательные экспедиции, а прочно обосновавшись в их землях, тем самым превратив остяцкие волости из приграничных во внутренние. Тобольский воевода князь Куракин стал выяснять возможность строительства острога на Енисее. Летом 1614 он был построен. Со строительством Енисейского острога начался процесс «приведения под высокую государеву руку» территории за Енисеем. Тунгусы Нижнего Приангарья в течение короткого времени из конкурентов русских ясачных сборщиков превратились в объект их пристального интереса: тунгусские князцы с 1615–1620 гг. сами начали платить ясак енисейским служилым людям.

Леший: А если еще добавить население присоединенных литовских земель...

Вольга С.лавич: georg пишет: Получается что такими темпами к середине XVIII века в Европейской России будет 56млн населения. Нужно ещё не забывать эпидемии. Больше плотность населения - болше ущерб от них. А средство борьбы пока единтсвенное - изоляция района эпидемии.

georg: Вольга С.лавич пишет: Больше плотность населения - болше ущерб от них. В современной историографии считается, что большие эпидемии не приходят сами по себе, что они являются следствием хронического недоедания и падения сопротивляемости организма. Именно с этой позиции оценивается западной историографией и Великая Чума, и наша Чума при Грозном в 1569 (Klapisch-Zuber C. Plague and family life //The New Cambridge Medieval History. Vol. VII. Cambridge, 2000. P. 130; Slicher van Bath B. H. The Agrarian History of Western Europe F. D. 500-1850. L., 1963. P. 88.) Втом же XVII веке массовых эмидемий на Руси небыло. Пока уровень жизни высок - их массовых и не будет. А вот когда наступит перенаселение - и они родимые начнутся.

georg: В Ромее административная система оставалась той, что сложилась при турках – лишь санджаки были переименованы в уезды. В городах и областях судебными и хозяйственными вопросами по прежнему ведали выборные общинные власти – кнесы в славянских областях и димогеронты в греческих. Тимары турецких сипахи были розданы русским дворянам и болгарским войникам на тех же условиях что и при турках. Сохранялась и турецкая налоговая система, и единый поземельный налог – гарач (искаженное харадж) составлял основу поступлений. Налоги были снижены до уровня, существовавшего при Сулеймане. Потеря доходов от посреднической торговли больно ударила по ромейскому бюджету. Принимались меры для подъема сельского хозяйства, расширялись посевы зерна, хлопка, табака, производство шелка-сырца. Николай Маврокордато у себя на Хиосе восстановил шелкоткацкие мануфактуры. Но греческому производству не давал подняться обильный поток как шелка-сырца, так и готовых тканей, лившийся в Средиземноморье из Ирана через открытые морские ворота Сирии. Уже косо посматривая на испанцев в Палестине, Аббас вступил в контакт с врагами Испании – Францией и Венецией, вел переговоры о союзе и предоставил привилегии их купцам. Французские купеческие дома Марселя, едва не разорившиеся с падением Турции, теперь быстро нашли контакты с Ираном. В портах Сирии и Киликии круглогодично швартовались французские и венецианские корабли, загружаемые пряностями, шелком-сырцом, шелковыми и хлопковыми тканями и прочими товарами Востока. Король Генрих основал «королевские шелкоткацкие мануфактуры» в Лионе. Димитрий, не имея возможности воспрепятствовать этой торговле, покровительствовал казацко-греческому «Островному братству», обосновавшемуся в Додеканесе. Легкие быстроходные суда корсаров наносили торговле огромный ущерб. Ежегодно устье Днепра покидало несколько десятков кораблей запорожцев для того чтобы присоединится к греческим корсарам. Корсары братства однажды за 10 дней взяли на абордаж 27 французских и венецианских кораблей. Все дипломатические протесты в Константинополе игнорировались и никаких мер против пиратов не принималось – казацкие суда, груженые награбленным, швартовались в самом Золотом Роге, сбывая там ценный товар, и салютовали императорскому дворцу, проплывая через Босфор. Венеция постоянно держала на Крите военную эскадру, которая должна была патрулировать воды, но не могла угнаться за быстроходными пиратскими судами. Франция строила в Тулоне военную эскадру для отправки на восток. Отношения с Францией испортились донельзя. Создать достаточно мощный флот, чтобы в союзе с Венецией вторгнуться в Эгейское море, Франция пока не могла – не хватало средств, запас, бережливо накопленный Сюлли, ушел на победоносную войну, сокрушившую Габсбургов. К тому же в 1615 году произошло событие, многократно усилившее Димитрия – его пасынок и соправитель Иоанн Младший достиг совершеннолетия, что означало его воцарение в Москве.

georg: Князь-регент Василий Иванович с приближением знаменательной даты заранее вступил в переговоры с Константинополем, объявив что готов передать властные полномочия юному царю сразу по его прибытии в Москву. Иоанн направился на север с внушительной военной свитой, в сопровождении Скопина-Шуйского и Федора Годунова. В Киеве царя встречала депутация сословий Московского государства. В декабре под самое Рождество царь Иван Юрьевич, сопровождаемый толпами ликующего народа , въехал в Москву. Патриарх Дионисий торжественно венчал Ивана шапкой Мономаха в Успенском соборе. Князь Василий Иванович присягнул новому государю, и выехал к себе в Ростов. Федор Романов, заправлявший делами при Василии, не долго после этого оставался у власти. Димитрий и его сподвижники имели на Романова давний зуб, а в самой Москве его противников возглавил князь Василий Голицын, ставший душой антиромановской интриги. Командовавший московским стрелецким корпусом Петр Басманов, будучи единоутробным братом Голицына, не долго думая примкнул к нему. Не прошло и месяца по прибытии в Москву государя, как Федор Романов с братьями, а так же князья Черкасский и Сицкий были смещены со всех занимаемых постов и разосланы наместниками по областям. Канцлером был назначен Василий Голицын, поспешивший через свиту юного царя заверить Димитрия и Ксению в своей полной лояльности.

georg: Впрочем смена «великого канцлера» не привела к кардинальным переменам в правительстве. На местах остались подобранные Василием и Федором Романовым главы важнейших приказов – думные дьяки Иван Грамотин, Петр Третьяков, Богдан Сутупов, Иван Чичерин. А главное - оставался на прежнем месте человек, обладавший к этому времени пожалуй наибольшим, хотя и негласным влиянием в государстве – думный дворянин, коммерции советник, глава Приказа Большой Казны и глава Хлебного Приказа Федор Иванович Андронов. Он родился в семье мелкого торговца из Погорелого Городища. Этот небольшой тверской городок (еще в XVI веке носивший гордое имя Держеславль) стоял на пересечении торговых путей, соединяющих Псков и Великие Луки с Москвой, Тверью и Ярославлем. Главным товаром его отца Ивана Андронова были лапти - товар, пользовавшийся в то время большим спросом. Федор Андронов расширил семейный бизнес: он стал скупать по деревням кожи и перепродавать их скорнякам. Дело оказалось настолько выгодным, что вскоре под его контролем оказалась почти вся торговля кожей в западных районах Руси. Коммерция Федора пошла с еще большим успехом, когда местный воевода порекомендовал молодого предприимчивого купца в качестве помощника членам гостиной сотни – высшей купеческой корпорации «гостей», занимавшегося торговыми операциями царского двора и внешнеторговыми операциями. При регентстве Анны Стефановны и канцлере Борисе Годунове Андронов вошел в эту привилегированную корпорацию. Борис не задолго до смерти поручил ему Большую Казну. Андронов стал во главе финансового ведомства в тяжелое время – доходы от посреднической торговли с востоком с перемещением торговых путей на Средиземное море были потеряны, Персидская компания обанкротилась. Андронов предпринял комплекс мер по компенсации потерь за счет вывоза на запад чисто русских товаров – хлеба, леса, льна, пеньки, кож, смолы, поташа и др. По его почину на Новгородчине были расширены посевы льна и конопли, производство парусины и канатов. Был организован вывоз хлеба, хотя и в ограниченных количествах. Наконец Андронов монополизировал торговлю сибирскими мехами. Меха и хлеб доставлялись на запад на «государевых кораблях», и сбывались там агентами компаний. Операции «гостиной сотни» при Федоре приняли невиданные ранее масштабы внутри страны – в частности он регулярно организовывал скупку хлеба в южных колонизируемых уездах с последующей его продажей не только за рубеж, но и внутри страны, на севере. Князь-регент Василий очень ценил Андронова, занявшего при нем в русском правительстве достаточно сильную и самостоятельную позицию. Голицын, недолюбливая «торгового мужика», не мог без него обойтись. Даже в Константинополе ценили Андронова, и Димитрий, направляя пасынка в Москву, рекомендовал ему московского казначея в качестве советника.

georg: В конце 1616 года Андронов подал молодому царю свой «ливонский проект». Андронов предлагал распространить московскую хлебную монополию на вассальную Ливонию. В отличии от Новгородчины Ливония плодородна и является вторым после Польши экспортером хлеба на запад. Проект предусматривал запрет для ливонских дворян продавать хлеб иностранным купцам – они могли продавать его только русской «гостиной сотне». Ливонский хлеб должен был доставляться на Запад на русских кораблях и продаваться непосредственно местным хлеботорговцам, исключая голландское посредничество. Конечно же, писал Андронов, формально это будет нарушением прав Ордена, но у России достаточно силы, чтобы заставить ливонских вассалов принять новые условия сосуществования. Возможные жалобы ливонцев императору и рейхстагу СРИ Андронов не считал опасными, ибо после падения дома Габсбургов оценивал потенциал СРИ крайне невысоко – новый император по его мнению не обладал ни властью, ни авторитетом в Германии. Единственным осложнением будет недовольство Голландии, которая и так с большим неудовольствием смотрит на русскую систему гос. монополий и на появление «государевых кораблей» в своих портах. Но возможные голландские демарши можно будет парировать союзом и торговым соглашением с Англией. Следующим этапом внешней политики Андронов полагал войну с Польшей, которая все равно неизбежна в связи с возобновлением Сигизмундом притеснений православной Церкви. Завоевание Белой Руси и Риги даст возможность организовать вывоз хлеба из Белой Руси и Смоленщины и подавить польскую конкуренцию. Положение главного хлебного поставщика Европы при сохранении государственной монополии на экспорт должно было дать русскому государству доходы, многократно превосходящие утраченные прибыли почившей Персидской компании. Иван счел нужным проконсультироваться с Константинополем, но Димитрий пришел от проекта в восторг. Решение было принято.

georg: В апреле 1617 на собранном в Дерпте ливонском ландтаге брат канцлера князь Андрей Голицын объявил «государеву волю». Для пущего впечатления во все портовые города Ливонии – Ревель, Гапсаль, Пернов – были введены русские гарнизоны, а в Пскове и Нарве сосредоточены два сильных войсковых корпуса. Тем не менее ландтаг разразился протестами и был распущен. Андрей Голицын ввел в Ливонию русское войско и фактически отстранил магистра и капитул от власти в стране. Таможни в гаванях изъяли из ведомства ливонских властей и передали особому управлению во главе с присланным Андроновым дьяком Иваном Безобразовым. Безобразов организовал во всех портах конторы «гостиной сотни», и ливонские помещики за неимением иного выхода вынуждены были продавать урожай этим конторам. Хлеб тут же грузился на «государевы корабли», отплывавшие на запад. Груз был столь обильным, что судов не хватало, и тогда Андронов ничтоже сумняшеся договорился с англичанами о фрахте кораблей. Возмущение деловых кругов Голландии не имело предела. Балтийская компания понесла значительные убытки. Раздавались призывы топить русские и зафрахтованные английские корабли в Северном море. А совет голландских торговых компаний уже обсуждал проект бойкота русских товаров за счет увеличения вывоза хлеба и «лесных товаров» из Польши и Швеции, но в конце концов счел его невыгодным. Подсчитав все за и против, Голландия решила было смириться с новым положением. Но решение это так и не успело войти в силу – начавшаяся в 1619 русско-польская война и быстрые русские успехи напугали голландцев перспективой полного русского завоевания Польши и соответственно – полной монополизации Россией восточно-европейского хлебного рынка. С началом польской войны единой мыслью деловых и властных кругов Голландии стало одно – «надо остановить московита».

georg: Война с Польшей назревала давно. Сигизмунд с удвоенной энергией продолжил антиправославную политику покойного короля Казимира. Епархии, переданные православным, после смерти очередного епископа замещались униатами, и к 1615 в Западной Руси оставался всего один православный епископ – Иеремия Тиссаровский во Львове. Но мало того, Сигизмунд в самом ВКЛ пошел на то, на что не решался Казимир – развязал открытое преследование православных. Польские солдаты с обнаженными саблями принуждали в храмах народ преклонять колена и ударять себя в грудь по обычаю римскому и читать Символ Веры о Святом Духе неправославно. Храмы насилием отнимали и объявляли униатскими. Духовенство латинское переезжало от храма к храму в повозках, в которые впрягали до 20 и более человек, вместо скотов. Те храмы, прихожан которых никаким насилием не могли вынудить к унии, были отданы в аренду еврееям; ключи храма и колокольни перешли в еврейскую корчму. На сейме 1616 волынский депутат Лаврентий Древнинский говорил: «Каждый видит ясно, какие великие притеснения терпит этот древний русский народ относительно своей веры. Уже в больших городах церкви запечатаны, имения церковные расхищены, в монастырях нет монахов — там скот запирают; дети без крещения умирают; тела умерших без церковного обряда из городов, как падаль, вывозят; мужья с женами живут без брачного благословения; народ умирает без исповеди, без приобщения. Неужели это не самому Богу обида, и неужели Бог не будет за это мстителем? Не говоря о других городах, скажу, что во Львове делается: кто не униат, тот в городе жить, торговать и в ремесленные цехи принят быть не может; нельзя мертвое тело погребать, нельзя к больному с Тайнами Христовыми открыто идти. В Вильне, когда хотят погребсти тело благочестивого русского, то должны вывозить его в те ворота, в которые одну нечистоту городскую вывозят. Монахов православных ловят на вольной дороге, бьют и в тюрьмы сажают"». Древнинский так закончил так свою речь: "Уже двадцать лет на каждом сеймике, на каждом сейме горькими слезами молим, но вымолить не можем, чтобы оставили нас при правах и вольностях наших. Если и теперь желание наше не исполнится, то будем принуждены с пророком возопить: "Суди ми, Боже, и рассуди прю мою"". Суд Божий приближался: русины были не одни среди врагов своей веры и народности, за ними стояло обширная и могущественная "Священная Римская Империя Русского народа". В 1614 в Константинополе скончался патриарх Рафаил, и его преемником при содействии Димитрия был избран Кирилл Лукарис. Владыка Кирилл, начиная свою церковную карьеру экзархом Руси, а научную – ректором Острожской Академии, с самого начала уделил западнорусским делам особое внимание. Казимир и Сигизмунд старались назначать в Раду ВКЛ исключительно католиков, дабы минимизировать влияние православных на государственные дела. Благодаря такой политике к 1618 году в литовской Раде остался только один православный сенатор – князь Михаил Вишневецкий. Но именно он по пресечении рода Острожских был могущественнейшим магнатом Западной Руси. Ему принадлежала вся оставшаяся за Литвой часть Киевщины – староства Овручское, Житомирское и Брагинское, ему же – княжество Вишневец на Волыни. Князь поддерживал связи с Константинополем благодаря женитьбе на дочери назначенного Димитрием господаря Молдавии Иеремии Могилы княжне Раине. Вишневецкий оставался последним могущественным «столпом православия», и именно к нему обратился Лукарис, когда решил назначить для управления западнорусской Церковью полномочного патриаршего экзарха. Экзархом был назначен архимандрит Киево-Печерской Лавры Иов Борецкий. Ему были даны чрезвычайные полномочия от лица патриарха – управлять западнорусской Церковью, распоряжаться ее имуществами, рукополагать епископов. При поддержке Вишневецкого Иов явился в пределы ВКЛ и обосновался в издревле принадлежавшем Лавре городке Полонное на территории владений Вишневецкого. К празднику Успения Пресвятой Богородицы 15 августа 1618 г. съехалось в Полонное множество знатнейшего духовенства, шляхты и представителей братств. Скорбя о бедственном положении сиротствующей русской митрополии, все стали просить экзарха рукоположить епископов, на что у него есть патриаршие полномочия. Опираясь на постановления последних сеймовых конституций, определявших свободу восточного вероисповедания, экзарх рукоположил десять епархиальных архииереев. Восстановление православной киевской иерархии встревожило униатских епископов. Тотчас они подали донос Сигизмунду III, что Иов Борецкий и другие посвященные им епископы суть не кто иные, как московские шпионы и возмутители русинов, что самое посвящение их без королевского разрешения есть нарушение и презрение высшей правительственной власти. Без всякого исследования доноса король немедленно велел разослать универсалы, где все новопосвященные епископы объявлены были изменниками, которых следует ловить и представлять королевскому суду. Этого было достаточно, чтобы у врагов православия развязались руки, и на православных обрушились неистовые гонения. По всем городам ВКЛ стали захватывать православных купцов и горожан, бросать в тюрьмы и предавать истязаниям. Судебные протесты не принимались. Толпы вооруженных чем попало католиков и униатов во главе со студентами иезуитских колледжей врывались в храмы и избивали верующих с криками «изменники, изменники, Русь нечестивая». Дело как правило заканчивалось отнятием храма на унию. Король потребовал от Вишневецкого выдать патриаршего экзарха, но князь отказался. Тогда в его владения двинулось польское кварцяное войско. Выхода у Вишневецкого не было – он призвал на помощь казаков и со всеми своими владениями попросился в подданство Димитрия. Война фактически началась.

Вольга С.лавич: georg пишет: Венеция постоянно держала на Крите военную эскадру, которая должна была патрулировать воды, но не могла угнаться за быстроходными пиратскими судами. А зачем? Шёлка не так много, перевозить можно конвоями. А если в конвое пойдёт десяток кораблей класса галеон-галеас, ему никакие пираты не страшны. До Венеции 4 конвоя в год можно обеспечить на одних и тех же кораблях.

georg: Вольга С.лавич пишет: А если в конвое пойдёт десяток кораблей класса галеон-галеас Столько небыло. Галеоны Венеция в РИ практически не строила - на Средиземном море они вообще при местных ветрах были малоэффективны, чистые парусники стали преобладать в средиземноморских флотах только когда парусные суда научились ходить круто к ветру, а этого пока нет. Галеасов же (чрезвычайно дорогих как в постройке так и в эксплуатации плавучих крепостей) во всем венецианском флоте и было немногим более десятка. Послать их всех в конвои нереально - нужно наблюдать за испанцами, а на Адриатике есть другие пираты, так же охотящиеся за торговыми судами - хорватские "ускоки". С отрядами же в 5-6 кораблей численности казаки справлялись в РИ на Черном море на обычных чайках, что зарегистрировано у турецких и украинских хронистов и описано у Грушевского. И это на чайках - а здесь у них суда "алжирского" типа. Вольга С.лавич пишет: Шёлка не так много Везут не только шелк, а вообще все, что можно ценного везти с востока.

Леший: georg пишет: возмутители русинов Согласно словарю Брокгауза и Эфрона самоназвания русины, как нации нет. Есть самоназвание русин (если человек говорит конкретно о своем личном национальном происхождении). А в качестве самоназвания народа употреблялся термин русские.

georg: Леший пишет: Согласно словарю Брокгауза и Эфрона самоназвания русины, как нации нет. Вот сейчас как явятся сюда эти самые русины, да как начнут флейм по поводу данного сообщения

georg: Зима 1618-1619 ушла на концентрацию войск. Московское царство сосредотачивало 2 армии – в Смоленске и Великих Луках – для вторжения в ВКЛ. С момента разгрома Османской империи московская армия уже почти 20 лет находилась в состоянии «почивания на лаврах». Победа над страшными турками внушила русским ореол непобедимости, и русские военные деятели не очень следили за военными новшествами на западе (впрочем для данной войны это было не столь важно - польская армия придерживалась той же «венгерской» тактической школы, которую ввел в России Михаил Глинский). Самой армии при Василии уделялось немного внимания. Регулярные сборы и обучение дворянского ополчения прекратились, городовые стрельцы превращались в ополченцев, и фактически только московский стрелецкий корпус оставался боеспособным формированием «на уровне». Петр Басманов, назначенный с воцарением Ивана Юрьевича начальником Разряда, за три года сумел подтянуть дворян и провести несколько массовых сборов и учений. Почти все военнообязанные дворяне за эти три года успели пройти по году регулярной службы в воссозданном «жилецком» корпусе. Басманов возглавил смоленскую армию, тогда как сосредоточенным в Великих Луках корпусом, предназначенным для удара по Полоцку, командовал Шеин. Кроме того отдельный корпус Трубецкого был направлен на юг, на усиление армии Димитрия, задачей которого был разгром коронных поляков. Димитрий располагал относительно небольшой, но отлично обученной, опытной и боеспособной армией, во главе которой стояли талантливые полководцы – князь Михаил Васильевич Скопин-Шуйский и валашский господарь Михай Храбрый (отметивший в 1618 свое 60-летие). Кроме того к его армии должны были примкнуть запорожские казаки во главе со своим гетманом Петром Конашевичем-Сагайдачным, и Крымские Ногаи во главе с ханом Джанибеком. Поляки, до сих пор с Россией почти не сталкивавшиеся, отнеслись к войне спокойно и с уверенностью в своих силах. Они вспоминали битву при Зноймо, где польские гусары разгромили сильнейшую в Европе армию императора МаксимилианаII, вспоминали и победу короля Владислава над армией Ивана Грозного в Литве. Кварцяное войско было значительно усилено, созвано посполитное рушение. Во главе армии стал один из героев битвы при Зноймо, старик Жолкевский. Литвины, гораздо лучше знавшие, что такое «московская война» испытывали явное беспокойство. Канцлер Лев Сапега и гетман Кароль Ходкевич до конца пытались предотвратить войну, и проклинали короля, все же втравившего ВКЛ в это самоубийственное столкновение. Самым страшным было даже не очевидное превосходство в численности московских армий над войском ВКЛ, а социально-политическая ситуация внутри княжества, населенного в основном православными русичами. Всем было ясно, что после последних гонений горожане-русины не станут «боронить» города против единоверцев. Но гораздо страшнее было настроение огромной массы порабощенных крепостных крестьян. Сельский люд отлично знал о московских порядках, и с нетерпением ожидал освобождения от фольварочного рабства. «Хлопы молят Бога, чтобы пришла Москва» - с ужасом писал канцлеру Сапеге польный гетман ВКЛ Госевский.

Леший: georg пишет: да как начнут флейм по поводу данного сообщения Уже был!

Сталкер: georg пишет: Благодаря такой политике к 1618 году в литовской Раде остался только один православный сенатор – князь Михаил Вишневецкий. Но именно он по пресечении рода Острожских был могущественнейшим магнатом Западной Руси. То есть Вы здесь форсируете обуниативание Западной Руси? Это польский ответ на усиление Московской Руси? Георг, помните о Сагайдачнойм, и о том, что именно он продавил возвращение к православному обряду и под его давлением были наново избраны православные владыки в возвращенные епархии. Петро Кононович и здесь не должен изменить своей политике. Так что если Вы полагаетесь на Кирилла в делах духовных, то не только Михайло Вишневецкий, но и авторитет Сагайдчного должен сыграть здесь свою роль. И еще: Еремия у Вас переметнется в католичество или вспомнить о проклятии матери (она навеки прокляла каждого своего потомка, коли тот переметнется в латинскую веру)?

Сталкер: georg пишет: Везут не только шелк, а вообще все, что можно ценного везти с востока. Специи.

georg: Сталкер пишет: помните о Сагайдачнойм Сагайдачный - гетман войска Запорожского. А оно - помните - в этом мире находится уже за пределами польско-литовского государства (как и Киев), и соответсвенно никакого влияния на его внутренние дела оказывать не может. Оно всего лишь первым начнет военные действия - когда Вишневецкий отдаст под протекцию войска свои владения в киевском полесье. Сталкер пишет: Вы здесь форсируете обуниативание Западной Руси? Если я и форсировал, то всего лет на 5, не более. Все действия по "обуниативанию" - из РИ. Сталкер пишет: Еремия у Вас переметнется в католичество или вспомнить о проклятии матери Еремия ведь родился ЕМНИП где-то в 1612, здесь на момент перехода его отца в русское подданство он мелкий еще. Вырастет в православной стране, при Константинопольском дворе, возможно (если Петр Могила как в РИ пойдет в монахи) - Иеремии еще и княжение в Молдавии дадут. Вопрос "олатынивания" князя здесь вообще не встанет.

Сталкер: Леший пишет: А в качестве самоназвания народа употреблялся термин русские. georg пишет: Вот сейчас как явятся сюда эти самые русины, да как начнут флейм по поводу данного сообщения Вот сижу себе и представляю, как запорожцы образца 17-го века говорят: а мы русские!

Сталкер: georg пишет: Если я и форсировал, то всего лет на 5, не более. Я к тому, что еще в середине 17-го века многие сенаторы из ВКЛ, емнип, все еще были православными. Ну да ладно, не силен в этой материи, чтобы аргументированно возражать. Да и не хочу, если честно, поскольку попросту подавлен Ващим уровнем эрудиции и прекрасным историческим полотном, которое разворачивается передо мной. Желаю, чтоб и дальше Вы не выдохлись!

Леший: Сталкер пишет: Вот сижу себе и представляю, как запорожцы образца 17-го века говорят: а мы русские! См. Грушевского и Костомарова. А так предлагаю не плодить флейм по этому вопросу в этой теме.

georg: Весной 1619 вторжение началось. Войне был придан характер священного освободительного похода. За мародерство и насилия на освобождаемых русских землях в армии была введена безусловная смертная казнь. Тысячи священников и монахов сопровождали войска в качестве «политработников». Армия Басманова, с которой шел и царь Иван Юрьевич, вторгшись в Литву со стороны Смоленска, штурмом захватила Оршу. С другой стороны Шеин подошел к Полоцку. Местное православное население благодаря «подвигам» нового униатского епископа Иосафата Кунцевича было охвачено тотальной ненавистью как к унии, так и к поддерживавшему ее режиму. Как только русские войска появились у Полоцка, в городе вспыхнуло восстание. Королевский гарнизон некоторое время отсиживался в замке, но, видя приготовления к штурму, капитулировал. Вслед за Полоцком сдался и Витебск. На юге, в Поднепровье, вспыхнуло мощное крестьянское восстание, возглавляемое православным шляхтичем Романом Ракутовичем (да простит меня покойный Короткевич за плагиат, но не смог удержаться от использования сюжета «Седой легенды»). Повстанцы овладели рядом замков, а в июле вступили в Могилев, присягнувший царю. Горки, Пропойск, Кричев один за другим сдавались отрядам Ракутовича, превратившимся в нешуточную силу. В конце июля Ракутович явился в царский лагерь, был принят в службу и пожалован воеводством Мстиславско-Могилевским. В Орше царь Иван огласил царский манифест, призывающий «всю Русь православную» вставать «за веру и вольность». Объявлено было о безусловной отмене крепостного права на отвоеванных землях. Шляхтичи, перешедшие на сторону царя, должны были сохранить свои земли на московских условиях (лишение всякой власти над крестьянской «громадой» и ее землей, причем общинное самоуправление «громад» восстанавливалось, отмена всех прежних повинностей и получение с крестьян строго фиксированной денежной ренты). Желающим поступить на московскую службу было обещано «великое государево жалование». Города должны были сохранить магдебургию, но с удалением из магистратов католиков и униатов. Уния «грубная Богу всемогущему», подлежала безусловному уничтожению (насаждавших ее монахов-базилиан как русские войска, так и повстанцы в случае поимки просто резали). Ходкевич, отойдя от Орши, внезапно атаковал авангард армии Басманова, возглавляемый князем Лыковым, и нанес ему тяжелые потери. Но вскоре старый гетман получил страшные известия – у него в тылу в Минском воеводстве поднялись «хлопы». Как и на Могилевщине во главе повстанцев стоял православный шляхтич – Андрей Валюжинич. Ходкевич вынужден был начать отход к Борисову. Меж тем Басманов, овладел сильно укрепленным Шкловом и соединился с подошедшим от Полоцка корпусом Шеина. Теперь московский воевода начал стремительное преследование отступающей армии Ходкевича. 20 июля 1619 у местечка Шепелевичи Ходкевич вынужден был принять бой с наседавшим войском Басманова. Литовская армия сражалась отчаянно, старый гетман трижды водил своих гусар в атаку. Но превосходящие силы русской армии одержали решительную победу – 6 тысяч литвинов легло на поле боя, остатки литовской армии рассеялись в лесах. Разгром армии Ходкевича сделал ВКЛ беззащитным. Басманов устремился к Вильне. «Русь православная» взрывалась как перегретый котел. По всей Белой Руси полыхали крестьянские бунты, горели шляхетские имения и католические монастыри. Минск сдался войскам Басманова. 20 сентября 1619 московское войско подошло к Вильне. Защищать город было некому. Царь Иван Юрьевич торжественно вступил в столицу ВКЛ, приветствуемый православным населением. Не менее успешно развивалось наступление на юге. Димитрий еще зимой сосредоточил войска на нижнем Дунае. Как только сошел лед и просохла степь, он двинулся в поход, перейдя Днестр в районе Бендер. Соединившись под Брацлавом с казаками и татарами, «василевс ромеев» двинулся в польскую Подолию. Расчет Дмитрия на раннее выступление оправдался – польское посполитное рушение еще только собиралось под Львовом, а гетман Жолкевкий со своей армией ждал подхода ополченцев в укрепленном лагере в районе Могилева-Подольского. Дмитрий, занял позиции напротив польского лагеря и так же окопался, а гетман Сагайдачный с казацким войском выступил на Волынь. Казацкий гетман предпринял стремительный рейд до самых Брод, всюду распространяя ложное известие, что Жолкевский разгромлен. Рушение во главе с королем Сигизмундом так и не решилось двинуться дальше Львова. Как и в Белой Руси, по всей Волыни и Подолии полыхали крестьянские бунты. Горожане Острога изгнали администрацию своей госпожи – внучки славного князя Константина, но фанатичной католички Анны-Алоизы, и впустили в город казаков. Злочев, Константинов и ряд других замков Волыни перешли в руки Сагайдачного. Меж тем старый коронный гетман, не получая известий от короля, двинулся на прорыв. Покинув лагерь, Жолкевский выступил на запад. Димитрий дважды атаковал его, но поляки, заняв позицию, отражали атаки. В начале июня к Дмитрию подошел корпус Трубецкого, двигавшийся из Киева через земли Вишневецкого на Правобережье. Жолкевский был уже под Смотричем. Но теперь, с подходом Трубецкого, у Дмитрия было решающее превосходство. 3 июня неподалеку от Смотрича армия Жолкевкого была окружена. Произошел ожесточенный «бой насмерть». В конечном итоге польному гетману Конецпольскому с остатками конницы удалось прорваться из окружения и пробиться на соединение с королем. Вся остальная польская армия была истреблена, погиб и сам старик Жолкевский. Теперь Димитрий двинулся к Каменцу-Подольскому, каковой полагал «ключом короны Польской». Замки Каменца, расположенные на неприступных кручах, были «крепки зело», но император не пожелал оставлять в тылу столь мощную крепость. Осада Каменца затянулась до поздней осени. Польский гарнизон держался до последнего, отбив все приступы, и сдался в октябре, когда в крепости закончились порох и провиант. В то время как император осаждал Каменец, старик Михай Храбрый с гетманом Сагайдачным и татарами двинулись на Волынь. Посполитное рушение, охваченное распрями и так и не собравшееся в полном составе, отошло к Замостью. Сагайдачный захватил Луцк, а к концу сентября – и Владимир-Волынский. Волынская православная шляхта во главе с «маршалком» князем Четвертинским присягнула императору, а воеводой Волыни был объявлен князь Михаил Вишневецкий.

georg: Блин, в кои-то веки удалось довести тему до автоматического закрытия. Продолжим. Начало здесь

Сталкер: Браво! С нетерпением жду, что там дальше.

Олег Невещий: Когда продолжение?

Mukhin: Изумительно!!!! Мои поздравления. Это - манифик. Но! имею вопросы. 1. Андронов - лицо историческое? Я просто плохо разбираюсь в этом периоде. Он действительно чем-то отличился в РИ? 2. Если Украина - сфера влияния Ромеи, то как в Москве относятся к тому, что крестьяне (налогоплательщики) уходят фактически в Ромейское подданство? 3. С упорством маньяка - про демографию. А каково население Ромеи - окромя Константинополя? есть ли там крупные города? Правильно ли я понял, что Полоцк - крупнейший город ВКЛ? А что в демографическом плане из себя представляет Ливония?

georg: Олег Невещий пишет: Когда продолжение? Думаю в следующие выходные (работа блин). Впереди антирусское соглашение Франции и Нидерландов и война с европейской коалицией (в которую вовлекут Австро-Венгрию, Венецию и Швецию). Mukhin пишет: Андронов - лицо историческое? Да. И весьма талантлив был, сложись иначе - полезен бы был весьма государству Российскому. Лжедмитрий I возвел его в думные дьяки, но после его убийства ему пришлось бежать. Возглавлял приказ большой казны в Тушино у вора, затем был фактичесим автором "тушинской конституции", на которой бывшие тушинцы готовы были признать Владислава. А затем по логике событий - казначей Семибоярщины, польский прислужник, и наконец - казненный соборным приговором государственный преступник. Я решил использовать его таланты на благо. Mukhin пишет: Если Украина - сфера влияния Ромеи, то как в Москве относятся к тому, что крестьяне (налогоплательщики) уходят фактически в Ромейское подданство? В Москве на царстве Иоанн. А он - и так император Ромейский, Димитрий - его соправитель. Пока Иоанн жив - Москва и Царьград просто не будут делить "сферы влияния". Я планирую его смерь бездетным и тогда - окончательный развод. Потомки князя-регента Василия Ростовского - на троне Москвы, и потомки Димитрия - Царьграда. Пока по факту - украинские земли отходят под юрисдикцию Царьграда, белорусские - Москвы. Mukhin пишет: С упорством маньяка - про демографию. А каково население Ромеи - окромя Константинополя? есть ли там крупные города? Попорбую выяснить. Но уже не сегодня

Mukhin: georg пишет: Впереди антирусское соглашение Франции и Нидерландов и война с европейской коалицией (в которую вовлекут Австро-Венгрию, Венецию и Швецию). Чую - дело пахнет англо-русским союзом...

Олег Невещий: georg пишет: в следующие выходные (работа блин). Жду с нетерпением, хотя участвовать в обсуждении не смогу (работа тоже )...

Вольга С.лавич: georg пишет: Пока по факту - украинские земли отходят под юрисдикцию Царьграда, белорусские - Москвы. Честно говоря не верится. Между ними естественных преград нет. Может поделят по Днепру?

georg: Вольга С.лавич пишет: Между ними естественных преград нет Есть административные. Брацлавщина и земли между Днепром и Днестром Южнее Роси, а на левом берегу Днепра - РИ Полтавская губерния без Гадяча и Ромен - составляют со времен Грозного территорию войска Запорожского, а оно признает юрисдикцию Царьграда. Пока Иван жив - делится не будут, все равно он после Дмитрия становится единовласным императором. А вот после его смерти произойдет "развод" между Московией и Ромеей. И тогда возможен конфликт за Киев.

georg: Русские военачальники праздновали победы. И никто не догадывался о мощной угрозе с запада – возникающей антирусской европейской коалиции. Инициатором создания этой коалиции стал бывший союзник России – Голландия. Здесь необходимо коснуться ситуации в Европе. За прошедшие годы положение Голландии укрепилось еще более. Голландия располагала не только мощным флотом, но и сильной сухопутной армией, возглавляемой лучшим полководцем Европы – Морисом Оранским. Морис стал фактически творцом нового явления в европейских армиях – профессионального кадрового офицера. До Мориса Оранского капитан являлся вождем и передовым бойцом своей роты. Вне боя занятий не было ни у начальников, ни у солдат. В лагере царило вино и азартные игры, которые занимали досуги. Учила молодого солдата исключительно рутина — лишь постепенно он перенимал сноровки ветеранов. Теперь от офицера потребовались знания: латынь, чтобы получить возможность изучать искусство древних, математика и техника, чтобы руководить атакой и обороной крепостей; офицер должен был стать квалифицированным специалистом в области строевого учения, т. к. теперь на него выпала задача — воспитать и обучить солдата, стать его творцом. Представители образованных классов перестали презирать военную службу и постепенно начали наполнять ряды командного состава. Морис Оранский ввел, как правило, требование — выслужить ценз — отбыть три года в должности, чтобы получить права производства и назначения на очередную высшую должность. Начало чинопроизводству было положено. В виду значительного увеличения работы, выпадавшей на офицера, число начальствующих лиц было увеличено; вместо 400-500 человек штат роты был сокращен до 100, на которых приходилось 28 офицеров и унтер-офицеров; увеличение процента начальствующих лиц привело к тому, что начальствующим в роте приходилось уплачивать столько же жалованья, сколько солдатам. Расходы увеличились вдвое, но зато, замечает Вальгаузен, полк в 1000 солдат Мориса Оранского стоил 3000 других солдат. Римский центурион возрождался в Европе. Дальнейшие успехи Мориса Оранского в поднятии дисциплины и в подготовке офицеров позволили ему сократить число шеренг с 40-50 до 10, иногда даже до 6 шеренг, и попытаться воскресить манипулярный боевой порядок римского легиона в виде построения поротно. Пикинеры составляли в его армии 2/3, а мушкетеры -1/3. Пикинеры представляли центр, мушкетеры - крылья тех небольших единиц, на которые разбился боевой порядок Мориса Оранского. Строились преимущественно в три линии, по-видимому, с интервалами по фронту, придававшими боевому порядку шахматный вид. Мушкетеры могли прятаться за пикинеров, пикинеры второй и третьей линии могли запирать образующиеся в первой линии интервалы. Прочность этого хрупкого боевого порядка основывалась исключительно на дисциплине и доверии солдат к начальникам, на большой подвижности мелких частей, на уверенности управления. В 1618 г. венецианский посланник в Нидерландах, Джироламо Тревизано, доносил, что постоянная армия в мирное время содержится в составе 30 тысяч человек и 3600 лошадей с возможностью ее резкого усиления в случае войны. "Я думаю, ни в одном государстве войска не содержатся в таком порядке, как здесь. Солдаты каждые 10 дней получают жалованье, уплата не задерживается ни на один час. Здесь царствует безусловное послушание при умеренной строгости по отношению к преступникам. Частные лица предлагают солдатам снять помещения в их домах. Города имеют от войск огромную прибыль". Наличие великолепного корпуса кадровых офицеров «школы Мориса Оранского» позволяло в случае войны значительно увеличить численность армии за счет найма. Мало того, голландские офицеры, нанятые или командированные своим правительством, могли подтянуть на нужный уровень армию дружественного и союзного Нидерландам государства – так например шведская армия Густава Адольфа была создана и обучена голландскими офицерами. Русские победы вызвали в Голландии панику. На основании донесений своих агентов о ходе боевых действий курфюрст Морис Оранский заявил депутатом Штатов, что в будущем году окончательный разгром Польши неизбежен. На практике это означало возможность полного завоевания Россией Польши вместе с ее вассалами – Курляндией и Пруссией. Было очевидно, что в этом случае вся балтийская хлебная торговля пойдет через русскую «гостиную сотню», и на русских торговых кораблях. В этом случае голландской «Балтийской компании», пайщиками которой являлось большинство как богатейших купцов, так и правительственных лиц Нидерландов, угрожало банкротство. В этой ситуации правительство и Штаты Нидерландов решили принять меры для спасения Польши. Морис начал по этому поводу переговоры со своими старыми союзниками – Францией и Венецией.

georg: ГенрихIV уже несколько лет готовился к войне на востоке. Финансы Франции пострадали от предыдущей победоносной войны – не только был растрачен созданный Сюлли запас, но казна снова залезла в долги перед «финансистами», и огромные суммы уходили на оплату процентов по займам. В этой ситуации король приложил все усилия к достижению компромисса с Испанией. Переговоры 1615 увенчались успехом – было достигнуто соглашение о разделе сфер влияния в Европе. Франция признала Италию кроме Венеции безусловно испанской сферой влияния. В свою очередь Испания признала сферой французских интересов большую часть Германии. Обе державы договорились совместно поддерживать в Германии неприкосновенность прав и владений католической Церкви. Договор решено было закрепить двойным бракосочетанием – сын Генриха дофин Людовик должен был жениться на инфанте Анне (будущая королева Анна Австрийская), а дочь Генриха Елизавета – выйти замуж за наследника трона Испании инфанта Филиппа. Бракосочетание состоялось в Бордо в 1616 году. При этом произошло незаметное событие – давно отмеченный королем епископ Люсона Арман де Ришелье получил постоянную придворную должность штатного священника при дворе молодой дофины Анны Австрийской. С этого момента началось стремительное восхождение Ришелье - в том же году он был зачислен в государственный совет и назначен государственным секретарем. Для войны на Леванте необходим был флот, а для его создания – дополнительные средства. Добрый король решился нажать на высшие классы и провести 2 весьма непопулярные меры – опись и возврат незаконно захваченных знатью во время гражданских войн коронных земель и принудительное снижение процентов по займам. Недовольство знати и финансистов вылилось в заговор против короля, раскрытый в 1617. Глава заговора герцог д`Эппернон и несколько его соратников были обезглавлены на Гревской площади. В процессе расследования выяснилась причастность к заговору нескольких крупнейших откупщиков – финансовых тузов Парижа, являвшихся крупными кредиторами короны. Произведенное по этому поводу «потрошение денежных мешков» не только позволило аннулировать часть долгов, но и дало дополнительные средства на строительство средиземноморской эскадры, законченное в 1619. Действия короля означали окончание политики компромисса и «баланса интересов» и начало жесткой централизации страны. Недовольна была высшая знать, лишенная в результате «редукции» незаконно приватизированных имений, недовольны и напуганы были «финансисты», недовольны были и гугеноты, встревоженные сближением с Испанией. Всех этих недовольных королевской власти еще предстояло сломить. И хотя простонародье, горожане, купечество, зарождающаяся промышленная буржуазия и католическая Церковь искренне поддерживали короля, но новая победоносная война была ему необходима. Война эта должна была защитить интересы французского купечества на востоке, и «дать дворянству кусок хлеба», предотвратив вступление массы провинциальных дворян в клиентелы враждебных королевской власти магнатов. Уже в сентябре 1619 антирусский союз был подписан. Франция и Нидерланды стремились сделать коалицию максимально широкой и предприняли попытку вовлечь в нее Священную Римскую Империю.

georg: Сам император Фридрих тут же согласился, да и не мог поступить иначе. После гибели при Амберге герцога Фридриха Генриха Нассау единственным наследником Мориса Оранского оставался сам император Фридрих, сын сестры Мориса. Но утверждение его как наследника трона Нидерландов зависело от санкции Генеральных Штатов. Во время переговоров о союзе вопрос как раз стоял на повестке дня, и фактически активной помощью в создании коалиции Фридрих должен был заслужить будущую власть над Нидерландами. В ноябре 1619 был созван рейхстаг в Шпейере, на котором выступавшие одни за другим ораторы призывали немцев сплотится и остановить угрожающее Европе нашествие «новых гуннов». К этому времени множество отпечатанных в голландских типографиях антирусских памфлетов с красочными иллюстрациями, где варвары в мохнатых шапках поджаривали над кострами воткнутых на копья младенцев, уже ходило по Германии. Выступила и «депутация Ливонского Ордена» - группа ливонских дворян-эмигрантов, призывавших Германию придти на помощь угнетенной Ливонии. Несмотря на то, что князья северо-востока, особенно курфюрст Бранденбургский Сигизмунд, опасавшийся захвата русскими войсками Прусского герцогства, заняли активную позицию в пользу войны, в конечном итоге рейхстаг не привел ни к чему. Депутаты подавляющего большинства княжеств и городов, посочувствовав ливонцам, благополучно прокатили и объявление войны от имени империи, и введение общеимперского налога на ее финансирование. Эффект пропагандистской шумихи был в значительной мере сбит выступлениями депутатов Любека, давно и весьма активно торговавшего с Россией. Неудача ожидала Фридриха и в Чехии. Чешский сейм после долгих дебатов отказался вотировать налоги на войну с Россией. Король мог использовать только 5тысячный регулярный корпус, который Чехия содержала под ружьем в мирное время – ибо командовавший им гетман Валленштейн по конституции подчинялся королю - но без всяких дополнительных ассигнований на его содержание.

georg: Зато французской дипломатии удалось добиться крупного успеха на юге – вовлечь в коалицию Австро-Венгрию. Мелкое венгерское дворянство, пользовавшееся доходными должностями и военным жалованием при императорах-Габсбургах, с потерей Нидерландов лишилось всего этого, получив взамен лишь свободу драть глотку на сейме и комитатских собраниях и делать что угодно с крепостными. Но крепостные, как и земля в достаточном количестве, имелись у меньшинства – ведь по количеству дворян на душу населения Венгрия стояла на первом месте в Европе. Надежды на завоевание отпавших Нидерландов не было никакой. Поэтому брошенная в дворянскую среду идея завоевания новых земель на Балканах оказалась весьма популярной. Выступавшие на сейме дипломатические представители Франции, Венеции и папы сулили венграм Молдавию, Валахию и Болгарию, сулили возрождение АВИ как великой державы Европы, и в конечном итоге сейм проголосовал за войну. Для воздействия на короля Фердинанда были использованы иезуиты из его окружения, внушившие благочестивому государю, что помощь соседней гибнущей католической стране – его долг. Папа издал соответствующую энциклику, призывающую всех католиков спасать Польшу от нашествия схизматиков, и прислал Фердинанду освященный меч. Настроение сейма в сочетании с целенаправленным воздействием на верующую совесть короля достигли результата – Фердинанд подписал союзный договор. Переговоры с папой и Австро-Венгрией вел Ришелье, и его заслуги были оценены по достоинству – весной 1620 король Генрих поручил ему портфель министерства иностранных дел с годовым окладом в 30000 ливров. Сан епископа обеспечивал ему при этом председательство в государственном совете.

georg: На другом конце Европы голландская дипломатия добилась не меньшего успеха (хотя и не сразу) привлечением в коалицию Швеции. Положения этой страны следует коснуться особо. В то время как одни страны пытались изгнать голландцев, другие старались осуществить модернизацию, используя их опыт и капиталы. Дело в том, что голландские купцы эксплуатировали не только торговые, но и промышленные возможности других стран. Они не просто покупали товары, они создавали плантации, на которых производили табак или сахарный тростник, разрабатывали рудные месторождения и строили горные заводы. В наше время эту политику назвали бы политикой привлечения иностранных инвестиций; пример такой политики впервые показала Швеция. Швеция в те времена была бедной сельской страной с населением менее 1 млн. жителей; в этой стране снегов и лесов был лишь один значительный город, Стокгольм, в котором жили по большей части немецкие купцы. Швеция сохраняла патриархальные обычаи раннего средневековья: шведские крестьяне были свободными людьми, они владели землей и имели право носить оружие. Каждый зажиточный бонд мог записаться в дворянское сословие и стать рыцарем («фрельсе»); а основную часть войска составляло крестьянское ополчение - надо сказать, что Швеция была единственной страной Европы, где сохранилась всеобщая воинская повинность; по традиции, в феодальных странах война была делом рыцарей и наемников. Швеция была богата железными и медными рудами, но до начала XVII века производство металла было невелико, а металлургическая техника была архаической. Ситуация изменилась с приходом к власти короля Густава Адольфа (1611-1632), который положил начало реформам, изменившим облик страны. Густава Адольфа называют одним из основателем доктрины «просвещенного абсолютизма», он был одним из первых монархов, проводивших целенаправленную политику модернизации своей страны по голландскому образцу. Густав Адольф стал королем в трудное время – Швеция была разбита в Кальмарской войне. Ее флот был уничтожен датчанами, армия разбита, главный военный порт – Кальмар – захвачен. Густав Адольф, взойдя на трон, не имел никаких средств для продолжения войны, и вынужден был подписать тяжелый мир. Эльфсборг, единственный порт Швеции выходящий в Северное море, был удержан датчанами, и Швеция должна была выкупить его. Именно тогда Густав вступил в тесные отношения с Голландией – в обмен на выгодные лесные концессии в Норланде Балтийская компания предоставила ему льготный займ для выкупа Эльфсборга. Блестящие победы Мориса Оранского над считавшейся до того лучшей в Европе армией Габсбургов весьма впечатлили юного короля. Под влиянием шведского аристократа Якова Делагарди, служившего в армии Мориса и приобретшего там боевой опыт, король приступил к модернизации страны по голландскому образцу.

georg: Густав Адольф настойчиво приглашал в Швецию голландских капиталистов, им сдавались в аренду рудные месторождения, шахты, горные заводы и зачастую давались монопольные права на производство и вывоз железа и меди. В 1613 году крупнейший голландский финансист Луи де Геер при посредничестве горного инженера Вильяма Беше взял в аренду железные рудники Финспанга; с этого времени началась быстрая техническая модернизация шведской металлургии. Из крупнейшего металлургического центра Европы, Льежа, были выписаны сотни мастеров, которые строили большие «французские» домны и вводили «валлонскую» ковку. Одновременно другой голландский промышленник, Гуверт Силентц, модернизировал медные рудники и заводы Фалуна, обеспечив резкое улучшение качества медного литья. Необходимо подчеркнуть, что вводимая в металлургии новая технология требовала очень больших капиталовложений и ее внедрение было невозможно без привлечения иностранных капиталов и иностранных специалистов. Голландские промышленники строили горные заводы в расчете на собственную прибыль, они получали эту прибыль за счет вывоза шведского металла и выкованного из него оружия. Король получал свою долю прибылей в виде пошлин с экспорта - однако вскоре выяснилось, что выгода государства заключается не только в пошлинах. Улучшение качества литья послужило толчком к быстрым и решительным переменам в военном деле, к тому впечатляющему процессу, который получил название «военной революции». Эта революция была связана, прежде всего, с появлением легкой артиллерии. В прежние времена качество литья было плохим, и это вынуждало делать стенки ствола настолько толстыми, что даже малокалиберные орудия было трудно перевозить по полю боя. Французская «3-фунтовая» (стрелявшая ядрами в 3 фунта) пушка весила 30 пудов и требовала запряжки из 4 лошадей - притом, что скорострельность и боевая эффективность этого орудия были очень низкими. Густав Адольф сразу же осознал, какие перспективы открывает перед Швецией улучшение качества литья - и приступил к целенаправленным работам по созданию нового оружия. Эти работы продолжались десятки лет; были выписаны лучшие оружейники Европы; король сам давал им технические задания и проводил испытания новых орудий на полигоне близ Стокгольма. В 1615 году Мельхиор Вумбрант создал так называемую «кожаную пушку»: тонкий медный ствол обматывался канатами и закрывался кожаным чехлом; эти 3-фунтовые пушки весили 7 пудов - они были в четыре раза легче прежних орудий. Но «кожаные пушки» быстро перегревались и выходили из строя; шведские оружейники продолжали свои эксперименты, и в 1616 году было создано всепобеждающее новое оружие - «полковая пушка», «regementsstycke». В отличие от «кожаной пушки», regementsstycke представляла собой цельнолитое медное орудие - при том же 3-фунтовом калибре эта пушка имела вес в 7-8 пудов. «Полковую пушку» могла везти одна лошадь; два-три солдата могли катить ее по полю боя рядом с шеренгами пехоты - и таким образом, пехота получала постоянную огневую поддержку. Стенки ствола «полковой пушки» были настолько тонкими, что она не могла стрелять ядрами - секрет regementsstycke состоял в том, что это была первая пушка, предназначенная для стрельбы картечью. Картечь изредка использовалась и ранее, но ее применение затруднялось трудностями при заряжании. Шведские оружейники создали зарядный патрон, плотный матерчатый мешок, куда помещались картечь и порох. Благодаря применению патронов «полковая пушка» обладала невиданной скорострельностью: она делала до шести выстрелов в минуту и буквально засыпала противника картечью. Морис Оранский мгновенно оценил это изобретение, тут же поставив полковую пушку на вооружение своей армии.

georg: После изобретения regementsstycke в руках Густава Адольфа оказалось новое оружие - но нужно было создать армию, которая смогла бы использовать это оружие. Швеция была маленькой и бедной страной, в 1613 году доход королевства составлял 1,6 млн. рейхсталеров, на эти деньги можно было содержать не более 15 тысяч наемников. Естественный выход из финансовых затруднений состоял в использовании уникального шведского института - всеобщей воинской повинности. Густав Адольф упорядочил несение этой повинности, в армию стали призывать одного из десяти военнообязанных мужчин и срок службы был установлен в 20 лет. Однако, в отличие от наемников, рекруты-новобранцы представляли собой «сырой материал», поэтому приходилось уделять много времени их обучению - тем более, что их обучали новой голландской тактике, предусматривавшей использование полковых пушек и плотного ружейного огня. Для этой цели с санкции Мориса Оранского были навербованы голландские офицеры, за три года превратившие шведскую армию в первоклассную армию Европы. В 1618 году Густав Адольф начал войну-реванш против Дании. За полтора года войны Дания была совершенно разгромлена на суше и Густав-Адольф оккупировал все Сконе. В 1619 Голландия направила в датские проливы свою эскадру, одновременно предложив посредничество в заключении мира. ХристианIV вынужден был принять продиктованные условия – свободный проход шведских судов через проливы, значительное снижение «зундской пошлины» (в чем были заинтересованы голландцы). Завоеванные провинции в Скандинавии были возвращены Дании, но взамен Швеция получила Готланд и герцогство Эзель (Моонзундские острова, отошедшие к Дании еще во время Ливонской войны). Голландия предложила переход к Швеции Эзеля с дальним прицелом – ориентировать блестяще себя зарекомендовавшего в военном плане короля Швеции на Ливонию. Густав-Адольф был отнюдь не прочь завладеть Ливонией, которая могла стать житницей скудной урожаями Швеции. Но король выдвинул два предварительных условия – официальный отказ Сигизмунда от претензий на шведский трон и уступка Литвой Риги. Переговоры с польским королем по этому поводу затянулись и на момент начала кампании 1620 не закончились.

georg: Для похода на помощь Польше король Франции выдвигал 10тысячный корпус, состоявший почти наполовину из швейцарцев. Другие 10 тысяч вербовал император Фридрих из немцев и чехов. Фридрих набирал свое войско на деньги, предоставленные Голландией. Голландская регулярная армия в походе участия не принимала, Морис держал свои лучшие силы в резерве «для того, чтобы король Дании вел себя спокойнее». Но практически все войска, набранные в этот 20тысячный экспедиционный корпус – как французские, так и немецкие – состояли из ветеранов предыдущей войны, сражавшихся под командованием Мориса и обученных линейной тактике, а часть недавно состояла на голландской службе. Снаряжен был корпус великолепно, и главное – на его вооружение были предоставлены Голландией знаменитые «полковые пушки» - оружие, в России практически неизвестное. Во главе корпуса был по рекомендации самого Мориса Оранского поставлен чешский гетман Альберт Валленштейн. Согласно плану кампании Валленштейн должен был двинуться из Праги (куда весной стягивался его корпус) в Польшу. Голландия направляла в Балтийское море эскадру, которая, соединившись со шведским флотом, должна была захватить господство на Балтийском море. После этого предполагалась высадка шведской армии в Ливонии. На юге венгры должны были начать наступление через Карпаты в Дунайские княжества, отрезав Балканы от России. Франция и Венеция меж тем направляли свои флоты в Эгеиду, а десантные войска сосредотачивались на Крите и в венецианской Албании. Сербскому князю СтефануII король Фердинанд приказал поддержать венецианское наступление из Албании. Венгры сулили Сербии Македонию за участие в этой войне, но Петрович понимал, что в случае разгрома Ромеи венгры не долго будут терпеть государственную самостоятельность Сербии. Не отказывая Фердинанду официально, Стефан Петрович вступил в тайные переговоры с Димитрием. Целью войны было объявлено возвращение России к границам Ивана Грозного. Польша и Литва должны были удержать довоенные границы, Ливония отойти к Швеции, Молдавия, Валахия и Болгария – к Венгрии, острова Эгеиды и Эпир – к Венеции. На территории Греции со столицей в Константинополе предполагалось создать «Греческую империю», императором которой должен был стать «законный наследник византийского трона» принц Карл де Невер, происходивший от католической Монферратской ветви Палеологов (от Федора Палеолога, сына императора АндроникаII и Иоланды Монферратской, принявшего католичество и унаследовавшего матушкино маркграфство в Италии). Фактически планировалось восстановление в Греции французской «Латинской империи» под протекторатом Франции.

Крысолов: georg пишет: Густава Адольфа (1611-1632), Он что и в этом мире на шальную пулю наткнется? Я против

georg: Крысолов пишет: Я против Согласен. Он здесь еще вдарит по Европам. Год смерти переносится

Леший: georg пишет: Голландия направляла в Балтийское море эскадру, которая, соединившись со шведским флотом А Дания его пропустит? Насколько я понимаю, эта война Дании не выгодна, поскольку больно ударяет по главному источнику ее доходов - "Зундской пошлине".

Сталкер: А год смерти Валленштейна?

georg: Леший пишет: А Дания его пропустит? А кто ее спрашивать будет? При любом нелояльном действии Дании Морис Оранский пожалует в гости в Ютландию со своей армией. Датская же армия только что разгромлена шведами. К тому же и голландский флот на порядок сильнее Датского. Голландская эскадра пройдет через Большой или Малый Бельт, вовсе не справшивая позволения у короля Дании. Сталкер пишет: А год смерти Валленштейна? Еще не решил. В РИ Валленштейн, если бы его не убили, сам умер бы через пару месяцев - он страдал от сухотки спинного мозга (чем и объясняется его странная пасивность в последние месяцы). "Альбрехт из Валленштейна всю жизнь, точнее с 1604 года, когда заразился так называемой венгерской болезнью, страдал недолеченным сифилисом, что в последний год его жизни привело к развитию tabes dorsalis - сухотки спинного мозга... Деформации скелета подтверждают исторически общеизвестные затруднения при ходьбе вплоть до неподвижности в последние годы жизни Альбрехта Валленштейна... За физическим недугом последовало вскоре и психическое расстройство, а следовательно, полное разложение личности герцога". Таково свидетельство врача Эмануэля Влчека, проводившего антропологическое исследование останков Валленштейна в 1975 году (из книги "О недугах сильных мира сего. Властелины мира глазами невролога" чешского писателя Ивана Лесны).

georg: В Москве первоначально не придали значения идущим на западе переговорам. По плану кампании 1620 Димитрий, соединившись с казаками и ногаями, должен был отвоевать Галичину, а затем вторгнуться в Польшу. Московская армия должна была довершить покорение ВКЛ и так же наступать на Варшаву. Первым забил тревогу Фома Кантакузин в Константинополе, получив через свою агентуру – греков диаспоры – известия о создании коалиции. А вскоре пришли изветия о вступлении в нее Австро-Венгрии, и наконец прибыли тайные послы сербского князя. Россия в сущности пожинала плоды «головокружения от успехов» последнего десятилетия. Невменяемая внешнеполитическая позиция «блестящей изоляции», проводимая великой империей, привела к тому, что Россия осталась в Европе практически без союзников. Голицын приложил все силы к тому, чтобы привлечь в союз хотя бы Англию, но безуспешно. Король Джеймс готов был оказать помощь, но острый конфликт с парламентом делал для него невозможным проведение активной внешней политики. Яков I заключил мир с Испанией и изгнал из английских портов пиратские корабли - таким образом, он нажил себе в лондонских купцах, промышлявших пиратством, непримиримых врагов. Крестьяне поднимали восстания, и после одного из таких восстаний король Яков I запретил огораживания; с нарушителей запрета стали брать большие штрафы. Богатые купцы покупали земли и занимались огораживаниями, а "новые дворяне" участвовали в купеческих компаниях - поэтому оба сословия одинаково ненавидели короля. В то время как король предлагал новую войну с Голландией, пуританское большинство палаты требовало союза с ней и войны с Испанией. Конфликт углублялся и на военную помощь Англии рассчитывать не приходилось. Не удалось привлечь в союзники и Данию, над которой была занесена шпага непобедимого Мориса Оранского.

georg: План компании пришлось срочно менять, и в первую очередь – приводить в боевую готовность флот. В отличии от Балтики, где при Василии не было спущено на воду ни одного нового галеона, на юге Димитрий и его «великий наварх» Николай Маврокордато уделяли флоту особое внимание. Через греков диаспоры, служивших в разных европейских флотах, Маврокордато отслеживал все инновации в области кораблестроения. Уже с 1605 греческие корабли строились по образцу голландских флайтов. Особенно ценной новацией оказалось совершенное парусное вооружение флайта, позволявшее кораблям ходить круто к ветру. Новые корабли имели явное преимущество как над галеонами, так и не прижившимися на Средиземном море, так и над галерами, которые не могли нести достаточного артиллерийского вооружения. Кроме того греческим кораблестроителям принадлежала идея модернизировать корсарские суда «алжирского» типа, употребляемые «Островным братством». Были построены по образцу их судов корабли в 340-390 тонн с 32-38 пушками (отношение длины к ширине от 3,4 : 1 до 3,5 : 1. Нововведение это дало превосходные результаты, хотя эти суда и были перегружены парусным и артиллерийским вооружением. Таким путем ромейский флот приобрел быстроходные суда с одной крытой батареей — то были первые фрегаты (собственно название «фрегат» происходит из Средиземного моря, где так назывались быстроходные галеры). Фрегаты оказались столь полезными, что число их быстро возросло; в следующие 7 лет оно увеличивалось до 60. Их боевое значение сказалось в последовавших вскоре больших морских войнах с лучшей стороны. Армия во главе с Михаем Храбрым сосредотачивалась в Валахии (старому господарю снова приходилось защищать свою страну от завоевателей). Другая армия во главе со Скопиным-Шуйским базировалась в Македонии – ей предстояло отражать возможные вторжения из Албании или десанты в Грецию. На Украине для боевых действий оставалось только казацкое войско Сагайдачного с подкреплением из донских казаков. С этими силами Сагайдачному предстояло овладеть Львовом и всей Галичиной, а затем соединиться с московской армией для нступления на Варшаву. Крымские ногаи должны были выступить на Балканы против венгров. Московская армия, собранная в один кулак, должна была из Литвы развернуть наступление на Варшаву. С Польшей собирались покончить блицкригом.

georg: Весной Басманов собрал свою армию в Вильне. Литовские власти все еще удерживали юг страны – воеводства Новогрудское и Брестское с Полесьем, а так же Жмудь. Басманов двинулся в Жмудь, причем вперед была брошена конница Лыкова. Здесь, на литовской и католической земле русские войска подвергли все самому свирепому разорению. Но неприступные Биржи, в которых укрылся князь Януш Радзивилл, взять так и не удалось. Разорив Жмудь, Басманов перешел Неман и двинулся на юг. В начале июня он взял Гродно, а через 2 недели у Бреста настиг небольшой отряд литовской армии во главе с гетманом. Старик Ходкевич при столь явном превосходстве врага не принял боя, а укрылся в сильно укрепленном и отлично снабженном запасами Бресте. Басманов дважды штурмовал Брест, но Ходкевич отбился. Время уходило. Воевода снял осаду и двинулся на запад – прямо к Варшаве. 15 июля конные разъезды донесли Басманову о сближении с польской армией. Выбрав позицию неподалеку от города Седлец, Басманов приказал готовится к сражению. Силы противников были примерно равны: по 50 тысяч пехотинцев и кавалеристов. Басманов построил стрелецкую пехоту четырьмя мощными квадратными колоннами - терциями; подходя к противнику, шедшие впереди колонны пищальники делали залп, а затем уступали место пикинерам, которые шли в атаку, выставив вперед 5-метровые копья. Меж тем пищальники, отлично обученные боевому фехтованию, забрасывали мушкеты за спину, и отступив на фланги колонн, улучали момент для того чтобы врубиться бердышами во фланг вражеской пехоте. Это была старая венгерская тактика, введенная Михаилом Глинским, и до тех пор никакой противник не мог противостоять страшному удару этих колонн. Дворянская конница была выдвинута на фланги. Обнаружив на левом фланге вражеской армии скопление польских панцирных гусар, Басманов усилил конницу правого фланга легкой кавалерией из служилых ногаев, татар и башкир.

georg: Корпус Валленштейна практически в полном составе выстроился на правом фланге армии союзников. Левую ее сторону составляла польская армия. Поляки, введя чрезвычайные налоги, сумели не только усилить собственную «лановую пехоту», вооружение и тактика которой были практически аналогичны московским, но и навербовать значительный корпус немецких наемников. Особые надежды поляки возлагали на атаку «гусарии». Польские панцирные гусары собственно и начали битву, ринувшись в бой без приказа. Басманов, так же создавший мощный кавалерийский кулак на своем правом фланге, двинул навстречу панцирных московских «жильцов». При сближении из-за фланга жильцов вырвалась лава легкой татарской конницы. Буквально сметя польских «пахоликов» татары ударили в незащищенный фланг гусар. Их боевой порядок смешался, атака замедлилась – и в этот момент с фронта налетели жильцы. После короткой рубки гусары были опрокинуты и обратились в бегство. Лыков немедленно бросил в атаку всю свою конницу, и опрокинув гусар на польское шляхетское «посполитное рушение», врубился в его ряды. В течении часа вся конница польского левого фланга была опрокинута. Но Лыков, преследуя разбитую польскую конницу, увлекся и фактически покинул поле боя (позднее выяснилось, что его дворяне ворвались в польский обоз и принялись грабить панские шатры). Польская пехота с началом атаки гусарии так же начала движение вперед. Теперь Басманов заметил это и направил против них четыре своих колонны. Огромные колонны, двигаясь по сухому полю, подняли облака пыли, которую ветер гнал прямо в лицо полякам; те не успели сделать и нескольких залпов, как стрельцы протаранили их строй, поднимая на пики тех, кто стоял в первых рядах. Пищальники врубились бердышами во фланг вражеской пехоты, немецкие наемники ударились в бег, польская лановая пехота почти вся погибла.

georg: Басманов был уже практически уверен в победе. Он приказал своим колоннам повернуть и ударить Валленштейну во фланг - но колонны были столь велики, что не могли повернуть сразу (даже на перестроение современной испанской терции требовался час); одна из них в облаках пыли ушла так далеко, что не успела вернуться к исходу сражения. Тут и сказалось преимущество тактики и выучки ветеранов Мориса Оранского – «манипулы» Валленштейна почти мгновенно поменяли строй. Три стрелецкие колонны разворачивались столь медленно, что Валленштейну удалось перебросить им навстречу свои легкие гаубицы, которые открыли беглый огонь, засыпая противника картечью. Стрельцы не могли сомкнуть строй для атаки, убитые густо падали под ноги идущим сзади, колонны остановились и превратились в мишень для французских и немецких мушкетеров. Батальоны Валленштейна подходили беглым шагом; три первых шеренги делали залп и становились на колено, перезаряжая ружья, потом стреляли следующие три шеренги, потом снова три первых. Гаубицы стреляли картечью непрерывно; к концу боя они раскалились до такой степени, что трудно было стрелять. Басманов, только что торжествовавший победу, в ужасе увидел, как поле за полчаса покрылось грудами русских тел. Спасая положение, воевода бросил в атаку кавалерийский резерв своего левого фланга – но большая часть дворян полегла под картечью, а остальным, повернувшим обратно, врубились в спину прошедшие в интервалы между «манипулами» французские кирасиры. После этого стрелецкие колонны были полуокружены противником, и сражение превратилось в кровавую бойню. От полного истребления русскую пехоту спасла вернувшаяся на поле сражения конница Лыкова. Его атака была отчаянной, но она позволила пехоте уйти из под обстрела и отступить к своему лагерю, оторвавшись от противника. Басманов получил несколько ран, но сумел отвести остатки армии; Валленштейн за нехваткой конницы не смог организовать эффективного преследования. 20000 русских воинов остались на поле боя - и вместе с ними ушла в прошлое целая эпоха военной истории. Груды мертвых тел, сломанные копья и бердыши, пробитые картечью панцири стали страшным доказательством окончательного торжества артиллерии на полях сражений.

Andreev: Давайте Неман 12го года наоборот!!! Героическая оборона остатков русской пехоты, прижатой к реке, конница, ушедшая по наведенным мостам. Давка на них, "забыты и брошены". Подвиг трехтысячного отряда польской гусарии, первым перебравшимся через реку и прорубившимся через отходящие русские тыловые части и вынудивший перебросить русскую конницу на восточный берег в беспорядке из-за угрозы окружения. Здорово пишете!

Сталкер: georg пишет: Уже с 1605 греческие корабли строились по образцу голландских флайтов. Слово "флайт" режет слух. Голланское "fluyt" или английское "fleut" имеют в русском полностью переводимый аналог. Такие суда называли "флейтами". То есть искаженный "полет" по-английски, "флайт" мы поменяем на прекрасный духовой инструмент с дрожащим звучанием - "флейту". ;-) У меня вознивает вопрос, который Вы, уважаемый георг, еже не торопитесь поднимать (как я понимаю, всилу его неоднозначности и сложности), а веь течение Вашего таймлайна уже в ближайшее время поставит пере Вами необходимость всерьез за него взяться. Я имею в виду никонианскую реформу - в мире, где экуменический патриарх константинопольский имеет поддержку многонаселенного и сильного государства претензии Москвы на место Третьего Рима, защитника святой православной веры уже не выглядят столь убедительными. В условиях неминуемого иерархического конфликта, как Вы думаете, встанет ли вообще на повестку ня необходимость таковых реформ? А ведь последствия их отсутствия - это Вам не фунт изюму! Вы уже что-то для себя решили, что будете со всем этим делать?

Сталкер: georg пишет: модернизировать корсарские суда «алжирского» типа, употребляемые «Островным братством» Шебеки - так их, ЕМНИП, называли.

georg: Сталкер пишет: Вы уже что-то для себя решили, что будете со всем этим делать? Да. Если читали первую часть, то там вопрос о Символе Веры урегулирован с греками еще Стоглавым собором (митрополит там, ежели помните, вместо Макария Иоасаф). Что касается "двоеперстия", "сугубой алилуйи", "хождения посолонь" и пр., то такие вещи унифицировать никто не собирается. В РИ патриарх Константинопольский Дионисий писал, что важно догматическое единомыслие, а разность обрядов вполне допустима. Лукарис исхдя из его РИ характеристик займет ту же позицию. Наконец книжная справа (на самом деле самый больной вопрос) здесь так же не вызывает конфликта. Работа начат